Евгений Фёдоров 17 декабря 2014

Беседа с депутатом Государственной Думы Евгением Фёдоровым 17 декабря 2014.
Разговор о законах, на основании которых Россия подчиняется внешнему управлению международных организаций, падении курса рубля и росте цен, которое устроил Центробанк по приказу из США, очевидном и откровенном вранье в СМИ, депутатах Государственной Думы, которые не могут самостоятельно принимать решения и голосуют по указке, и о готовящемся военном перевороте в России.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Евгений Фёдоров

Евгений Фёдоров 17 декабря 2014

Видео http://poznavatelnoe.tv/fedorov_2014-12-17

 

Собеседники:

Евгений Фёдоров – депутат Государственной Думы, http://eafedorov.ru/

Артём Войтенков – Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Евгений Фёдоров: Другое указание дал Путин многократно, в трёх посланиях - ставки понижать. Когда он второй раз уже давал такое указание год назад, мало того, он прямо предписал действовать так, как действует ФРС или Европейский банк, прямо в своей речи. Когда он дал такое указание в послании Федеральному собранию, ставка была шесть процентов. Сейчас семнадцать. То есть, он сказал снизить, а Центральный Банк ставку поднял. Вот, вам ответ - у кого власть. А почему Центральный Банк поднял ставку? Тоже не сам придумал. Потому что, МВФ дал команду ставку поднимать. Вот вам и вопрос - у кого власть в России.

 

Дают две команды.

- Глава государства даёт команду снижать.

- МВФ даёт команду повышать.

Выполняется вторая команда. Потому что, она важнее по конституции в Российской Федерации.

 

Статус парламентариев здесь вообще определён этой же конституцией, как люди, которые принимают законы, а не разрабатывают их. Статус разработчиков законов национального уровня запрещён конституцией, тринадцатой статьёй. То есть, допустим, в Кремле нельзя написать системный закон, или в правительстве по конституции, потому что, она запрещает идеологию для целей госстроительства. А ни один закон без идеологии написать нельзя системный. Мелочь, какую-то, но ещё неизвестно: в плюс будет эта мелочь, или в минус, потому что, она не вписывается, например, в общий контекст идеологический, которого нет.

 

То есть, это всё вопросы 91-го года. Не решить проблему сегодня, не признав факт поражения 91-го года. И тогда, оттуда открывается возможность изменить формат власти. Ну да, были попытки что-то сделать.

Но эти попытки явно не реализуемые, пока нет двух факторов.

- Либо массовые народные поддержки сознательного характера. То есть, не просто рейтинг президента, а желание народа освободить своё Отечество. Это вообще разная логика. Это первый фактор. А для этого нужно знать правду, открыться, для себя принять решение.

- Ну и второй фактор - расстановка сил.

 

Мы исходим из того, (опять же, историческая технология), что народ, который, допустим, в Крыму это народ, национально-освободительное движение, плюс вежливые люди, это Путин, национальный лидер, решают эту проблему. Национальный лидер есть, вежливые люди есть, народа нет. Ждём, когда народ созреет в результате вымораживания, которое сейчас организовали интервенты в Российской Федерации через свою пятую колонну, включая Центральный Банк.

 

Само государство в расколе.

- Глава государства - сторонник национально-ориентированных сил.

- А огромное количество институтов государства, они и есть элемент пятой колонны.

То есть, противостояние между национально-ориентированными силами, и иностранно-ориентированными силами, то есть, пятой колонной. В этом противостояние.

 

И сегодня, конечно, перевес сил на стороне пятой колонны, американцев, это видно. Я и говорю об этом: чтобы перевес сил изменился, народ должен подключиться, Народ не хочет подключаться. Вот, последняя проба сил, которую Путин сделал, четвёртого ноября этого года. Вышло семьдесят пять тысяч человек, этого явно недостаточно на Тверскую. То есть, народ не хочет подключаться.

 

Дальше процесс будет так.

- Американцы будут ронять жизненный уровень через Центральный Банк.

- Поднимут цены раза в два, в три, четыре может быть уже в следующем году.

- Организуют безработицу.

- Организуют жесточайшее падение жизненного уровня.

Это сильно прочистит мозги.

И дальше народ пойдёт:

- Либо по их сценарию - на разрушение России.

- Либо, по сценарию национально-освободительных сил - на освобождение от пятой колонны и интервентов.

Вот, два варианта. Мир был и остаётся только в двух измерениях: либо ты колония – вассал, либо ты метрополия - суверенитет. Всё. То есть, вопрос ориентации власти, не её архитектуры даже, а её ориентации. Архитектура автоматически идёт за ориентацией. То есть, если это национально-ориентированная власть, архитектура власти подстраивается под историческую модель этого государства. В данном случае у нас русская модель государственного строительства. То есть, самое главное – ориентация.

 

На сегодняшний день власть в России ориентирована на внешнее управление. Это заложено в её институтах: в конституцию, в органах власти. А надо, в результате реформы конституции, или давления народа вместе с Путиным, то есть, совместно с ним, как в Крыму, чтобы власть переориентировалась на национальный курс. В этом случае она автоматически поменяет все свои институты на национально-ориентированные. Уйдут эти иностранные должности, мэры, муниципалитеты, сити-менеджеры, премьер-министры. И придут русские названия, и русское содержание должностей. Сегодня у государства российского, не важно, в парламенте, в правительстве, у главы государства, нет полномочий стратегического управления. И они запрещены конституцией, даже если кто-то попытается их на коленке сделать.

 

Изменив конституцию, мы даём право государству российскому принимать решения в стратегической области, а внутри него, мы считаем, это право надо передать главе государства. То есть, право юридически обязательных решений для всех органов власти в Российской Федерации. Не для народа, а для власти. То есть, решения главы государства и его указы в области стратегического управления должны быть обязательными для Центрального Банка, для правительства, для Государственной Думы, для судов, для общественных организаций, для средств массовой информации, для всех.

