Страшный гемоглобин

Что такое уровень гемоглобина, почему это важно при беременности.
А так же простые советы как поднять уровень гемоглобина. Часть из сборника Ирины Волынец "Опыт материнства".

Контейнер

Смотреть
Читать

Ирина Волынец

Страшный гемоглобин

Видео http://poznavatelnoe.tv/ivolin_gemoglobin

 

Собеседники:

Ирина Волынец – мама четырёх детей, координатор программы "Русский миллиард"

Артём Войтенков – Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артем Войтенков: Мы продолжаем сборник бесед с Ириной Волынец по поводу опыта материнства. В прошлый раз мы говорили про женскую консультацию - как выжить в женской консультации, скажем так.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: Остаться здоровым. Но я вкратце подведу итог.

 

Ирина Волынец: Как дожить до роддома.

 

Артем Войтенков: Да, верно. Без потерь серьезных.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: Мера всему – здравый смысл. Да, что не надо, как бы, открещиваться от врачей современной медицины полностью, называть их вредителями и прочее.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: И в то же время, не нужно совершенно полностью и безоговорочно им доверять. То есть нужно все проверять, смотреть, потому что ребенок лично ваш, он не их, совершенно. И нужно думать, прежде всего, своей головой.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: О своем собственном ребенке и о своем собственном здоровье.

 

Ирина Волынец: Да, и о своем кошельке, тоже.

 

Артем Войтенков: Да, немаловажно. А сейчас, я думаю, было бы полезно поговорить: я знаю, что у многих (и у нас тоже) была сложность с гемоглобином. 

 

Ирина Волынец: Гемоглобин – это показатель уровня железа в крови. Все беременные всегда спрашивают друг у друга - какой у тебя гемоглобин. Они не спрашивают, какие у тебя другие показатели или еще могут спросить, сколько ты набрала веса, и кто у тебя будет, мальчик или девочка. И третий, самый популярный вопрос - какой у тебя гемоглобин. Его все бояться, об этом много говорят. И когда не хватает гемоглобина, мы говорим о том, что у женщины начинает развиваться железодефицитная анемия. Это обозначает, что в крови снижается количество красных кровяных телец, они называются эритроциты. 

 

За что они отвечают в организме? Они отвечают за разноску, за распространение кислорода. Как только снижается уровень кислорода в крови, то снижается уровень кислорода во всех органах, тканях. Соответственно, тоже в плаценте его меньше. Ребенку поступает меньше кислорода, начинается гипоксия плода или недостаток кислорода. Это не только может привести к нарушениям развития, к смерти ребенка, который находится в утробе. И с этими вещами шутить нельзя.

 

Артем Войтенков: Ты сейчас рассказала такой медицинский взгляд.

 

Ирина Волынец: Да, что это такое. Теперь по-русски.

 

Артем Войтенков: Это все рассказывают мамочкам, у которых понижается этот самый гемоглобин.

 

Ирина Волынец: Да. Почему он понижается, наверное, надо посмотреть.

 

Артем Войтенков: Но сначала я скажу, что эта вся речь очень страшно выглядит.

 

Ирина Волынец: Я примерно как врач на консультации это рассказала.

 

Артем Войтенков: Да. И для многих. Как, мать, она же вообще - ты отвечаешь не только за себя, ты отвечаешь за ребенка, и лучше здесь перестраховаться.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: И очень многие пугаются. Этот гемоглобин - а что делать? Во-первых, у меня жена нашла такую штуку. Если мы чисто логически начинаем думать. Когда появляется ребенок, это второе кровообращение.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: Количество крови вообще в организме увеличивается, прокачивается.

 

Ирина Волынец: Да. Это своя система кровообращения, которая, кстати, не связана с кровообращением матери. Это очень интересно.

