Как учат в Канаде

Уровень школьного образования в Канаде в среднем ниже, чем российский. Школы сильно различаются между собой: лучшие - частные, плохие - государственные.
В Канаде другой подход к образованию. Сколько ты заплатил, настолько и получишь. Ученик не уважает учителя и может с ним спорить.
полное видео: 

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Александр Могутнов

Как учат в Канаде

Видео http://poznavatelnoe.tv/mogutnov_kak_uchat_v_canade

 

Часть из "Как живет Канада 3"

Видео http://poznavatelnoe.tv/mogutnov_canada_3

 

Собеседники:

Александр Могутнов

Артём Войтенков – Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Артём Войтенков: Что ещё по канадскому образованию можете сказать? У вас, я так понимаю, старший ребёнок в школу ходил местную?  

 

Александр Могутнов: Он заканчивает уже школу.

 

Артём Войтенков: Тем более.

 

Александр Могутнов: Местное образование живет само по себе. Ходить к учителям, конечно, не возбраняется. По большей части, я, честно говоря, внимания большого не обращал, потому, что мне просто некогда. Это общая болезнь эмигрантов: нужно кормить семью, нужно зарабатывать деньги, нужно платить кредиты. Тебя не хватает просто на ребёнка, на его образование, не хватает внимания, времени. Ты не замечаешь, как твой ребёнок превращается в продукт. Продукт на выходе образовательной системы. Образование там, конечно, намного слабее, чем в России. Там никому не надо ничего. Если у тебя нет настроения учить сегодня уроки, конечно, я утрирую. Но, если у тебя нет желания учиться, тебя никто не будет заставлять – что очень нравится молодёжи. Это здесь могут сказать: "Учись или ты не сдашь экзамен!" Если ты не сдашь экзамен, то ты не совсем адекватен. Я имею в виду, по-русски скажут: "Ты – лох". Там это тебе не скажут. Опять же, я сужу со своей колокольни. И это не самая плохая школа.

 

Что касается подготовки учителей: у меня первое образование - "Педагог, учитель английского языка". Там есть преподаватель, учитель английского языка или испанского языка и она учит то, чему она будет учить детей за неделю. Педагогики, методики и всех остальных не совсем нужных предметов она и не знала, и не слышала, и не будет слышать.

 

Артём Войтенков: То есть, она учит только сам предмет.

 

Александр Могутнов: Она учит предмет и потом через два урока дает этот же предмет своим детям, своим ученикам. Очень даже стандартная ситуация. Если у нас учат пять лет тому, как учить английскому языку и немецкому языку, в отдельных случаях. То там этого нет и в помине. Там она учит то, чему она будет учить за неделю, уроков, которые она будет давать.

 

Артём Войтенков: Так это каждый год повторяется?

 

Александр Могутнов: Не обязательно. Но, это там стандартная ситуация.

 

Артём Войтенков: А, то есть, учитель еще сам не знает того, что он должен через две недели рассказать ученикам?

 

Александр Могутнов: Конечно. Вот представьте уровень подготовки учителей в канадской школе. Впечатляет. Я не говорю про всех учителей, есть учителя от бога. Но, большинству гораздо выгодней будет давать частные уроки, если он хороший преподаватель, если он знает методику. Я, честно говоря, не знаю, знают ли они вообще слово "методика" там, в Канаде. Я имею в виду канадских учителей. Интересно. По большей части, для детей это развлечение и для преподавателей тоже развлечение.  

 

Артём Войтенков: Что значит развлечение? Ты пришёл в школу, ты должен как-то.

 

Александр Могутнов: Это отношение к жизни. Ты мне не заплатишь больше - я тебе больше не сделаю. Это отношение к работе. Ты мне не заплатишь вместо двадцати пяти тридцать долларов - я тебе не буду делать работу, получая двадцать пять долларов, работу на тридцать долларов. Точка.

 

Артём Войтенков: Не перетружусь.

 

Александр Могутнов: Нет, ни за что.

 

Артём Войтенков: А как ты определяешь? Это можно понять, когда ты делаешь какую-то работу: носишь что-то, таскаешь. В отношение учеников - там же очень трудно определить, на сколько денег ты работаешь.

