Валентин Катасонов

Имя
Валентин
Отчество
Юрьевич
Фамилия
Катасонов
Дата рождения
Описание
Специалист в области экономики природопользования, международного движения капитала, проектного финансирования, управления инвестициями.
Занимается публицистической деятельностью. Лауреат премии Международного конкурса деловой журналистики "Pressзвание" (2014).
Главный редактор печатного органа РЭО — журнала «Наше дело».
Степени и звания
Профессор кафедры международных финансов МГИМО
Доктор экономических наук
Член-корреспондент Академии экономических наук и предпринимательства
Публицист
Должности
Заведующий кафедрой международных валютно-кредитных отношений МГИМО (У) МИД России (2001-2011)
Заместитель директора Российской программы организации инвестиций в оздоровление окружающей среды (проект Всемирного банка по управлению окружающей средой) (1995-2000)
Член Консультативного совета при президенте Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) (1993-1996)
Консультант ООН (департамент международных экономических и социальных проблем) (1991-1993)

Денежный апокалипсис

Дата съёмки
Длительность
64 мин
Конвульсии кредитно-финансовой системы.
Смерть денег, метаморфозы долгового капитализма, электронный банковский концлагерь будущего.
0:00:57 - смерть денег
0:03:34 - долговой паразитизм
0:04:47 - банкротство США
0:07:07 - продажная экономика
0:08:32 - ослабление "большой семёрки"
0:10:18 - торговая война
0:11:53 - ограбление через курсы валют
0:13:37 - кому выгоден низкий курс рубля
0:16:19 - вредная для России ВТО
0:17:01 - США нарушают правила ВТО
0:19:29 - ФРС США - главное денежное управление планеты
0:21:54 - ФРС и Америка накануне великих потрясений
0:23:07 - глобальный оффшор США
0:25:01 - швейцарские референдумы и коммунизм
0:28:34 - китайский эпицентр будущего кризиса
0:29:33 - тухлая экономика Европы
0:32:35 - как МВФ спасает Украину
0:36:30 - смертельные конвульсии МВФ
0:38:27 - вторая волна мирового финансового кризиса
0:39:03 - налог Робина Гуда мировые налоги
0:41:24 - глобальная крыша экологии
0:43:15 - мировая плутократия
0:44:23 - в суд за кризис
0:45:38 - отрицательный процент по кредиту
0:51:33 - деньги умерли
0:53:19 - экономическое зомбирование университетов
0:55:03 - почему банки переходят на электронные деньги
0:57:42 - изъятие бумажных банкнот из обращения
1:01:00 - электронно-банковский концлагерь
Смотреть

Валентин Катасонов – доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО.

 

Валентин Катасонов: Добрый день, братья, сёстры, товарищи, друзья, коллеги, единомышленники. Очередная книга "Смерть денег. Куда ведут мир хозяева денег метаморфоза долгового капитализма". Эта моя книга она примерно по такому же способу, по такой же технологии создана, как и предыдущие книги, издательство "Книжный мир". Это мои текущие публикации за определённый период времени. Ну и уже как-то получается так, что есть несколько таких тем, которые идут постоянно. Просто возникают какие-то новые события, появляется новая информация, и я просто даю некую оценку, интерпретацию этих событий, ну и оцениваю динамику некоторых процессов.

На Западе уже выходили две книги с аналогичным названием "Смерть денег". Но я вкладываю несколько иной, даже совсем иной смысл в этот термин. Это не просто публицистика, это, будем так говорить, завершение достаточно длительного периода существования денег. Когда мы с вами учили экономику, по крайней мере, когда я её учил, то нам говорили, что деньги - это историческая категория. Говорили о том, что деньги не всегда были, деньги возникли на определённом этапе развития общества, когда уже достаточно серьёзным и глубоким стало общественное разделение труда, и из мира товаров выделились отдельные товары, которые стали выполнять роль всеобщего эквивалента. На этом и заканчивались объяснения того, почему деньги историческая категория.

Но никто почти не говорил о том, а когда закончатся деньги, никто не говорил про другую рамку хронологическую. Может быть за исключением только некоторых марксистов, включая самого основоположника Карла Маркса, которые говорили, что при коммунизме будет такой способ производства, будет такая экономическая модель, когда деньги и не нужны будут. Но это всё было очень абстрактно и не конкретно. Если даже читать Маркса, он очень подробно писал про капитализм, но о том, что будет после капитализма, и что будет с деньгами, он нам ничего такого чёткого, внятного не оставил. Это и понятно, потому что с момента выхода в свет "Манифеста коммунистической партии" прошло уже 168 лет, если я правильно считаю. С момента выхода "Капитала" прошло уже более полутора столетий. Конечно, сегодня мир сильно изменился, и мы просто уже имеем некоторые признаки того, что не только деньги, они уже как-то теряют свои изначальные свойства, но и даже та модель, которую мы привыкли называть капитализмом, она тоже находится на излёте.

Я сначала перечислю основные разделы этой книги для того, чтобы потом поглубже коснуться некоторых разделов. Здесь 10 разделов.

Первый раздел - Иллюзии экономического благополучия или долговой паразитизм.

Это мысль, которую я озвучивал и продолжаю озвучивать, что современная экономика, она чётко поделена на две части, я имею в виду мировая экономика. Одну часть мы называем богатым севером, другую часть мы называем бедным югом - это такая традиционная как бы классификация, которая идёт ещё из 70-ых годов прошлого века. Я немножко по-другому называю, я говорю, что есть страны, которые мы называем золотым миллиардом и есть периферия мирового капитализма. Не важно, как назвать, главное, что мировая экономика чётко делится на две части, и богатый север или золотой миллиард - мы привыкли называть эти страны экономически развитыми странами.

На самом деле это лишний раз подумать, какими словами, какими терминами мы пользуемся. То есть мы пользуемся терминами, которые мягко выражаясь, не отражают реальность и которые мешают нам понять устройство современного мира. Они, конечно, далеко не экономически развитые, и, более того, если воспринимать национальную экономику, как скажем отдельную фирму, и оценивать национальную экономику с помощью такого документа, как бухгалтерский баланс, в котором есть активы и пассивы, то на примере фирмы под названием American Incorporated, мы увидим, что эта фирма является банкротом. Даже согласно официальным данным уже сегодня суверенный долг Соединённых Штатов (суверенный, то есть государственный) приближается к цифре 20 триллионов долларов. Это более годового валового внутреннего продукта, и надо сказать, что этот суверенный долг удвоился по сравнению с 2008-ым годом, когда начался финансовый кризис. Мы видим, что Соединённые Штаты это действительно страна с экономикой, которую можно назвать банкротом.

Вы понимаете, что можно жить в долг, можно создавать иллюзию для окружающих, что ты благополучный человек, ездишь на дорогих автомобилях, живёшь в дорогих домах, носишь дорогие костюмы, но всё это - долг. Всё это долг, и надо сказать, что Америка на протяжении десятилетий не задумывалась об этом долге. Наверное, Америка в каком-то смысле оказалась в шоке, когда нынешний кандидат в президенты Дональд Трамп заявил о том, что Америка катится к дефолту. Трамп, он фактически отказался от привычной политкорректности и стал называть всё своими именами. Так что, действительно, вдруг американцы поняли, что они катятся к дефолту. Дальше Трамп говорил о том, что необходимо или проводить реструктуризацию внешнего и не только внешнего, но и внутреннего долга, или добиваться дисконта по своим долговым обязательствам. Вот такая констатация.

Я почему об этом говорю, потому что ведь сегодня мировая экономика - это некая иллюзия. Экономика - это дом, дом - это некая объективная реальность, данная нам в ощущениях. Экономика – это, конечно, отношения между людьми, но, когда мы говорим "экономика", мы имеем в виду и некий материально-вещественный элемент экономики, имея в виду производительные силы. И, конечно, сегодня мы сталкиваемся с так называемой финансовой экономикой. А финансовая экономика - это некие такие воздушные замки. Наконец-то мы начинаем ощущать, что давно уже реального дома с крышей, с крепкими стенами нет, а мы живём в каком-то мире иллюзий, в каких-то воздушных замках. А тот реальный каменный дом, который мы создавали на протяжении десятилетий или даже столетий, какие-то странные непонятные люди разбирают на кирпичи. При этом в нашей стране каждый год по миллиону студентов изучают экономику, а фактически это наука о том, как быстрее разобрать этот дом, остатки этого дома, и как повыгоднее продать отдельно взятый кирпич. Вот примерно, я так образно выражаюсь, чем занята наша система экономического образования и не только наша, конечно, но наша нам просто ближе и понятнее.

Здесь я не просто рассуждаю, я люблю работать со статистикой, поэтому я просто привожу сравнительный анализ, скажем, макроэкономических показателей, так называемой большой семёрки. Та самая большая семёрка, которая собирается, которая вырабатывает какие-то решения, и по инерции продолжает думать, что эти решения являются обязательными для всего остального мира. Вот я сравниваю эту, так называемую, большую семёрку с малой семёркой. Малая семёрка - это страны БРИКС, пять стран (не буду перечислять), и плюс к этому ещё две какие-то страны, предположим, Индонезия и Иран. Так вот выясняется, что, так называемая, малая или альтернативная семёрка, она сегодня имеет совокупный валовой внутренний продукт больше, чем у большой семёрки. То есть тут надо менять терминологию, потому что по инерции журналисты иногда говорят: "Собралась большая семёрка G7". На самом деле уже не большая семёрка.

Даже, используя вот эту лукавую статистику, она конечно лукавая мы об этом говорили. Мы говорили о том, что статистика того же валового внутреннего продукта это, как кружка с пивом: в нормальной кружке с пивом 10% пены и 90% жидкости. Но даже с учётом всей этой пены получается, что большой этой семёркой является не та семерка, о которой толкуют нам журналисты и политики. О тех выводах, которые следуют из подобного рода расчётов, я не буду сейчас озвучивать, они все изложены в первой части работы.

Вторая часть работы - Долговой капитализм. Рыночная конкуренция перерастающая в торговую войну.

Здесь я продолжаю разговор о том, почему же происходит такая странная раскладка, что есть некий богатый север, он богатый только по показателям потребления. То есть фактически я подвожу к выводу, что богатый север - это паразитизм, это экономический паразитизм. Соответственно периферия мирового капитализма - это донор богатого севера, золотого миллиарда.

Конечно, самый интересный вопрос заключается в том, как получилось, что есть паразиты, а есть доноры. И это, на самом деле, разговор очень не простой, можно, конечно, открутиться, отвертеться коротким ответом. Когда я учился, нам говорили о том, что есть богатый север и бедный юг, и основная причина этой дифференциации, этого неравенства это неэквивалентный торговый обмен. Я учился на факультете международно-экономических отношений, в дипломе у меня записано "экономист по внешней торговле", и, соответственно, мы этому уделяли очень много времени, индексы торговли рассчитывали, изучали, что такое ножницы цен, и так далее.

Сегодня механизмы перераспределения общественного богатства между югом и севером иные. Торговля сегодня занимает, я бы сказал, третьестепенное значение в этих процессах перераспределения, на первое место, конечно, выходят финансовые механизмы. Это очень большая тема, мы постоянно говорим об этих механизмах, но, пожалуй, важнейшим элементом этого механизма является валютный курс. Мы как-то над этим не задумываемся, если мы и рассуждаем на темы валютного курса, то в основном рассуждаем по поводу того, что валютный курс волатильный, что он скачет. Сегодня бывает очень не просто студенту объяснить, почему курс не должен быть не плавающим, не даже может быть регулируемым в рамках какого-то коридора, или валютной змеи, чтобы он был просто устойчивым, а лучше даже фиксированным. Сейчас даже стесняются произносить слово фиксированный валютный курс.

А между тем, когда в 44-ом году собирались страны на Бреттон-Вудской конференции, и создавалась послевоенная международная валютно-финансовая и экономическая система, ни у одного из делегатов на этой конференции не было сомнения, что курсы должны быть стабильными. Курсы должны быть стабильными, потому что нестабильные курсы, они нужны:

- а) валютным спекулянтам,

- б) они нужны тем, кто собирается использовать и использует валюту в качестве инструмента дестабилизации национальных экономик. То есть это оружие войны.

Не в том смысле, как сегодня говорят валютная война. Опять здесь происходит подтасовка понятий. Если вы включите интернет, поисковик, посмотрите "валютная война", вы найдёте там бесчисленное количество публикаций, в которых будет сказано, что валютная война - это последовательное снижение валютного курса для того, чтобы страна могла повышать конкурентоспособность своего экспорта и выравнивать платёжный баланс. И вообще даже говорится, что это хорошо, что плавающий валютный курс, потому что плавающий валютный курс, он фактически через понижение даёт некую фору экспортёрам.

Понимаете, очень лукавства здесь много. Потому что сразу возникает вопрос: хорошо, экспортёры получают фору, получают некую преференцию, за счёт кого? Ведь это речь идёт об экспортной субсидии, это же не какая хиромантия, это где-то экспортная субсидия. Всё очень просто. Это, как в медицине, если вы приходите к каким-то хилерам, к каким-то знахарям, они могут активизировать какие-то физиологические процессы в вашем организме за счёт, будем так говорить, мобилизации внутренних ресурсов. И некоторое время вы будете пребывать в состоянии эйфории, а потом вас заберёт какая-нибудь больница.

Вот здесь примерно то же самое, потому что это скрытая субсидия за счёт той части экономики, которая не выходит на мировой рынок. Вот всё предельно просто. То есть это цинизм. Поэтому когда наши руководители экономического блока говорят, что это хорошо плавающий курс, это хорошо, что повышается конкурентоспособность нашего экспортёра. Мало того, что это цинизм, это преступная политика, потому что вроде бы всё было сказано и заявлено, что нам необходимо импортозамещение, нам необходимы структурные реформы, но дело в том, что такое стимулирование экспорта, оно фактически консервирует сырьевую структуру экономики и экспорта.

К сожалению, повторяю, что наши либералы и профессура, которая озвучивает идеи экономического либерализма, они не договаривают. И, к сожалению, современный человек, он не в состоянии даже переваривать и осмысливать ту информацию, которая вбрасывается.

