Тайна стирки

В современной одежде всё больше используется синтетика. Синтетическая одежда - мёртвая, искажающее биополе человека.
Ранее грязные пятна удалялись кипячением. Однако обществу потребления это невыгодно, поэтому стиральные машинки стирают при низких температурах.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Елена Рычкова

Тайна стирки

Видео http://poznavatelnoe.tv/richkova_taina_stirki

 

 Часть из "Скрытое оружие: Одежда"

Видео http://poznavatelnoe.tv/richkova_odezda

 

Собеседники:

Елена Рычкова - одежда “Сделано на Руси”, http://www.livemaster.ru/sdelanonarusi

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Елена Рычкова: А ещё мы возьмём такой момент, как стирка. То есть, за одеждой нужно следить. Почему общество потребления постепенно выпихнуло из оборота практически полностью стопроцентный хлопок, лён, шерсть, и так далее, то есть стопроцентные натуральные ткани, и всюду добавляют синтетику, хотя бы немножко? Потому что, температуру стирки надо снижать. Мы снижаем температуру стирки, то есть, сто градусов, даже уже в стиральных машинках сто градусов не делают, делают меньше. Раньше там даже моя бабушка  брала большой чан, ставила на плиту, и всё там кипятила при ста градусах. Все пятна отходили.

 

Теперь что происходит? Как обычно мы стираем одежду? Шестьдесят, это мы считаем уже очень горячо, это только постельное бельё. Обычно одежду мы стираем при сорока. Тридцать шесть и шесть - это температура тела. А в основном тридцать градусов. Это уже холодная вода. Что происходит? Мы должны сыпать очень много порошка, но даже при этом огромное количество пятен, которые не отходят. Если на любой вещи где-то пятно, ты уже, скорее всего, её не будешь одевать. Значит, её отложишь в сторону, или выкинешь, и должен покупать новую.

Это такая сложная вроде вещь, которая элементарна, а о ней никто не думает.

 

Артём Войтенков: Я вот слушаю, да, действительно, ты вот разложила вот это всё в одну схему, а я это всё видел, но не выстраивал это всё в одну линейку.

 

Елена Рычкова: А я об этом думала, я всё это соединяла эти элементы. Это тоже, вот как мода продвигает что-то, так и снижение температуры стирки увеличивает количество вещей, которые ты вынужден приобретать. А уж про детские вещи я вообще молчу: они все в пятнах, и их невозможно отстирать.

 

Все вещи с эластаном. Эластан проник в детские вещи, в младенческие вещи. Зачем ребёночка маленького зажимать эластановыми какими-то делами? Я уже молчу, что это негигиенично, все эти синтетики, они плохо действуют. Не то, что молчу, я должна об этом сказать. Это очень плохо действует на биологию. Потому что, все эти ткани синтетического происхождения, они все делаются на нефтехимии. А нефтехимия, это вообще не биологическая вещь, и она совершенно чётко, вредно влияет на биологию всех живых существ, в частности, человека, перекрывает его энергию, нарушает все его биополя. И чем больше синтетики, тем хуже. Ты электризуешься, ты весь нервный. Чего такой нервный? Вот снимешь с себя всю эту синтетику, так вроде уже получше, полегче.

 

Артём Войтенков: Да, я добавлю. Если хлопок не электризуется, то есть, его, сколько ни три, он не будет искр выдавать, то вся эта синтетика - у неё другое магнитное поле.

 

Елена Рычкова: А у человека тоже магнитное поле.

 

Артём Войтенков: Вот. То есть, она перекрывает, по-другому, там мешает всё. Я вот точно в синтетике себя плохо чувствую. Особенно, которая ближе к телу. Если синтетическая куртка через слой свитера, или ещё чего-то.

 

Елена Рычкова: Она всё равно влияет.

 

Артём Войтенков: Влияет, но она как-то подальше. Но нижнее бельё из синтетики, футболки синтетические - вообще тяжело.

 

Елена Рычкова: А женское бельё, оно практически всё связано с синтетикой.

 

Артём Войтенков: А колготки женские вот эти вот. Я удивляюсь, как их носить можно. Но все носят молча. И они рвутся постоянно.

 

Елена Рычкова: А потому что альтернативы не предлагают.

 

Артём Войтенков: Что значит, не предлагают?

 

Елена Рычкова: А ты попробуй найти стопроцентно шёлковые, например, колготки, или стопроцентно хлопковые. Детские колготки, кстати, я могу рассказать. Я из Франции приезжала в Россию покупать в России, производства России или Белоруссии колготки. Потому что, на Западе не найти ни одной пары стопроцентно хлопковых колготок в любом магазине, даже в самом дорогом. Их там нет. Поэтому, я приезжая в Россию каждый раз покупала детские колготки, на вырост, полчемодана колготок, а также носков, а также маечек из Белоруссии и всякого такого белья детского для ребёнка. Потому что там всюду добавляют синтетику. Даже в дорогих  магазинах, в любых, в детской одежде, в белье, в колготках, в носках, будет синтетика. Они это объясняют тем, что оно лучше сидит, не скукоживаются складки. Мне всё равно, что на ребёнке скукоживается, главное, чтобы он не был в синтетике, был в натуральном и ему было удобно. Спасибо Белоруссии и России, что продолжают это производить.

 

Артём Войтенков: Ну, пока. Так как мы колготки постоянно покупаем, то, если раньше их было больше, хлопковых, сейчас это всё вытесняется синтетикой.

