Как живёт Америка 3

Соединённые Штаты Америки - государство потребителей.
В США людям навязывается высокий уровень бездумного потребления. Свобода слова зависит от количества денег, демократические выборы - спектакль для народа, настоящая власть принадлежит банкам и корпорациям.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Марк Слебода

Как живёт Америка 3

Видео: http://poznavatelnoe.tv/sleboda_consumer_state

 

Собеседники:

Марк Слебода – американец, переехавший жить в Россию

Артём Войтенковhttp://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

 

Артём Войтенков: Марк, вы американец, живущий сейчас в России.

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: И вы даже преподаёте в МГУ.

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: Скажите, а что вас к этому привело? Почему вы из Америки переехали сюда жить, в Россию, на постоянное место жительства?

 

Марк Слебода: Это сложный вопрос. Я могу сказать, что мои прадедушки и прабабушки были русскими.

 

Артём Войтенков: А, даже так?

 

Марк Слебода: Я верю, что у меня русская кровь, русская душа. Я чувствую, как русский. Я говорю, как американец. Родился в США, к сожалению, но моё сердце – русское.

 

Артём Войтенков: Вы прямо сразу это с детства чувствовали?

 

Марк Слебода: Нет, конечно, нет. Моя жена русская тоже.

 

Артём Войтенков: Вы сейчас женились, переехав сюда.

 

Марк Слебода: Да. И после я служил восемь лет в военно-морском флоте США. Я был атомный инженер. И я видел много ужасных событий Сербии и в Ираке.

 

Артём Войтенков: Значит, вы были в Ираке, и вы были в Сербии?

 

Марк Слебода: Да. И что Америка там сделала - для меня это был важный момент в жизни.

 

Артём Войтенков: Вы во флоте служили, получается?

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: Во флоте, на атомном…

 

Марк Слебода: Да. Конечно, мы сделали ракеты и дали в Ирак и Сербию. Против православной церкви, и так далее.

 

Артём Войтенков: То есть, обстреливали православные церкви?

 

Марк Слебода: Да, в Сербии, да, конечно.

 

Артём Войтенков: Мы к этому вернёмся чуть позже. То есть, получается, вы служили в армии США, и, побывав вот в этих горячих точках Ираке и Сербии, вы решили, что…

 

Марк Слебода: Я не хотел быть частью этой империи. И, по-моему, только Россия в мире может стоять против США: исторически, современно, геополитика. Конечно, это сложно, конечно, это не абсолютно. Я надеюсь, что Россия может найти другой мир.

 

Артём Войтенков: Нежели, чем построенный США?

 

Марк Слебода: Без Запада, да.

 

Артём Войтенков: А вот это решение, переехать в Россию - оно когда у вас созрело? На основании чего? То есть, получается, что вы сначала поняли, что США делает что-то не то?

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: А дальше как?

 

Марк Слебода: Дальше как? Это часть моего этноса, я чувствую, как русский тоже. Я видел, как президент Путин строит международные отношения, его решение о Евразийском Союзе, против войны в Ираке, и так далее.

 

Артём Войтенков: То есть, получается, вы видели, что Америка, наоборот, развязывает войну, а Россия пытается её погасить?

 

Марк Слебода: Да. Можно сказать. После я служил во флоте. Я не чувствовал, как американец. Я видел Европу, я видел Россию, я видел Азию. И Америка – это огромная страна, но взгляды американцев - это маленький мир. Они только думают об их маленькой жизни, о работе, о деньгах, о телевидении и так далее.

 

Артём Войтенков: Подождите, в России люди тоже так думают.

 

Марк Слебода: Да, конечно, это не только в США. Но в США это намного больше, чем в России. Россия сейчас - это процесс либерализации и вестернизации. Но в России сердце, что не так. Последний момент был, когда Буш стал президентом США. Это был последний момент, когда я не смог жить в США.

 

Артём Войтенков: А почему? Чем он плох, Буш?