Тут у меня ещё во второй части достаточно интересный сюжет, связанный с Всемирной торговой организацией. Мы 4 года назад на Русском Экономическом Обществе очень много времени посвятили обсуждению того, что такое ВТО, откуда эта организация взялась, почему России не надо вступать в эту организацию. Но наши усилия, к сожалению, не увенчались успехом, Россия оказалась в этой организации. На сегодняшний день мне хотелось бы подчеркнуть, что наше руководство страны проявляет полное бездействие и отсутствие какой-либо инициативы, потому что Соединённые Штаты и их ближайшие союзники на протяжении последних двух лет объявляют всё новые и новые экономические санкции против Российской Федерации. А это - грубейшее нарушение устава Всемирной торговой организации. По крайней мере, представитель Российской Федерации в ВТО должен был поставить вопрос о том, что некоторые страны грубейшим образом нарушают устав ВТО. И если такие нарушения продолжаются, то тогда поставить на голосование вопрос об исключении этих стран, которые занимаются таким грубым попранием принципов Всемирной торговой организации.

Я прекрасно понимаю, что это решение не пройдёт, но тогда у нас появляются и моральные и правовые основания для того, чтобы покинуть эту организацию, которая, с моей точки зрения, конечно, не выражает интересы и не может выражать интересы Российской Федерации. Правда в утешении и себе и вам могу сказать, что она и так разваливается, потому что Соединённые Штаты считают, что они не имеют достаточных рычагов для того, чтобы принимать во всех случаях, во всех ситуациях те решения, которые им нужны, несмотря на всё это.

Поэтому сейчас от Всемирной торговой организации остаётся некая оболочка. Реальная активность Соединённых Штатов происходит за пределами ВТО. Конкретно я говорю о двух трансокеанских партнёрствах, соглашение по Транстихоокеанскому партнёрству уже подписано в Атланте, но не ратифицировано. А второе - это Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнёрство. Сейчас переговоры идут, но они застопорились. И более того, в немалой степени на этот процесс повлияет референдум, который пройдёт 23 числа в Великобритании по поводу членства этой страны в Европейском Союзе, так называемый брексит.

Так что здесь у нас очень много событий, даже этим летом, даже в этом месяце, которые будут определять тенденции остающихся месяцев 16-го года, и наверняка будут определять тенденции, выходящие за пределы 16-го года. Одно событие произошло, я имею в виду заседание управляющих, совета управляющих, комитета по операциям на открытом рынке Федеральной Резервной Системы. Решение было ожидаемым, ключевая ставка ФРС осталась без изменения. Но тут меня вот что интересует, привлекает, то, что сегодня за решение комитета по операциям на открытом рынке Федеральной Резервной Системы следят внимательно чуть ли не 50% американцев, которые умеют читать и писать, или которые могут смотреть телевизор, и, к сожалению, за этим событием следят все, кто имеет какое-то отношение к финансам, экономике. Это лишний раз показывает, что Федеральная Резервная Система действительно является центром международной финансовой системы.

Если даже не происходит изменение этой ключевой ставки, а идут просто разговоры о том, что, может быть, мы её изменим, и эти разговоры уже влияют на конъюнктуру мировых финансовых рынков - это уже не нормально. Как с этим бороться - это особая тема, можете мне задать вопрос во второй части. Я просто хотел бы на это обратить внимание.

И ещё хотел бы обратить внимание, что буквально сегодня утром уже Центральный Банк Японии тоже подтвердил, что он свою процентную ставку не меняет. Это о чём свидетельствует? О том, что многие Центральные Банки пытаются синхронизироваться с Федеральной Резервной Системой. То есть - есть дирижёр, а есть хор.

Безусловно, что Народный Банк Китая тоже следит за Федеральной Резервной Системой, но там реагирование несколько иное, потому что на возможные изменения процентной ставки Федеральной Резервной Системы Народный Банк Китая почти открытым текстов сказал: "А мы будем тогда управлять валютным курсом юаня в нужном для нас направлении". Вот ответ Чемберлену. Ну, хоть, по крайней мере, не просто такое синхронное реагирование, которое произвёл Центральный Банк Японии.

Третья часть - Федеральный Резерв и Америка накануне великих потрясений.

Что Федеральный Резерв сегодня катится к катастрофе – это очевидно. Это очевидно всем, это очевидно Трампу. Слава богу, сегодня это становится, благодаря Трампу, очевидно и многим простым американцам. Потому что, начиная с 2009 года, Федеральная Резервная Система объявила о программе количественных смягчений. Программа количественных смягчений – это, фактически, накачка американской экономики и мировой экономики в ещё большей степени, избыточной долларовой массой. При этом операция заключается в том, что зелёные бумажки меняются на мусорные ценные бумаги. Но вы сами понимаете, что если какая-то организация накапливает на своем балансе мусорные бумаги, то такая организация может обанкротиться. Об этом говорят многие серьёзные экономисты, но вот сегодня, в условиях такой предвыборной кампании, об этом задумались и некоторые американцы.

В этой третьей части ещё такой сюжет я затрагиваю, как проблема оффшоров. Обычно Америку увязывают с оффшорами каким образом? Таким образом, что вот Барак Обама пришёл в Белый Дом и сразу объявил крестовый поход против оффшоров, какой благородный Дон Кихот, какой благородный рыцарь! На самом-то деле, сейчас, после Панамского скандала, становится понятна вся эта игра. Версии принципов этой игры были ещё в 2013 году, когда уже была утечка по оффшорам, засветили многих наших оффшорных олигархов и аристократов, включая того же самого первого вице-премьера правительства Российской Федерации Игоря Шувалова. Более мелкую сошку я сейчас упоминать не буду.

Куда ветер дует? Каков вектор? А вектор очень простой – идёт зачистка оффшоров. Но не для того, чтобы мировая экономика стала прозрачной, белой и пушистой, а тренд заключается в том, что все деньги надо гнать в одну сторону. В какую сторону? В сторону Соединённых Штатов. Я не буду расшифровывать. Соединённые Штаты – это некий глобальный оффшор и других оффшоров быть не должно. Соединённые Штаты давно были уже оффшором, но почему-то экономисты, которые принадлежат мейнстриму, они этого замечать не хотели. Ну, например, штат Юта, штат Делавер, штат Орегон. Или, например, благотворительные фонды - Charity Funds. Это уже такие интересные оффшоры, и таких оффшоров нет ни в Англии, ни в Европе. В общем, это интересная тема – Америка как глобальный оффшор.

Четвертая часть книги – Швейцария как площадка для глобальных финансовых экспериментов.

Вообще, наверное, Швейцария побила все рекорды по количеству референдумов, которые она проводит каждый год. Это, наверное, проявление сверхдемократии. Но что-то, мне кажется, что там что-то такое есть, чего мы не знаем. Ну, вот только что прошел очередной референдум по поводу того, быть или не быть бытовому коммунизму в Швейцарии. Что такое бытовой коммунизм? Это так называемый БОД – аббревиатура, которая расшифровывается: базисный основной доход. То есть, государство, согласно этой концепции БОД, выступает в роли некого социального гаранта, в роли некого социального донора, гарантирующего каждому гражданину, независимо от его пола, возраста, образования, состояния здоровья, некий стандартный уровень дохода, некую сумму денег. Конкретно на швейцарский референдум вынесен вопрос: "Хотите ли вы получить 2,5 тыс. швейцарских франков в месяц в качестве БОДа?"

Я не буду подробно разжёвывать этот сюжет, это, конечно, бесплатный сыр в мышеловке. Надо отдать должное, что большинство швейцарцев не среагировало на этот бесплатный сыр в мышеловке. Но зато возбудило, будем так говорить, некоторые другие страны. В частности, стали проводить социологические опросы в Великобритании, и выяснилось, что большинство англичан с удовольствием бы согласилось на тот вариант, который предлагали швейцарцам. В России, не знаю, проводили ли такие социологические опросы, но, думаю, что в эту мышеловку попал бы, наверное, каждый второй, а, может, каждый первый. Я специально вас немного интригую, не объясняю, почему это мышеловка.

По поводу Швейцарии много интересного и еще до конца непонятого. Я честно говорю, что многих вещей еще пока до конца сам не понял. Ну, например, в конце прошлого года собрали необходимое количество подписей, голосов для того, чтобы провести еще один интереснейший референдум по вопросу: "А хотите ли вы сохранения или наоборот, отмены частичного резервирования обязательств банков?" Вот я, честно говоря, был поражен таким вопросом. Если мы сейчас выйдем на улицу и начнём спрашивать прохожих, как они относятся к частичному резервированию обязательств банков, то я думаю, что может быть, в лучшем случае, один из ста что-нибудь промычит дельное по этой теме.

Удивительно, откуда же они набрали сто тысяч человек, которые так озабочены частичным резервированием. С моей точки зрения, Швейцария – это некий такой испытательный полигон, на котором, что-то такое отрабатывается. Пока еще дата референдума по частичному резервированию не названа, но, я думаю, что она будет названа и референдум пройдёт. Всё это укладывается в некую концепцию, будем так говорить, кардинальной, радикальной реформы банковской системы. А кардинальная радикальная реформа банковской системы как раз имеет непосредственное отношение к тому, что написано на обложке этой книги: "Смерть денег".

Дальше - Китайская экономика на распутье.

Ну, я про Китай уже говорил, у нас была презентация книги "Китайский дракон на мировой финансовой арене". С моей точки зрения, Китай сегодня является потенциальным эпицентром финансовой дестабилизации, именно оттуда могут начаться первые толчки, которые спровоцируют глобальный финансовый кризис. Мы называем три таких эпицентра потенциальных: Китай, Америка и Европа. Должен сказать, что последние данные международного валютного фонда, некоторых экспертов, показывают, что совокупный долг Китая, относительный уровень (мы всегда относительный показатель смотрим) к ВВП сегодня выше, чем у Соединённых Штатов. А относительный долг и у Соединённых Штатов, и у Китая сегодня больше, чем он был у Соединённых Штатов накануне финансового кризиса.

Что касается Европы, тут, как говорится, без комментариев, потому что в Европе вообще ситуация непрогнозируемая. Мы как-то сейчас немножко отвлеклись от Греции, но, уверяю вас, что в Греции ситуация тоже тухлая. Там достаточно большие платежи предстоят этим летом, достаточно серьёзные, будет там говорить, нестыковки, несогласования и противоречия между Международным валютным фондом и Европейским союзом по поводу того как, сколько и на каких условиях поддерживать Грецию. В общем, это только Греция. А плюс к этому брексит, а плюс к этому еще много чего интересного в Европе, о чём я чуть ниже скажу. Повторяю, что Китай может всех удивить и всё может начаться именно в Китае. Первые, как говорится, подземные толчки произошли ещё в 2015 году. Я имею в виду резкое понижение фондовых индексов в начале лета и в конце лета 2015 года, дальше - достаточно серьёзное снижение курсов юаня, и так далее. В Китае сегодня перегретый фондовый рынок, перегретый рынок недвижимости, и соответственно, перегретый кредитный рынок.

Что касается кредитного рынка, то я думаю, что Международный валютный фонд даже всего знать не может. Потому что Китай, в отличие от других стран, имеет достаточно большой теневой бэнкинг. Теневой бэнкинг – это те институты, которые занимаются такими же операциями, как и обычные банки, но занимаются этим без лицензии, и, соответственно, не являются объектом банковского надзора. До некоторых пор Народный Банк Китая и другие финансовые регуляторы смотрели на это сквозь пальцы, потому что такая деятельность фактически подпитывала процесс экономического роста, то есть, обеспечивала необходимые Китаю приросты в размере 7% и даже выше 7% валового внутреннего продукта. На сегодняшний год оценки по приросту ВВП – 6,5%. 6,5% - вроде бы это много, вроде бы даже очень много на фоне Соединённых Штатов, на фоне России. Но дело в том, что у России нет такого относительного уровня долга, какой у Китая. Если мы даже прикинем, что весь этот долг обслуживается процентом в размере пяти, то мы поймём, что 6,5% - это грань. Будет 6% - уже пойдут какие-то дефолты. А если пойдут дефолты, выяснится, что тот же самый Международный валютный фонд недооценил относительный уровень задолженности китайской экономики, потому что там теневой бэнкинг.

Часть шестая – Смертельная конвульсия МВФ.

О МВФ я пишу и говорю достаточно часто. На примере взаимоотношений фонда с Украиной очень хорошо высвечиваются все проблемы и Украины, и Международного валютного фонда. И вообще должен сказать, что для Международного валютного фонда Украина стала клиентом №1. Это очень даже странно, потому что не по масштабам экономики, не по тем критериям, которые в своё время были разработаны фондом, Украина ну никак не вписывается даже в группу приоритетных, не говоря о том, что он клиент №1 (я имею в виду Украину). Всё очень понятно и очевидно. Международный валютный фонд полностью сегодня находится в режиме ручного управления со стороны дяди Сэма. Кристин Лагард получает команды, что и как делать на Украине.

Естественно, всё это делается с грубейшими нарушениями:

- тех правил, которые формировались с 1944 года в отношении Международного валютного фонда,

- в нарушение устава Международного валютного фонда,

- в нарушение правил кредитования,

- в нарушение даже тех правил, которые они сами скорректировали в ноябре 2015 года специально под Украину.

Они специально под Украину перекроили эти правила, допуская возможность кредитования страны, у которой произошёл суверенный дефолт, при условии, если страна, где произошёл суверенный дефолт, демонстрирует, что она пытается добросовестно урегулировать свои отношения с кредитором. Но по нашим данным и по данным Министерства финансов Российской Федерации попыток добросовестного урегулирования этого вопроса не было со стороны Украины. Видимо, они окончательно обнаглели, и считают, что дядя Сэм их прикроет в любой ситуации.

Короче говоря, незавидная ситуация у Кристин Лагард, потому что она не может допустить принятия решения об очередном транше. Потому что очередной транш будет голосоваться на Совете директоров МВФ, естественно, Российская Федерация прекрасно помнит поправки от ноября 2015 года и задаст простой вопрос: "А у нас были разве какие-то попытки урегулировать отношения с Украиной, которая 20 декабря объявила дефолт по российскому займу на 3 миллиарда долларов?" Кристин Лагард понимает, в какой она ситуации оказывается, поэтому и оттягивается решение о выдаче очередного транша на несчастную сумму в 1,7 миллиарда долларов. Последний транш, по моим данным, был выдан в августе 2015 года, пропущено уже два транша. Последние данные, что решение по траншу в размере 1,7 млрд долларов будет приниматься в июле. Если даже будет положительное решение, то это август месяц. Ну, прекрасно понятно, что сегодня уже Международный валютный фонд не кормит Украину, как лошадку, овсом (я писал в одной из своих статей), а повесил перед мордой лошади пучок сена, пучок соломы для того, чтобы кобылка весело скакала. Но она уже не может скакать. Все экономические показатели говорят о том, что она уже выдохлась. Мало того, что она выдохлась, она ещё и рассудок потеряла. Потому что они могли бы хотя бы постелить соломку, и хотя бы формально провести какие-то переговоры, которые можно было бы потом использовать как аргумент, что вот мы добросовестно пытались урегулировать отношения с кредитором. Этого не сделано.