 

Александр Могутнов: Субъективно. Там опрашивают учеников, как вам понравился этот учитель. И, в итоге, естественно, им хочется играть.

 

Артём Войтенков: А, вот так вот! Кто больше учеников ублажает, тот и понравился, а кто не понравился, того из школы.

 

Александр Могутнов: Да. Там просто контрактная система. Там просто с ними не продлевают контракт. Всё.

 

Артём Войтенков: Это же глупо! Понятно, что дети будут выбирать не строгого учителя, который будет давать знания, а такого, который будет им по-всякому послаблять и поблажки давать.

 

Александр Могутнов: Нет, Артём. Нельзя сказать, что там совсем дают свободу. То есть, там есть определенные грани. Там есть и экзамены. Всё, во-первых, зависит от того, насколько хороша сама школа. Там есть даже рейтинг школ. Во-вторых - частная или государственная школа.

 

Артём Войтенков: А есть разница в качестве образования?

 

Александр Могутнов: Да.

 

Артём Войтенков: Частные лучше, да?

 

Александр Могутнов: Частные лучше. В частных тебя заставляют. Если платишь пятнадцать тысяч долларов в год за образование в частной школе, то, наверно, ты будешь требовать со своего чада хороших оценок и успеваемости. Опять же, всё цепляется одно за другое. То есть, там деление на классы чувствуется. Учёба в частной школе означает проживание в хорошем городе, не обязательно, но чаще всего.

 

Артём Войтенков: В хорошем районе.

 

Александр Могутнов: В хорошем районе. Это значит, что у тебя хорошие соседи. Это значит, что у тебя сосед по дому может быть руководителем подразделения крупной компании, а ты потом можешь к нему на практику устроить сына. То же самое, дети могут в частной школе познакомиться. Это более высокий социальный слой общества. Общественная школа, особенно, государственная школа в плохом районе города - это низкий социальный слой. Плюс ко всему, не надо забывать, что там есть дети очень богатых людей. Например, когда провинциал типа меня приезжает в Москву, у которого в кармане пять тысяч рублей, и он считает себя богатым, зайдя в кофейню. То же самое и там. Люди разные. Молодежь очень любит повыпендриваться – у меня новый планшет, у меня новый i-phone. Какой сейчас? 5S?

 

Артём Войтенков: Я даже не знаю, я не слежу.

 

Александр Могутнов: Я тоже. У меня новый планшет. Еще что-нибудь новое. У меня новые кроссовки с эмблемой фирменной. И они любят повыпендриваться. И дети разные бывают. В Ванкувере был случай, не обязательно в Ванкувере, это в районе Ванкувера, когда девочка повесилась. Её просто затравили ученики.

 

Артём Войтенков: Из-за чего?

 

Александр Могутнов: Она показала грудь. Ну, детское, вот это, общение в фейсбуке. С парнем общалась. Парень сделал скриншот, снимок экрана и давай через фейсбук её травить. А там дети, обладая стадным эффектом, давай тоже её травить, насколько я понял. Был случай, громкий довольно. Я к тому говорю, что даже количество денег у родителей ребёнка не гарантирует высокий социальный статус самого ребёнка и самих родителей. Всё зависит от благоразумия родителей, по большому счёту.

 

Артём Войтенков: Что является районообразующим? Школы? Или школы уже вторично прикрепляются к району, где относительно обеспеченные люди живут?

 

Александр Могутнов: Во-первых, район города определяет качество школьного образования. И образование в школе определяет качество района. Например, если захотите купить квартиру или какую-то недвижимость в Ванкувере, то в первую очередь, вы будете обращать внимание на близость школы, близость парков, близость какой-то инфраструктуры, торговых комплексов или чего-то ещё. В первую очередь, вы будете смотреть на качество школы. Именно это определяет спрос. Соответственно, порог количества денег, которых нужно будет, чтобы пойти в эту школу.

 

Артём Войтенков: То есть, человек, покупая дом где-то, уже сразу рассчитывает, что школьное образование займет столько-то, это столько-то. Соответственно, где я могу что-то купить. Понятно.