 

Марк Слебода: Что случилось в Ираке, в Афганистане, в войне, оккупации. Что он сделал внутри США, неолиберальную экономику. Сейчас у нас, можно сказать, police state - полицейское государство. Сейчас я понимаю, что нет разницы между республиканцами и демократами. Мы можем сказать, что между Бушем и Обамой нет разницы. Но для меня это была новая информация. Понимаете, что много американцев было против Буша, сильно против. Но после Буша с Обамой нет разницы.

 

Артём Войтенков: То есть, ничего не поменялось. Один президент ушёл - другой пришёл…

 

Марк Слебода: Обама или Ромни для России - это не важно. Нет разницы для Америки.

 

Артём Войтенков: В каком году вы в Россию приехали?

 

Марк Слебода: Первый раз - в 2002-году.

 

Артём Войтенков: То есть, вы приехали ознакомиться, посмотреть: как, чего.

 

Марк Слебода: Нет, я встретил мою жену в Бостоне. Она русская гражданка, она работала в Бостоне тогда, в иностранной фирме. Мы встретились и решили жить в России.

 

Артём Войтенков: Она не эмигрантка? Она просто…

 

Марк Слебода: Нет, она очень не любит США.

 

Артём Войтенков: А сколько она прожила в США?

 

Марк Слебода: Она жила там два года почти. И в Англии мы жили четыре года.

 

Артём Войтенков: Подождите, то есть, вы сначала пожили…

 

Марк Слебода: В США, да, в России пять лет и в Англии четыре года. И сейчас мы вернулись в Россию. Простите, это сложно, мы живём в новом мире. Это глобализация.

 

Артём Войтенков: Ваш отъезд в Англию он был связан с чем? С работой?

 

Марк Слебода: Да, я стал кандидат наук в Лондонской школе экономики. Там я закончил. Моя жена работала, и она тоже училась в Лондонской школе.

 

Артём Войтенков: То есть, вы поехали просто из-за того, что получили степень учёную. А почему потом из Англии вернулись?

 

Марк Слебода: Потому что мне ненавистен Лондон. Лондон – это не лучше, чем США, моё мнение.

 

Артём Войтенков: Интересно. А чем Россия отличается от западных стран: от США и от Англии?

 

Марк Слебода: По-моему, после Ливии - это был важный момент в международных отношениях. Потому что Россия попробовала ещё раз друг с другом: на Западе, в США. Медведев сдал Ливию США и Западу. Но, по-моему, это был момент, что Путин решил стать президентом России ещё раз, потому что, он видел, что Запад… Конечно, когда мы говорим Запад - это конкретно США (директор, chief). США хочет стать гегемоном в мире.

 

Артём Войтенков: Они и есть сейчас, фактически.

 

Марк Слебода: Неправильно. Мы можем сказать, что не полно. У них сейчас самая сильная власть, но неправильный гегемон. Потому что они не могут сказать, что случилось в России, в Индии, в Китае.

 

Артём Войтенков: Немножко не понял. Вот смотрите, фактически мир находится под управлением США.

 

Марк Слебода: Не совсем верно.

 

Артём Войтенков: Не в полной мере. Но, всё равно, США, это самое сильное государство сейчас.

 

Марк Слебода: Да. Это я согласен.

 

Артём Войтенков: И если кто-то начинает где-то брыкаться, туда плывут авианосцы, и устраивают… Вот так.

 

Марк Слебода: Да, но США не может сделать этого в России, в Китае, в Индии, в Бразилии тоже.

 

Артём Войтенков: Есть другие методы.

 

Марк Слебода: Другие методы – это, конечно. Но другие методы совсем не полные. Мы можем сказать "цветная революция" и так далее, но это не открыто, не в полную силу.

 

Артём Войтенков: А какая разница? Если авианосцы приплывают в открытую, а оранжевая революция приходит в скрытую, но, всё равно, это - то же самое управление, та же самая рука, те же самые интересы.

 

Марк Слебода: Потому что, это не даёт успеха в России. Пока нет, конечно. Но, по-моему, сейчас, сегодня, американские NGO USAID не работают в России. (ред. non-governmental (NGO), United States Agency for International Development, USAID)

 

Артём Войтенков: А что это такое?

 

Марк Слебода: Негосударственные организации.