 

Артем Войтенков: Получается, что количество гемоглобина в этой крови немножко разжижается. То есть, его, по идее, меньше становится. Потом, насколько я знаю, среди наших знакомых, родственников (у нас много девушек, которые рожали уже) - гемоглобин понижается практически у всех. Он плавно начинает понижаться с начала беременности и понижается, понижается к концу беременности. А у тебя как было?

 

Ирина Волынец: У меня он незначительно снижался. Вообще, очень у многих людей, не только у женщин, но и мужчин, снижен гемоглобин. Просто мы не обследуемся, мы об этом не знаем. Он снижается вследствие ряда факторов. Во-первых, очень часто бывают какие-то внутренние кровопотери, внутренние кровоизлияния, микро кровоизлияния, которые не наносят большого вреда общему здоровью, но они ведут к потере крови. У женщины, в силу физиологии, потери крови происходят постоянно. И поэтому нужно следить за уровнем железа в своей крови.

 

Почему во время беременности он снижается? Питание. Очень многие женщины начинают испытывать всякие пристрастия в пище, либо отвращение к какому-то виду пищи - и мы просто не получаем это с едой. Поэтому здесь нужно следить за тем, чтоб эти показатели были в норме. Повышать гемоглобин можно и нужно сразу несколькими способами. То есть, есть такое даже понятие как "гемоглобиновая диета", то есть это повышенное содержание мяса. В мясе много железа. Вообще говорят о том, что гранаты повышают железо, хурма, еще какие-то продукты. Я могу сказать о том, что из овощей и из фруктов железо усваивается крайне слабо, то есть это какие-то микроскопические доли. В большей степени из продуктов животного происхождения: это печень, другие субпродукты, мясо говядина. И желательно, чтобы это была говядина, скажем, не крайней степени готовности, не пережаренная. То есть, конечно, не с кровью, потому что беременной женщине нельзя есть мясо с кровью. Но, чтобы оно было не пережаренное, не переваренное. И, конечно же, это препараты, которые гораздо лучше, чем питание, повышают уровень железа в крови. И прогулки на свежем воздухе.

 

Артем Войтенков: Это, наверное, более важно. Но смотри, у тебя лично гемоглобин понижался? У тебя ведь четыре беременности было.

 

Ирина Волынец: Да. 

 

Артем Войтенков: Насколько сильно?

 

Ирина Волынец: У меня понижался гемоглобин незначительно. Может быть, максимум до десяти. В норме же гемоглобин – двенадцать. 

 

Артем Войтенков: Сто двадцать.

 

Ирина Волынец: Да. Причем, самое интересное, что когда гемоглобин выше нормы, это тоже плохо. Я думала, что чем больше, тем лучше. У меня у одного родственника была такая проблема. Ему нужно было готовиться к операции, и у него был гемоглобин четырнадцать. И тоже его стали обследовать, почему он высокий. То есть все должно быть в норме. Есть верхний предел, есть нижний предел - и нужно все это балансировать.

 

Артем Войтенков: То есть тебя эта проблема не коснулась, получается.

 

Ирина Волынец: Так же, как и токсикоз.

 

Артем Войтенков: Да. А на самом деле, она касается достаточно многих. И у нас в первую беременность это было. Нас хотели даже класть на сохранение. Просто жена написала бумажку, что я не хочу. У нас одну из девочек (из наших родственников) на сохранение клали. Я туда ездил к ней в эту поликлинику. Как бы, больница и больница. 

 

Ирина Волынец: Ничего не делали, да?

 

Артем Войтенков: Она там лежит, конечно, типа под присмотром. Если ей станет плохо, то капельницу и все такое прочее. Но, как бы, дома лежать гораздо приятнее, чем в больнице. Тем более больницы переполнены. Некоторые люди вообще в коридорах лежат. 

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: Как-то все это грустно выглядит. Сейчас может больницы где-то ремонты делают, где-то получше, но больница есть больница. Гемоглобин, как я сказал, что если он чуть-чуть снижается, это вообще нормально, да? А если он снижается достаточно сильно и много. У нас он в течение первой беременности он шел спокойно вниз.