С моей точки зрения, МВФ вообще доживает последние дни, последние месяцы, может, последний год. Потому что ведь на эти события, связанные с Украиной, накладываются ещё события, связанные с реформированием управления фонда. Мы с вами достаточно много говорили о четырнадцатых корректировках, которые надо было бы по хорошему ещё провести в 2010 году. Эти корректировки не проводились на протяжении пяти лет, и вот, совсем недавно удалось большим трудом добиться от американского конгресса ратификации решений 2010 года. И Джейкоб Лью, министр финансов Соединённых Штатов, умолял народных избранников проголосовать "за", где он открытым текстом сказал, что для нас же Международный валютный фонд очень важен, это важнейший инструмент внешней политики Соединённых Штатов. То, что раньше произносили конспирологи, сегодня заявляет открыто министр финансов Соединённых Штатов. Тут очень много непонятного, потому что вообще-то уже в прошлом году надо было принимать решение по пятнадцатым корректировкам, а этот вопрос ещё даже не начинали обсуждать. И, плюс к этому, надо уже работать с новой формулой, потому что решение о пересмотре формулы было принято тоже в 2010 году. Короче говоря, я мадам Кристин Лагард не завидую, непонятно, как она будет из всего это выпутываться. Я думаю, не странно, что многие страны так охотно сразу стали членами нового международного финансового института, я имею в виду Азиатский банк инфраструктурных инвестиций. Туда побежала и Англия, и Франция, и практически все страны Европейского Союза. То есть, начинается уже бегство крыс с тонущего корабля.

Седьмой раздел - Мировой финансовый кризис. Ожидание второй волны.

Ну, тут я уже об этом говорил. Я бы только отметил одно обстоятельство: те лица, которые традиционно принимали решения на глобальном уровне, они сегодня нервничают, потому что не знают, как притормозить наступление это второй волны мирового финансового кризиса. Я здесь пишу о том, что в 2009 году на Большой двадцатке обсуждался такой серьёзный вопрос как введение налога Робин Гуда, его так называли. Это фактически налог на международные финансовые транзакции. Это так называемый налог Тобина. Он был предложен американским экономистом ещё в семидесятые годы. Ставка налога достаточно невысокая - 0,1% максимум 0,2%, но этого достаточно для того, чтобы если не полностью остановить, то, по крайней мере, серьёзно снизить уровень всех этих колебаний, и всех этих спекулятивных движений капитала в масштабах мировой экономики. Прошло уже практически 40 лет с момента, когда Тобин озвучил идею своего налога, но пока налог нигде не введён.

Кстати говоря, только что в Дрездене прошла встреча Бильдербергского клуба, по-моему, это 64-я уже встреча. На этой встрече обсуждались некоторые вопросы. Понятно, что все встречи Бильдербегского клуба достаточно закрыты, но несколько источников фактически подтвердили, что в повестке дня стоял вопрос о введении мировых налогов. Мы достаточно часто говорим "вот планы создания мирового правительства". Но ведь любое правительство требует всегда налогов. Иногда, может быть, важнее сначала организовать налоговую систему, а потом уже выстраивать правительство. Правительство без налогов – это нонсенс. Поэтому на последней встрече Бильдербергов стоял вопрос мировых налогах. Тема такая не очень афишируется, но, тем не менее, ещё в прошлом, даже позапрошлом десятилетии мне приходилось конкретно заниматься этими вещами. Я занимался вопросами экологии, и приходилось заниматься Киотским протоколом (тот самый Киотский протокол, который мы с вами упоминали на обсуждении вот этого документа Московской патриархии). То есть там уже бросался такой пробный шар – введение налога на выбросы парниковых газов и CO2. Я экологией занимаюсь с начала 70-х годов и прекрасно понимаю, откуда берётся такая сверхозабоченность вопросами экологии. Это фактически глобалисты римского клуба, которые эксплуатируют тему экологии для того, чтобы выстраивать систему мирового правительства, систему мировых налогов. Они используют всегда такие достаточно благообразные поводы и аргументы для того, чтобы провести свои какие-то планы.

Другой такой глобальный налог – это, конечно, налог на финансовые транзакции. Есть еще один вариант налога, он обсуждался в 2009 году, в том числе на форуме Большой двадцатки (это ещё не осела пыль от мирового финансового кризиса). Тогдашний исполнительный директор Международного валютного фонда Доминик Стросс-Кан прямо озвучил идею введения глобального налога на банки. Он тогда сказал:

- что налог на финансовые транзакции достаточно сложно взимать, а вот налог на банки – он достаточно простой и понятный. И мы, соответственно создадим некую международную наднациональную структуру, это будет некий страховой фонд, что-то типа Резервного фонда для того, чтобы купировать возможное развитие банковских кризисов в отдельных странах или глобальном масштабе.

Тема наднациональных глобальных налогов достаточно интересная, но, до поры, до времени, она не является достоянием широких аудиторий. Бильдерберг почти на каждом заседании эту тему жуёт.

Вопрос, связанный с налогом на финансовые транзакции, наверное, выплывет на саммите Большой двадцатки, который будет проходить в Китае в начале сентября текущего года.

Мировая плутократия

В этом разделе привожу некоторые свои новые цифры, связанные с вычислением тех, кто контролирует банки Уолл-Стрит. Обычно говорят: "Хозяева денег – это банки Уолл-Стрит". Но возникает вопрос: а у них же тоже есть конкретные какие-то хозяева? Это - так называемая большая четверка. Эту тему я немножко продолжаю разрабатывать.

Один из представителей большой четверки - глобальный инвестиционный фонд Blackrock, который управляет активами в несколько триллионов долларов. Руководитель этого Blackrock сказал: "Мы не понимаем, как нам жить в условиях отрицательных процентов". Я просто сейчас перейду к этой самой интересной части своего выступления. Но даже финансовые спекулянты крупного калибра, даже хозяева денег находятся в некой растерянности, потому что мир буквально на глазах преобразуется, как я сказал на обложке - "Метаморфозы долгового капитализма".

Что тут ещё про мировую плутократию? Тоже очень интересное событие – пошли первые судебные процессы по поводу банков, которые были детонаторами мирового финансового кризиса. Это очень интересно, потому что банки могут как-то наказывать, у банков могут отзывать лицензию. Или, вот Lehman Brothers - пошёл на дно. Правда, это было плановое потопление банковского гиганта, мы об этом тоже говорили. Но, так чтобы кого-то обижать из сильных мира сего, я имею в ввиду из банкиров, чтобы кого-то там вызывать в суд или сажать за решётку, такого не было: такого не было ни в Америке, ни в Европе, да и в России, на самом деле, это большая редкость. А тут я пишу о том, что пошли некоторые судебные процессы, правда, с большим запозданием, вспомнили некоторым банкирам их грехи, связанные еще с временами нулевых годов. Ну, это некий такой звоночек, который показывает, что хозяева денег сильно нервничают. У них нет готового решения, как выходить из этой ситуации.

Вот тут мы подходим к самым интересным нашим сюжетам и темам - это отрицательный процент. На тему отрицательного процента мы говорили достаточно много и долго, но в июне месяце появляются всё какие-то новые события, которые показывают, что всё переходит стремительно в отрицательную зону. Ну, мы с вами говорили, что отрицательные проценты вначале установили некоторые Центральные Банки. Сегодня даже европейский Центральный Банк установил отрицательную ставку, как по депозитам, так и по операциям РЕПО (это уже активная операция). Коммерческие банки, особенно, конечно, таким пока забавным примером являются датские и бельгийские банки, которые выдают ипотечные кредиты под отрицательный процент. То есть, тебе дают деньги, и еще тебе премию выплачивают за то, что ты деньги взял.

Всех потрясла информация рейтингового агентства Fitch, потом и другие тоже некоторые финансовые аналитики дали эту цифру – количество бондов с отрицательным процентом на мировых финансовых рынках превысило 10 триллионов. Вы сами понимаете, что это не шуточная вещь. Короче говоря, это имеет очень серьезные последствия. Это имеет очень серьезные последствия для институциональных инвесторов. Институциональные инвесторы – это пенсионные фонды, социальные фонды, страховые компании. Они привыкли безбедно жить, формируя свои активы за счёт безрисковых активов, за счёт тех же самых казначейских бумаг, а сегодня казначейские бумаги уходят в минус. Большинство таких бумаг – это бумаги с плавающими ставками, и эти плавающие ставки зависят от процентных ставок Центральных Банков. Ну, естественно, если Центральные Банки понижают ниже нуля, то тогда, соответственно, и плавающий процент оказывается ниже ватерлинии. Вот, примерно такая механика.

Часть ценных бумаг эмитируется с фиксированным процентом, и тут тоже фурор произошел, потому что казначейство швейцарской конфедерации выпустило бонды со сроком погашения 10 лет под нулевой процент. Это тоже о чём-то говорит. Казалось бы - всё хорошо, прекрасная маркиза, все довольны. Таким образом, и Греция немножко расслабилась, потому что её бумаги берут. Бумаги берут не потому, что там отрицательный процент, а потому, что эти бумаги сегодня имеют рыночную стоимость, превышающую номинал. Поэтому тут двойная математика:

- если считать по проценту и номиналу – то минус.

- если считать реальный доход - то реальный доход в плюсе, потому что рыночная цена пока выше номинала.

Но мы все прекрасно понимаем, что рыночная цена выше номинала – это аномалия, она держаться бесконечно не может. Она держится до тех пор, пока работает пылесос. А что я называю пылесосом? Пылесосом является Европейский Центральный Банк, который объявил в 2014 году не только отрицательную процентную ставку, но и объявил о том, что начинается программа количественных, и, заметьте, качественных смягчений. Они ещё дальше американцев продвинулись, у них ещё и качественные, оказывается, смягчения. Ну, я вообще называю это слабительной политикой, извините за такое выражение, потому, что через какое-то время это будет иметь очень хороший слабительный эффект. Сейчас идёт эйфория, но ведь рыночная цена этих бумаг сначала сравняется с номиналом, потом уйдет ниже номинала, и даже трудно, у меня не хватает фантазии, что в Европе произойдёт.

То, что в Европе что-то произойдёт – очевидно. Поэтому сегодня ломают голову по поводу того, что Европа такая дурная или Европа – это марионетка Соединённых Штатов? Ну, смотрите, Соединённые Штаты прекрасно понимали все минусы продолжения программы количественных смягчений и в 2014 году они эту программу свернули. Именно в этот момент эту программу начинает Европейский Центральный Банк. Ну, некоторые конспирологи говорят: "А как же иначе, там же сидит Марио Драги". А Марио Драги был вторым человеком в Goldman Sachs. Это человек, который преследует в равной степени интересы, будем так говорить, хозяев денег с Уолл-стрит, а также и конкретные интересы Goldman Sachs. Это тот же самый Goldman Sachs, который подсадил Грецию на долговую иглу.

Роль Goldman Sachs в Европе достаточно серьёзна, и, я думаю, что это некий такой троянский конь. И вообще я должен сказать, что в справочниках по Европейскому Союзу называется семь основных институтов, которые управляют Европейским Союзом. Но меня поразило, что Европейский Центральный Банк в этих справочниках стоит на седьмом последнем месте. Но, как говорят англичане – the last but not the least (последний по списку, но не последний по значению).

Я на днях опубликую небольшую статью как раз по этому поводу – Европейский Центральный Банк или кто же хозяин в европейском доме. С моей точки зрения, ЕЦБ нужно ставить на первое место. Это по поводу отрицательного процента.

Тут мы подходим к самому главному. Ведь, по сути дела, деньги сегодня перестали выполнять свои функции. Деньги изначально выполняли пять экономических функций, это знает любой студент. Я даже посмотрел, что и современные учебники продолжают воспроизводить вот эту классификацию экономических функций, которая была ещё 150 лет назад создана классиком марксизма:

- мера стоимости,

- средство обмена,

- средство платежа,

- средство образования сокровищ,

- мировые деньги.

Я повторяю - только экономические функции, есть еще и другие функции, о которых мы сейчас не будем говорить. Эти функции сегодня не работают. По сути дела, у денег остался один важный признак или важная функция – это средство перераспределения. Вот как раз вот эти самые валютные курсы, о которых я говорил вначале, это и есть важнейшей средство перераспределения. То есть, у одних стран денежные единицы имеют завышенные валютные курсы, у других – заниженные. Я предлагаю своим студентам посмотреть, скажем, справочники Международного валютного фонда, и посмотреть: вот валютный курс, вот паритет покупательной способности денежной единицы. Давайте посмотрим, у каких стран валютный курс выше ППС, у каких – ниже ППС.

- Те, которые имеют валютный курс ниже ППС – это в чистом виде доноры.

- Те, у которых выше – это страны-паразиты.

Это как, можно сказать, анализ в медицине - никаких исключений и отклонений здесь нет.

Нашим бедным студентам на первом, втором курсах рассказывают про экономическую теорию, а потом, на последующих курсах, им пытаются рассказать, как устроен мир и тут получается всё с точностью до наоборот. В учебниках по экономической теории пишут, что если у страны платёжный баланс имеет активное сальдо, то, значит, её курс валюты выше ППС. Вот у нас на протяжении четверти века платёжный баланс с активным сальдо. Причем, такое активное сальдо, что мало не покажется, по отдельным годам, я считал - до 10% валового внутреннего продукта активное сальдо. В переводе на простой язык это значит, что мы приобретали намного меньше, чем передавали другим странам. А что мы взамен получали? А взамен мы получали вот эти самые фантики или вот эти самые знаки на магнитном носителе. И это не те знаки, которые являются всеобщим эквивалентом, средством обмена и средством платежа. Ну, в некоторых случая, конечно, средства платежа могут быть.

И я помню западных экономистов, которые цинично говорили, что да, сейчас надо пересмотреть нормативы по резервам для стран. Были раньше нормативы резервов в размере трехмесячного импорта. Нет, сейчас нормативы должны быть такие, что резерва должно быть достаточно, чтобы покрывать всю сумму долга и ещё проценты. Вот, собственно говоря, резерв – это некая страховка того, что западные кредиторы получат, и никаких сюрпризов для них не будет. Эта тема достаточно пространная, я не буду сейчас дальше её углублять и расширять. Я хотел бы сказать, что отрицательные проценты фактически делают банки институтами совершенно ненужными, потому что банк начинается тогда, когда у него на пассивных депозитных счетах есть какие-то деньги. Вот тогда под эти принятые на депозиты деньги можно выдавать кредиты, и делать деньги из воздуха, без этого не пойдёт этот процесс. Это и есть то самое частичное резервирование - делание денег из воздуха, узаконенное фальшивомонетничество.