 

Артём Войтенков: Нет, работают, работают - их много сейчас ещё.

 

Марк Слебода: Много, но USAID давал деньги для "Голоса", наблюдателей, "Хельсинской группы" и так далее. И без USAID их работа будет во много раз труднее.

 

Артём Войтенков: Они другой путь найдут.

 

Марк Слебода: Да, другой путь. Но, это игра.

 

Артём Войтенков: Это война.

 

Марк Слебода: Да, вы правы, но это другая - информационная война, другой уровень. Я не знаю слов в русском для consumerism. Это идеология, что вы должны купить, и купить, и купить (ред. Консюмеризм - покупка товаров и услуг в больших количествах сверх всякой необходимости).

 

Артём Войтенков: То есть, постоянно раскручивают на какие-то покупки. У нас тоже так это происходит.

 

Марк Слебода: Сейчас – да. Но это не в сердце, как в США. В США это - американская мечта. Это американская идея, что жизнь должна быть только для вещей, для денег, больше, и больше, и больше. А Россия два раза была другой. В православной империи, в православной церкви пока чуть-чуть другой взгляд на мир, что душа пока важное.

 

Артём Войтенков: А Американцы разве так не считают? В Америке ведь тоже церкви есть.

 

Марк Слебода: Да, но она совсем другая. Вы знаете, что в самой большой церкви США, там тоже стоит шопинг-центр. Мы назвали их – Megachurch (ред. Megachurch – мегацерковь, евангелическая церковь, еженедельно собирающая на свои богослужения тысячи прихожан). Это огромная church, как шопинг-центр: тут и продукты, вещи.

 

Артём Войтенков: В церкви продают продукты?

 

Марк Слебода: Да, конечно, и кино, и так далее.

 

Артём Войтенков: То есть, развлекательный центр?

 

Марк Слебода: Да. В США религия, это не только религия. Это часть экономики, разновидность экономической идеи США. Вы не знали?

 

Артём Войтенков: Нет, я не знал про это. И многие наши люди про это тоже не знают.

 

Марк Слебода: Церковь США – это большой бизнес. Я знаю, что многие люди думают, что в православной церкви есть коррупция и так далее. Но, если вы думаете, что в православной церкви есть коррупция, вы не знаете, что коррупция в церкви США, и в Европе и так далее, - это деньги и коррупция и бизнес, это намного выше уровень.

 

Артём Войтенков: То есть, скажем так: уровень выжимания денег у американской церкви гораздо выше, чем у нас. Да?

 

Марк Слебода: Да, во много раз. Только один настоящий отец, но один отец в телевидении - Pat Robertson (Пэт Робертсон - американский религиозный и политический деятель, известный телевизионный проповедник). Он на телевидении, но, у него больше денег, чем у всей православной церкви. Конечно, это не только православная церковь, потому что, шестьдесят лет (чуть-чуть больше) в России был социализм. Советский Союз распался, к сожалению, и там было конечно сделано много ошибок. Но они тоже мечтали о другом мире. И что важное в жизни – это не только деньги, не только вещи, а что образование, что искусство. Мы видим, что было два раза в история, что Россия попробовала строить другой взгляд на мир, чем на Западе.

 

И ещё мы говорим, что Путин, он не идеалист, он очень прагматичный, очень хочет, чтобы процветала Россия, что Россия может быть великой страной, и что русские могут жить лучше. Но, для него это не значит, что деньги должны быть на самом высшем уровне в мире. Он говорил об этом много раз, когда говорил людям, которые работают в государстве. Что, если вы хотите стать богатыми, не работайте в государственных структурах, работайте в бизнесе. Но, если вы хотите работать для общества, для государства, - это другая работа, это выше работы. И я знаю, что много русских думают, что это сценически, не думают, что это серьёзно. Но для меня это серьёзная речь.

 

Артём Войтенков: Хорошо. Давайте всё-таки к Америке вернёмся. Вы сказали, что в Америке сейчас полицейское государство. А в чём это выражается?

