Как живёт Америка 2

США является инструментом глобального управления в руках мировой верхушки.
Хотя Америка стала мировой империей, жизнь общества внутри самих штатов не является для всех богатой и безоблачной. Внутри США существует большое количество проблем и сложностей, которые со временем только нарастают. Выборы и демократия - всего лишь показуха для обмана населения.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Тим Керби

Как живёт Америка 2

Видео http://poznavatelnoe.tv/kirby_america_2

 

Собеседники:

Тим Керби - ведущий программы "Чужой", телеканала "Russia Today", timkirbyrussia.ru

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Артём Войтенков: Интересен твой рассказ как настоящего американца, который жил в Америке. Мы туда не ездим, большая часть, по крайней мере, населения России, не может проверить то, что им рассказывают про великую американскую демократию.

 

Тим Керби: Я говорю всем, что демократии нет, и не может быть. Это концепция, которая совсем невозможна. Но сначала я хотел бы сказать, что если Америка является первой демократической страной, то очень странно, что основатель США о демократии ни разу не писал в Конституции, ни в Декларации о независимости от Англии. Это очень интересно, что они специально пропустили это. Они сказали, что США - это республика.

 

Демократия что такое? По-моему, это греческий язык.

 

Артём Войтенков: "Demos" - народ по-гречески.

 

Тим Керби: Да, "demos" - народ и "kratos" - власть, поэтому "народовластие" в русском понимании.

Они не создали народовластие в Америке. Поэтому в Америке у человека нет власти. В этой системе у него только она одна власть - это выбор представителей, или лучше сказать - выбрать, кто босс и всё. Лучше вот так это понимать.

 

Артём Войтенков: Много лет я читаю про то, что в Америке кандидат от республиканцев, кандидат от консерваторов. Что там только две партии политических?

 

Тим Керби: Да. Это двухпартийная система, как все говорят. Но, с другой стороны, нигде, особенно в Конституции не написано, что двухпартийная система. Все тоже говорят, что "в новой России у нас всегда Путин" или в какой-то стране. В Китае конституционно меняется их Генсек Компартии (или, как называется позиция, я не знаю, по-английски он премьер), меняется иногда, но всё равно это коммунисты.

 

А в Америке, когда была другая партия (не республиканцы, а демократы), это был 1853 год, по-моему, может быть, 57-ой, ну, 50-е годы. Это уже 160 лет и мы говорим, что когда у нас одинаковые лидеры, то это не демократия. А в Америке на самом деле с нуля были федералисты и антифедералисты. Но это были основные ссоры в философии американской. Более-менее они были за систему, которая есть, но просто два варианта. Поэтому ни те, ни эти не хотели разрушить систему. Просто какие-то две позиции. В целом тогда в Америке было mentality, что голосование хорошо, а все эти король, герцоги - это зло, нельзя. Это даже против Конституции делать это, говорить, что "я король". Зло, если ты сын генерала и будешь генералом - вот такие позиции. У них было всё в целом. Были какие-то нюансы, где должна быть сила: в Вашингтоне или не в Вашингтоне. Две точки мнения на одном пути. А в России это не так.

 

Один известный политик рассказывал, что если у нас была многопартийная система, в конце концов, одна партия будет доминировать. И если эта партия только получает 25% голосов, то 25% получает всё. Если у нас двухпартийная система, то, как минимум, правящая партия получает 51%, поэтому эта партия будет представлять народ.

Это очень тупая логика, очень тупая.

Я не знаю, как человек мог быть политиком и быть таким наивным (может быть, специально наивным), но так есть, и такая логика, что если мы разделяем всё на две (но обычные американцы об этом не знают: это более глубокая мысль), то это значит, что как-то эти партии будут лучше объединять людей и представлять их интересы. Хотя это совсем не так.

 

Артём Войтенков: Реально в Америке две политические партии или ещё есть какие-то?

 

Тим Керби: Да, есть. Есть коммунистическая партия, есть "Зелёная партия" - об этом я знаю. Есть партия независимости (независимых, может быть). Не знаю.

 

Артём Войтенков: Про них же никто не знает.

 

Тим Керби: Потому что очень трудно попасть в бюллетени или особенно на телевидение. Когда у нас был саммит последний раз, там был очень сильный конкурент в лице третьей партии, это был Росс Перо, миллиардер, в 90-ых. И они делали всё, чтобы он не участвовал в этих дебатах, как и сейчас поступают с внесистемным человеком Роном Полом. Они делали так, что он получал меньше времени. Они не приглашали его. Поэтому всё, что показывают крупные каналы, это всегда две партии (не приглашают других).