Если граждане перестают нести свои деньги, а как же они понесут, если там будет начисляться отрицательный процент - я должен тебе деньги отдать, да ещё и доплатить, я уж лучше тогда, как говорится, арендую какую-нибудь ячейку банковскую и буду наличные деньги держать в банковской ячейке. Если говорить коротко, хозяева денег уже давно поняли, что надо каким-то образом клиента сохранить, а если он уже успел убежать, то назад его вернуть. Единственный способ – это отменить наличные деньги. Поэтому сегодня идёт активнейшая кампания, по вытеснению наличных денег. Всем доказывают и продолжают доказывать, что безналичные деньги – это удобно, это цивилизованно, безналичные деньги защищают вас от грабителей.

Вот я пришёл в Сбербанк и там какую-то услугу мне оказывали.

Девушка говорит: "А вот вы не хотите застраховать свои деньги от пропажи?"

Я говорю: "В каком смысле?"

- "Ну, вот тут…" И начинает мне на профессиональном языке говорить: "Вот есть операция фишинг, вот еще какая-то".

Я говорю: "Вы что, мне предлагаете, чтобы я ещё подсел на иглу страховой компании? Вы что?"

Короче говоря, деньги, конечно, пропадают, они должны по определению пропадать. Никакой гарантии нет. Дальше тогда следующая серия аргументов – "мы должны бороться с финансированием терроризма", "мы должны бороться с наркомафией", "мы должны бороться с коррупцией", и так далее. Короче говоря, загоняют вот в этот самый электронно-банковский концлагерь.

Последнее событие, которое связано с этим процессом – в мае Европейский Центральный Банк, который я сегодня уже много раз упоминал, наконец, приял решение об изъятии 500-евровой купюры из обращения. Это практически означает, что на 30% изымается денежная наличная масса. И сразу же, как только было принято решение ЕЦБ, на Капитолии Соединённых Штатов (Вашингтонском Капитолии) заговорили о том, что "и нам бы неплохо тоже было бы изъять самую крупную купюру". А самая крупная купюра – это 100 долларов. И если купюра 500 евро в наличной денежной массе еврозоны составляет 30%, то 100-долларовая купюра в наличной денежной массе США составляет 70%. Вот изымут и останется только 30%. А там уже горячие головы говорят: "А что там, давайте и 50 долларов тоже изымем!" Короче говоря, появляются некие общественники, появляются некие активисты, которые вот таким образом хотят навести порядок в Америке. Вот куда мы двигаемся.

Для некоторых это, конечно, шок.

- Для некоторых, скажем, для хозяев денег и для тех же Blacrock - шок, потому что они не знают, как работать с отрицательным процентом.

- Для пенсионеров это - шок, потому что, безусловно, даже в Америке сегодня начинают банкротиться пенсионные фонды частные.

Надеюсь, что среди сидящих здесь, нет желающих накапливать пенсию в каких-нибудь частных пенсионных фондах, если только это не делается в добровольно-принудительном порядке. В добровольно-принудительном это бывает в некоторых фирмах, такие корпоративные фонды. Ну, вот за всю свою жизнь видел одного такого чудака, который решил всё-таки отнести свои деньги в частный пенсионный фонд. Сейчас надо следить за Америкой, что там происходит.

Для Центральных Банков и денежных властей - тоже непонятно. Я практически за каждый год просчитывал финансовые результаты от накопления международных резервов с учетом изменения цен на бумаги, которые покупает Центральный Банк, с учётом изменения валютного курса, с учётом обесценивания рубля, и так далее. Короче говоря, до сих пор Центральный Банк, он тоже считал и получалась такая полосатая зебра: в один год - небольшой плюс, в другой год - небольшой минус. Я сейчас перестал за этим следить, но где-то в целом получается утешительный ноль. Вот примерно так и управлял Центральный Банк нашими международными резервами. Сейчас, я думаю, всё уйдёт в минус. Уже, наверное, ушло в минус. Поэтому непонятно, каким образом заставить Центральные Банки других стран накапливать эти резервы. Много возникает вопросов, и решение эти вопросов требует добровольно-принудительных методов. Добровольно никто не собирается поддерживать эту самую систему.

Банки, безусловно, будут меняться. Скорее всего, это будут уже некие институты, которые будут просто контролировать распределение общественного продукта в зависимости от поведения гражданина - если гражданин вписывается в нормы, которые прописаны хозяевами денег, тогда он будет иметь доступ на свой счёт. Это пока, некая переходная форма, а, наверное, в пределе - это просто какой-то электронно-банковский концлагерь, всё, как написано в откровении от Иоанна, насчёт того, что нельзя будет ни покупать, ни продавать, и у каждого будет на челе или на руке или знак зверя, или число зверя. Так что это вот всё действительно совпадает, мы должны к этому относиться серьёзно. Я сейчас про духовную сторону этого процесса не говорю.

Слово "Смерть денег" - это не просто публицистический приём, это действительно термин, который означает, что мы переходим в некую новую фазу. Надо сказать, в утешение себе и аудитории, что Россия, в общем-то, отстаёт от этого глобального процесса, и это, наверное, здорово. История не линейна, и объяснить её рационально не всегда можно. Ну, вот в 1917 году, почти сто лет назад пришли большевики, нехороши люди. Кто же спорит, что они нехорошие люди? Там и расстрелы были и всё такое. Но всё-таки, ведь произошло то, что Константин Леонтьев ещё в конце XIX века называл "приморозка" - замораживание России. Ведь мы выпали из этого общего глобального процесса цивилизационного. Посмотрите, как далеко ушла "цивилизация", а мы отстаём. И святые отцы всегда говорили: "Да, мы, конечно, не можем избежать технических каких-то достижений, но не спешите никогда идти в ногу с прогрессом, отставайте хотя бы на полшага". Так что это и утешает. И утешает ещё то, я вот сейчас был на заседании Исторического клуба, меня Сергей Николаевич Бабурин пригласил. Выступали мы там по поводу мобилизационной экономики в годы Великой Отечественной войны. Конечно, Россия страна интересная и у нас богатейший опыт, я вот об этом и говорю. Обычно говорят: "Да, Россия богатая страна, у России там природные ресурсы, и люди пока ещё не до конца испорчены". Но у нас и богатейший опыт. Я сегодня делал доклад об экономике Сталина, я говорю: "Ни одна другая страна не имеет такого опыта и не имеет такой модели. Мы её имеем". Я не призываю к тому, чтобы буквально использовать эту модель, но этот опыт мы обязаны изучать, и обязаны применять.

Спасибо за внимание.

Видео MP4 1280x720
Видео MP4 640x360
Видео MP4 360х180
Звук MP3 32kbps
Звук MP3 64kbps
Звук M4A (AAC) 32kbps
Звук M4A (AAC) 96kbps
Текст EPUB
Текст FB2
Текст RTF

Ответы на вопросы 10

Дата съёмки
Длительность
28 мин
Ответы на вопросы по экономике, политике, истории.
Разговор о религии и ростовщичестве, беззаконном Центробанке, договорённостях Бреттон-Вудской конференции, похожести марксизма и либерализма, новом человеке СССР, о несуществующих иудеях и евреях, о заказчиках холокоста, странах-паразитах и глобальном рабстве будущего.
0:00:00 - древнее ростовщичество
0:06:05 - вирус Талмуда
0:08:00 - православный банкинг
0:09:20 - по каким законам действует Центробанк?
0:10:38 - доллар и золото без документов
0:12:17 - братство марксизма и либерализма
0:14:00 - новый человек СССР
0:16:14 - несколько уровней либерализма
0:16:41 - кто делает холокосты?
0:18:57 - кто делает капитализм?
0:20:12 - иудеев и евреев нет
0:20:57 - сила рабства
0:22:38 - страны-паразиты
0:24:35 - глобальное рабство будущего
Смотреть

Валентин Катасонов - доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО

 

Вопрос: У меня есть вопрос по поводу экономики Древнего Рима. В Евангелии есть момент - притча о талантах. Когда господин отсчитывает лукавого раба, который зарыл свой талант в землю и говорит ему, что тебе следовало пойти и отдать мой талант торгующим, чтобы когда я вернулся, получил своё с прибылью. Не могли бы вы пояснить практическую сторону дела и нравственную?

Валентин Катасонов: Духовно-религиозную сторону, наверное, отец Максим лучше объяснит. Естественно для вас, наверное, соблазном является это сравнение? Христос говорил о том, как реально был устроен тот мир. Христос пришёл на землю две тысячи лет назад. Между прочим с точки зрения рабства, с точки зрения развития того древнеримского капитализма это был, наверное, пик. Это был пик, за которым уже ожидался некий обвал, выражаясь современным языком. Безусловно, что Христос говорил на том языке, который был понятен жителям Иудеи, далёкой провинции Рима. Конечно, это была далёкая провинция, но она была на особом положении. Об этом мы с вами в следующий раз будем говорить, вспоминая Иерусалимский храм. Так что в этом смысле да, были совершенно железные запреты на занятия ростовщичеством среди своих в Древней Иудее. Да и в Израиле, потому что Иудея это уже был обрубок того Древнего Израиля, который начал распадаться ещё за пять веков до рождества Христова. Иудеи это только два колена Израилева.

Он приводил те примеры, которые были понятны людям, с которыми эти люди соприкасались каждый день. Да, было ростовщичество. И не только было, оно процветало. Если вспоминать те же евангельские сюжеты: мытари - они сосредотачивали гигантские богатства. Тот же самый Закхей, начальник мытарей - это был богатейший человек в Иудее, это реальная историческая фигура. Конечно, они эти давали деньги в рост. И более того я вам хочу сказать, забегая вперёд, когда мы будем говорить об Иерусалимском храме: Иерусалимский храм это ведь тоже банковское учреждение. Если так говорить коротко, то Иерусалимский храм ведь собирал со всей эйкумены храмовую подать, десятину, но это два динария. Десятина, это уже как бы сверх того. Два динария - это храмовый, а плюс ещё десятина. У меня есть, я долго рылся в разных источниках, много было всего, да. Всё это лежало в сокровищнице. Помните, бросила лепту старушка в сокровищницу? Вот туда это всё и сбрасывалось. А потом всё это уносилось и всё это работало. Кстати, кто служил в Иерусалимском храме? В Иерусалимском храме служили, прежде всего, левиты. Но для того, чтобы левит мог выходить к народу, он должен был обладать определёнными, будем так говорить, качествами. Ведь уже в то время зачатки Талмуда были. И были определённые требования к тому, кто мог публично служить. Я не ошибаюсь, надеюсь в своих рассуждениях?

Батюшка Максим: Левиты больше, как помощники.

Валентин Катасонов: Да, были священники, были помощники. Но ведь часть этих помощников, они выходили и участвовали в этих жертвоприношениях. Это были публичные помощники. Но дело в том, что не все левиты отвечали тем, грубо говоря, ГОСТам. Были поэтому закулисные левиты. Вот закулисные левиты, они занимались казной, и, в частности, они занимались ростовщичеством.

Я просто некоторые такие штрихи, чтобы было понятно, что и в Древнем Риме, и в Иудее, как провинции Римской Империи, ростовщичество, конечно, процветало. Меня сначала это тоже немножко смущало, как это так, Христос приводит такой пример? Вроде как бы там действительно прирост. Это что такое? Это ростовщичество в чистом виде. Но Христос соприкасался с грешными людьми, и с блудницами, и с теми же мытарями. Кстати говоря, мытари-то как раз прекрасно понимали этот образ - таланты, которые дают прирост. И Закхей оказался одним из тех, кто понял, что действительно это вещь, это занятие, которое закрывает ему вход в Царство Божие. Да, это ростовщичество. Там есть ещё и другие случаи, когда тоже апелляции к этой ростовщической деятельности в Евангелии.

Батюшка Максим: При храме менялось. Это по-современному, как пункт обмена валюты, потому что капитал там огромный вращался. Кстати, если мы возьмём толкование Святых Отцов на Евангелие, Иоанн Златоуст, Феофилакта Болгарского, они там чётко, объясняя вот эти слова, как раз однозначно говорят, что Господь вовсе не приветствует ростовщичество материальное, а говорится только о духовном возрастании. Потому что, делясь с кем-то духовными благами, мы не только их не лишаемся, но мы и другим даём, и сами приобретаем. И об этом чётко сказано в толковании на Евангелие.

Валентин Катасонов: Я единственное хотел только добавить, батюшка, что параллельно с Ветхим Заветом уже создавался Талмуд. В Талмуде были формулировки гораздо более жёсткие и определённые. Будем так говорить, что почти каннибалистские по некоторым позициям:

- в том числе касающиеся ростовщичества,

- в том числе касающиеся имущества,

- в том числе касающиеся, будем так говорить, жизни других людей и так далее.

Вот в Евангелии мы читаем про этих самых фарисеев и про саддукеев. Это уже результат тех самых событий, которые произошли за пять веков до этого. Я имею в виду вавилонское пленение. Они вышли из Вавилона, поражённые этим вирусом. Его я называю условно вирусом капитализма. Но это, безусловно, духовный вирус. И этот вирус заставил их писать вот этот самый Талмуд. И потом уже Вернер Зомбарт и говорил: "Талмуд это и есть тот фундамент, на котором выстраивается наш европейский капитализм".

Батюшка Максим: Так фарисеи, они же уже во времена Христа ожидали мессию не как спасителя духовного, а как политического лидера, который вновь восстановит могущество Израиля, вновь все народы будут дань платить, Израиль будет процветать. У них уже понятие о мессии были сильно искажено, но не у всех. Тут бывает, чем дальше от центра, тем менее засорено у людей понятие. Например, в беседе с самарянкой, и в других местах, там люди настолько слышали слова Христовы, и сразу откликались, а фарисеи были настолько черствы. Господь, обличая их, однажды сказал, что взяли ключ разумения, сами в Царство Божие не входите и другим мешаете, не даёте. То есть уже в те времена действительно сильно было искажено.

Валентин Катасонов: Да.

Вопрос: У меня вопрос. Вы сейчас процитировали, растолковали, но, на мой взгляд, это очень условно. Большая часть всё равно говорится о ростовщичестве, как ни крутите. Дальше во Второзаконии есть 28:12. Там тоже можно пояснить. И почему тогда такие разночтения по всей Библии? Может, тогда Русская православная церковь даст какую-то официальную позицию по этим спорным многим направлениям, чтобы большое количество людей, прихожан, которые приходят, чётко знали, что это вот это, чёрное это чёрное, а белое это белое, что вот это нельзя, а это можно.