 

Ирина Волынец: А вы какие-то меры предпринимали?

 

Артем Войтенков: Пили мы железосодержащие препараты, пили гранатовый сок.

 

Ирина Волынец: Бесполезно гранатовый - слухи преувеличены.

 

Артем Войтенков: Совершенно ничего не помогает. Мало того, что жена потом вычитала, что эти такие длительные исследования, никто не проводит. Эти железосодержащие препараты, они же искусственные, да?

 

Ирина Волынец: Да. Это синтетика.

 

Артем Войтенков: Они как-то в ребенка попадают, в том числе. И накапливаются в организме эти какие-то части.

 

Ирина Волынец: Какой ужас.

 

Артем Войтенков: И не выводятся. Могут повлиять на ребенка. А никто ж не знает, никто ж не проводил исследования. Женщина ела такие-то препараты, да, мы исследуем ее ребенка на протяжении пяти лет.

 

Ирина Волынец: Что стало потом через пятнадцать лет, да?

 

Артем Войтенков: Да. Никто такие исследования не проводит. А, например, есть какие-то данные, что на зубы может плохо ребенку влиять, еще на что-то, на сердце. Поэтому вообще ко всем искусственным препаратам надо относиться так: подумать, применять их или нет.

 

Ирина Волынец: Есть БАДы, например. Я не знаю, какие гарантии по результатам, что повысится уровень того или иного вещества. Но производители БАДов заявляют, что в них натуральные продукты. Они стоят гораздо дороже, чем синтетические витамины. У них есть такой недостаток.

 

Артем Войтенков: Да, это верно. Но, с другой стороны, тоже опять гарантии никакой нет. Надо пробовать.

 

Ирина Волынец: Надо пробовать, искать. Мало того, что они гораздо дороже, в разы дороже, чем синтетика, БАДы не проходят сертификацию, в отличие от лекарств. Есть такие витамины, не буду их называть для того, чтоб не рекламировать. Но есть такие витамины, которые всегда были витаминами, лекарственным средством, а теперь они стали БАДами. Мне это объяснили том, что не изменился состав, не изменилось воздействие на организм, но очень дорого стоит эта сертификация. И для того, чтобы не вести к удорожанию, так как производитель уверен, что его продукцию любят и знают, уже она, скажем так, известна, люди уже ее используют постоянно, то есть они уверены в своих потребителях. И теперь это стал БАД. То есть здесь есть такие юридические тонкости, которые надо учитывать.

 

Артем Войтенков: Я другое скажу. Значит, когда вторая беременность была, жена уже знала о проблеме снижения гемоглобина. Она, соответственно, стала рыть. Нарыла такой способ повышения гемоглобина. Берете обычную гречку.

 

Ирина Волынец: Гречка, кстати, да, повышает.

 

Артем Войтенков: Заливаете ее кефиром на ночь.

 

Ирина Волынец: Ужас.

 

Артем Войтенков: Можно часа на три, на четыре.

 

Ирина Волынец: Медаль потом дадут материнской славы?

 

Артем Войтенков: Не знаю. Это общеизвестный способ.

 

Ирина Волынец: А зачем кефиром?

 

Артем Войтенков: Почему-то это работает так. Заливаете.

 

Ирина Волынец: Чтоб жизнь не казалась, наверное, слишком сладкой.

 

Артем Войтенков: Гречка с кефиром. Она разбухает, как и в любой воде. И вы это спокойно едите. На завтрак, например.

 

Ирина Волынец: Это гадость.

 

Артем Войтенков: Почему?

 

Ирина Волынец: Даже представить не могу. С молоком гречку.

 

Артем Войтенков: Нет, почему с молоком? С кефиром.

 

Ирина Волынец: Гречка богата железом. И, вообще, каждой женщине, и, вообще, всем женщинам и мужчинам нужно обязательно хотя бы раз в неделю есть гречневую кашу. 