 

Также наивный американец рассказывал мне: "У нас самая чистая система. Просто эта "Зелёная партия", они ленивые. Я думаю, если они хотели быть на бюллетенях во всех штатах, они могли бы быть".

Я делал (это было очень давно) сравнение в этом. Тогда было 4 миллионов поддержки "Зелёной партии". Вы знаете, что в группе ВКонтакте все нажимают "нравится" (лайк). Давайте возьмём "Зелёную партию" в США. Я думаю, что из этих 4 миллионов поклонников они могли бы найти 50 человек - по одному для каждого штата, кто мог бы позвонить: "Мы хотим быть на бюллетене". Но нет: они не бывают на всех бюллетенях.

 

"Независимая партия" (или "Партия независимых", я забыл, как называется). В принципе, был слух в Интернете, что они наконец-то, может быть, первый раз в современной истории будут на всех бюллетенях в США. Поэтому это был хороший вариант для Рона Пола. Они сказали: "Рон, если тебе не дают место в Республиканской партии, приезжай к нам: ты будешь на всех бюллетенях". Поэтому это как редкий случай.

 

Артём Войтенков: То есть фактически получается так, что есть две партии, но они не сильно друг от друга отличаются.

 

Тим Керби: Теперь - да. Раньше - больше.

 

Артём Войтенков: Раньше – на сколько лет раньше?

 

Тим Керби: До моей жизни.

 

Артём Войтенков: А! Понятно.

 

Тим Керби: Но мы говорим в целом об Америке. Нельзя говорить, что Америка сейчас это Америка 50 лет назад. Это не логично.

 

И тоже, по-моему, сейчас в сенате, как максимум, два независимых сенатора. Президент не бывает членом третьих партий. Эти третьи они редко бывают. По-моему, там только один-два сенатора может быть. Сенат - это сто человек, обычно там независимых два-три.

 

Артём Войтенков: Получается, что и голосовать-то особо не за кого.

 

Тим Керби: Да. Не знаю. Просто меня потрясло то, что в Северной Корее. Вы знаете, там коалиция партий на самом деле: из 600 представителей 40 или 50 из них независимые. Поэтому даже у северных корейцев лучше шансы на третью партию.

 

Артём Войтенков: Насколько эти партии отличаются? То есть, если они фактически одинаковы, то какой смысл выбирать одних и тех же.

 

Тим Керби: Это потому, что это называется "wedge issues". "Wedge" - по-моему, это по-русски "клин". У тебя молот и клин, и ты раздвигаешь и вбиваешь. Поэтому эти "wedge issues", где эти партии отличаются. Республиканцы, они против абортов, демократы за аборт. Республиканцы, они, в принципе, за оружие. Демократы, они не совсем против, а как-то за минимальное использование оружия в США. И это очень страстные, яркие вещи, за которые люди голосуют, потому что они вызывают сильную реакцию. На самом деле они все любят эту Федеральную резервную систему, они все любят войны.

 

Обама - лауреат Нобелевской премии по миру. Он начал больше войн, чем даже Буш. Поэтому они делают то же самое: Обама продолжает всё то, что делал Буш.

Я забыл, кто это сказал (может быть, это был Джордж Карлин, юморист, может, кто-то ещё): "Президенты меняются, а планы на иностранные дела - никогда". Вот такая ситуация.

 

Поэтому чем больше человек понимает систему и он не какой-то зомби без мозгов, то он понимает, что на самом деле они одинаковые. Это – как человек хочет общение.

- Демократы больше улыбаются, более приятные, больше для детей: "О, я такой либерал, я такой нежный, хотя я убиваю многих людей в разных странах".

- Республиканцы, это больше, как: "О, я приятный, но я христианин, я верующий убийца. Я более сильный. Да, мы должны бы сильными. Мы отдаём всю власть банкирам".

 

Это, как есть бейсбол, есть хардбол, который более жёстче, есть софтбол, который больше для тех, кто любит пить пиво, но и ещё играть в бейсбол - лучше так, как пример.

 

Артём Войтенков: Получается, что выбор политической партии фактически не играет никакой роли.

 

Тим Керби: С момента, может быть, смерти Кеннеди, появления Рейгана, чем больше мы идём в будущее в этом направлении, тем меньше они отличаются.