 

Американцам же не надо в России, чтобы сто сорок миллионов человек интегрировалось в их систему борьбы. Им достаточно организовать сто, двести тысяч. У них средства массовой информации, значит, коэффициент СМИ умножит этот фактор в пять раз. Все будут смотреть по телевизору, и думать, что там миллионы людей. Внутрь они поставят боевиков тридцать-сорок тысяч, которых подготовят на Украине, украинских граждан, скажем так - русских украинцев. И вот вам модель их успеха. В этой модели главная опора, это пятая колонна. То есть, улица, это уже завершение процесса, это уже в конце государственного переворота. А в начале государственного переворота, это пятая колонна в органах власти. Что мы сейчас и наблюдаем: Центральный Банк, правительство, министерство финансов, Минэкономики - они чётко работают на подготовку майдана в России.

 

Эти выводы может сделать только народ в своей полуторатысячелетней истории. Это же не первый раз происходит. У нас и 1612-ый год был, и 1812-ый, и 41-ый. То есть, ничего нового сейчас не происходит. И ни разу во всех этих условиях не было победы Отечества, если к этой победе не приложил максимальные усилия народ. А уровень жизни, вот, в блокадном Ленинграде уровень жизни был катастрофический - миллионы смертей. Ну что, это снизило дух народа, который защищал своё Отечество? Нет. Поэтому, вопрос уровня жизни, он на втором плане. На первом плане, это национальная ориентация, и народа и власти в России. А власть в России может заставить национально ориентироваться только два фактора: это Путин сверху, и народ снизу.

 

Россия проводит на Донбассе политику единства Украины с первого дня. С первого момента, когда Путина Совет Федерации лишил полномочий на ввод туда войск. Вот с этого момента Россия чётко проводит политику единства Украины, имея в виду передать Донбасс хунте. То есть, другое дело, что не надо путать Россию и Путина. Потому что Россия на сегодняшний день страна оккупированная, так же, как и Украина. Только Украина военными методами. И она проводит не российскую политику. Для того, чтобы нам ответить на вопрос Донбасса, надо ответить на вопрос 91-го года, и госпереворота в Советском Союзе, 91-го года. Потому что, легитимность нашей позиции на Донбассе и на Украине определяется легитимностью, или не легитимностью 91-го года. Мы считаем 91-ый год легитимный. Но это неправда, это ложь. Пока мы не откроем правду по 91-му году, мы не сможем заниматься легитимной позицией, на Донбассе в том числе.

 

Попытка сказать, что Крым, это какое-то исключение, она, понятно, что не проходит. Понятно, что Украина от Крыма ничем не отличается. Может быть, в Крыму, действительно было православие на пятьдесят лет раньше, чем в Киеве. Но это не такой важный фактор.

 

Артём Войтенков: А кто это вам звонил, откуда?

 

Евгений Фёдоров: С какого-то портала. Опубликуют. Журналисты.

 

Артём Войтенков: С интернет издания, да?

 

Евгений Фёдоров: Ну, да.

 

Артём Войтенков: Катасонов наехал на Путина после его речи. Он сказал, что у Путина шизофреническое раздвоение. Как можно этих кровососов, капиталистов, звать их сюда, и потом, у нас нет условий для вкладывания капиталов. Амнистия капиталов, которые они привезут сюда. Как бы могут привезти сюда, в Россию, свои капиталы. При этом, он говорит, что спасение для России, это как бы отделение от потоков капиталов. То есть, всё должно контролировать государство по любому.

 

Евгений Фёдоров: Вот была такая операция раньше, во времена гражданской войны, и после неё - она называлась операция "Трест". Слышали такое?

 

Артём Войтенков: Ой, что-то, смутно как-то.

 

Евгений Фёдоров: Это в России организовали информацию, и как бы сейчас сказали, коммуникацию с зарубежным подпольем. И создали у них иллюзию, что они могут приехать в Россию, и тут что-то сделать. И вот, люди приехали в Россию, и их тут всех арестовали. В этой операции участвовали тысячи людей. Огромная, гигантская операция тогда ещё советских спецслужб, будем так это называть. И история с капиталами за рубежом - они же не наши, это иностранные капиталы, вывезенные там.

 

Артём Войтенков: Они были наши?

 

Евгений Фёдоров: Это не важно, кем они были. На сегодняшний день это - нами не контролируемый объект. Мы можем на него влиять ровно так, как мы можем влиять на капиталы Рокфеллера, или Моргана. Всё, они уже там находятся. Путин говорит: "Сюда везите". Называет это красивыми словами. Мне вот это напоминаете вот эту операцию "Трест": "Сюда везите, тут всё будет хорошо, ребята. Амнистия вам. Хотите, будем просто вас звать, на границе, с помощью плакатов. Везите".

 

Артём Войтенков: Слушайте, они же тоже не дураки.

 

Евгений Фёдоров: Это другой вопрос. Но, если вы привезёте, вы будете работать по российским законам. Это главное. Раз вы привезли, всё - вы работаете по российским законам. Кроме того, речь-то идёт не о том, что амнистия и прощение. Речь идёт о том, что нет специального режима декларирования откуда средства. Разницу понимаете? То есть, вы приезжаете с чемоданом денег. Вас сейчас на границе спросят: "Деньги откуда у тебя?"

И вы достаёте второй чемодан со справками. Вот как сейчас это выглядит.

 

А тут таможенник говорит вам: "Что это у тебя? Деньги? Чемодан? Проезжай. Я не интересуюсь, откуда".

Но это не значит, что не работает вся остальная система, правоохранительная, например. Значит, если это приехал с этими деньгами, например, господин Кузнецов, зам мэра Москвы, который их украл в количестве десяти миллиардов рублей, у него на границе не спросят, откуда ты взял деньги. Но, приехав сюда, тут у него уголовное дело.

На него выйдут, и скажут: "Ой, Кузнецов, иди-ка в тюрьму"

Он говорит: "А меня же по амнистии?"