 

Александр Могутнов: Образование к Канаде неважное. С другой стороны, если планировать переезжать в Канаду и ребёнок вот-вот закончит школу. Идеальный возраст, когда ребёнок идет в десятый класс. Он, по сути, закончил целиком двенадцатилетний курс образования в канадской школе. Он там будет просто отдыхать. С одной стороны, это хорошо, с другой стороны, это плохо. Потому что ребёнок расслабляется: "Я всё знаю". И, в итоге, расслабляется до такой степени, что не может поступить в университет там. Там тоже есть баллы, собеседование. Он поступит – деньги с него сдерут. Но он вылетит или будет учиться вечно.

 

Что касается еще образования, мне не нравится (и это часть культуры), что ученики спорят с учителем. Когда я увидел, что мой средний ребёнок пошёл и начал спорить с учителем, будучи ученицей четвертого класса.

"Вы неправы!" - она ему говорит.

Я был в шоке. Если честно, я сказал: "Света, замолчи! Послушай, что он сказал".

Она даже не слушает: "Вы не правы!"

 

Там нет диалога с пользой для ребёнка. Там, если ребёнок считает, что учитель не прав, он ему скажет, что учитель был неправ, и будет стоять на своём. У нас, в первую очередь, послушают учителя, потому, что он старше.

 

Артём Войтенков: Хотя бы!

 

Александр Могутнов: Да. Я не заметил там уважения к старшим. Я имею в виду, не китайцев, не русских, в которых воспитывают это отношение, а в целом. У китайцев почтение к старшим – это часть культуры. У нас тоже, по идее, должно быть.

 

Артём Войтенков: У нас меньше, чем у китайцев, но есть.

 

Александр Могутнов: Пока что, Слава тебе, Господи! У них там нет этого отношения.

 

Артём Войтенков: Понятно. Мы равны.

 

Александр Могутнов: Мы равны. Это мне не нравится, например. Я отношу себя к носителю русской культуры. Почему мой ребёнок начинает со мной спорить? У меня, конечно, этот спор заканчивается быстро. Но, в школе, например, сказать: "Замолчи и слушай, что тебе говорит отец!" - не получится. Учитель должен подстраиваться под детей. В итоге, смотришь на учителей - они сами дети. Но те умеют считать деньги.

 

Артём Войтенков: Другой вопрос тогда: Чему такой учитель и такая система образования может научить? Вы видите разницу? Вы же советскую школу закончили, помните уровень знаний, получаемых в канадской школе и то, что Вы получали в советской школе?

 

Александр Могутнов: Канада – это детский сад. Ребёнок пошёл в начальную, называется эта школа "elementary", там три ступени. Он пошел сюда еще в последний класс начальной школы "elementary". Я, когда пришёл туда, увидел просто детский сад.

 

Артём Войтенков: Это какой возраст?

 

Александр Могутнов: Я уже не помню. С пятого по восьмой, по-моему, год. Это детский сад.

 

Артём Войтенков: Это, наверно, и должен быть детский сад.

 

Александр Могутнов: Нет. Когда у нас идут дети в детский сад, всё на своих полочках, зачастую. У них есть игровой уголок, где всё в порядке. Если будет возможность, я пришлю видео школы. У меня есть дома, я снимал. Абсолютный бардак! Абсолютное отсутствие системы. Где что находится – не понять. Серьезно! Абсолютный бардак! Нет системы. Ребёнка не приучают к системе. Это детский сад, это игра.

 

Артём Войтенков: Какие-то навыки им дают?

 

Александр Могутнов: Не знаю, может быть дают. Мне некогда было смотреть за ребёнком.

 

Артём Войтенков: Хорошо, дальше - средняя, старшая школа? Там может как-то по-другому?

 

Александр Могутнов: Опять же, я не могу точно сказать, что сейчас, например, проходит моя дочь. Она ходит не в обычную школу, а в "Art School" - художественная школа.

 

Артём Войтенков: Это такая средняя художественная школа?

 

Александр Могутнов: Да, там есть образовательная программа средней школы плюс уроки танцев, музыки, графическое искусство, компьютерное графическое искусство, фотография, что-то ещё.

 

Артём Войтенков: Это как у нас раньше были школы с каким-то уклоном – математическим, физическим, театральным. Я ходил в такую школу.