Или ещё, например. Кто сделал, чтобы Америка бросила всё в защиту труда, чтобы участвовать в ВТО? Это был Буш-старший. Тогда кто продолжал эти тенденции с "НАФТОЙ", которые открывают границы с Канадой, с Мексикой, чтобы у нас было много нелегальных эмигрантов - не совсем открытые, но особенно, очень открывал наше место работы больше. Тот, кто начал точно посылать все места работы на Мексику или в Китай? Клинтон, демократ.

Как и Буш-первый начинает войну в Ираке, чтобы у нас было много войны за нефть. Обама продолжает в Афганистане. По-моему, мы уже в Уганде почему-то, в Йемене. Обама тоже продолжает всё это в Косово. Косово началось с Клинтоном, продолжалось тогда с Бушем, теперь Обама. Это просто риторика меняется, а, оказывается, что дела нет.

 

Артём Войтенков: То есть меняются президенты, меняются партии, а по сути ничего не меняется?

 

Тим Керби: Мало. Я не могу говорить, что 100%. Я думаю, что 90%.

 

Артём Войтенков: Интересно узнать про жизнь обычного американца. Нам показывают в кино, что у американцев сразу есть дом большой: у каждого члена семьи комната, машина и то - не одна. За счёт чего такое получается?

 

Тим Керби: У нас был достаточно хороший дом - дом, который все русские хотят. У нас даже дом был увеличенный (сначала построили, потом увеличили), даже было место для двух семей.

У нас не было плитки на полу, но у нас было четыре ванных комнаты, представляешь? Проблема в том, что в каждой только одна штука работала, поэтому надо было руки мыть в одной комнате, принимать душ в другой, а туалет - в третьей, а в четвёртой мы просто всё выключили насовсем.

Мы жили в этом доме 18 лет, и я там ничего не делал ни разу. Это было тоже смешно, потому что две из ванных комнат были совсем рядом.

 

У меня было очень крупный дом, неплохой, но очень дорого его было отапливать, потому что у нас отопление там очень дорогое.

 

Артём Войтенков: Интересно, сколько тратится в Америке на коммунальные услуги: отопление, вода, канализация.

 

Тим Керби: Мои родители сейчас, как я понял, они тратят 800 долларов на бензин в месяц для машины.

 

Артём Войтенков: А у вас одна машина или две?

 

Тим Керби: Две. Зимой - где-то 400 долларов или больше на отопление, 200 с чем-то на электричество. За воду они не платят, потому что у них колодец, современный суперколодец.

 

Артём Войтенков: А! Своя скважина с насосом.

 

Тим Керби: Ну, да.

 

Артём Войтенков: А канализация?

 

Тим Керби: У них тоже нет. Когда я жил в Питсбурге (у нас был дом), у нас была такая ситуация, что мы платили... Есть какой-то суперминимум только за отопление, чтобы трубы не взрывались - где-то 200 долларов в месяц. Поэтому у нас дома было около нуля зимой.

 

А электричество (2003 год) 70-90 долларов, телефон - 21-27 долларов. Вода? Я не помню. По-моему, 60 долларов. Мы мало использовали, потому что мы все были бедные, поэтому мы делали всё эффективно: быстро принимали душ, зимой душ, конечно, это было что-то волшебное - всё быстро. Никогда не включали свет, когда он не нужен. Это был дом в аренду за 500 долларов. Думаю, это тоже было не так плохо.

 

Артём Войтенков: Арендовать дом за 500 долларов это считается небольшая цена?

 

Тим Керби: Нет. Потому что это был дом в очень хорошем месте. В доме было три спальни. Дом битый, очень старый, вонючий, но 500 долларов это не так плохо на самом деле по сравнению с Москвой.

 

Артём Войтенков: Свой дом купить возможно?

 

Тим Керби: Да. Но всё равно дом не свой, потому что, если ты не платишь налоги. Поэтому, как сказал Эл Джонс ... Проблема в том, что все думают, что Эл Джонс сумасшедший. Может быть, он плохой пример, но он сказал, что типа "в Америке ты не покупаешь, ты арендуешь навсегда". Потому что если ты не платишь налоги, ты потеряешь всё. Это очень легко.

 

Артём Войтенков: Какой механизм вообще покупки дома? Каждый американец покупает дом в кредит изначально?

 

Тим Керби: От банка.

 

Артём Войтенков: От банка. И насколько лет кредит?