- "А мы насчёт амнистии ничего не знаем. Мы знаем, что ты закон нарушил, украл десять миллиардов. То, что у тебя в чемоданчике пять, это другой вопрос. Из этих десяти эти пять, из других десяти, мы не знаем. Нарушил закон – тюрьма".

Вот сейчас он за границей. А тут будет в России. Это же лучше?

 

Артём Войтенков: Да. Но все эти люди, они прекрасно понимают, что, когда они приедут в Россию, им может быть плохо.

 

Евгений Фёдоров: Это другой вопрос.

 

Артём Войтенков: Они же тогда не приедут.

 

Евгений Фёдоров: Ну, они не приедут, значит не приедут.

 

Артём Войтенков: А зачем тогда объявлять всю эту амнистию капиталов?

 

Евгений Фёдоров: Объявили амнистию капиталов, чтобы у них была возможность приехать. Кто-то не приедет, а у кого-то там пятки загорятся, и он приедет. Человек же решение принимает на основе факторов разного характера. И факторы не только в России. То есть, в России ему говорят: "Мы как минимум, про капитал у тебя не спросим, откуда он у тебя. Мы оставим на тебе уголовное дело, если ты украл. Если ты незаконно приватизировал, мы возбудим уголовное дело, или ещё что-то мы сделаем. Мы не говорим, что ты в России пользуешься неприкосновенностью. Мы такого не говорим. Мы даже не говорим, что у тебя в России твои деньги будут неприкосновенны. Мы такого тоже не говорим. Мы говорим только одно: мы тебя не спросим на границе, где ты их взял. Всё".

Вот это и называется амнистия - на границе не спросить, где ты их взял. Об этом речь. А всё остальное - всё работает. То есть, мы сегодня имеем людей. А теперь он там живёт, например, где-то в Лондоне. Там тоже не всегда бывает хорошо.

 

Артём Войтенков: Да, вон на Кипре уже там года два назад постригли уже.

 

Евгений Фёдоров: Там тоже могут быть на него наезды. Там тоже могут быть провокации. Там работают и спецслужбы, и бандиты, и много чего там происходит. И когда человек знает, что здесь он, по крайней мере, приехать сможет с этим чемоданом денег, хотя бы в первый день его не арестуют. Он уже может выбрать такой ход. А если он знает, что за ним тут ещё кровавые дела, конечно, он не поедет ни при каких амнистиях. Это же понятно. Или воровство, или уголовное дело, или ещё что-то, которое, кстати, можно возбудить в любой момент. Даже, если его нет, его можно возбудить.

 

А тут у него, допустим, проблемы. Он думает, куда ехать: в Россию или, например, прятаться в Африку, или куда-нибудь, в Индию? Конечно, лучше, чтобы он спрятался в России, если он не преступник. А если преступник, тоже лучше. Потому что, тогда к нему придёт правосудие, которое сейчас до него дойти не может. То есть, я не вижу, в чём риски этого решения?

 

Артём Войтенков: Видимо, Валентин Юрьевич смотрит, как бы на более дальнее. Понимает, что без каких-то границ для свободного перемещения капиталов, мы просто не выживем. А Путин расценивает положение то, которое сейчас есть, и потихоньку делает небольшие шаги.

 

Евгений Фёдоров: Одно другому не мешает.

 

Артём Войтенков: В общем-то, да.

 

Евгений Фёдоров: То есть, пожалуйста, вы привезли эти капиталы. Построили на них здесь на Рублёвке домов, пускай. Отлично. А теперь мы посмотрим, а кто же в этих домах живёт? Я имею в виду правоохранительная система, если это необходимо будет. Если будут заявления. Правоохранительная система работает по фактам, не по тоталь, т.е. любой богатый человек это уже преступник, а по фактам. Если есть заявление - рассмотрим. Вот сейчас человек живёт в Лондоне, да никакое заявление ему… плевал он на все заявления. А будет в России -заявление будет иметь ход. Это же лучше? Лучше. И с точки зрения правосудия, кстати, тоже. Потому что, появляется доступ правосудия к этому человеку, которого сейчас нет. А в целом, это напоминает операцию "Трест".

 

Артём Войтенков: Ага. Ну, хорошо, будем надеяться, что так оно и будет.

 

Евгений Фёдоров: А как ещё будет:

 

Артём Войтенков: По-всякому.

 

Евгений Фёдоров: Нет. Вот в этом конкретном ключе, конечно, лучше, чтобы люди приехали, чем, если они не приедут. Я имею в виду, с деньгами. Конечно, лучше.

 

Артём Войтенков: Ладно, пусть везут деньги, а дальше… Дальше мы подумаем.

 

Евгений Фёдоров: Есть такой населённый пункт - Бодайбо Иркутской области.

 

Артём Войтенков: Я видел на карте Советского Союза, да.

 

Евгений Фёдоров: Да. Значит, чтобы, кто историю хочет вспомнить, именно там были восстания - так называемые Ленские прииски, с которых началась революция.

 

Артём Войтенков: "Лена Голдфилдс" компания.

 

Евгений Фёдоров: Да. Это там. Это Бодайбо, это золотые прииски там находятся. Иностранцы привозили туда деньги. Я думаю, в том числе, и вот такие, которые сейчас под амнистию, - три раза. Их грабили, скажем так, конфисковывали: в восемнадцатом году, в двадцатых годах, и потом ещё в тридцатых годах. То есть, привозят деньги, назывались они тогда инвестиции иностранные. Были специальные конституционные соглашения, ещё при Ленине они начались, много чего. Вкладывают туда деньги - у них конфискация под каким-то предлогом. Ладно, через пять-десять лет опять поехали, вкладывают деньги - опять конфискация. Так три раза.

 

Артём Войтенков: Слушайте, во-первых, это золото, видимо оно отбивалось. А во-вторых, большой вопрос: а почему это Ленин пустил английскую компанию, после революции и всеобщей борьбы с буржуями, он пустил, дал концессии добывать им золотишко?

