Большое французское разгильдяйство

Во Франции существуют жулики, воры и разгильдяи.
Причём французская полиция их не арестовывает, а французская власть не сажает их в тюрьму.
полное видео: 

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Елена Рычкова

Большое французское разгильдяйство

Видео http://poznavatelnoe.tv/richkova_french_sloppiness

 

Часть из "Как живёт Франция 5"

Видео http://poznavatelnoe.tv/richkova_france_5

 

Собеседники:

Елена Рычкова

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Елена Рычкова: Нам надо было поставить жалюзи. У нас высотный дом был и в этом высотном доме все стёкла одинарные были. Зимой было очень холодно. По проекту, изначально, в этом доме предусматривались одно стекло плюс толстые жалюзи, которые, если холодно, можно закрыть. Они немножко защищали. А у нас жалюзи были в очень плохом состоянии. У нас маленький ребёнок. У нас холодно. Летом, где-то в июне, мы начали этим заниматься, чтобы к зиме сделать жалюзи.

 

Мы спросили у охранников, какая фирма обычно меняет жалюзи в нашем доме, потому что мы видели, что другие соседи меняли. Нам сказали, что вот эта фирма, как-то она типа "Комильфо" называется, что они в нашем доме обычно меняют. Мы к ним обратились: "Вы меняли в нашем доме?"

- "Меняли".

- "Вы знаете, как это делать?"

- "Знаем".

Хорошо. Вызываем их.

 

Они приходят. Всё меряют, меряют, уходят. Через какое-то время мы звоним:

- "Что, как?"

- "Ой, мы всё, что померяли, потеряли, мы ещё придём, померяем".

А прошло недели две. Мы ждём. Мы приличные люди, думаем, что там всё нормально, что там работают с той стороны. Приходит другой совершено человек, всё меряет, вежливо, всё культурно, всё хорошо. Я очень довольна. Уходит. Проходит ещё время.

- "Мы к вам приедем, с оборудованием, начнём устанавливать".

Хорошо.

 

Приезжает, как сейчас помню, такой толстый-толстый французский дядька, как шар, и при нём маленький-маленький чёрный мальчик, такой щупленький, такой весь несчастный, который тащит все эти гигантские сундуки с инструментами металлические, тяжёлые. Они притаскивают эти рейки для жалюзи.

Толстый дядя встаёт, смотрит, говорит:

- "А! Не так отрезали на фабрике, не тот размер".

Всё это обратно складывают, мальчик, инструменты, два сундука с инструментами и собираются уходить.

Я говорю: "Круто, конечно. Что делать-то будем?"

- "Я ничего не знаю. Я устанавливаю. Размер не тот, отрезали не так на фабрике, с ними разбирайтесь".

- "Подождите. Я сейчас при вас хотя бы позвоню".

Звоню в фирму. Они говорят: "Да, да, ой, надо же, не так отрезали. Но этот человек, он только устанавливает, он ни за что не отвечает. Пусть он уходит. Хорошо, мы тогда ещё раз пошлём заказ".

 

Я говорю: "Прошёл ещё месяц. Уже сентябрь. Уже скоро холода. Мне надо срочно. У меня маленький ребёнок. Вы что там?"

Всё очень прилично. Там ругаться нельзя. Потому что если начнёшь ругаться, тебе ничего не сделают. Объясняешь: "Пожалуйста, сделайте, я вас очень прошу, побыстрее. Вы уже не так померяли, теперь не так отрезали".

 

Артём Войтенков: А в другую фирму перейти просто?

 

Елена Рычкова: Мы уже с ними контракт подписали. Не знаю, мы как-то надеялись. Тоже по инерции идёшь. Вроде, они знают наш дом. У нас просто нестандартные жалюзи, которые встроены в дом и надо было, чтобы именно у них это всё было сделано.

 

Артём Войтенков: А, не так просто.

 

Елена Рычкова: Да. Ладно. Проходит ещё 2 недели. Наконец, всё так отрезали. Приходит этот иностранец с табуреткой, маленький мальчик, всё опять достают, начинают делать.

- "О, наши жалюзи к вашему окну не подойдут, потому что у нас нет материала, вот этих уплотнителей, которые у вас. Поэтому вот, я вам дам кусочек, может быть, вы сами найдёте".

И всё опять складывают, уносят, убирают.

Я говорю: "Вы что совсем что ли?" Я уже звоню мужу: "Ты с ними хоть поговори по-мужски. Что это такое? Теперь у них уплотнителя нет. Совсем с ума сошли? Уже скоро снег выпадет. Они ещё мне предлагают искать этот уплотнитель. Где я его буду искать?"

Я опять говорю: "Стойте, у вас нет уплотнителя. Может быть, вы его всё-таки найдёте?"

- "Он у нас был, но кончился".