 

Тим Керби: Не знаю, 20-30 лет. Долго, потому что суммы большие. Честно говоря, я сам дом не покупал, и не могу говорить о том, чего не знаю (процесс покупки). Я просто видел, как люди теряли дома.

 

Я расскажу один случай, который, может, очень шокирует русских людей.

Друг моего отца, у него был хороший свой бизнес - продажа краски, он красил дома. Американская мечта - несколько домов у него. По-моему, он даже купил ресторан. Такая американская мечта. Один дом у него был почти рядом с нами, где мы жили, он уехал оттуда, но этот дом стоял, он не мог его продать. Ему было дешевле просто отдать дом бесплатно, чем держать этот дом, из-за налогов, из-за того, что штрафовали его за качество. Потому что, если дом некрасивый или там что-то ломается, тебя могут штрафовать за это.

 

ртём Войтенков: Что значит "ломается"? Если у меня кран сломается, меня что, оштрафуют за это?

 

Тим Керби: Если это будет видно.

 

Артём Войтенков: Если у тебя разбито стекло, ты можешь попасть под штраф, да?

 

Тим Керби: Да, они могут штрафовать тебя за некачественные дома. Поэтому он отдал дом в Америке бесплатно, потому что это было дешевле и выгоднее. Бедные люди хотят... Этот дом был построен в 60-е. Там были хорошие трубы, которые можно украсть и продать. Опять - "нет бедных людей в Америке". Но люди реально украдут эти трубы, чтобы их продать, поэтому этот дом всегда под угрозой того, что в него кто-то придёт, сорвёт все трубы и продаст.

Моя мама прислала мне ссылку на это дом. Теперь этот дом (дом банк взял бесплатно) продаётся за 11 тысяч долларов. Это что? Это "Жигули". Никто его покупать не будет.

 

Артём Войтенков: Почему не будет?

 

Тим Керби: Плохой район. По той же самой причине теперь у нас есть "городская степь" (так, по-моему, на русский переводится) в Детройте, где раньше были дома, дома. А теперь есть дом, полкилометра - ещё дом. В Детройте! Почему их рушат? Кто в Детройте может платить все эти штрафы?! Потому что это дешевле, потому что никто не хочет покупать эти дома, поэтому их просто уничтожают. Есть фильм об этом (жаль, я забыл название). Ты просто смотришь этот фильм, как эти дома...

 

Американцы - люди разных образов, но больше всего афроамериканцев, и они в пределах Детройта. И это, как колхоз, где все дома были, а теперь у них какой-то колхоз - нереально! Поэтому с домами такая ситуация с домами. Поэтому мои родители уже знают, что они не будут жить в этом доме вечно.

 

Артём Войтенков: Где они сейчас живут?

 

Тим Керби: Да. Потому что у них не хватает денег и всё. В моей семье сейчас бабушка сильно болеет, она не может жить дома. Поэтому дом как-то теряется, надо, чтобы кто-то там жил. Мы не хотим арендовать, потому что бедные уничтожают. У меня есть какая-то двоюродная сестра, но...- опять эта американская честность. Она мне ответила: "Мы только что подписали договор о том, что должны прожить здесь на год, мы не можем расторгнуть договор". Американцы с договорами... Потому что я очень хотел бы, чтобы она с семьёй жила там, потому что она стабильная, она может там жить бесплатно, но нет: "Я подписала контракт".

 

Артём Войтенков: Какая-то странная проблема. У нас в России проблемы с жильём: где бы жить? А у вас в Америке получается, другая проблема: куда сбыть пустое жильё? Кого б туда бесплатно заселить?

 

Тим Керби: Да, найти место, где можно жить - в принципе существовать. А место, где ты хочешь жить - это другой вопрос.

 

Артём Войтенков: Понятно. Сколько денег нужно американской семье из четырёх человек: двое взрослых и двое детей? Какой прожиточный минимум в месяц? Сколько надо зарабатывать, чтобы жить в среднем классе?

 

Тим Керби: Я не знаю про средний класс. Может быть, 20 с чем-то долларов в час.

 

Артём Войтенков: А в месяц?

 

Тим Керби: Мы не думаем "в месяцах". Теперь инфляция. Да, по-моему, 20 с чем-то в час, чтобы жить, как средний класс.

 

Артём Войтенков: Это один рабочий человек или двое работающих?

 

Тим Керби: Я думаю, что один может, если он зарабатывает 20. Может быть, двое по 15 - это слишком мало.