 

Евгений Фёдоров: Я понимаю, это отдельный разговор. Это понятно, что Ленин агент - это отдельный разговор, но важно что? Важно, что по закону. У них же не бандиты конфисковывали. По закону их три раза конфисковали. Я к чему?

 

Артём Войтенков: Видимо, они наварили больше, чем у них забрали.

 

Евгений Фёдоров: Я говорю о чём? Что если у вас в руках национальное законодательство, вы формируете правила. Поэтому, пусть привезут сюда деньги. А как они здесь будут жить, как будут использовать эти деньги, это определяет национальное законодательство. Поэтому, всегда лучше иметь деньги, в отношении которых можно что-то решать, чем их отсутствие, когда вы точно ничего не решите в отношении этих денег. Извините, я прагматик.

И я не люблю идеологических теорий.

 

Артём Войтенков: Нет, здесь не идеология.

 

Евгений Фёдоров: Это идеология. "Они воры" - вот идеология. Я же понимаю - они воры, поэтому нельзя, чтобы они ввозили сюда деньги. Я такой идеологии не понимаю. Даже, если они воры, пусть ввезут деньги, а мы их конфискуем, потому что, они воры, а не потому, что они ввезли деньги. Понимаете разницу?

 

Артём Войтенков: Да.

 

Евгений Фёдоров: Вот и всё.

 

Артём Войтенков: Хорошо. Тогда второй вопрос. Заявление Сергея Лаврова, министра внутренних дел, по поводу того, что введением санкций США и Запад хотят сменить власть в России. Это как расценивать?

 

Евгений Фёдоров: Абсолютно правильное заявление. Проблема заключается в том, что российская власть, как бы, не берёт всерьёз даже высказывания своих собственных министров на этот счёт. Потому что, это действительно война. России объявлена война. Так, как она объявлена была сотни раз за нашу историю. Цель войны – уничтожение российского государства и народа. Так же, как и было много раз за нашу историю. Ничего не поменялось. И Лавров просто сказал правду. Что для наших министров редкость - очень редко они говорят правду.

 

Артём Войтенков: Лавров, по-моему, в большей степени правду говорит, чем остальные.

 

Евгений Фёдоров: Это важно. Дальше. Лавров и вторую часть заявления сделал. Он сказал, что Донбасс является частью Украины. Мало того, мы даже не за федерализацию Украины. Типа, делайте всё, что хотите. И это он сказал правду. С момента лишения Путина полномочий на ввод туда войск, со стороны пятой колонны, позиция российского государства, что Донбасс есть часть Украины. Путин борется с этой позицией. Но это как раз вот та история, когда у Путина один подход, а у государственной власти - другой. Это к вопросу о российской конституции, которую всё никак многие люди не понимают, что это такое.

Вы как приходите, мы какой-нибудь мой закон рассматриваем. Сегодня опять.

 

Артём Войтенков: Я специально хотел. Вы же пойдёте выступать.

 

Евгений Фёдоров: Да, закон о СМИ.

 

Артём Войтенков: Вот, я хотел это снять. Про Лаврова ещё что-то.

 

Евгений Фёдоров: Да. Поэтому, в этом плане Ларов говорит абсолютную правду, и мы про это говорим. Позиция российского государства – сдать Донбасс. Это позиция российского предательского государства. Пока вы не решите проблему оценки событий 91-го года, у вас нет легитимности для влияния на процессы на Донбассе.

 

Артём Войтенков: Все говорят, легитимность, законность. А если мы будем разбираться, кто устанавливает законы, закон устанавливает какая-то сила. Вот был ли законным переворот семнадцатого года? Не был. Но, тем не менее, затем у нас потом получилось вроде как государство, самое мощное в мире, которое признали все. Оно стало, вроде как законным. Потом следующий переворот - 91-го года, который вроде как признали официально. То есть, вот это понятие: законно, не законно, легитимно. Мы же наследники фактически СССР. СССР возник незаконно, по сути.

 

Евгений Фёдоров: Слово "фактически", вам надо перевести в юридический язык. Это для народа может быть дома – "фактически, не фактически". А для юристов, для госстроителей должна быть чёткая документальная привязка. В 91-ом году, потерпев поражение, мы же не просто стали другим государством, или другими пятнадцатью государствами, - мы стали государствами, получившими внешнее управление. То есть, победитель нами управляет. И он создал государство под себя.

 

Мы меняем, цель наша не просто "формальная легитимность".

Наша цель – вернуть суверенитет, сделать так, чтобы власть в России принадлежала жителям России.

Сегодня власть в России принадлежит Соединённым Штатам Америки. В этом проблема.

 

Я вам не показывал вот эти материалы пленума Верховного суда Российской Федерации от 10 октября 2003-го года, номер 5?

 

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 г. Москва http://www.rg.ru/2003/12/02/pravo-doc.html

 

Артём Войтенков: Нет.

 

Евгений Фёдоров: Просто интересно. Вы потом их можете разместить. Это просто у нас постоянно идут споры. И не все понимают, а что же это такие в конституции за "общепризнанные принципы и нормы международного права"? Почему мы говорим о том, что они - ключ к пониманию ситуации в России. И вот, для тех, кто это не понимает, я и даю вот это постановление пленума, которое языком юристов, профессионалов, законоприменители разъясняют народу, что они под этим понимают. Тем более, в руках Верховного суда, как вы понимаете, и судебной системы, тюрьмы и уголовные сроки. То есть, их разъяснения означают: "Тот, кто не понял, тот идёт в тюрьму".

 

Это не просто так: "эксперт сказал своё мнение".

- "Ты не понял, что мы тебе сказали? Пожалуйста, тебе тюрьма. У нас восемьсот тысяч заключённых, иди, пополни их популяцию".

Вот, что это значит.

 

Так что же понимают наши судьи под тезисами "Общепризнанные нормы международного права"?