 

Артем Войтенков: Слушай, моя жена каждый день ела гречневую кашу во время первой беременности. Она ее, вообще, всю жизнь ест. И это как бы ничего не повлияло.

 

Ирина Волынец: А может было бы еще хуже, если бы она ее не ела, вообще еще сильнее упал.

 

Артем Войтенков: Может быть. Тут, еще видишь, гречка варится туда, сюда. Хотя она и так у нас обжаривается.

 

Ирина Волынец: А ты сам пробовал?

 

Артем Войтенков: Я ем это все время.

 

Ирина Волынец: С кефиром?

 

Артем Войтенков: С кефиром.

 

Ирина Волынец: Не знаю, может, конечно, ко всему можно привыкнуть. 

 

Артем Войтенков: Нет, просто у нас разные вкусы. Видишь, ты говоришь, мясо надо есть. А кто-то от мяса, вообще - есть не может.

 

Ирина Волынец: Нет, я не говорю, что я ела всегда много мяса. Я просто знаю, что в мясе есть много железа и усваивается оттуда хорошо.

 

Артем Войтенков: А это другой способ. Для тех, кто не может мясо есть. И эту гречку с кефиром вы едите там каждый день, через день. Ну, надо просто смотреть. Может кто-то не может это есть. Мне, например, это нравится. Я и так ем ее без всяких вопросов. 

 

Ирина Волынец: С кефиром.

 

Артем Войтенков: И, оказывается, эта штука, мы проверили это на себе, поднимает гемоглобин. Когда мы стали на учет в консультацию, надо (это со вторым ребенком) анализы сдавать. Жена, уже заранее зная, что там, уже сразу ест эту гречку. Потом за день до анализов пару капсул этого железосодержащего препарата, "Фенюльса".

 

Ирина Волынец: Все вместе.

 

Артем Войтенков: На всякий случай. И у нас, знаешь, гемоглобин просто зашкаливает. 

 

Ирина Волынец: Сколько был?

 

Артем Войтенков: Я не помню, но был на верхней границе нормы. Все - мы спокойнее это будем делать. 

 

Ирина Волынец: Да. 

 

Артем Войтенков: И все, и потом он в течение беременности немножко понижался, да он понижался, но как бы он не уходил совсем низко за нижние границы коридора. То есть, вот способ дешевый, без всяких медицинских препаратов, держать в себе гемоглобин в норме.

 

Ирина Волынец: И полезный еще для здоровья. 

 

Артем Войтенков: Да, если кефир любишь.

 

Ирина Волынец: Я обожаю кефир, я обожаю гречку. Может мне это понравится. Спасибо большое за рецепт, я попробую. Иногда бывает, что какой-то новый вкус, о котором ты даже не догадывался.

 

Артем Войтенков: Та гречка, которая продается в магазинах, она вся обжаренная. Есть еще нежареная гречка. Ее можно изредка купить где-то в магазинах, которые там торгуют здоровым питанием и можно, кстати, в интернет магазине заказать, если в вашем городе нет.

 

Ирина Волынец: Это, кстати, очень верное замечание. 

 

Артем Войтенков: Можно и ее есть. Я, правда, не проверял.

 

Ирина Волынец: А она съедобная?

 

Артем Войтенков: Она съедобная. Она, кстати, вкусная. Знаешь, ты ею наешься - в два раза меньше съешь по количеству. Ты ею наешься, чем обычной гречкой.

 

Ирина Волынец: И витамин Е там получается и все остальные тоже сохраняются.

 

Артем Войтенков: И она действительно вкусная. Но ее, правда, жевать больше надо. Из-за того, что она не обжаренная. Тем не менее, очень даже хорошо. 

 

Ирина Волынец: А может ее варить дольше надо? Не пробовали?

 

Артем Войтенков: Ее не надо варить. 

 

Ирина Волынец: То есть, сырую?

 

Артем Войтенков: Ты берешь сырую, просто промываешь и заливаешь кефиром.