 

Артём Войтенков: Рабочий день сколько? 8 часов?

 

Тим Керби: Да. Но не забывайте о налогах.

 

Артём Войтенков: Сколько процентов налог?

 

Тим Керби: Зависит от ситуации. Это Америка.

 

Артём Войтенков: Штата, да?

 

Тим Керби: Штата, места, сколько ты всего зарабатываешь...

 

Артём Войтенков: Какая-то средняя планка налогов есть?

 

Тим Керби: По-моему, мои родители платят 33% (всего считается).

 

Артём Войтенков: 33% с дохода.

 

Тим Керби: Да.

 

Артём Войтенков: Такие вещи как НДС при покупке, то есть налог на добавленную стоимость вещей есть в Америке?

 

Тим Керби: У нас продажа всего в Огайо это 7% стоимости, но это добавляется после того, как ты купишь. Поэтому если там написано "доллар", то на самом деле стоит "доллар и семь".

 

Артём Войтенков: Так вот.

 

Тим Керби: Да.

 

Артём Войтенков: И это в каждом штате по-разному.

 

Тим Керби: По-разному: или выше или нет вообще. Кажется, во Флориде нет вообще.

 

Артём Войтенков: А в остальных штатах есть?

 

Тим Керби: Где я был - да.

 

Артём Войтенков: И какого это процента достигает?

 

Тим Керби: Я думаю, 6-7-8 процентов где-то диапазон. Просто "бомбят": местные налоги, федеральные налоги, налоги на продажу, штатовские налоги. Налоги, налоги, налоги.

 

Знаете, в чём была причина революции в Америке? Одна главная причина - были слишком большие налоги. Налоги - это система репрессий и тирании, когда они были слишком высокие. И это причина того, что многие американцы недовольны Америкой, потому что высокие налоги не могут быть в Америке. Это очень антиамериканская концепция в целом. Поэтому чем больше человек это понимает, тем больше он понимает, что Америка - это не Америка уже.

 

Артём Войтенков: Михаил Задорнов, с его подачи (большей частью с его) пошло, что американцы все тупые. Что вот мы, русские такие умные, а они, американцы все тупые. Это так и есть на самом деле?

 

Тим Керби: Я могу не то, что говорить, факты называть.

Это когда человек, он какой-то, в ящике, и он хорошо знает, что он в ящике, и он выполняет все задачи хорошо. Но он не очень понимает, что вне этого ящика. И этот менталитет, это тоже часть тирании, потому что, кто-то заказывает, чтобы он делал так и так. Он не понимает, что он делает, и он делает зло. И потом он говорит, что это зло, когда выйдет из ящика. В целом в Америке это так, потому что есть люди которые очень хорошо понимают свою профессию, а то, что происходит в другом штате… Поэтому, я знаю много умных людей там, но я знаком и с очень многими идиотами.

 

Я думаю, что по генетическим правилам, у каждого народа, по-моему, почти одинаковые потенциалы, или одинаковые потенциалы совсем. Поэтому, система образования плохая, слишком много телевизора, все стали ленивые. Поэтому, если американцы являются как-то тупыми, это больше потому, что наша культура перестала уважать ум. Даже американцы говорят, что наш бред, это потому что, у нас антиинтеллектуализм, что мы ненавидим умных людей - "Зачем ты такой умный?" Поэтому, многие любили Буша, потому что он настоящий. А мы не очень любим болтание и всё это. Это какой-то очень странный фактор: "Ты слишком умный, ты мусор". Это странно.

 

Даже, например, есть радиоведущий, и помощник известного радиоведущего, и он раньше работал на бирже, но он полный придурок. Они даже делали его IQ, и у него это даже минус. Если меньше что-то, то ты тупой. У него было девяносто. И это как полный дебил. Он работал на бирже, потому что он так понял, что это на бирже работают все, кроме этого. Он человек, который серьёзно не знает где Мехико, Китай на карте. Поэтому, много таких людей есть, просто идиоты везде. Я просто говорю, что есть тенденция компьютеризации мозгов, и антиинтеллектуализм. И это отличается от России.

Ты можешь тоже легко найти идиотов здесь.

 

Артём Войтенков: Нет, просто вопрос - насколько прав Задорнов, обзывая всех американцев тупыми?

 

Тим Керби: Если он говорит только о моём поколении, может быть, это, как и правда. Моё поколение - не очень, не знаю, я разочарован нами. Собой, лучше сказать.