Вот они очень хорошо, подробно разъясняют здесь. Естественно, так же это понимают юристы в Госдуме, в правительстве, у президента. То есть, все, кто по долгу работы профессиональной, обязан готовить законы, или их интерпретировать, или в них участвовать, или их организовывать.

 

Вот читаем.

Общепризнанные принципы и нормы международного права.

Они являются непосредственно действующими в пределах юрисдикции Российской Федерации. А что это значит? Судьи молодцы, они всё разъясняют. Это значит, что эти принципы "определяют смысл, содержание и применение законов".

 

Вот, говорят – "депутаты чего хотят, Единая Россия может, за что захочет, за то и голосует".

Не за "что захочется, за то голосуют". А голосуют за тексты, смысл которых, содержание и применение определяют "общепризнанные принципы и нормы международного права", то есть, иностранные нормы. А не просто так - "голосую, за что хочу". А только за то, что соответствует этим нормам. То есть, речь идёт о всех четырёх тысячах законах, принятых в России. Не отдельно о каких-то, а обо всех тотально.

 

Дальше.

"Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием".

То есть, тюрьмой. Если ты это не понял, уважаемый депутат, тогда тюрьма. Потому что, ты нарушил конституцию, нарушил законы России, когда принимал закон, и внёс в него не то, что разрешено тебе вносить в текст закона сам. И в этом случае, мы тебя сажаем в тюрьму. Потому что, суды осуществляют контроль за деятельностью, в том числе и депутатов и президента Российской Федерации. То есть, депутата посадить в тюрьму можно, если депутат нарушил закон. Судьи разъясняют, в том числе, депутатам: "Нарушение ваше закона будет, если вы смысл вашего закона не согласуете с иностранными нормами".

 

Артём Войтенков: А как же депутатская неприкосновенность?

 

Евгений Фёдоров: А при чём здесь это? Депутатская неприкосновенность не распространяется на, она не даёт депутату право нарушать законы.

 

Артём Войтенков: А что она даёт ему?

 

Евгений Фёдоров: Если депутат ограбил банк, его посадят. Она просто даёт другую процедуру, более высокого уровня. Тебя посадят, если ты ограбил банк. Или если ты совершил другое преступление. И среди этих преступлений, ты написал неправильный закон, не соответствующий иностранным нормам. И, соответственно, начал его принимать, не дай Бог.

 

А что же уважаемые судьи понимают под этими нормами? Кто источник норм? Кто имеет право написать бумагу, на которой написано: "Общепризнанные принципы и нормы, обеспеченные всем правосудием Российской Федерации"? Не выполнил - тюрьма. Кто имеет право? Молодцы, они же тут пишут. Хорошо написали, для тех, кто в танке.

 

Пункт 2.

"Содержание, указанных норм международного права может раскрываться, в частности (целый ряд), в документах…специализированных международных учреждений". То есть, МВФ. Читаем смысл разъяснения. Решения МВФ определяют смысл, содержание и применение законов в России, например.

 

Артём Войтенков: Давайте, я на русский переведу. То есть, здесь написано, что мы должны соблюдать общепризнанные нормы международного права, но, не считая права США и Европы.

 

Евгений Фёдоров: А источником права являются специализированные международные учреждения, созданные для этой цели. Создали их Соединённые Штаты Америки. Их много. В области экономики, например, тоже не один МВФ. Например, МВФ.

 

Смотрите, это важно.

Мы сейчас с вами обсуждать будем Центральный Банк и историю с курсом рубля. У нас есть многочисленные решения Путина, как главы государства, о том, чтобы Центральный Банк изменил свою политику.

 

Артём Войтенков: Слова есть. Решений нет.

 

Евгений Фёдоров: Нет. Поскольку он это давал на послании Федеральному собранию, - это решение.

 

Артём Войтенков: Какие решения? Просто вышел, поговорил, и ушёл. Это не приказы, Это не какие-то указания.

 

Евгений Фёдоров: Смотрите. По итогам послания выпускается вот такой документ. Документ называется "О мерах по реализации послания президента Российской Федерации". То есть, сам президент выпускает поручения по своему посланию. То есть, он выпускает бумагу с надписью "Поручение".

 

Артём Войтенков: Это уже другое.

 

Евгений Фёдоров: Этот прямая связь. То есть, послание - он сказал, и то, что он сказал, сразу вышло на поручение. Так вот, эти поручения, в них это всё прописано, о чём мы говорим. То есть, формально это всё проходит вот в этих поручениях - видите, какие длинные, по каждому посланию.

 

Когда президент говорит Центральному Банку снизить процентные ставки, а у ЦБ тогда было, когда он говорил, это второй раз даже, не первый, - шесть процентов. А ЦБ не снижает с шести процентов вниз. Снижает, это значит, пять, четыре, три, а повышает до семнадцати. То есть, ведёт противоположную политику. Он прямо нарушает обращение президента.

 

Артём Войтенков: Но обращение, это не приказ всё-таки.

 

Евгений Фёдоров: А он не имеет право дать приказ. Мало того, когда он оформляет это в виде указов, они абсолютно не выполняются, потому что, это указы, не подлежащие исполнению. То есть, у него нет права издавать обязательные указы. Если вы помните советские времена, в Советском Союзе было Политбюро, ЦК. А были депутаты Верховного Совета. Помните?

 

Артём Войтенков: Да.

 

Евгений Фёдоров: Депутаты Верховного Совета (советские) были честные люди. Они честно говорили: "Дайте нам документ ЦК, и мы примем закон". Так и работала система:

- Политбюро давало протоколы.

- Протоколы трансформировались в решения ЦК КПСС и его аппарата. Там был многочисленный аппарат, в котором прямо написано было: "Депутатам Верховного Совета принять такие-то законы.

- Они получали бумагу, депутаты, на которой было написано: "Решения ЦК. Закон такой-то. Принять".

- Депутаты голосовали единогласно тогда, сто процентов. Всё.