 

Александр Могутнов: Да, то есть, у нее не такая простая школа. Сейчас она учится на старшей ступени средней школы. Когда я пошёл в Канаде учиться в школу, мне нужно было поступать в университет на полный диплом и мне сказали, тебе нужно сдавать математику. И я пошёл в ужасе, я не люблю математику, я гуманитарий в душе. Я посмотрел, страшно, поспрашивал. Мне сказали: "Ты знаешь, не переживай! Это примерно восьмой класс". То, что проходят в восьмом классе.

 

Артём Войтенков: Нужно для поступления в универ?

 

Александр Могутнов: Да. В США, мне говорили, ещё хуже с образованием. Ещё хуже. Там совсем грустно, я так понимаю. Опять же, что мне не нравится – это отсутствие системы, в целом, в образовании. Ребёнка приучают мыслить: вот он в своём пузыре, он может пойти почитать и узнать что-то больше, но не всегда хочет. Чаще всего, не хочет.

 

Артём Войтенков: Как правило, да, дети сами редко что-то хотят узнать побольше.

 

Александр Могутнов: Это ещё школа, которая считается более-менее в районе. Я знаю родителей, которые возят за тридцать километров туда детей. Нам повезло, мы живём в пяти минутах езды от этой школы. Это ограниченность мышления. Можно знать таблицу химических элементов, но не знать кто её автор.  

 

Артём Войтенков: А зачем? Русский автор.

 

Александр Могутнов: Русский какой-то. Он знает теорему Пифагора, но не знает, что автор этой теоремы Пифагор.

Он знает, он может рассказать: "Да, есть такая теорема".

- "А кто автор?"

- "Не знаю".

В итоге, и учитель не знает, что автор этой теоремы Пифагор.

 

Артём Войтенков: Ну, это уже перебор, по-моему!

 

Александр Могутнов: Запросто. Может быть такое. Это реальный случай, вообще-то. Была девушка, она дистанционно училась по российской программе и по канадской программе. По канадской программе, когда она в школе училась и пришло время изучить теорему Пифагора и она сказала, что это теорема Пифагора. Учитель с ней поспорил, он, в принципе, с ней даже не спорил, он пошёл "погуглил". Действительно, это оказалась теорема Пифагора. И автор этой теоремы был Пифагор. Учитель этого не знал.  

 

Артём Войтенков: Учитель тоже китаец опять был?

 

Александр Могутнов: Не знаю. Я не спрашивал. Если ты идёшь в хороший университет, да - это другое качество, это другой уровень. Они не слезут с тебя. Ты сам с себя не слезешь, если ты знаешь, что у тебя два экзамена по каждому курсу, промежуточные и заключительные, например. У меня был предмет – основа компьютерной техники. Там учитель, преподаватель - руководитель джаз-банды или джаз-группы. Он был там барабанщиком. Я к тому, что он совсем был неформал, да, этот мужичёк. Но требовал с нас по полной программе.

 

Когда ты идёшь в универ, уровень образования абсолютно другой. Там, конечно, есть и ядерные лаборатории, например, запросто, в университете. Есть и ускоритель там. Есть очень серьезные институты исследовательские. В том числе и проблемы раковых заболеваний есть там. Есть, это всё есть, но всё зависит от университета, куда ты идёшь, всё зависит от той суммы денег, которую ты заплатишь. Всё зависит от преподавателя, который ведёт твой предмет.

 

Набор текста: Альфия Гультяева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (201 мб)
Видео MP4 640x360 (77 мб)
Видео MP4 320х180 (44 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (4 мб)
Звук 32kbps MP3 (4 мб)
Звук 64kbps MP3 (9 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (13 мб)

Текст:
EPUB (437.91 КБ)
FB2 (598.66 КБ)
RTF (118.72 КБ)

Как живёт заграница

портрет Рассказчик
Михаил Аносович
Как живёт Австралия 2
Александр Румянцев
Как живёт Англия 4
Дмитрий Михеев
Главный бог американских спецслужб
Хенри Путтонен
Как живёт Швеция
Максим Гроо
Как лечат в Швейцарии