 

Артём Войтенков: Насколько я понимаю с твоих слов, что американцы очень сильны каждый в своей специализации, в какой-то области. А вот в целом, какое-то общее развитие - это гораздо хуже.

 

Тим Керби: Да, даже Задорнов сам сказал, я знаком с ним лично даже, это было очень интересно. Я надеюсь, что я не вру, но, по-моему, как бы это вопрос тоже.

- Почему у нас в России не получается, как в Америке? Потому что в Америке в плане, что каждая шестерня в машине иногда блестит. В России как бы люди более общие. Отдельные – это может быть хуже для общества.

 

Я не знаю. Я точно согласен. Просто я могу говорить, что это логичный взгляд на это.

 

Артём Войтенков: А вот такие вещи, что например, американский школьник (из фильмов, кстати, было из американских), проучившись пять лет в колледже, или в школе, не умеет читать. Вот это правда?

 

Тим Керби: Да, это бывает. Иногда они просто хотят выгнать из школы. Есть спортсмены. Эти спортсмены ничего не делают, всё, по-моему, фальсифицируется, потому что, они просто тупые. Они получают контракт после университета - несколько миллионов долларов. Даже до конца контракта они потратили уже всё, и просто они придурки. Они попадают в тюрьму. Семьдесят процентов американских футболистов теряют всё богатство. Просто всё. Даже в ближайшие годы после окончания работы в лиге. Поэтому, да, есть очень много таких людей, которые могут не уметь читать.

 

Частенько мне было смешно в детстве. Был один человек у нас. Мы отдыхали по-настоящему, как быдло, в трейлерах. Арендовали какую-то площадку земли для трейлера, и там было два человека, которые не могли читать.

 

Артём Войтенков: Взрослые?

 

Тим Керби: Да, взрослые, у них была работа. Один был сантехник. А как он не мог бы читать и быть сантехником? Но он так и работал. Мой отец пьёт, но он не злой, он не алкаш. Это было так смешно, что он пьёт и просто: "Ну, ты что? Почему ты не можешь читать? Что с тобой? Вот буква "А".

Просто ругался с ним.

 

Мне надоедает, когда либералы говорят, что в СССР было только зло. Ликбез получился. До коммунизма, сколько процентов российских граждан читало? Пять. А после - девяносто девять, точка… Вот. Поэтому, может быть, в этом плане. Тоже это зависит от того, как, где учит американскую классическую литературу. Я не люблю. Я не считаю это так важно.

Особенно все говорят: "Тим, какую литературу тебе надо читать, чтобы понимать Америку?"

Уже нет. Надо смотреть фильмы.

 

А в России - да. В Чехове, это мой любимый российский писатель, потому что, я его могу понимать, как иностранец. Есть какие-то культурные моменты, если ты читаешь Чехова. А даже до сих пор я это как-то вижу в России. А когда я читаю Пушкина, это просто, как ничего. Просто надо понимать, что то, что считается умным, это очень зависит от ситуации. Потому что, мой отец не читает литературу вообще. Он ничего не знает об этом. А у него внутри бытовое такое, акцент пацанский, по-английски, конечно, в таком варианте. Не очень может использовать компьютер, но он очень хороший инспектор безопасности. Он очень хороший отец. Он очень честный и рациональный в этом плане, знает, как общаться с людьми. Тупой он или нет? Вот в чём вопрос.

 

И поэтому как-то трудно сравнивать. Когда я в США, и я бываю там, я иду в магазине, и там колобок с жиром - даже не может читать и понимать о чём я говорю. Если я употребляю необычные слова и думаю, что мы все идиоты. Но когда я говорю с людьми, моими друзьями, когда они пьют, это как: "Вы знаете, что корни между венгерским языком и финским языком. На самом деле, эти корни не так близко, как все говорят".

 

Поэтому, у них какие-то обсуждения лингвистики и всё это, и другие люди на одной и той же вечеринке. Я не знаю, они обсуждают только туфли, потому что, тупые. Поэтому, я даже не могу. Поэтому, я даже говорю, есть кливлендский говор - это очень много мата, форма общения. Но он звучит у них в ушах. Поэтому, я надеюсь, что когда я говорю на радио в моих роликах, я получаю этот кливлендский код. Потому что, кливлендский интеллектуал говорит тебе, что, куда тебе надо идти, твою мать, и всё это, но при этом он может быть не такой тупой, как кажется из-за выбора слов. Да, это невозможно оценить.