Батюшка Максим: К сожалению, в 2000 году, когда была принята основа социальной концепции, там были многие ответы на вопросы, вызов современности. Отдельно про банковскую сферу там не было, к сожалению, упомянуто. Но это не значит, что работы не ведутся. Были заседания, где приглашали священнослужителей и ведущих деятелей банков. Но, к сожалению, на одно из заседаний я хотел попасть, записали меня на приём, но я сильно заболел, просто не смог приехать. Так что о чём там беседовали, увы, для меня осталось это недоступным.

Валентин Катасонов: А меня один раз пригласили, больше не приглашают. Потому что там обсуждался вопрос православного банкинга, и я всё, что думал, всё и сказал.

Вопрос: Иногда приходится объясняться, изъясняться с юристами касательно Центробанка. Какие юридические нормы, договоры подтверждают и определяют политику Центробанка? По большому счёту, как обменного пункта доллара на рубли. Потому что только в Конституция и федеральный закон о Центробанке, они как такового ответа не дают: что сколько мы в долларах получаем и столько в рублях печатаем. Нет международных договоров, которые вы знаете, или есть? О ФРС или МВФ, чтобы их можно было скопировать, изучить. То какая аналитика, из каких источников нам позволит самим проанализировать и изучить, и выявить эту логическую цепочку размышления, позволяющую нам считать его обменным пунктом, скажем так.

Валентин Катасонов: Такое ощущение, что мы на курсе повышения квалификации банковских работников. Я хочу сразу сказать. Вы видимо прослушали мой тезис, что мир финансов живёт по понятиям. Какие там международные соглашения? О чём вы говорите? Какие соглашения? Может быть, какие-то джентельменские картельные соглашения есть, но это не имеет отношения к письменным, парафированным, ратифицированным документам.

Я даже пример приводил в прошлый раз: выяснилось даже, что в 1944 году Соединённые Штаты не оставили никаких письменных следов своего обязательства разменивать доллары на золото. Вот хотим – размениваем, а не хотим - закрываем окошечко, пошли, гуляйте. В 1971 году закрыли окошечко и всё.

Вы знаете, в мире финансов (я не настолько конечно много там пробыл, слава Богу, поэтому ещё немного так что-то соображаю) - там не любят оставлять никаких следов. Когда я там шёл к начальству и говорил: "Вы дайте, пожалуйста, в письменном виде указания". Никогда в письменном виде вам указания не дадут. Понимаете, если что - я не я и хата не моя. Молодые этого ещё не понимают. Поэтому в мире финансов, если есть какие-то договорённости, - в основном устные, скреплённые кровью.

Вопрос: А какие-то аналитические источники мы можем посмотреть?

Валентин Катасонов: Да. Выйдите на сайт Банка России - там всё элементарно считается: сколько долларов в резервах, по какому курсу. Посмотрите, какая там денежная масса, агрегаты М0, М2. Но мы немножко выходим за рамки нашей темы, но это всё на поверхности. Вся статистика есть.

Вопрос: Доллары выпустили, и там всё это плюсуется?

Валентин Катасонов: Если бы. Ещё и часть этих рублей забирает Минфин. Это называется стерилизация денежной массы на их птичьем языке.

Вопрос: Два вопроса, один, наверное, короткий. Вы сказали, что либерализм будет использоваться по планам Маркса. Это более характерно для российских либералов или это общемировая характеристика?

Валентин Катасонов: Вы знаете, марксисты и либералы это ветви, исходящие из одного корня. Поэтому тут ничего удивительного нет. Это не совпадение. Это я условно называю: их объединяет общий знаменатель под названием "экономический материализм". И те, и другие - экономические материалисты. Те же самые марксисты, они что хотели и продолжают хотеть? Они хотят построить Царство Божие на земле. И даже, если вспомним основной экономический закон социализма, в учебнике политэкономии, как он формулируется? Постепенное, непрерывное (там разные слова) повышение степени удовлетворения материальных, и потом где-то в конце - и духовных потребностей. На счёт духовных они вообще не понимают, что такое духовные. Поэтому по жизни речь шла только о материальных потребностях. Парадокс экономической политики или вообще политики государства заключается в том, что если у государства, у общества, у социума высшая цель является экономической, то это общество обречено. У общества должны быть высшие цели. Если экономика высшая цель, то есть средства оказываются высшей целью, значит это общество обречено. А, к сожалению, коммунисты, они именно так и ставили вопрос.

То есть на XXII съезде КПСС, когда была принята третья программа партии, там была чётко сформулирована триединая задача. Она и до этого формулировалась, но была размыта. Там чётко.

- Первая задача – развитие материально-технической базы коммунизма.

- Дальше это совершенствование производственных отношений.

- Создание нового человека.

По первым двум позициям много было написано толстенных книг, много было решений партии и правительства. А по поводу того, что такое новый человек, и повисло в воздухе. Потому что никто этим не занимался. И какой новый человек? Если для них человек это просто, извините, восемьдесят или девяносто килограмм костей и мяса, и немножко мозгов?

Поэтому как? Были какие-то красивые слова – "гармоничное развитие личности". Или – "мы будем развивать производительные силы, повышать производительность труда для того, чтобы менялась пропорция времени между тем временем, которое идёт на создание, производство, труд и та часть времени, которая идёт на развитие личности". Иногда так объясняли основной экономический закон социализма. А что будет делать личность в свободное время? Я честно скажу, в советское время было много свободного времени. Я не буду сейчас перечислять, что делал советский человек в свободное время. Самое невинное из того, что он делал это водку пил.

Батюшка Максим: А вопрос о сокращении рабочей недели, количество часов действительно влияло.

Валентин Катасонов: Ради чего? То есть, к сожалению, марксисты, они и сегодня (я с КПРФ общаюсь) они не понимают высшей цели. Они замыкаются только на классовой борьбе, и они замыкаются на удовлетворении материальных потребностей человека. Всё. И рано или поздно они сходятся с носителями вот этой либеральной идеологии. Либеральная идеология - она многоуровневая в отличие от марксистской. Там же есть своя эзотерика.

- Либеральная идеология для внешних - периферийных.

- Либеральная идеология для своих, для своей паствы.

- И либеральная идеология для нас любимых. И на самом деле для нас любимых, там уже не либеральная идеология. Там немного другие термины и понятия. Даже извините для паствы, там такой ordnung, выражаясь немецким языком: шаг вправо, шаг влево, всё – расстрел.

А потом это называется холокостом. Когда проходит двадцать, тридцать лет они называют это холокостом. Сами стреляют своим в затылки, сами создают концлагеря, а потом на этом делают большой гишефт. Это как раз к вопросу о коммерциализации истории. Слава Богу, некоторые люди, с которыми я общался в Израиле, они это прекрасно понимают. Они прекрасно понимают, куда их ведёт руководство. Но, к сожалению, это в основном выходцы из Советского Союза. Они гораздо более развиты интеллектуально, чем те, кто прожили в условиях капитализма.

Вопрос: А молодые из этих людей есть, которые понимают?

Валентин Катасонов: Вы знаете, к сожалению, серди молодых там увлечение нацизмом.

Вопрос: Еврейским нацизмом?

Валентин Катасонов: Даже будем так говорить, нацизмом германским.

Вопрос: То есть евреи против евреев?

Валентин Катасонов: Это вам так кажется. Вы знаете, я, конечно, тоже был шокирован, когда увидел такой полулегальный магазинчик, в котором во-первых "Майн Кампф" продаётся, а во-вторых, нацистская символика. Но это особая тема.

Вопрос: Это похлеще фашизма.

Валентин Катасонов: Это собственно один корень у сионизма и фашизма, из одного корня выходят. Фашизм это будем так говорить, ребята в коротких штанишках по сравнению с сионизмом. Вернее, даже не фашизм, а национал-социализм германский. Поэтому сегодня и наблюдаем вот эти парадоксальные вещи на Украине. Они вам не кажутся парадоксальными?

Вопрос: Не кажутся.

Валентин Катасонов: И семьдесят лет назад, когда была Вторая мировая война вот такие противоположности, они тоже сходились.

Вопрос: Просто в Израиле, может другая ситуация. Там не война, по крайней мере.

Валентин Катасонов: А не важно.

Вопрос: Скажем так, информации на эту тему, чтобы построить выводы недостаточно.

Вопрос: Второй вопрос по Риму. Вы пишете про то, что на формирование капитализма во всех случаях оказывала влияние определённая изолированная группа. То есть протестанты - в случае с новым капитализмом. В случае с нашим российским капитализмом - выходцы их южных республик, отчасти евреи и советская интеллигенция. Кто был этой группой в Древнем Риме?

Валентин Катасонов: Кстати говоря, там тоже была полиэтническая группировка. Там вроде бы более ярко была выражена такая конфессиональная группировка, как иудаизм. Но дело в том, что иудаизм тоже занимался прозелитизмом, это очень интересная тема. Поэтому разжижжение иудаизма представителями других этносов было сильнейшее. Вы спросите, зачем? А я вам отвечаю зачем, чтобы все платили храмовую подать, чисто шкурный интерес. Поэтому, когда я говорю слово "еврей", я всегда оговариваюсь в кавычках. Что такое еврей, не знает никто. Даже эти самые законоучители, потому что они прекрасно понимают, что уже никаких евреев нет.

Батюшка Максим: Лучше сказать иудей. Еврей это еврей, а иудей это более по вере уже.

Валентин Катасонов: Иудаизма тоже нет. Потому что, если копать глубоко, то тот настоящий иудей, который хотя бы раз в год совершает жертвоприношения в Иерусалимском храме. Поэтому если так строго говорить, то иудеев уже две тысячи лет нет. Они эту ахиллесову пяту знают, но стараются её не обсуждать. Просто это мне шёпотом рассказал один представитель тех, кто живёт в Израиле. Но шёпотом.

Вопрос: Я хотел задать вопрос. Мы его отчасти коснулись. Это вопрос рабства в такой проекции, как отчуждение. Отчуждение тех, кто становится рабами от знания, от понимания, от имущества, от средств производства. На всей протяжении истории в её эволюции. Насколько я понял из ваших слов, - насилие является ключевым элементом, которое приводит людей в рабское состояние. Насколько это насилие было осознанным в тот период Древнего Рима и насколько осознанно оно осуществляется сейчас?

Валентин Катасонов: Давайте, может быть, с более близких времён начнём. Во всех учебниках пишется о том, что капитализм начал развиваться с периода, так называемого первоначального накопления капитала. Все вспоминают огораживания в Англии. Вспоминают какие-то колониальные захваты. Но ведь, даже огораживания - это же сила? Это же необходимо человека согнать в земли. А для того, чтобы получать какую-то дань из колонии, там же тоже надо было применить силу. А многие современные экономисты, историки говорят о том, что не было бы того же самого английского или голландского капитализма, если бы не было массового использования рабского труда. Это действительно так.

И вообще должен сказать, что мы должны экономику любой страны рассматривать в более широком контексте. В начале перестройки нам говорили о том, насколько эффективно американская экономика. Хотя я американист изначально по своей диссертации, и мне было ещё в 70-80-е годы понятно, что американская экономика отнюдь не эффективна. Мы должны понимать, что такие страны это страны-паразиты, которые создают видимость благополучия за счёт высасывания соков из других стран. Или вот как Соединённые Штаты сегодня практически почти со всего земного шара.

И в Древнем Риме то же самое было. Это блеск Рима, роскошь, гедонизм, аристократия - всё это зиждилось на высасывании соков из обширной Римской Империи. Одним из элементов этого праздного образа жизни было, конечно рабство.

Я немного говорил про рабство в прошлый раз, но ещё раз повторю: было рабство патриархальное и было рабство классическое.

- Патриархальное рабство - это рабство, связанное с натуральным хозяйством.

- Классическое рабство – это рабство, связанное с производством товарной продукции.

И вот производство товарной продукции это уже и есть капитализм. То есть классическое рабство, его ещё можно назвать капиталистическим рабством. И в этом смысле раб Древнего Рима, который там работал на рудниках, и продукция этого рудника потом превращалась в металл и продавалась во все страны и провинции Средиземного моря, это как раз капиталистический раб. И в этом смысле он мало чем отличается от капиталистического раба XIX, XX и XXI века.

И тут я хочу вам задать вопрос. При нынешней мощи финансовой олигархии, казалось бы, почему бы финансовой олигархии сегодня не вернуться к тому физическому рабству, когда классический раб, он был просто вещью, принадлежащей работодателю, рабовладельцу. Низкий КПД, он низкий у любого раба. А у классического, у наёмного раба это (вы правильно начали свой вопрос) - отчуждение труда. В марксизме эта тема слабо освещена. Хотя в раннем Марксе можно найти интересные работы, его философско-экономические рукописи, где он достаточно подробно писал про отчуждение труда. Но в "Капитале" уже эта тема ушла. Так что это отчуждение труда. Отчуждённый труд не может быть эффективным.

Поэтому это миф, что рыночная экономика, то есть капитализм, это эффективная экономическая система. Более неэффективной трудно придумать. Мало того, что это неэффективная система, но на примере Древнего Рима мы видим, что это паразитическая система, это система, которая разрушительна. Эта система, она втягивала в капиталистические отношения новые и новые слои общества. Фактически это был процесс развращения человека: человек бросал свой творческий труд, физический и умственный труд и фактически превращался в паразита, который существовал за счёт раба. Но в какой-то момент времени Римская Империя перестала расширяться, приток новых рабов прекратился, и вот здесь начались агонии.

И параллели самые прямые. Ведь сегодня процесс глобализации заканчивается. Сегодня мы являемся свидетелями агонии вот этой самой капиталистической системы. Во что трансформируется эта система - трудно сказать. Когда я учился в институте, когда мы на семинарах изучали капитализм. Мы изучали по Брегелю, изучали у самого Брегеля. Мы особо внимательно тогда изучали вот этот закон тенденции норм прибыли к снижению. И Брегель говорил: "Наступит когда-то такой момент, когда норма прибыли вообще будет равна нулю. И тогда капитализм сам исчезнет. А вот что дальше будет – не известно. Может быть, будет социализм с коммунизмом. А может, будет концлагерь". Это говорил Брегель. Мы сегодня видим, что скорее второе, чем первое.