Я говорю: "Но всё-таки, тем не менее…"

 

Таким маразмом надо было заниматься на полном серьёзе. Сколько я на это времени и нервов потратила. У меня грудной ребёнок, мне надо кормить, тут всё распахнуто, всё так и не сделано. Потом, наконец, ещё раз они приходят, уже с уплотнителем, но этот уплотнитель туда не лезет. Он пытается его воткнуть, этот толстый человек, этот шар, который вот на таком балкончике на 18-ом этаже на лестничке висит. Я в ужасе смотрю, как бы он не улетел. Он весь потеет, ему всё это неудобно. Я вообще не знаю, как таких огромных не спортивных людей для таких физических дел набирают. Он как будто вообще первый раз это делает (такое ощущение).

 

Он пытается туда воткнуть уплотнитель - он не лезет. Он пыхтит, орёт. Это был ужас. В конце концов, он как-то впихал. Уплотнитель не стандартный. Он как-то его приклеил, хотя он не должен был приклеиваться. Он вообще по-другому должен быть.

Я думаю: "Господи, Боже, лишь бы эту зиму пережить. Потом я квартиру продам, фиг с ним, но хоть несколько месяцев это продержится, потому что это всё не по правилам сделано, в принципе, на соплях".

Он как-то это сделал… Мы ещё какое-то время, помню, месяц, наверное, жили с жалюзи без уплотнителя вообще. Я говорю: "Вы мне хоть что-то поставьте". Вот эти жалюзи, там был очень сильный ветер, все время болтались, дребезжали, такой страшный грохот стоял. С ребёнком это было очень некомфортно, не комильфо. Когда это сделали, прошло где-то полгода, и именно к зиме, где-то к декабрю, наконец, у нас появились жалюзи.

 

Ещё была нами совершена одна ошибка огромная: в какой-то момент мы выписали чек и отдали до того, как они всё доделали, потому что они потребовали. Потребовали - я выписала, думаешь: "Сейчас уже вот-вот сделают". Глупость ужасная. Я потом столько сокрушалась. Это просто надо знать: пока последний гвоздик не прибили, нельзя ни за что никакие чеки отдавать. Потому что потом они ещё несколько месяцев нас мурыжили. А если бы мы им чек не отдали, возможно, они сделали всё гораздо быстрее.

 

Артём Войтенков: Возможно. Часто такое встречается или нет?

 

Елена Рычкова: Я не знаю. Мы делали жалюзи один раз. Вот у нас было так. Насколько часто, я не могу сказать.

 

Артём Войтенков: Нет. В других областях.

 

Елена Рычкова: Про другие области могу ещё такую историю рассказать. У меня был соседка. Она из Ирана, такая пожилая женщина. Однажды мы заходим с ней в лифт (с ней и ещё с какой-то женщиной). Та здоровается, я тоже здороваюсь, эта иранка вся прямо напряглась. На каком-то этаже та женщина выходит, и я начинаю разговаривать с моей соседкой.

Она говорит: "И она ещё со мной смеет здороваться!"

Я спрашиваю: "Что случилось?"

- "Вот эта женщина, она взялась делать ремонт в офисе моему сыну. Она взяла предоплату типа 18 тысяч евро, и не сделала ни ремонт, ни денег не вернула. Мы с ней несколько лет уже судимся и не можем ни вернуть денег, ничего сделать. Мой бедный сын вынужден был брать другой контракт". В судах уже выяснилось, что эта женщина, наглая, сделала строительную фирму по ремонту и уже много таких случаев, уже много денег украла. Много людей с ней судятся и ничего не могут сделать. Это всё тянется. Я говорю: "Но ведь есть же контракт?"

- "Да, есть контракт. Всё подписано. Всё официально, но вот такая фигня. Мы с ней судимся. Пытаемся отсудить обратно деньги".

 

Артём Войтенков: Но ремонта-то нет.

 

Елена Рычкова: Ремонта нет. Денег нет. Она прекрасно живёт в этом доме, здоровается с наглой мордой. Вот такая ситуация.

 

Артём Войтенков: Это, понимаешь, это не мошенничество. Это какая-то государственная система.

 

Елена Рычкова: Это попустительство такое. Да. Ещё могу насчёт воровства рассказать. В принципе, я с преступностью очень мало сталкивалась. В целом атмосфера в нашем районе, в нашем городке (там очень много полиции) достаточно спокойная. Тем не менее, у меня была подруга русская, у её мужа была фирма. Они переехали из одного офиса в другой, успели перевести туда некоторые компьютеры, столы, какую-то часть оборудования. Это находилось в нашем городке на первом этаже, такой маленький магазинчик. Они должны были делать там печать на майках. В эту же ночь их обокрали: все эти компьютеры, оборудование, всё украли. Она говорит: "Но это же они должны были знать, следить за нами, потому что мы ещё не успели застраховать. И мы должны были застраховать на следующий день".

Они потеряли оборудование и страховка им ничего не оплатила.

 

Артём Войтенков: То есть если бы застраховали, то выплатили бы.

 

Елена Рычкова: Да. Им что-то бы выплатили, а так они не успели, получилась вот такая глупость.