 

Марк Слебода: Сейчас в России есть "Белая лента" – протестное движение. Но, вы знаете, что в США тоже протест Occupy Wall Street (ред. "Оккупай Уолл-стрит" - акция гражданского протеста в Нью-Йорке)

И что Occupy Wall Street против "Белой ленты" в России.

 

Артём Войтенков: Так. Понятно.

 

Марк Слебода: Это как на улице в Москве, мы говорим Немцов, Касьянов и так далее, они неолибералы. Мы знаем, что они хотят ещё раз сделать в России. И сейчас в США Occupy Wall Street, они против идеи, что бизнесмен может стать президентом. В США высший суд говорил, что деньги – это свободная речь.

 

Артём Войтенков: Как это, деньги – свободная речь? То есть, у кого много денег, тот может говорить всё, что хочет?

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: А у кого мало денег – сиди, молчи.

 

Марк Слебода: Да, это закон сейчас в США.

 

Артём Войтенков: Как? Официально признанный?

 

Марк Слебода: Да. Высший суд США говорит, что деньги – это свободная речь, Free Speech.

 

Артём Войтенков: Это единственный признак полицейского государства?

 

Марк Слебода: Полицейское государство - это из-за нашей "войны с терроризмом". Мы решили, что свобода, это только для согласных с государством. И государства - они в кармане корпораций.

 

Артём Войтенков: Государства в кармане корпораций? А каких?

 

Марк Слебода: Конечно. Кто сделал президентом Обаму? Высшие деньги, это финансирование Goldman Sachs (ред. рус. Голдман Сакс - один из крупнейших в мире коммерческих банков). И кто дал ему больше всего денег, чем политическому врагу Ромни (англ. Willard Mitt Romney)? Goldman Sachs.

 

Артём Войтенков: То есть, Goldman Sachs даёт деньги Обаме и даёт деньги его врагам?

 

Марк Слебода: Конечно. И Morgan Stanley - оба.

 

Артём Войтенков: А смысл-то какой? Можно одному деньги дать, а другой уже не победит. У него денег нет, он уже в избирательную компанию не пройдёт.

 

Марк Слебода: Потому что, у нас в США иллюзия выбора.

 

Артём Войтенков: То есть, выборы у вас не настоящие.

 

Марк Слебода: Нет, конечно, нет. Вы думаете, что есть разница между демократами и республиканцами, когда самый высший депутат Обама, он работал для Goldman Sachs? И тот же самый высший депутат Ромни, он работал для Morgan Stanley. В чём разница? Вы говорите, что в США демократия. Это - олигархи.

 

Артём Войтенков: Олигархи, корпорация.

 

Марк Слебода: Да. Мы говорим корпорации. Но это корпорации и олигархи.

 

Артём Войтенков: А на жизни простых людей это как сказывается?

 

Мария Слебода: Для меня разница - США или Россия. В США корпорации купили государство. В России - государстве есть власть над корпорациями. Как сейчас, Газпром - это государственная корпорация и так далее.

 

Артём Войтенков: Теоретически, государственные, а на самом деле, там всё хитро.

 

Марк Слебода: Но большая часть денег Газпрома - это русский налог, шестьдесят процентов. В США самая успешная фирма, это нефтяная корпорация Exxon Mobil. Государство даёт им сто миллионов долларов в год. Государство платит им.

 

Артём Войтенков: Нефтяной корпорации? За что?

 

Марк Слебода: Для США это очень важно, чтобы цена на нефть была дешевле.

 

Артём Войтенков: А государству это выгодно? И оно платит деньги нефтяной корпорации. А почему государству это выгодно?

 

Марк Слебода: Много значений. Первое. Одни из самых высших корпораций, которые сдали деньги для кандидата Обамы и кандидата Ромни - нефтяные корпорации. Мы можем сказать, что они купили нашего президента. И также, американская икона - это нужна дешёвая нефть, потому что, продукты…

 

Артём Войтенков: Всё зависит от бензина, от нефти.

 

Марк Слебода: Когда нефть в Америке дорогая, экономика США падает. И когда нефть в мире дорогая, экономика России, конечно, выше.

 

Артём Войтенков: То есть, они хотят держать цены на нефть как можно ниже.