Видео MP4 1280x720
Видео MP4 640x360
Видео MP4 360х180
Звук MP3 32kbps
Звук MP3 64kbps
Звук M4A (AAC) 32kbps
Звук M4A (AAC) 96kbps
Текст EPUB
Текст FB2
Текст RTF

Тайны капитализма 3

Дата съёмки
Длительность
61 мин
Денежная цивилизация древнего мира и средних веков.
Рассказ о церковном ростовщичестве, многолетней денежной революции, переписывании истории ради денег, тройных стандартах иудаизма, талмудическом капитализме, отупляющем образовании, жрецах интеллигенции, глобальном рабстве будущего.
0:00:37 - борьба церкви за земную власть
0:04:30 - церковные ордена
0:04:53 - превращение ордена тамплиеров
0:06:53 - церковная знать и ростовщичество
0:08:21 - происхождение слова "капитализм"
0:09:37 - стадная модель капитализма
0:10:45 - разрешённые кредиты Фомы Аквинского
0:12:57 - многолетняя денежная революция
0:18:21 - монетизация истории
0:20:23 - забытый долг Германии
0:21:47 - сколько Россия должна Прибалтике за "советскую оккупацию"
0:23:55 - большие деньги за переделку истории
0:24:16 - либерализм для папуасов
0:25:32 - что дозволено Юпитеру, не дозволено быку
0:26:30 - тройные стандарты иудаизма
0:27:24 - вседозволенность Центробанка
0:28:54 - какие законы выше денег?
0:30:13 - боги мирового правительства
0:32:51 - образовательный конвейер дураков
0:34:05 - американское образование хуже советского
0:35:34 - что такое богатство?
0:37:44 - главный закон капитализма
0:38:48 - нравственность в коммунизме
0:39:27 - определение экономики
0:40:44 - шулерство финансовой экономики
0:40:59 - психбольная экономика
0:44:00 - глобальное отупление человечества
0:45:52 - тупиковость прогресса
0:47:39 - научно-экономическая кабалистика
0:49:59 - стандартные журналисты
0:51:07 - неопределённость определений
0:52:08 - древний рабовладельческий капитализм
0:55:37 - талмудический капитализм
0:57:19 - жрецы российской интеллигенции
0:59:35 - универсальный закон экономики
Смотреть

Валентин Катасонов – доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО.

 

Валентин Катасонов: Добрый вечер, братья, сестры. Сегодня у нас третья встреча, мы идём по нашей книге. Третий раздел книги насколько я помню, называется "Капитализм. Денежная цивилизация Древнего мира и Средних веков". Прошлый раз мы с вами говорили, часть вторая была это "Религиозные основы капитализма". Тема была очень обширная и, конечно, не всё удалось обсудить, мы прошлый раз с вами затрагивали в основном концепцию Макса Вебера и концепцию Вернера Зомбарта. Макс Вебер говорил о том, что капитализм есть порождение протестантизма с его своеобразной такой протестантской этикой. Зомбарт говорил о том, что капитализм есть порождение еврейского духа, что это своеобразная хозяйственная этика Торы. Собственно этот спор продолжается даже до сих пор, и с моей точки зрения прав и тот и другой, и одновременно не прав ни тот и ни другой. Потому что нам необходимо разбираться даже не в работах Макса Вебера и Зомбарта, а разбираться в том, что такое иудаизм, в том, что такое протестантизм. И тут я надеюсь, отец Максим нам поможет в этих наших исканиях.

Кто-то из святых отцов, по-моему, даже новомучеников, так охарактеризовал протестантизм, что это есть незаконное дитя блудодеяния католицизма и иудаизма. То есть в данном случае это некий продукт, который в себе несёт гены и католицизма и иудаизма. И, кстати говоря, мало работ, в которых раскрывается роль католицизма, создание предпосылок перехода общества к капитализму.

Даже до сих пор католицизм сохраняет некую внешнюю пристойность, хотя, конечно, там поломана догматика. И вообще-то правильнее говорить о том, что произошёл не раскол в конце первого тысячелетия, а западная церковь, она откололась, фактически она отпала от единой христианской церкви. И там, где происходит отпадение от христианства, там начинаются ереси, там начинаются всякие, будем так говорить, нестроения, в том числе постепенно эти нестроения приходят в сферу социально-экономических отношений. И на протяжении некоторого периода времени эти нестроения, они маскировались католицизмом. Но ведь по сути дела уже после откола римо-католическая церковь, она объявила, по крайней мере, среди своих, что мы будем бороться за политическую власть. Фактически, будем так говорить, идеи земного царства, они стали доминирующими по отношению к идее божьего царства, небесного царства.

И началась такая перестройка, она длилась, безусловно, долго, незаметно, которая привела и к слому некоторых важнейших догматов христианства. И к изменению образа жизни, иерархии римо-католической церкви. А вы понимаете, что для того, чтобы иметь власть земную, нужны определённые средства. Этими определёнными средствами может быть сила и деньги или деньги и сила. Именно в недрах римо-католической церкви появлялись разные ордена с достаточно сомнительными, будем так говорить, целями. Хотя у таких орденов были и есть внешние цели - афишируемые, и внутренние - не афишируемые цели.

Тот же самый орден тамплиеров. Знаете, как в русской поговорке - "начали за здравие, а кончили за упокой". То есть монашеский орден, причём монашеский орден, который декларировал, что они нестяжатели, что они нищие монахи, что на самом-то деле они борются за то, чтобы обрести опять эти святые места. Те самые места, которые связаны с иерусалимским храмом, отсюда и название - тамплиеры. Тампль - имеется в виду конечно тот храм, иерусалимский храм, его можно назвать вторым храмом или третьим храмом, но чаще всего его называют вторым храмом, тот который был разрушен в 70-ом году по Рождеству Христову Веспасианом Титом.

Но достаточно быстро тамплиеры преобразились, стали достаточно влиятельным орденом, а главное не только влиятельным, но и богатым орденом. Это просто яркий пример, что происходит с человеком, что происходит с некой корпорацией, которая подменяет истинные цели целями ложными. Я не буду сейчас раскрывать некоторые тайны того, как тамплиеры из бедных странствующих монахов превратились в ростовщиков, превратились в финансовых посредников. Но сфера влияния тамплиеров распространялась от Северной Африки и до скандинавских стран. Это яркий пример того, куда дрейфовала римо-католическая церковь.

Безусловно, что римо-католическая церковь всегда старалась охранять внешние благочестие, и те же самые церковные иерархии, безусловно, занимаясь накоплением денег, да даже тех самых денег, которые добывали тамплиеры. Не могли же они нарушать в открытую этот самый запрет, эту самую заповедь о том, что ростовщичество это грех. Поэтому они прибегали к услугам тех самых ростовщиков, которые почти на 100% состояли из тех, кого мы называем евреи или иудеи. Это было занятие достаточно неблагопристойное, поэтому христианам этим заниматься нельзя, пусть этим занимаются иудеи, пусть они занимаются ростовщичеством. Вот такой вот негласный альянс выстраивался. И, кстати говоря, этот альянс существовал всегда, и сегодня он настолько очевиден и настолько видны все эти связи, что даже доказывать не надо.

Я просто к тому, чтобы немножко выровнять баланс, потому что в основном говорят о протестантизме, об иудаизме, но католицизм сыграл тоже свою решающую роль в том, что Европа, прежде всего Европа, она стала двигаться в направлении капитализма.

Мне хотелось бы сказать, что капитализм - это слово корень, которого латинского происхождения. Вы никогда не задумывались об этимологии слова "капитализм"? В Древнем Риме символом богатства считался скот, естественно богатство измерялось в количестве голов крупного рогатого скота. Кэпител - это голова, отсюда и Капитолий. Отсюда Capital (английское слово) - столица, это голова страны. В данном случае Capital - это единица измерения богатства. То есть голова крупного рогатого скота. И если у тебя тысяча единиц, голов рогатого скота, значит ты богатый, а если у тебя 10 тысяч - ты сверхбогатый. Это немножко этимология слова, но это очень важно. В этимологии слова часто можно найти ответы на многие мучащие человека вопросы: почему капитализм назван капитализмом?

Некоторые вспоминают краткое определение Маркса, говорят: "Капитализм - это там, где отношения строятся на капитале". Действительно Маркс называл капитал - это отношение, но он ещё говорил, что капитал - это самовозрастающая стоимость. Вот теперь мы возвращаемся к крупному рогатому скоту, и крупный рогатый скот ведь он тоже прирастает молодняком. И вот считалось и считается, что капитализм - это естественное органическое развитие общества, что стадо прирастает, и что судный процент настолько же естествен и очевиден, как и то, что рождаются телята или ягнята. Вот примерно так.

У римо-католиков ведь на этот счёт были целые трактаты, которые уже защищали не в явном виде эту модель, социально-экономическую модель общества. Постепенно в недрах римо-католической церкви вызревали такие идеи, что, в общем-то, как у нас сейчас шутят - если нельзя, но очень хочется, то можно. Вот примерно там так же: но нельзя заниматься ростовщичеством, но если очень хочется, то можно, но только в определённом сегменте и при определённых условиях.

Фома Аквинский особенно постарался на этой ниве. Фома Аквинский, он говорил о том, что некоторые виды кредита, ссуды, они законны и они даже полезны. Скажем, если речь идёт о том, что ссуда даётся для создания какого-то нового дела, и это дело приносит какой-то доход. Ну, скажем, для того, чтобы купить партию товара, продать с прибытком, и потом между торговым и денежным капиталистом поделить эту прибыль в какой-то пропорции. Такую форму ростовщичества Фома Аквинский уже не только как бы разрешал, но даже приветствовал, считая, что именно таким образом будет осуществляться развитие хозяйства, развитие экономики.

Я такими буквально мазками, потому что у меня здесь по Фоме Аквинскому достаточно много написано. Считается, что он обосновывал социально-экономическую концепцию католицизма. У нас, у русской православной церкви есть основы социальной концепции. Я считаю, что Фома Аквинский тоже создал такую социально-экономическую концепцию. Были, конечно, уже и в XIX-ом и в XX-ом веке энциклики разных Пап Римских, они тоже уточняли и развивали некоторые позиции этой концепции, но повторяю, что Фома Аквинский, он основоположник этого.

Мы, по-моему, на первой встрече говорили о том, что история капитализма - это история перманентной денежной революции. И главными революционерами, главными участниками этого процесса являются ростовщики. Я могу ещё раз напомнить основные вехи этого исторического процесса, но сейчас конкретно мы говорим с вами о первом этапе.

Первый этап - это частичная легализация ссудного процента. Это уже после откола римо-католической церкви от православия, от истинно христианской церкви, частичная легализация. Я сейчас просто прокручу все эти этапы.

Второй этап это уже полная легализация. Полная легализация, мы с вами говорили, по-моему, но я не постесняюсь повторить, произошла уже после того, как имела место реформация: появление протестантизма и так называемого протестантского духа, протестантской этики.

Дальше следующий этап это - легализация неполного резервирования обязательства ростовщиков. То, что мы сегодня видим: банковская система, она является как раз той системой, которая не покрывает своих обязательств. Об этом мы будем особо говорить. Но это был достаточно длительный период, потому что люди протестовали против такого откровенного надувательства, против такого откровенного ограбления. Но, тем не менее, прошло несколько поколений, люди перестали протестовать, а потом даже перестали понимать - а что же произошло. Вот удивительно, в истории финансов через некоторое время люди опускают руки, и потом даже перестают понимать - а что же произошло.

Дальше - это создание Центральных Банков. Центральные Банки завершили процесс консолидации этого ростовщического бизнеса. Складывается такая сверхкорпорация, её можно назвать таким банковским картелем, это уже политико-экономическая система, которая преследует не столько финансово-экономические цели сколько политические.

Дальше - это создание ценных бумаг и фондовых рынков.

Я когда говорю дальше это не значит, что всё шло так последовательно. Какие-то события шли в параллель. Скажем, в каких-то странах сначала появились ценные бумаги и фондовые рынки, а уже потом появились Центральные Банки, но от этого ничего не меняется. То есть в разных странах нумерация этих периодов может быть иной.

Дальше - за Центральными Банками и за фондовыми рынками следует такое событие, как создание золотого стандарта. Сначала в отдельных странах, а потом мирового золотого стандарта.

А затем после этого - демонтаж этого самого золотого стандарта. Это уже XIX-XX век, чтобы была понятна временная привязка.

Ну и наконец, после этого переход к той системе, в которой мы находимся, сегодня с вами 2014-ый год. Этот этап и соответствующую этому этапу систему можно по-разному называть:

- это некая либеральная модель экономики,

- можно сказать, что это глобальная экономика,

- что это экономика, которая возникла или возникает в процессе финансовой глобализации.

Но главное заключается в том, что так называемые товарно-денежные отношения, они охватывают уже весь мир, и не просто географически весь мир - товарно-денежные отношения охватывают все сферы человеческой жизни.

Если когда-то было так, что товарно-денежные отношения это деньги, которым противостоят какие-то товары, промышленность сельскохозяйственная, то сегодня:

- деньгам противостоят такие объекты, как природные ресурсы,

- деньгам противостоят такие объекты, как интеллектуальная собственность,

- деньгам противостоят такие объекты, как человек, но человек не как божье создание, а как товар.

Безусловно, что товаром человек стал давно, но в XX-ом и особенно в XXI-ом веке тут появляются особые качества этого товара. Особо мы будем об этом говорить.

И наконец, ваш покорный слуга сейчас занимается очень интересной, но с моей точки зрения актуальной проблемой, которую я условно назвал "Коммерциализация истории и монетизация международных отношений". Это, я бы сказал, уже высшая ступень товарно-денежных отношений. Что я имею в виду? Тут я позволю себе соприкоснуться с сегодняшними событиями, хотя у нас тема "Капитализм Древнего Рима и Средних веков". Но повторяю, что современный капитализм и капитализм Древнего Рима похожи, как братья-близнецы. И более того, чем дальше мы будем двигаться по рельсам этого капиталистического пути и развития, тем больше мы будем приобретать этих признаков того общества о котором писал Теодор Моммзен (помните, я прошлый раз упоминал), или Майер (немецкий историк), или Михаил Иванович Ростовцев. Короче говоря, мы двигаемся как бы в обратном направлении. Вы мне простите, что я иногда так вот в машине времени перелетаю туда и сюда. Многие не понимают, что такое коммерциализация истории, и что такое монетизация международных отношений.

Коммерциализация истории. Сегодня хорошо это видно на примере той же самой Германии. Ведь вы что думаете, переписывание истории это что, просто решение каких-то геополитических проблем? Да, в первую очередь это, конечно, геополитические проблемы. Это и духовные проблемы, потому что, если человек неправильно будет понимать историю, он может утратить правильные духовные ориентиры. Но здесь ещё есть такая приземлённая задача, как истребовать с кого-то какие-то деньги. Скажем, 45-ый год (извините, что я из Древнего Рима перенёсся в 45-ый год), Ялтинская конференция, генералиссимус Иосиф Виссарионович Сталин беседует с Черчиллем, беседует с американским президентом Рузвельтом по поводу будущих репараций. Вроде бы обо всём договорились. Хотя, как вы понимаете, умер Рузвельт, убрали Черчилля - все договорённости Ялтинской и Потсдамской конференций полетели в тартарары. В 46-ом году "холодная война", и, естественно, все договорённости по репарациям они тоже были перечёркнуты.