 

Да, по географии - американцы в целом очень плохо понимают в географии. Очень плохо.

 

Артём Войтенков: Потому что плохо учат, или, с чем это связано?

 

Тим Керби: Им всё равно. Мы живём в Америке. Америка самая лучшая страна. Зачем знать об этом мусоре?

 

Артём Войтенков: Они не хотят знать, где какие страны, где какие столицы?

 

Тим Керби: Зачем? "Я не буду жить в Китае, зачем мне знать где это?"

Поэтому, если взять американцев: "Зачем мне надо это знать? Зачем? Зачем Англия, зачем французский язык? Зачем?"

Ничего не делает. Есть тенденция у американцев, что знание должно быть для пользы. Что, если это не для пользы, для работы, чтобы зарабатывать деньги, то это знание как литература, я не буду зарабатывать литературой. Не надо.

 

С другой стороны… Например, есть человек, я рад, что он не говорит по-русски, потому что это очень близкий друг, но иногда я думаю, он такой чудесный художник, он знает, у него такое огромное знание… идиотских вещей. Что он знает исполнителя каждой песни восьмидесятых. Он помнит каждый эпизод черепах-ниндзя. Просто эти комиксы, с кем человек-паук занимался сексом двадцать лет назад в комиксах - он это всё знает. Поэтому, мозг есть, мозг огромный, у него такой запас. Просто хочу его как-то: "Стань самым лучшим художником в стране!"

Потому что, он мог бы. Его умение вспоминать вещи (потому что, я всё забываю) - это нереально. А всё – песни восьмидесятых, ниндзи-черепахи. Поэтому, это как-то.

 

Артём Войтенков: Это единственный случай такой?

 

Тим Керби: Нет, в моём поколении есть очень много этого. Очень много людей. Поэтому, я иногда ругаюсь человеком-пауком, что это были комиксы, все эти видео занимают слишком много места в наших мозгах и на сленге.

 

Но у русских это тоже чувствуется хуже, потому что кинорежиссёрство, это больше фантазии, создавать что-нибудь новое. Сами американцы умеют это делать лучше. Даже в YouTube проекты, которые кажутся новыми, нет - это просто копия Америки. Здесь это контрольный фактор, что надёжная копия лучше, чем рисковать.

 

Артём Войтенков: Это уже деловое вложение денег.

 

Тим Керби: Да. Но это тоже умение. Фильмы в России - как-то снято правило освещения, правило, как-то…

 

Артём Войтенков: Подожди, ты про какие фильмы говоришь? Про советские, или современные?

 

Тим Керби: Современные. Я говорю о современных. У советских фильмов были свои фишки. Достаточно свои фишки, чтобы они стали незабываемыми.

 

Артём Войтенков: Тим, если ты имеешь в виду и рассказываешь про русские фильмы, если ты имеешь в виду современный кинематограф, то это практически всё шлак и мусор. Очень редко бывают хорошие фильмы. Очень.

 

Тим Керби: Теперь они начинают быть: как снято, как они снимают, цвет, спецэффекты, это всё правильно. Проблема в том, что концепции плохие, и нет души. И тоже, американцы понимают иногда, что хорошо это или плохо, что мы делаем фильм людям то, что они хотят:

- Иногда это хорошо, потому что, люди получают то, что хотят.

- Иногда это плохо, потому что, люди животные, и дают свиньям свой корм.

А в России они как-то не понимают. Я знаю, что русские хотят, но я не хочу это скрывать в мозгу. Потому что, я хотел бы однажды наконец-то поговорить с режиссёрами в России настоящими, рассказать им, потому что, я знаю, что русские хотят. Я просто не кинорежиссёр, но я хочу свои десять процентов за советы, конечно. Поэтому, я задержу это. Я американец, что сказать.

 

Артём Войтенков: В советских фильмах, именно в советских фильмах того периода, они были именно наши. Вот сейчас кино, которое пошло у нас даже с девяностых годов, - оно не наше. В большинстве случаев оно не русское. Вот смотришь фильм, и ты не чувствуешь с ним никакой связи. Вот русские фильмы, настоящие русские фильмы - они были наши по духу. Советские.

 

Тим Керби: Да. Но, к сожалению, я не могу понимать российские фильмы, лучшие советские фильмы, до такого уровня. Потому что, там хитрость языка. И это какие-то быстрые моменты, когда человек говорит что-нибудь, и русским ушам это умно, а я слишком тупой, я не могу понимать. А в современных фильмах нет нюансов, поэтому там мне всё понятно, и всё не нравится почти.