 

Марк Слебода: Не только в мире, но особенно внутри США. Понимаете, у нас почти нет массового транспорта, такого, как метро и хорошие железные дороги - у нас почти нет. Машины важны почти для всех американцев. И если цена на нефть выше, тогда много протестов и политических арестов. Но это выше политики, это экономика. Государство США не говорит об американских людях, как о гражданах. Вы не гражданин, вы - consumer, человек, который покупает вещи.

 

Артём Войтенков: Покупатель.

 

Марк Слебода: Да, покупатель. Они не думают, что американские люди - граждане.

 

Артём Войтенков: Подождите, я видел достаточно много картинок, где есть тексты такие: "Мы, граждане Америки…"

 

Марк Слебода: Конечно. Это вы говорите, что говорят американские политики. Бюрократы и так далее, они всегда говорят не гражданин, но consumer.

 

Артём Войтенков: Прямо так и обращаются?

 

Марк Слебода: Да. Я был на международной конференции по экологии в Копенгагене два года назад. И я говорил, что одна важная проблема, что мы не думаем, что люди это люди, или люди это граждане. Говорят только consumer, американский consumer. Это, как собака Павлова.

 

Артём Войтенков: Потребитель-покупатель. Только так расценивается. Подождите, а люди, они же это тоже понимают?

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: И как им?

 

Марк Слебода: Они понимают. Они не думают об этом. Для них это не важно. Они только хотят, чтобы их дом и машина, и новый айпад, и компьютер. Это вся жизнь. Это душа, это амбиции, это всё. Мы говорим, что как крыса бегает. Но они не думают, что жизнь может быть более, чем это.

 

Артём Войтенков: Понятно. То есть, большинство американцев живут чисто покупками, чисто такой жизнью обычной: пошли в магазин, поели, попили, спать легли.

 

Марк Слебода: Сейчас десять процентов американских безработных официально, но по-настоящему - это двадцать процентов.

 

Артём Войтенков: Двадцать процентов безработных?

 

Марк Слебода: Да. В Европе то же самое. Для молодых людей от двадцати до тридцати пяти лет в Испании сейчас двадцать пять процентов безработных.

 

Артём Войтенков: В Испании.

 

Марк Слебода: Да, в Испании. Так. И то же самое, чуть-чуть меньше во Франции, в Англии. Только в Германии разница.

 

Артём Войтенков: В Германии промышленность…

 

Марк Слебода: Да, конечно, это тоже сложный вопрос – Германия. Но это другое. Сейчас в США настоящие двадцать процентов без работы. В городе Детройт многие говорят, что семьдесят пять процентов будет.

 

Артём Войтенков: В Детройте была автомобильная промышленность. Потом всё это… Градообразующее предприятие, как у нас говорят.

 

Марк Слебода: Вы знаете, как американцы покупают их товары, вещи? Кредитной картой. У каждого американца четыре кредитных карты.

 

Артём Войтенков: У каждого по четыре кредитные карты? Это, как правило?

 

Марк Слебода: Это в среднем.

 

Артём Войтенков: Кредитная карта с кредитом, по которому ты должен деньги выплачивать.

 

Марк Слебода: Да.

 

Артём Войтенков: А почему четыре, почему одной не обойтись?

 

Марк Слебода: Потому что, когда одна закончилась, есть другая.

 

Артём Войтенков: То есть, одними кредитами гасят другие?

 

Марк Слебода: Да. Средний американец имеет сорок или сорок пять тысяч долларов в долг. Только на кредитной карте. Это не Mortgage (моргич), не машина, это не образование. Только товары по кредитной карте.

 

Артём Войтенков: То есть - товары общего потребления.

 

Марк Слебода: Сорок тысяч в среднем каждый американец должен. Долг государства США - шестнадцать триллионов долларов.

 

Артём Войтенков: А почему у лично американцев такой долг? Ты ходишь на работу, ты получаешь зарплату, плати за свои продукты наличными. А зачем в долг-то влезать?

 

Марк Слебода: Потому что, они хотят и общество говорит, что они тоже хотят больше, чем они могут купить.