Я занимаюсь историей и в то же время очень практическими вещами, потому что Россия не очень представляет кто ей и чего должен, а многие ей должны до сих пор. И если другие занимаются коммерциализацией истории, то поскольку мы часть этого мира, мы тоже должны уметь, обязаны уметь играть по правилам этого волчьего стада. Если так говорить про твёрдый остаток, то конечно Германия нам много чего задолжала, просто мы об этом как-то вежливо молчим, а скорее всего, молчим, потому что не знаем. Это просто маленький фрагмент по поводу коммерциализации истории.

А прибалты, которых обслуживают американские консультанты, они не спят. В сентябре-месяце Латвия огласила, что Россия, как правопреемница Советского Союза, должна Латвии ни мало, ни много 300 миллиардов евро за светскую оккупацию. Вы знаете, я просто отдельные такие мазки те, которые близки к России.

Сегодня буквально начался какой-то бунт переделки истории: и новейшей, и новой, и модерна, и премодерна, и Древнего Рима. Вы знаете, Древний Рим тоже переделывается, потому что там были некоторые прецеденты, которые сегодня современному человеку не полезно знать. И иногда это связано с какими-то идейными целями, иногда это просто связано с чисто коммерческими целями. Да что далеко ходить, ЮКОСу выкатили, то есть по иску инвесторов ЮКОСа, выкатили нам 50 миллиардов долларов, вот вам пример того, как происходит монетизация межгосударственных отношений. Формально как бы иск предъявлен Российской Федерации от нескольких тысяч обиженных инвесторов ЮКОСа.

Ну, 50 миллиардов это вообще ничто, вот молодцы КНДР. КНДР выкатили Соединённым Штатам иск, по-моему, на 75 триллионов долларов за ущерб за корейскую войну с 50-53-ий год. Просто я вам рассказываю это, потому что в книжке этого нет, это уже мои новейшие открытия. Я когда начал погружаться в эту тему, понял, что история переписывается не зря, потому что это большие деньги. Одним из религиозных догматов капитализма, как религия, является богатство, как цель и смысл жизни.

Современная идеология, это как бы чемодан даже не с двойным, а с тройным дном. То есть, у нас говорят двойные, тройные стандарты.

- Есть идеология для папуасов.

- Есть идеология для своих, но тех, которые невежды в законе.

- И есть какие-то правила, какие-то догматы для так называемых посвящённых. Вот такая центричность идеологии. Тот же самый либерализм, который сегодня насаждается в высшей школе, да и не только в высшей школе, насаждается везде и вся, и через учреждения культуры, через театры, через литературу, через средства массовой информации - это для внешнего пользования, для папуасов. Даже, если мы будем сравнивать, скажем, экономическую политику стран периферии мирового капитализма с экономической политикой западных стран, стран золотого миллиарда, мы увидим, что Quod licet Jovi, non licet bovi - что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку.

Например, уж коли сегодня мы вспоминали много раз Центральный Банк, сегодня мне пришлось с бывшим министром финансов Кудриным с утра беседовать, короче говоря, вспоминали Закон о Центральном Банке. Ведь закон о Центральном Банке категорически запрещает кредитовать Центральному Банку правительство. А вот Федеральная резервная система этим только и занимается. Практически большая часть долларовой эмиссии, она осуществляется именно через механизм обмена зелёных бумажек на американские трежерис. Quod licet Jovi, non licet bovi - вот система таких двойных, или даже тройных стандартов. Я просто это показал, как пример стандартов: стандартов в экономической политике, стандартов в идеологии.

Вот тут я опять вернусь к иудаизму, потому что, иудаизм, это матрёшка. Там есть одна матрёшка, вторая, третья.

- Для внешних - одни правила.

- Для тех, которые составляют некую паству - другие правила.

- А для жрецов, или пастырей - третьи правила.

Вы же помните, в Евангелие этот сюжет, когда они сказали: "Вы невежды в законе", ам-ха-арец по-древнееврейски. То есть, вот эти книжники и фарисеи, они смотрели свысока на свой народ, на свою паству. То есть, для жрецов - одни стандарты, для паствы - другие, а для внешних - третьи законы, третьи правила. Я, почему об этом говорю? Потому что мир финансов точно так же устроен.

Некоторые думают, что мир финансов строится на каких-то строгих законах. Нет никаких законов. Мой опыт работы в сфере финансов показывает, что жизнь там идёт исключительно по понятиям. Для кого-то законы обязательны, для кого-то они не обязательны. Я могу даже приводить примеры из собственной практики, но не хотел бы сильно смущать моих бывших руководителей Центрального Банка. Когда мы готовили какие-то нормативные документы, и я делал ссылки на некоторые законы Российской Федерации, говорили: "А это зачем? - на уровне зампредов - Нам это не надо. У нас есть только один закон "О Центральном Банке". Да и тот не выполняется.

Так вот, я хочу сказать, что для тех, кто находится на периферии мирового капитализма, тем внушают, что деньги, это ценность высшего порядка, это высшая ценность. И, если у вас будет этих денег много, то считайте, вы как раз состоявшийся человек. Конечно, у современного человека нет такого религиозного, трепетного отношения к богатству, как это было у протестантов и у пуритан, о которых мы прошлый раз с вами говорили, потому что для них важно было иметь это богатство, как некий пропуск.

Это для современного олигарха богатство - это пропуск в этот, земной мир, а для пуританина тех времён это было свидетельство того, что я действительно буду вхож туда, в царство божие. Сейчас это всё уже ушло, поэтому, сейчас, конечно, многие современные олигархи, они не воспринимают деньги, как религиозную категорию. Тогда это воспринималось именно как категория религиозная. Но ещё раз повторяю, что для тех, кто делает деньги, деньги уже не интересны, для хозяев станка, Федеральной резервной системы - если мы их делаем, и мы их можем сделать сколько угодно.

Наверное, есть какие-то более высокие цели. И мы постоянно говорили, и продолжаем говорить, что есть иерархия целей среди хозяев денег.

- Вот на периферии мирового капитализма как бы высшей ценностью для людей, которые являются адептами религии денег, являются деньги, как таковые.

- А вот для людей, которые немножко повыше в духовном смысле, они понимают, что есть же какие-то духовные ценности. Мы же сами делаем эти деньги. Мы же почти как боги, мы хотим быть совсем богами. А для того, чтобы стать совсем богами, необходимо иметь мировую власть.

Некоторые говорят, есть понятие экономическая власть, но экономическая власть, это власть над вещным миром, это власть над материальным миром. А ведь хочется иметь власть и над людьми, да? Нет, можно, конечно, захватить людей в плен, можно сделать рабами, но этого необходимо, но недостаточно. Потому что же надо, чтобы люди ещё воспринимали тебя, как бога, а не как какого-то узурпатора, кровопийцу, и так далее. Понимаете? Они же мечтают именно о таком статусе.

Но мы с вами в прошлый раз говорили об этих искушениях Христа в пустыне, сорок дней ходил, и дьявол искушал. Первое искушение, это искушение богатством, второе искушение славой, а третье искушение, это искушение властью. Так вот власть, это как раз высшее искушение. Именно к этому стремятся. Некоторые стремятся к этому бессознательно, а некоторые представители мировой олигархии, не периферийной олигархии, а мировой олигархии, они к этому стремятся сознательно, понимая, кто они. Они себя считают предтечами. Вы знаете, в Евангелие тоже был Иоанн Предтеча. Но, Иоанн Предтеча был предшественником Христа, а эти хозяева денег себя считают предтечами настоящего, в кавычках "мессии". А мы, как христиане знаем, что этот настоящий, в кавычках, "мессия" антихрист.

Поэтому, многие события современной политики чисто рационально объяснить невозможно. Скажем, создание того же государства Израиль в 1948-ом году. Было много проектов создания государства. Нет, они захотели именно Израиль, потому что, их, в кавычках, "мессия" должен быть именно там, в Иерусалиме. Современная политика, она пронизана этим религиозным, "духовным", в кавычках, началом. Это надо иметь в виду. Так что, для кого-то деньги высшая ценность, а для кого-то это средство. И мы, по-моему, даже приводили этот пример, когда наши российские олигархи определяют приоритет своего инвестирования. Они говорят:

- вот эти финансовые инструменты у нас на первом месте,

- эти финансовые инструменты на втором,

- а это вообще мусорные акции, мы вообще с ними не работаем.

А вот хозяева денег, они по-другому выстраивают свои инвестиционные приоритеты:

- на первом месте инвестиции во власть,

- на втором месте инвестиции в средства массовой информации,

- на третьем месте инвестиции в высшую школу.

Помните, мы когда-то, может быть, не на заседании говорили, что является самым ценным ресурсом рыночной экономики? Дурак. Необходимо организовать конвейерное производство дураков. Ну вот, хозяева денег не жалеют денег на организацию такого конвейерного производства. Поверьте мне, я не из пальца это высосал, мы со многими предпринимателями обсуждали эту тему. Более того, не могу похвастаться, что много, но немножко читал лекции в американских университетах, ещё тогда, когда у меня были некие иллюзии относительно того, что американское экономическое образование на голову выше нашего отечественного, советского. Но вот когда я им почитал, я понял, что караул, надо возвращаться в страну, и спасать нашу, лучшую систему образования. И не только гуманитарную, техническую, а даже экономическую, потому что, то, что я в университете Беркли услышал, это конечно… Причём, реакция-то была очень такая агрессивная. То есть, они воспринимают экономические знания, как некие такие религиозные догматы. Если человек из Советского Союза приехал, и посягает на их религиозные догматы, то это вызывает у них такую бурную реакцию, защитную. Правда, надо отдать должное, там подошло несколько студентов ко мне, и сказали, что они со мной согласны, и они очень извиняются за поведение аудитории. А между прочим, университет, который всегда входил, и входит в первую десятку, или даже в пятёрку американских университетов. В общем, я тогда многое понял, это ещё был 90-91 год, как раз такие критические моменты. Вот. Это немножко такие лирические отступления, просто мы говорили с вами о догмате капитализма, как религии.

Догмат богатства. Надо разобраться всё-таки, а что такое богатство? Вот в слове капитализм разобрались, а слово "богатство", тоже очень интересное слово. Этимология, корень-то бог, да? Недаром в Евангелие сказано, что человек должен в бога богатеть. Это уже потом слово богатство стало приобретать другие, земные смыслы, вот в чём дело. Да, и протестантские и ещё какие-то. Так что, слово богатство, оно действительно очень многогранно.

Если более конкретно подходить к пониманию слова богатство, ведь есть два определения:

- богатство в узком смысле,

- богатство в широком смысле.

Богатство в узком смысле, это когда у меня есть всё необходимое для удовлетворения своих жизненных потребностей, и ещё что-то сверх того. На Руси это называли достаток. Но достаток, который не переходит в некую идею фикс - накопительство, иначе, это будет уже хрематистика. Как раз Аристотель-то и говорил, что экономика может перерасти в хрематистику. Это как раз состояние, когда материальные блага, они превышают уже в разы, или на порядки, твои естественные потребности. Это вот, один смысл богатства.

Другой смысл богатства, когда не важно, сколько у тебя превышение твоего имущества над твоими потребностями. А тут вступает в действие другой механизм:

- сравнение, сколько у тебя, и сколько у твоего соседа,

- или сколько у тебя, и сколько у твоего конкурента.

Здесь уже вступают в силу какие-то духовные механизмы. То есть, это уже честолюбие, это уже гордыня. Вообще, за любыми вот этими мотивами всегда стоят какие-то духовные мотивы.

Даже в советское время кое-что нам рассказывали, даже в курсе политической экономии. Я вспоминаю, нам читали курс "политэкономии капитализма", и говорили: основным экономическим законом капитализма является закон получения максимальной прибыли. В принципе, правильно говорили. И дальше там развёрнутое определение - на основе эксплуатации наёмного труда. Это основной экономический закон капитализма. То есть, вроде бы всё говорилось, но не объяснялось - а что под этим лежит, потому что, вирус-то капитализма, он в любом обществе есть. (Вот мы, если бог даст, дойдём до Древнего Рима, и Средних веков)

- Были периоды, когда этот вирус удавалось подавлять, и организм функционировал более-менее нормально.

- А в каких-то условиях этот вирус начинает действовать - иммунная система ослабляется.

А что обеспечивает иммунную систему общества? Иммунную систему общества обеспечивают, прежде всего, нравственные нормы, а если копать глубже, то религиозные нормы.

С одним коммунистом вчера разговаривал. Он говорит: "Я понимаю, что такое нравственность, а что такое религиозные нормы, я не понимаю".

Я говорю: "Почитайте учебник, потому что, все нравственные нормы, они вышли из религиозных норм".

Но он был представитель КПРФ. "А - говорит, - понял, это моральный кодекс строителя коммунизма".

Я говорю: "Правильно. Вот видите, вы сами отвечаете на вопрос".

Это же Нагорная проповедь Христа. Просто коммунисты сообразили, что надо использовать это. Но они это назвали нравственными нормами, а это были религиозные нормы. Просто коммунисты не хотели опять поднимать вопрос о религии.

Кстати, вчера тоже интересная такая была у меня беседа с одним человеком, и я, как всегда, сказал: "Политика - это концентрированное выражение экономики".

А он мне парировал, мне очень понравилось его определение экономики. Он говорит: "Хотите, Валентиныч, я вам определение экономики дам?"

Я говорю: "Давайте".

Он говорит: "Экономика - это концентрированное выражение нравственности, или безнравственности".

Вот так вот. Совершенно верно.

И понятно, что если у нас безнравственность перевешивает над нравственностью, то это уже не экономика. Потому что, экономика, это же домостроительство. А, извините, если одни строят дом, а другие начинают эти кирпичи разбирать и растаскивать, то понятно, что это уже два параллельных процесса: домостроительство и доморазрушение. Но сегодня процесс доморазрушения явно превалирует над домостроительством. Поэтому, ещё раз повторяю, что если мы используем слово "экономика", надо всегда оговаривать, что мы используем это слово условно, в кавычках, потому что, речь идёт о доморазрушении. Ведь сегодня же финансовая экономика, работа с финансовыми инструментами. Вернее, это даже не работа, это игра. А чем она отличается, спрашивается, от картёжной игры?