 

Артём Войтенков: С одной стороны ты говоришь, что американцы очень такие инфантильные, то есть, душа мальчика…

 

Тим Керби: Моё поколение, да.

 

Артём Войтенков: А с другой стороны, американская армия является одной из самых мощных, и лезет просто везде.

 

Тим Керби: Армия современная может быть очень мощной без людей. Больше в плане развития технологий. У нас очень, очень много наёмников в армии.

 

Артём Войтенков: Подожди, наёмники, это кто?

 

Тим Керби: Иностранцы, которые хотят гражданства, поэтому воюют.

 

Артём Войтенков: То есть, чтобы получить американское гражданство.

 

Тим Керби: Да, есть всё это. Есть ребята, которые подписали контракт, чтобы делать, как это называется, тур. Они делают один-два тура. Они уже делают пять-шесть - не разрешают. Один друг моего отца, он участвовал в резерве. И они позвали его из резерва, когда ему сорок два, на фронт. Поэтому, это не так всё блестит. Больше американские солдаты убивают больше американских солдат, чем враг. Почему? Потому что, там высокий уровень самоубийства. Поэтому не всё так блестит. В моём классе в школе двадцать человек где-то, участвовали в армии: девятнадцать девушек из двадцати трёх. Армия для них это как университет.

 

Есть люди, которые в армии, потому что в армии. Но они уже устали. И после армии, они больше понимают, что теперь они не делают добро Америке, служа в армии. Что эти люди, которые служат в армии, многие их них, они хотят делать добро. Они хотят служить Родине. Но в пути они видят то, что их приказы не патриотические. Они ничего не делают для Америки и для американцев. Поэтому, пока я думаю, что это плохая идея - служить в армии в США. Потому что, ты… Честно говоря, если ты имеешь оружие дома, и ты понимаешь конституцию, американскую философию, ты можешь защищать Америку лучше, чем в армии. Потому что, они просто делают это для глобалистических целей, а не для американских.

 

Артём Войтенков: Слушай, а вот интересный момент. В Америке как-то широко распространены комиксы. Смотришь, большие взрослые дяди, читают комиксы, фанатеют от того же человека-паука, бэтмана. Это же детский сад.

 

Тим Керби: Это потому что у нас ситуация, что в Америке, там полный инфантилизм. Я употребляю слова социологии. Я не социолог, я просто придурок с мнениями. Инфантилизм, когда все хотят быть мальчиками вечно, потому что, это весело. И даже у меня был сосед в университете, говорил, что у него душа ребёнка. Душа ребёнка не защищает Россию от фашистов, это ничего не построит. А если ты веришь, что есть злые управители миром, и что всё это, есть силы, которые давят нас, хотят, чтобы мы были тупее, что это инфантилизм, что важнее всего игры, играть и всё будет ля-ля-ля.

 

А в России опять, как я вижу здесь, что все слои в этот гроб инфантилизма, глобализации, западных уничтожающих стен они толкают Россию. А почему-то Россия идёт туда. Но они не могут совсем в гроб. Почему-то Россия не верит. Они всё равно как-то. Поэтому ситуация, что в Росси есть концепция мужества, хотя наша концепция мужества очень испорчена. Что-то есть, а там нет. Почему-то здесь этот дикий сумасшедший феминизм, который там не настоящий, не бывает у нас.

 

Артём Войтенков: Подожди, в Америке ты имеешь в виду сумасшедший феминизм?

 

Тим Керби: В Америке, на Западе. Просто как-то все этой сумасшедшей уничтожающей идеей, они как-то, здесь есть. В Америке это, как кровь, а здесь - как краска. Сейчас у меня краска вот здесь, потому что я покрасил стол. И как-то каждый день потихоньку сходит, потому что не купил это средство, чтобы убрать, а оно само.

 

Сейчас, по-моему, мы все в России в красках, и просто нам надо потихоньку каждый день в душ - убирать немножко, и каждый день меньше краски.

 

Набор текста: Наталья Альшаева, Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (436 мб)
Видео MP4 640x360 (172 мб)
Видео MP4 320х180 (94 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (10 мб)
Звук 32kbps MP3 (10 мб)
Звук 64kbps MP3 (20 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (30 мб)

Текст:
EPUB (182.24 КБ)
FB2 (277.89 КБ)
RTF (229.09 КБ)