 

Артём Войтенков: То есть, это специально такое раскручивание идёт?

 

Марк Слебода: Экономисты США говорят, что это нужно, что, долг – хорошо.

 

Артём Войтенков: Как хорошо?

 

Марк Слебода: Когда в США шестнадцать триллионов долларов долг, и у каждого американца сорок-сорок пять тысяч долг по кредитным картам: и Mortgage, и в долг машина, и в долг образование. Мы можем говорить, что экономика США – это шутка.

 

Артём Войтенков: Шутка?

 

Марк Слебода: Да, конечно. Мы говорим только об американских людях и государстве. Также есть долг у городов. Много городов в США сейчас стали банкротами, без денег, особенно в Калифорнии. Каждый день вы можете услышать, как новый город стал банкротом в США. У государства, федерального государства США шестнадцать триллионов долларов долг, но долг городов и штатов США – это ещё двадцать триллионов долларов долг.

 

Артём Войтенков: А это не входит в государственный долг? Двадцать триллионов. Слушайте, а американец, он же выплачивает свои долги постепенно, или как? Или он умирает с долгами?

 

Марк Слебода: Сейчас многие умирают.

 

Артём Войтенков: А долги за дом, за квартиру, за автомобиль?

 

Марк Слебода: Мы видели, что случилось в 2008-году. Это mortgage crisis. Это когда американцы не могут платить ипотечные кредиты. Но сейчас, это вопрос, что будет следующий кризис, это будет долг по кредитным картам или долг образования - студенческий долг.

 

Артём Войтенков: Понятно, кредит за обучение. Последствия кризиса 2008-го (ипотечного) какие были?

 

Марк Слебода: Это был долг за дом, ипотечный. Это был mortgage долг. Это более сложно, чем я могу сказать по-русски, к сожалению. Но, что случилось? Это у американцев есть больше долгов, чем они могут платить, американские люди. Это начало кризиса в Америке. И ничего не сделано для этого. Это будет ещё раз.

 

Артём Войтенков: Только затронет уже, что люди не смогут платить за образование, не смогут платить по кредитам.

 

Марк Слебода: Почему сейчас это хуже? Потому что, двадцать процентов американцев без работы, и как они могут платить весь долг, когда нет работы? Это - чёрная дыра. Американская экономика будет падать. Может быть не в этом году, может быть, не следующем году, может десять лет, может быть, пятнадцать, но это будет экономический suicide.

 

Артём Войтенков: Экономическое самоубийство.

 

Марк Слебода: Это более экономика, чем международные отношения - моя специальность, но это чуть-чуть смежное.

 

Артём Войтенков: Почему весь мир рухнул в кризис? Потому что, кризис произошёл в США. Почему? Вопрос.

 

Марк Слебода: Потому что, это был американский долг. Особенно ипотечный долг (mortgage). Но это не только проблема американских людей, но больше, проблемы американских финансовых корпораций, которые дали деньги, и которые говорили о возврате их, этих долгов. Сейчас в мире Россия даёт газ и нефть экономике мира. Китай производит вещи. Американцы покупают вещи, но, они не могут платить за эти вещи - есть долг финансовым фирмам в мире. И Китай и Россия сдают деньги для США - так американские люди, американское государство могут купить больше.

 

Артём Войтенков: Да, понятно, что мы сдаём свои полезные ископаемые за бесплатно, фактически.

 

Марк Слебода: Это сумасшедший мир.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (368 мб)
Видео MP4 640x360 (149 мб)
Видео MP4 320х180 (83 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (9 мб)
Звук 32kbps MP3 (9 мб)
Звук 64kbps MP3 (18 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (27 мб)

Текст:
EPUB (14.47 КБ)
FB2 (51.79 КБ)
RTF (225.28 КБ)

Как живёт заграница

портрет Рассказчик
Дмитрий Михеев
Главный бог американских спецслужб
Вера Люккераск Берг
Кукольный театр европейской власти
Елена Рычкова
Французские роды
Максим Кузнецов
Насколько они тупые 2
Ирина Бергсет
Как живет Норвегия