Между прочим, когда я писал эту книгу, мне пришлось изучить пару учебников по психиатрии. Да. Так вот, некоторые, так называемые, финансовые виды деятельности, это из раздела психиатрии. Скажем, пристрастие к игре, к азартным играм - это лудомания, называется. И я много видел людей, которые не могут уже отовраться от игры на валютном рынке, на фондовом рынке. Это лудомания. А по большому-то счёту сегодня, конечно, в основном преобладает клептомания, это тоже психическое расстройство.

Поэтому, мне не интересно особенно даже обсуждать какие-то финансовые инструменты, потому что, какой бы инструмент ни дай больному человеку, он всё равно больной. Если, предположим, у него есть склонность к суицидам, то нельзя ему давать ни ножа, ни вилки, ничего, потому что, он всё равно себя постарается умертвить. Или наоборот, склонность кого-то убивать. Поэтому, не важно, какой инструмент. К сожалению этого не понимают экономисты, за редким, редчайшим исключением. И почему-то медики тоже как-то думают, что есть медицина, а есть экономика.

По-моему, я рассказывал этот пример. Летом 91-го года я работал в Нью-Йорке, был консультантом в Организации Объединённых Наций, готовил кусок доклада для Генерального Секретаря ООН, и жил в частном доме в Грин Хиллс. Кто бывал в Нью-Йорке, знает, это такой зелёный комфортный район. Двадцать минут на метро и ты на Манхеттене, прямо около Организации Объединённых Наций. Кстати, американцы очень не любили ООН, они говорили: "Это прямо такой рассадник социализма в Америке". Ну ладно, речь не об этом, а о том, что дочка хозяйки дома, где я снимал жильё, она была психиатром, и работала с ВИП клиентурой. Как выяснилось, ВИП клиентура была с Уолл-стрит. И вот, три месяца я у них жил, и за три месяца я изучил медицинские истории многих известных банкиров. Честно говоря, я тогда многое понял. Вот за эти годы пребывания в Америке, я многое понял, что такое мир финансов. Это очень небезопасно для психического здоровья, и иногда даже для собственной жизни. Так что, вот такое отступление в сторону.

Вообще, по большому счёту, немножко отвлекаясь от нашей темы, хочу сказать, что экономика, это же ведь отношения между людьми. А если это отношения между людьми, ведь нам надо, прежде всего, человека изучать. А мы что изучаем? Мы какие-то изучаем, извините, правила картёжной игры, вместо того, чтобы изучать человека. А человек нам интересен в каком смысле? Те же самые представители Древнего мира, и особенно Средних веков, о которых мы ещё только собираемся говорить, они же землю пахали, они скот пасли, они пряли и ткали, они ковали железо. То есть, они занимались созидательным трудом. То есть, в этом смысле люди были действительно, я не побоюсь этого слова, они были более развитыми. Во всех смыслах: в физическом, в умственном, в духовном - они были более развитыми. Это, вы знаете, очень опасный миф относительно того, что мы, это самообольщение, самообман, что мы, представители XXI века, мы находимся на самом пике. Есть некая лестница, называемая прогрессом, научный, технический, и вот мы находимся на самой вершине. И сверху так смотрим снисходительно на предыдущие поколения. Всё наоборот. Пожалуй, всё наоборот.

Мы об этом говорили в стенах этого здания. Помните, была презентация моей книги "История, как промысел Божий". И там как раз я говорил об историческом прогрессе, историческом регрессе. И с моей точки зрения мы имеем, конечно, исторический регресс. И естественно, возникает вопрос, а что является критерием прогресса и регресса? Извините, немножко так отвлекаюсь, потому что, хочется ключевые, фундаментальные, метафизические вопросы обсудить.

Вот сегодня либералы, как правило, оперируют, понятием прогресс. Они говорят, мы все за прогресс. А что такое прогресс? Чаще всего, они под прогрессом понимают развитие производительных сил. А зачем нам развитие производительных сил, если это развитее производительных сил делает человека несчастным, больным, и даже ставит под вопрос существование всего человечества? То есть, критерий, мягко выражаясь, очень сомнительный. Особенно он сомнительный для человека православного, потому что человек православный понимает, что Бог создал человека по своему образу и подобию не для того, чтобы этот человек, этот образ и подобие Божие, занималось вот этими безобразиями на Земле, которая была ему предоставлена. Он здесь загрязнил планету, он её изрыл, он её испохабил, он уничтожил здесь миллиарды людей за всю историю, и так далее.

То есть, для человека православного понятие прогресса абсолютно понятно: либо человек приближается к Богу, либо он от него удаляется, а всё остальное производное. И соответственно, если человек удаляется от Бога, он будет получать по полной. Если он приближается… Ведь помните, в Евангелие сказано, что не думайте о том, что вам есть и пить сегодня, об этом Господь побеспокоится. Но имеется в виду, что если вы действительно развёрнуты к Богу лицом. А если вы развёрнуты к нему другой частью тела, тогда извините, у вас будут большие проблемы.

Должен вам честно сказать, и огорчить многих молодых людей, которые учатся на экономических факультетах - в середине XIX века вообще не было даже ни одной кафедры экономических дисциплин в России. Начались реформы Александра II. И вот, с реформами Александра II и начались эти самые новации: новации в сфере финансов, финансовые реформы, судебные реформы, реформы в сфере образования. Появились вот такие разные финансовые теории, появились сначала кафедры, а потом факультеты экономики. И на этих факультетах стали появляться разные сомнительные науки: в лучшем случае, политическая экономия, а в худшем случае, ещё какие-то вещи, не к ночи будет сказано. Это кабалистика.

Мы с вами уже на этот счёт говорили, что финансы - это цифры, цифры, цифры. Идеологи, носители вот этой кабалистической идеологии, они особенно и не скрывают, что "финансы - это продукт их интеллектуальной деятельности. Они говорили, что да, кабалистика - это некая попытки освободиться, выйти из этого гетто Талмуда. Потому что, в Талмуде невозможно мыслить, в Талмуде надо только всё исполнять. Вот мы такие бунтари, мы философы, мы хотим постичь мир. Талмуд - это просто какие-то оковы, а мы будем постигать мир через цифру, через число".

Мы об этом говорили. Вот они постигали этот мир через число, через цифру, оцифровывали Тору, книги пророков, и так далее. Выводы их, конечно, весьма сомнительные, но это их не смущало. Они в какой-то момент времени сказали: "Нам мало объяснять мир, мы хотим его изменять, и будем изменять, манипулируя цифрами. А правильнее сказать, манипулируя человеческим сознанием через цифры".

Мы сегодня являемся теми самыми подопытными кроликами, которые реагируют на эти все изменения цифр.

Вот сегодня раз семь звонили разные корреспонденты с одним только вопросом: "Что вы думаете по поводу изменения валютного курса рубля?"

Я говорю: "А что, у вас другого вопроса не нашлось, посерьёзнее?"

Удивительно просто. В советское время и то журналисты были более креативные, а сейчас вот один и тот же вопрос: "что вы думаете?" Ну ладно, это я к вопросу о том, что все думают очень одинаково, и очень как-то стандартно. И, к сожалению, действительно, реагируют только на цифры, не понимая, что стоит за этими цифрами.

Я говорю: "Мне не интересны цифры, мне интересно, почему вы так реагируете на эти цифры, и почему вы считаете, что это вот какое-то чрезвычайное событие. Ничего не изменилось, всё это было и вчера, и позавчера, и двадцать лет назад, и сто лет назад. Ничего нового, просто изучайте историю".

История, она, конечно, очень лукава, и она не позволяет понять многие сегодняшние события. Вот даже, смотрите, либералы, которые клянут на чём свет стоит, марксизм, они, по сути дела, пользуются понятийным аппаратом Маркса. Они говорят: "Вот первобытное общество, вот рабовладельческое общество, вот феодализм, вот капитализм". То есть, они пользуются той же самой методологией общественно-экономической формации. Но я-то сейчас уже начинаю понимать это лукавство. То, что они называют, скажем, феодализмом, то, что Средние века, мы тоже это знаем, они стали это называть премодерн.

Я говорю: "Переведите на русский язык, что такое премодерн?"

- "Это традиционное общество"

- "Ну и говорите тогда традиционное общество, зачем говорить премодерн, модерн, постмодерн, и так далее".

Русский язык засорён, даже в части, касающейся историософии, истории. На самом-то деле это тот период истории, по крайней мере, в Европе, когда христианство действительно было доминирующей религией, доминирующим мировоззрением, и я не побоюсь, это был период торжества христианской цивилизации. Да, я, конечно, не идеализирую этот период. Этот период длился где-то около тысячи лет, может быть, даже больше, чем тысячу лет, полторы тысячи лет, но это всё-таки, не Средние века, не феодализм. Его надо называть правильным именем, это эпоха христианской цивилизации, и ей предшествовала эпоха язычества. Древний Рим - это язычество.

Мы с вами прошлый раз говорили, что, конечно, надо бы идти от Адама и Евы, или, может быть, от Вавилона и Шумерского царства, но у нас не так много документов, и каких-то археологических памятников, для того, чтобы делать какие-то обобщения. А вот Древний Рим, он уже позволяет достаточно чётко уверенно формулировать какие-то выводы, и говорить, что это действительно было общество, в котором присутствовали элементы капитализма. Я должен сказать, в прошлый раз, по-моему, называл этих авторов, и Теодор Моммзен, Эдвард Майер (немецкие историки), и наш историк, эмигрант, академик Михаил Иванович Ростовцев, и многие другие, у них прекрасные книги, они сейчас изданы. Они прямо говорили - древнеримский капитализм. Но при этом они говорили и рабовладельческий строй. Я так внимательно читал, и понял, что у историков, всё-таки, это как бы два таких параллельных события, или два параллельных феномена. Но вот случайно они по времени оказались в одном пространстве. И я думаю, что это не просто сосуществование рабовладельческого способа производства и капитализма. Это не сосуществование, это органическое единство.

Давайте ещё раз вернёмся к определению капитализма - это, всё-таки, получение максимальной прибыли, погоня за мамоной, на основе использования наёмного труда. Но дело в том, что это определение дано Марксом, но оно потом было развито, уточнено уже в советских учебниках. Оно применимо уже к позднему капитализму. А давайте попробуем дать определение раннего капитализма - это получение прибыли на основе использования рабского труда. И всё.

Просто бывают разные формы рабства. Ведь наёмный труд, это тоже рабство. Кстати говоря, Карл Маркс часто прямо так и говорил – "наёмное рабство". Да и многие классики марксизма-ленинизма говорили: "Да, мы должны разрушить оковы наёмного рабства. И в этом смысле это не просто красивая фраза, потому что, действительно здесь происходят вещи, которые связаны и с социально-экономической несправедливостью, и с нарушением заповедей.

Мы имеем капитализм, как наказание за нарушение христианских заповедей, это надо чётко понимать. А какие заповеди нарушаются: не укради, не лжесвидетельствуй, не давай в рост кому-либо, любому человеку. Не так, как написано во Второзаконии - "не давай в рост ближнему своему, а остальным можешь давать". А потом, это уже в Талмуде было развито – "не только можешь, а обязан, потому что, если ты будешь давать дальнему, не своему, тогда ты будешь над ним господствовать". Это уже прямое указание, руководство к действию.

А у нас сегодня пишут учебники о международном кредите, о функциях международного кредита, и так далее. Очень забавно. Мы иногда со студентами переводим на русский язык отдельные страницы учебника "Деньги, кредит, банки". Очень получается весело, иногда грустно. Это слегка закамуфлированный Талмуд в той части, в которой даются рекомендации, как себя вести с гоями, то есть, с иноверцами, инородцами. Так что, корни современного капитализма, особенно периферийного капитализма, они имеют вполне конкретное, чёткое происхождение.

В целом хотелось бы сказать, что в экономике есть один только универсальный закон. Я помню, и тут есть люди старшего возраста, которые изучали политэкономию. Этих законов политэкономии было с гулькин нос:

- закон стоимости,

- закон денежного обращения,

- и закон возвышения потребностей.

Я больше не помню ничего. Три закона. Какие-то очень хилые законы. На самом деле, закон стоимости - это некая закономерность, присущая определённому моменту времени для определённой страны. Это не закон, а закономерность. Там, кстати говоря, у Маркса есть некоторые формулировки, где он говорит: закономерность. Или, например, он говорит: закон - тенденция нормы прибыли к снижению. Правильно, здесь он аккуратнее говорит. Потому что, закон - это устойчивая причинно-следственная связь. Хоть Африка, хоть Америка, хоть Азия, хоть Луна, но везде должны быть устойчивые причинно-следственные связи, а их нет.

А то, что было характерно для английского капитализма, причём, не вообще для английского капитализма, а для английского капитализма эпохи промышленной революции, было возведено в ранг универсальных законов, и прописано в "Капитале" Маркса. И соответственно, наши интеллигенты в России изучали, штудировали "Капитал" Маркса, и прикладывали это к российским реалиям. Понимаете, интеллигенция, она и есть интеллигенция. Люди, которые соприкасаются с реальным живым миром, они как-то более имеют здравый ум, здравый смысл. А интеллигенция у нас, она всегда претендовала, и будет претендовать на роль жрецов, которые учат вот этих самых ам-ха-арец, по-древнееврейски, невежды в законе. Я немножко понимаю, как устроен этот мир жрецов, так что, слишком не доверяйте тому, что говорят эти самые жрецы.

Есть один только универсальный экономический закон - закон грабель. А дьявол, он вообще не оригинален, он одни и те же грабли подбрасывает. Зачем, говорит, напрягаться-то? Мне лучше, одно-два поколения выучится макроэкономике какой-нибудь, или политической экономии марксизма - неважно. И после этого можно опять эти грабли подбрасывать. Наступят, обязательно наступят. Это в шутку, конечно.

Есть, конечно, законы, но это законы универсальные. А если, я говорю, что универсальные законы, это значит, законы, которые распространяются и на сферу экономических отношений, и на сферу политических отношений, и на сферу межличностных отношений, и на сферу семейных отношений. Это законы, которые мы называем заповедями.

И экономика в этом смысле, действительно - концентрированное выражение нравственности.

А нравственность - это светская форма религиозных заповедей.

Вот на этой ноте я закончу сегодняшний свой разговор.

Видео MP4 1280x720
Видео MP4 640x360
Видео MP4 360х180
Звук MP3 32kbps
Звук MP3 64kbps
Звук M4A (AAC) 32kbps
Звук M4A (AAC) 96kbps
Текст EPUB
Текст FB2
Текст RTF
Подписаться на Валентин Катасонов