 

Артём Войтенков: Как современная Дума наша?

 

Евгений Фёдоров: Абсолютно. Только решения ЦК были национальные. То есть, они создавались внутри Российской Федерации. А сегодняшние решения создаются за рубежом. То есть, тогда вот этими нормами занимались национальные институты: Политбюро и ЦК были на территории России.

Сегодня то же самое, но нормы - за рубежом.

Источник норм - специализированные международные учреждения.

 

Я ещё раз вернусь к этой мысли.

Решения МВФ для нас не просто так - оно обязательное. За невыполненное распоряжение МВФ, депутат, посадят тебя в тюрьму. Как, пример, это работает.

 

Президент в трёх посланиях, оформленных потом перечнем распоряжений, поручений, даёт команды делать то-то. Эти команды поступают в ЦБ, потому что ему направляются эти бумаги, ЦБ сидит в зале, слушает. Поступают в ЦБ.

 

Одновременно МВФ издаёт команды противоположного характера.

- Президент говорит: "Снижать ставки".

- МВФ в сентябре месяце издаёт команду: "Ставку повышай ЦБ в России".

 Прямо чётко говорит, что ставка должна быть повышена.

 

То есть, в ЦБ поступают две команды:

- От президента – снижать,

- От МВФ – повышать.

За президентской командой нет никакой власти. То есть, решения президента выполнять не обязательно. Нет ни одного закона, который предписывает выполнить решения президента. За МВФ стоит закон, и разъяснений об обеспечении правосудием. То есть, если уважаемые члены руководства Центрального Банка, вы не выполните решения МВФ о повышении ставки, вы попадёте в тюрьму. Что выполняет Центральный Банк в этой ситуации?

 

Артём Войтенков: Повышает.

 

Евгений Фёдоров: Естественно, потому что, за этим стоит вся государственная власть России, включая судебную систему и тюрьмы. Я не говорю про кадровый отбор, про государственное строительство - там свои примочки есть. Но, если ты все эти фильтры проскочил, то тебя посадят в тюрьму, если ты это не сделаешь.

 

Артём Войтенков: А я думал, вздёрнуть на фонарях парочку чиновников для устрашения. А оказывается, не поможет.

 

Евгений Фёдоров: Естественно, ничего не поможет, потому что, с ваших фонарей можно сбежать. Или уехать за границу, или ещё чего-то. А от тюрьмы… Здесь тюрьма, в Америке тоже тюрьма, если ты не выполнил. Потому что, на них-то уж точно это всё распространяют. Всё, куда ты денешься? Обязан исполнять. Вот так работает система пятой колонны. То есть, в ней идеологически сознательных людей не много. Там просто работящие чиновники, чётко исполняющие законы и конституцию. А конституция им предписывает, а это народ предписал на референдуме, - исполнять приказы МВФ. Всё. Например. Не только МВФ. Вот система и работает.

 

Артём Войтенков: А что это вот за бумажка, ещё расскажите.

 

Евгений Фёдоров: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 http://www.rg.ru/2003/12/02/pravo-doc.html

Причём, ещё раз говорю, про то, что я сейчас говорю, знать людям не обязательно.

 

Артём Войтенков: Они и не знают никто. И я не знал про это.

 

Евгений Фёдоров: Это не важно. Вот вы знакомы с правилами дорожного движения, если вы водитель.

 

Артём Войтенков: Да

 

Евгений Фёдоров: И вам дали права. Если вы занимаетесь законотворчеством в России, вы имеете компетенции, и вы тогда это знаете. А таких не много.

 

Артём Войтенков: А почему тогда все про это молчат?

 

Евгений Фёдоров: А вы не забывайте про пропаганду, которая об одном разрешает говорить, а о другом не разрешает. Кроме того, такое ощущение, что все. Вот об этом и молчит.

 

Артём Войтенков: Нет, ну это отдельная группа.

 

Евгений Фёдоров: Потому что, фокус направлен на другое. Я же вам говорю, Путин долбит, как заводной "Центральному Банку снижать ставки" - в десятках поручений. Не только же в посланиях.

 

Артём Войтенков: Да он постоянно об этом говорит.

 

Евгений Фёдоров: А Центральный Банк ведёт противоположную игру. Я-то отвечаю на вопрос - почему он это делает. Не потому, что там злыдни сидят, а потому, что это институт такой создан с 91-го года, который работает не под Путиным, и не под главой государства Россия, не под президентом. Он работает под иностранным управлением, и не только он, и Госдума работает под этим же управлением для целей написания законов, и правительство, и вся система. И это можно так решить, только в результате поражения: пришёл начальник, победил, сказал: "Будешь делать так" - Референдум 93-го года.

 

Почему мы и говорим, что главный вопрос - это отмена колониальных статей референдума, потому что, это позволяет девяносто пяти процентам чиновников, которые не политизированы, какие бы они должности ни занимали, работать на Россию. Потому что, из вот того массива политиков и чиновников:

- Политизированные за национальный курс - два процента во главе с Путиным.

- За пятую колонну и Соединённые Штаты Америки – два процента.

- Остальные девяносто пять процентов - это чиновники, которые просто исполняют свою работу, потому что, на неё их наняли. Это слуги. Они говорят: "Вы нам поручение измените, мы будем по-другому делать. Вы нам сказали сюда коробки ставить, мы ставим сюда. Скажете туда, будем туда ставить".

 

Вот те два процента, которые за национальный курс, они находятся в системе конфликта с конституцией. Понятно, что не юридического конфликта, а как бы, психологического конфликта.

 

Артём Войтенков: В общем, им не нравится, скажем так.

 

Евгений Фёдоров: Да. Им не нравится, во главе с Путиным. Он им предлагает национальный курс и разжёвывает:

- Центральному Банку делать это.

- Этим делать это.

Если вы в Центральном Банке не понимаете моих команд о курсе, возьмите, поднимите, он прямо так в послании говорит, используйте, говорит, называет – "опыт ФРС и Европейского банка".