 

Елена Рычкова: Вытесняется, да.

 

Артём Войтенков: Носки, кстати, не найти. Вот, детские носки, такие разноцветный, в них очень много синтетики.

 

Елена Рычкова: Процентов девяносто пять.

 

Артём Войтенков: Хлопковых носков тоже детских не найдёшь.

 

Елена Рычкова: Надо искать, искать, и искать.

 

Артём Войтенков: И взрослых носков, вы уж извините, что мы про это заговорили, это надо долго где-то рыться, ходить, искать. Надо ходить, искать и смотреть. Причём, ты знаешь, что меня удивляет? Ты берёшь те же самые носки, на них написано стопроцентный хлопок. Но я вот просто чувствую, что это не хлопок.

 

Елена Рычкова: И резиночка там резиновая.

 

Артём Войтенков: Да, и она на вид блестит, как не хлопок. И вот на ощущения это не хлопок. Это надеваешь, ты просто чувствуешь, что тебе в них плохо.

 

Елена Рычкова: По поводу чувствуешь, интересная вещь. Когда я была год на строгом сыроедении, то есть, у меня поменялась биология в этот момент, химия тела поменялась, химия крови, то возникли совершенно новые ощущения, я это называю шестое чувство. Когда ты начинаешь очень чётко на один взгляд, и просто на ощущении чувствовать живое и мёртвое. Живые предметы, мёртвые предметы. То есть, тут среда, она вся мёртвая, практически. Даже вот тут чуть-чуть, вроде, дерево, но оно настолько убитое, что оно мёртвое. Лён натуральный, и хлопок. Ну, и люди ощущаются. И когда начинаешь это чётко ощущать, ты практически любой предмет можешь определить.

 

И я сразу выкинула кучу одежды, потому что, в принципе, я не то, что не могла её одевать, я даже не могла до неё дотрагиваться, я даже не могла её видеть в своём шкафу. Я всё в мешки, и убрала. Потому что я не могла. Все колготки, всё в большой мешок, вся косметика туда же улетела, и очень многие вещи. Потому что всё это продукты нефтехимии. Есть такой человек, Андрей Скляров, которого я очень уважаю.

 

Артём Войтенков: Ну да, это Лаборатория альтернативной истории.

 

Елена Рычкова: Да. Он занимается историей, много интересных фильмов снял. И у него есть интересная книга, называется "Сенсационная история Земли". И там он, в частности, ссылается на российских учёных, и не только российских, он поднимает тему, что все углеводороды неорганического происхождения. Есть этому доказательства, есть очень много фактов, и учёных, которые это изучали. Он сам это просто скомпилировал в книге. И в этой книге можно про эту тему прочесть.

 

Артём Войтенков: Вообще, считается, что нефть, это остатки именно животных.

 

Елена Рычкова: Да, и уголь, это остатки деревьев. Но, судя по всему, это ложь, и что и то, и другое, продукты чисто минеральные, они образуются в недрах Земли. Поэтому, старые скважины постепенно опять заполняются нефтью. А уголь, это углерод, это вещество, которое при определённых условиях просто создаёт некие структуры сложные, которые внешне похожи на веточки, на листики. То есть, они, два российских учёных, они, по-моему, в девяностые годы, или даже в двухтысячные это доказали и показали. Они все эти веточки, листики, и споры создали в лабораторных условиях из углерода. То есть, при определённых условиях формы у них такие вот сложные получаются, и палеонтологи решили, что это следы от растений.

 

Хотя, есть точно такие же интересные вещи того же времени, например, окаменевшие стволы, действительно растений, которые превратились в камень, их там распиливают, делают круги, плошки, у меня даже такая плошечка была, Это совсем другая вещь. Это дерево, да. Это дерево, а вот то, что нам выдают в угле какие-то вроде как структурочки, это просто самоорганизация материи. Потому что, материя организуется по определённым законам, и да, получается что-то похожее на веточку, но это не веточка.

 

И когда я это прочитала, это было раньше, потом, когда я была год на сыроедении, у меня появилось это ощущение живого-мёртвого, у меня совершенно чётко стало понятно, что всё, что их нефтехимии, это мёртвый продукт, это минералы. Там биологии вообще нет, не было и никогда быть не могло. И поэтому, вся вот эта одежда, в которой синтетика присутствует, а также жидкости для мытья посуды, шампуни, гели, всё это было выкинуто, потому что, чувствуешь, нюхаешь, и чувствуешь вот эту зону. Ты начинаешь чувствовать, как биополе - мёртвая зона. Поэтому, даже по моим ощущениям, я чисто физически могу подтвердить, что вся нефтехимия, а также, все результаты продукции нефтехимии, в частности, синтетическая одежда, она мёртвая, она сделана из мёртвых веществ не живой, не биологической материи.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (111 мб)
Видео MP4 640x360 (43 мб)
Видео MP4 320х180 (24 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (2 мб)
Звук 32kbps MP3 (2 мб)
Звук 64kbps MP3 (5 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (7 мб)

Текст:
EPUB (517.21 КБ)
FB2 (699.23 КБ)
RTF (93.79 КБ)

Как живёт заграница

портрет Рассказчик
Александр Румянцев
Понаехали в Лондон!
Дмитрий Адамков
Как живёт Канада 2
Виктория Бутенко
Высшее образование для официанта
Наталия Локоть
Страшные американские пешеходы
Светлана Апполонова
Как живёт Австралия 1