 

Ирина Волынец: Это еще одно испытание, не только кефир, но еще и.

 

Артем Войтенков: Слушай, я, ем такую и такую. Совершенно нормально. Я не умер. И никто, по-моему, не умер. 

 

Ирина Волынец: Вообще такое питание. Чем меньше проходит тепловой обработки продукт, тем полезнее для организма. Тем ближе это к естественному состоянию. 

 

Артем Войтенков: И тогда еще такое пояснение для тех, у кого действительно гемоглобин будет падать. И будут предлагать, что надо лечь на сохранение. Почему, вообще предлагают лечь на сохранение, в принципе.

 

Ирина Волынец: А что они там делают? То есть обшарпанные стены, не родной дом – это всё эмоции.

 

Артем Войтенков: Не везде так.

 

Ирина Волынец: А нужно подходить с практической стороны. Если хотят положить тебя на сохранение, значит, предполагаются какие-то манипуляции, которые невозможно сделать в домашних условиях, либо в поликлинике.

 

Артем Войтенков: Нет, во-первых, предполагается то, что ты у них будешь всегда там. Врач-гинеколог, у которого ты стоишь на учете, несет за тебя личную ответственность. За тебя, за твоего ребенка, чтобы все было хорошо. Если ты где-то бегаешь, бегаешь где-то, в обморок упала, значит, и плохо тебе стало, и какие-то последствия наступили. То есть виноват, по сути, виноват он. А когда у тебя падает гемоглобин, ты можешь просто, действительно, в обморок грохнуться. Потому что, недостаток кислорода.

 

Ирина Волынец: То есть они хотят, чтобы я грохнулась на лестнице больницы, а не на лестнице родного дома.

 

Артем Войтенков: Нет, подразумевается, что в больнице ты лежишь на койке. Ты же не будешь там по этажам бегать, целый день. Ты там лежишь. Там всегда ходят медсестры, чего-то смотрят. То есть ты под присмотром. 

 

Ирина Волынец: Ужасно.

 

Артем Войтенков: На сохранение кладут не только из-за гемоглобина, а и по многим причинам - как только состояние здоровья вызывает у врачей некоторые опасения. И они в этом случае перестрахуются, чем они получат. Вас выпустят, но скажут, ладно не будем тебя на сохранение класть, иди гуляй. С вами чего-то произойдет и все. И врач этот понесет какую-то ответственность за это.

 

Ирина Волынец: А, я поняла. Тут твой личный врач, который консультирует беременную, перекладывает ответственность на лечащего врача, который в палате.

 

Артем Войтенков: Да, он снимает с себя ответственность туда. 

 

Ирина Волынец: Понятно. То есть это бюрократическая.

 

Артем Войтенков: У него есть конкретное указание. Указание: при таких-то, таких-то, таких-то - туда. 

 

Ирина Волынец: Отвечать будет тот врач, который в больнице.

 

Артем Войтенков: Если он это нарушает, он несет ответственность.

 

Ирина Волынец: Замечательно.

 

Артем Войтенков: Поэтому, мы всегда писали бумажки, что я снимаю, то есть я в твердом уме, здравой памяти, не хочу ложиться.

 

Ирина Волынец: О чем в прошлой передаче мы учили всех остальных людей.

 

Артем Войтенков: Да. Это для беременной и для многих. И кстати, и многие так делают. Я просто знаю, что многие так делают. И мы так делали. И в первую беременность, и во вторую нас хотели класть на сохранение. Мы так делали.

 

Ирина Волынец: Кандидаты на сохранение. 

 

Артем Войтенков: Я же говорю - они просто перестраховываются. Да, им лучше тебя положить туда и снять с себя ответственность. Конечно, в больнице вам будет безопаснее. В каком-то смысле. С другой стороны - мама не дома, сразу какие-то мысли, неудобно. У беременной женщины, насколько, я знаю, голова работает совершенно по-другому. Не то, что у обычных, в обычном состоянии.