 

Если кто-то там говорит: "Я не знаю, что делать?"

- "Снизить ставки".

- "А как это?"

- "Идите в Центральный Банк европейский, и читайте бумаги, как это делается".

Вот так это и делается. То есть, Путин подробно это разъясняет. На самом деле, его посыл к европейскому банку, это посыл к тысячам документов, где вот такие тома, где подробно прописано, что делать в какой ситуации. А не просто так сказал: "Снижайте ставки, а как - не знаю".

 

Артём Войтенков: Я не думаю, что это слишком сложно, издать одно распоряжение о снижении.

 

Евгений Фёдоров: Нет, там надо не одно распоряжение. Надо на самом деле менять всю систему. Но как менять систему, они сказал, подробно. То есть, он сказал, как менять систему. По сути, он сказал: "Измените тип российской экономики на развитый, американский, европейский, японский, английский и так далее.

 

Артём Войтенков: Слушайте, а зачем Путин так говорит? Он прекрасно понимает, что Центробанк ему не подчиняется. Ему не отдали Центробанк в 2003-ем, в 2004-ом, он пытался отбить. Он прекрасно всё понимает. Зачем он всё время раз за разом это повторяет, с учётом того, что его всё равно никто не слушает, его всё равно все посылают.

 

Евгений Фёдоров: Потому что, он даёт ответы на вопросы, которые могут быть использованы, только, если поменяет свою позицию народ Российской Федерации.

 

Артём Войтенков: А народу по барабану, просто глубоко по барабану.

 

Евгений Фёдоров: Это другой вопрос.

 

Артём Войтенков: Путина слушать ещё.

 

Евгений Фёдоров: Это другой вопрос. Сейчас народу по барабану. Завтра Соединённые Штаты Америки, пользуясь конституцией, обрушат уровень жизни народа в три, в четыре раза. Будет по-прежнему по барабану? Вот Ольга Голодец, уже, мне понравилось, честная женщина, зампред правительства, вчера предупредила, семьи с маленькими детьми, прямо сказала возраст, будут в особо тяжёлом положении сегодня, в связи с сегодняшними событиями. То есть, в связи с нападением на Россию.

 

Артём Войтенков: Это она в Думе сказала?

 

Евгений Фёдоров: Нет. Она это сказала на пресс-конференции, на каком-то круглом столе. Но открыто уже сказала: "Ребята, вы будете очень плохо жить". Это предупредила. Но это действительно, правда.

Теперь, вопрос. Народ не понимает? Хорошо.

- Открываешь холодильник, там пусто, жрать нечего, извините. Ещё не понял?

- Хорошо. К тебе придут, выселять тебя из квартиры за неуплату. Ещё не понял?

Вот это называется - уроки, как в школе. Есть такие ученики, которые, ну раньше были, которые категорически такие были хулиганы. Вот их порят, они не понимают. Их ещё порят, они не понимают. И вот, их порят, пока они не поймут. Вот сейчас идёт порка населения Российской Федерации со стороны Соединённых Штатов Америки, для того, чтобы это население наконец-то сообразило, чего от него хотят. От него хотят поддержки национального курса, но…

 

Артём Войтенков: Сбросить национальный курс, вот…

 

Евгений Фёдоров: Да.

- Американцы хотят, чтобы они сбросили национальный курс: сбросили Путина, сбросили государство, и уничтожили российскую государственность.

- А мы исходим, национально-освободительное движение, из того, что эта порка, обнищание, безработица массовая, которая будет в следующем году, - она прочистит мозги, и заставит людей вернуться к заветам своих дедов и отцов. А именно, биться за своё Отечество. Не сдавать его, а биться за него, отбивать иностранное вторжение путём борьбы внутри страны с пятой колонной, и изменения конституции на референдуме. Путём изменения вашего решения о колониальном статусе России, который вы утвердили в 93-ем году. Вот, что мы хотим.

 

Артём Войтенков: Вы так красиво говорите всегда. Но, я вот снимал недавно одного нашего учёного, Сергей Савельев. Он занимается мозгом человека. Очень интересный человек, и очень интересно рассказывает. И он рассказал о том, что мозг человека потребляет огромное количество энергии и сил, для того, чтобы думать. Вообще, до четверти всех сил человека уходит на работу, оказывается, мозга. То есть, думать, это очень сложно, это трудозатратно. И поэтому, организм человека старается всячески уменьшить…

 

Евгений Фёдоров: Нет, тем не менее, это всё-таки люди, они постоянно думают, о семье.

 

Артём Войтенков: Я не договорил, подождите. И он говорит о том, что, когда человеку дают готовую систему, где думать не надо, где говорится так: "Вот это слева, это справа, это чёрное, это белое. Думать не надо, всё разложили по полочкам". Вот это всегда воспринимается легче, чем думать, до чего-то пытаться докопаться. Тратить ресурсы свои, или силы жизненные, и время. А так как средства массовой информации находятся в руках врага, открытого, враг даст, полностью всё, разложит: что делать, куда, кого свергать.

 

Евгений Фёдоров: Вы просто сейчас объяснили механизм оккупации, который в России был пять раз до этого. Это преодолимо.

 

Артём Войтенков: Нет, подождите, нас уже завоевали. Вы хотите сейчас это сбросить. Я вам говорю, что это будет очень, очень сложно, в условиях нынешнего положения. А ещё, с учётом того, что думать плохо, вредно для здоровья, то, вот…

 

Евгений Фёдоров: Нет, от голода приходится думать. Опыты проводились, допустим, когда у животных возникает ситуация отсутствия кормов, проблемы разные, то у них резко повышается мозговая активность.

 

Артём Войтенков: Повышается - где еду взять?