 

Артём Войтенков: Как у нас.

 

Елена Рычкова: Кто-то настучал, кто-то сообщил, что "вот переехали, можно обворовать". Как-то там всё это действует. Не то, что они кричали на весь город, что переезжают. Подъехали на машине, пару компов покидали. Но кто-то успел обратить внимание, и воры пробрались, всё вскрыли, украли.

 

Дальше. У нас под домом была гигантская охраняемая парковка. На этой парковке были камеры, был охранник, который с собакой там каждую ночью должен был проходить. Плюс круглые сутки сидят охранники, которые на экранах должны наблюдать всё, что происходит.

 

У нас была машина, причём несколько дней у нас была чужая машина. Ночью из неё выдрали все боковые осветители с мясом, с проводами. То есть кому-то на какой-то мотоцикл (подростку или какому-то придурку) понадобились эти лампочки, и выдрали все эти штуки. Было очень неприятно, потому что чужая машина, нам надо было извиниться, потом долго всё это чинить. А там электронная система, там большой ремонт из-за какой-то глупости. Никто за это не ответил. Когда мы пришли к охранникам: "Покажите камеры, покажите что-то" - они сделали голубые глаза, сказали, что "мы ничего не знаем, знать не знаем, ничего не можем".

 

Артём Войтенков: А зачем же вы тогда?

 

Елена Рычкова: "А зачем же вы тогда?" - они сразу двери закрывают. Ответа нет. В пустоту ты это будешь говорить.

 

Артём Войтенков: Так деньги же за это берут.

 

Елена Рычкова: Деньги берут, да. В другой раз мы переезжали с одного места на другое. Так получилось, что мы перевезли как раз телевизор, видео, какие-то такие, дорогие вещи. Было уже 2 или 3 часа ночи. У нас не было сил всё это тащить. Мы просто оставили на охраняемой парковке нашего дома. Пришли домой. Когда на следующий день мы пришли, наша машина и ещё три других были обворованы. Всё это было вскрыто, украдено.

 

То есть за этот короткий промежуток кто-то должен был узнать, что мы приехали, что в нашей машине есть ценное оборудование. Никто, кроме охранников или жителей дома, не мог бы это сделать. Скорее всего, это могли сделать сами охранники. Тут пришла полиция. Страховка сказала, что они не страхуют вещи, которые внутри. Стекло, которое было выбито, через месяц, может быть, они вернули деньги по страховке, но всё остальное - нет. Ходил мой муж в полицию. Там… ну, приняли заявление. То есть это полностью беспредел.

 

Когда мы пришли опять к охранникам сказать: "Ну, вы же должны были видеть, кто заходит, кто выходит. Это произошло в эту ночь. Пострадало несколько машин. Как вы ни за что вообще не отвечаете?"

- "Ой, надо ещё дополнительную камеру поставить".

И они ещё с нас сняли деньги, чтобы поставить дополнительную камеру. Толку от этого никакого. Я говорю: "Где был охранник, который с собакой тут ходит?" У меня было ощущение, что он же в этом и участвовал. Потому что кроме него кто может знать, что в эту ночь машина, в которой компьютер и телевизор перевезённые. Кто будет лазить в темноте, на тёмной этой парковке, где тысячи машин стоят одновременно, и именно в этой машине что-то разглядеть?

 

В принципе, во многих ситуациях сталкивалась с тем, что никто ни за что не отвечает. Допустим, другой совершенно момент. Моя подруга должна была делать гражданство для своего русского сына. Она тоже вышла замуж, русская, сын русский. Она спросила в своей мэрии в своём городке работницу мэрии, каким образом ей делать документы на его гражданство. Та её направила по совершенно неправильному пути, который был намного дольше. В результате, ребенку так и не сделали гражданство, потому что ему наступило 18 лет. А когда ему наступило 18 лет, они сказали: "Всё по новой. Мы ничего не знаем, ничего не ведаем". Ему делали года три, потому что она пошла по неправильному длинному пути. А работница мэрии ни за что не отвечает. Из-за ошибки этой работницы ребёнку не сделали гражданство. Так он без гражданства.

 

Он, правда, потом сказал: "Ну, её, эту Францию!" Уехал в Петербург, поступил там, и прекрасно там живёт. Я очень за него рада.

 

Набор текста: Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (219 мб)
Видео MP4 640x360 (79 мб)
Видео MP4 320х180 (43 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (3 мб)
Звук 32kbps MP3 (3 мб)
Звук 64kbps MP3 (6 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (9 мб)

Текст:
EPUB (349.25 КБ)
FB2 (478 КБ)
RTF (124.88 КБ)

Как живёт заграница

портрет Рассказчик
Виктория Бутенко
Как живёт Америка 1
Ия Михайлова-Кларк
Английское малодушие
Дмитрий Адамков
Что едят в Канаде?
Тим Кёрби
Как живёт Америка 5
Габор Вона
Уничтожение Европы