 

Ирина Волынец: Конечно, это огромный срок - девять месяцев. Даже если, из этих девяти, три, четыре ты проводишь в заточении, это на самом деле испытание такое, не для слабых. Здесь, наверно, нужно соблюдать меру. Смотри, то ли врач пытается снять с себя ответственность, перестраховывается, то ли действительно нужно. Я просто знаю, что мама со мной, почти всю беременность лежала на сохранении. Но у нее были на то основания. И моя мама очень активный человек и она не из тех, кого можно запугать, сманипулировать и положить. Несмотря на то, что это было в советские времена. Были реальные основания угрозы, что она меня потеряет. Поэтому, я ей благодарна, что она послушала врачей и прислушалась как-то к своему голосу внутреннему. И почти девять месяцев, она находилась в этой больнице и меня родила. А зато, последующих двух детей она спокойно родила, без всякого сохранения.

 

Артем Войтенков: А видишь, как интересно все получается. То есть, все равно мерилом должно быть ваше собственное рассуждение, ваш собственный здравый смысл: идти на сохранение, не идти из-за гемоглобина или там по другим причинам.

 

Ирина Волынец: Из-за гемоглобина, Артем, не понятно: что они там могут делать, чтобы повысить гемоглобин, что я не могу сделать дома в домашних условиях. 

 

Артем Войтенков: Если только капельницы ставить, железосодержащие.

 

Ирина Волынец: Можно на капельницы ездить.

 

Артем Войтенков: Можно. Но я, опять-таки, говорю, что это уже.

 

Ирина Волынец: Но это какой-то крайний случай. 

 

Артем Войтенков: Переключение ответственности и то, что ты попадаешь в поле зрения другого врача и другие условия.

 

Ирина Волынец: Бюрократические формальности, от которых кто-то выигрывает, а ты проигрываешь, если ты там находишься.

 

Артем Войтенков: Они просто соблюдают инструкцию.

 

Ирина Волынец: Может у них какой-то план - сколько они беременных загонят.

 

Артем Войтенков: Про это я не знаю. Я знаю, что в советские времена, мне мама рассказывала, был план по койко-местам. То есть в больнице должно столько.

 

Ирина Волынец: А может так примерно и осталось: страхование и все такое. Закрывать какие-нибудь балансы? Почему нет?

 

Артем Войтенков: Вполне возможно. С гемоглобином в принципе разобрались. Я думаю, что, по крайней мере, попробовать те способы, которые мы описали, достаточно легко и доступно. И до первого анализа. После первого анализа все станет ясно.

 

Ирина Волынец: Да, кстати, без анализов можно определить, что низкий гемоглобин. Есть такие признаки: быстрая утомляемость, головокружение, синяки под глазами, ощущение, что даже после длительного сна ночного, ты чувствуешь себя не отдохнувшим, не выспавшимся. То есть это все симптомы того, что надо пойти, сдать этот анализ любому человеку, не только беременной женщине. И нужно это контролировать.

 

Артем Войтенков: Беременных все равно каждый месяц гоняют на анализ. Поэтому в любом случае все равно ты туда придешь, все равно ты эту кровь сдашь и посмотришь, чего там у тебя получается.

 

Ирина Волынец: Да.

 

Артем Войтенков: Хорошо. Эта серия получилась у нас маленькая. Она посвящена только гемоглобину, но зато я думаю, это будет полезно. 

 

Ирина Волынец: Зато это очень популярная тема. Но я думаю, что мы немножко прояснили эту ситуацию.

 

Набор текста: Анна Удот

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (198 мб)
Видео MP4 640x360 (82 мб)
Видео MP4 320х180 (47 мб)

Звук:
(6 мб)
Звук 32kbps MP3 (6 мб)
Звук 64kbps MP3 (13 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (14.08 КБ)
FB2 (44.15 КБ)
RTF (199.81 КБ)