 

Евгений Фёдоров: Так и у людей. Вы знаете, я люблю животных, и не люблю, когда над животными издеваются. Наверное, для вас не секрет, что когда у вас в цирке какое-то животное танцует, скачет, то это не просто так, а это значит, что над ним долгое время издевались, ежедневно его избивая. В результате сделали так, что он выглядит, красиво на этом цирке. Это в голову ему бы не пришло на передних лапах скакать. А тут его били так долго, что ему пришлось воспринять необходимость этого поступка.

 

Вот сейчас происходит процесс воспитания граждан России, путём бития за предательство, а не просто бития, а в силу предательства 91-го года, и воспитания их на патриотизм. То есть, либо они воспитаются, как до нас. Мы же не первый раз живём, до нас и деды, и прадеды тоже воспитывались войной, и голодомором, и лишениями. Это было воспитание нации. Ведь все полторы тысячи лет государственного строительства, это был процесс воспитания. Согласитесь.

 

Артём Войтенков: Можно по-разному на это смотреть.

 

Евгений Фёдоров: А как? Оккупация Гитлера, это воспитание? Конечно, воспитание. Перебили десять миллионов человек на территории Украины. Остальные двадцать воспитались в ненависти к врагу. И сбросили его. Правильно? Так ведь это происходило?

 

Артём Войтенков: Как весело англичанам смотреть, как русские с немцами уничтожают друг друга.

 

Евгений Фёдоров: Это понятно, но это было так. То есть, в Отечественной войне, почему победили? Потому что, когда Гитлер дошёл до Москвы и до Сталинграда, процесс воспитания десятков миллионов людей перешёл в фазу воспитания под воздействием убийств, массовых. Люди посмотрели, как вешают их односельчан на берёзах, гитлеровские войска. Это их воспитало. Правильно? Они пошли в партизаны, скинули врага. Сейчас тот же процесс идёт, абсолютно. Идёт воспитание населения, как это в армии, - не умеешь, заставим. Воспитание населения в любви к своему Отечеству. Которое можно было бы избежать, если бы были мозги, о чём вы говорите. Мозгов нет, значит, кнут. Кнут заменяет мозги.

 

Вот, мы сейчас и находимся в этом историческом периоде.

- На нас напали.

- Идёт уничтожение.

- Это приводит к резкому падению уровня жизни, что и есть процесс воспитания.

 

Если вы обратили внимание, опять, в очередной раз, то, о чём я сейчас говорю, о политике Центрального Банка, о курсе рубля, опять мне запрещено говорить на телевидении и на радио.

 

Артём Войтенков: Вам всегда было запрещено.

 

Евгений Фёдоров: Нет, ну иногда там какие-то пробивались. Так вот парадокс в том, вдруг я получаю огромное количество звонков от журналистов, которые берут у меня интервью.

 

Артём Войтенков: По телефону или они приглашают?

 

Евгений Фёдоров: По телефону. Но они предупреждают: "Нам нельзя вас выпускать в эфир, но мы хотели бы знать".

И дальше я журналисту рассказываю и говорю о том, как всё устроено. Чётко работает система цензуры, и журналисты даже отлично это понимают, они сами же в лодке, которая тонет. Они же понимают, может даже, многие из них более продвинутые, потому что общаются, кругозор. Они это понимают. Но на работе им запрещено это давать. Это к вопросу о цензуре и о пропаганде СМИ. Мы это сейчас просто видим, как это работает. Мне понравилось: вчера выступал Андрей Макаров, председатель комитета, и клеймил тех, кто требует снизить процентную ставку, и говорил, что это враги.

 

Артём Войтенков: Комитета чего?

 

Евгений Фёдоров: По бюджету и налогам в Госдуме. Говорил, что это враги. Мне очень интересно было, зачем он так Владимира Владимировича Путина многократно вчера обозвал? Потому что Путин требует как раз снижения процентных ставок. Видите, как раскол сил идёт. Работает пропаганда, работает пятая колонна, работает чётко система уничтожения страны. Надо думать. Не будешь думать – будешь уничтожен.

 

Артём Войтенков: Интересно, а вот эти люди, которые сейчас в открытую выступают против России, они же что, они не понимают, к чему это всё ведёт?

 

Евгений Фёдоров: Нет, они интегрированы в систему другую.

 

Артём Войтенков: А, то есть у них чемодан, вокзал, и там…

 

Евгений Фёдоров: Естественно. Мало того, вот сейчас упал этот рубль. А вы думаете, что это трагедия?

 

Артём Войтенков: Многие уже так начинают воспринимать это.

 

Евгений Фёдоров: Для многих. А как вы думаете, в каких деньгах держат свои капиталы правящие классы?

 

Артём Войтенков: Думаю, что не в рублях.

 

Евгений Фёдоров: То есть это что для них? Утроение капиталов. За год. Понимаете теперь, как они довольны?

 

Артём Войтенков: То есть для них это возможность что-то прикупить…

 

Евгений Фёдоров: Просто человек за несколько месяцев стал в два-три раза богаче. Тупо. Вот вчера он не мог купить пентхауз в центре Москвы, а сейчас может. На те же деньги.

 

Артём Войтенков: Да, я вот, кстати, про это не подумал.

 

Евгений Фёдоров: Как вы думаете? Американцы же всё это продумали и проработали. Там чётко идёт: вы - терпите, а вам – кость.

 

Артём Войтенков: То есть получается, у нас есть верхушка, которая заинтересована просто кровно в падении курса рубля.

 

Евгений Фёдоров: Естественно, она в падении курса заинтересована, она заинтересована в том, чтобы не ссориться с Америкой, потому что там семьи живут и имущество находится. Она не заинтересована в ссоре потому, что оттуда у них источник власти и денег на территории России. Это оккупационный механизм, это компрадорская верхушка. Она так и должна быть в колониях. Колонии, вообще-то говоря, всегда освобождались очень тяжело, потому что начальство колонии очень часто было заинтересовано в метрополии.

 

Артём Войтенков: Правильно - бусы, зеркала.

 

Евгений Фёдоров: Начиналось с "бусы, зеркала", а потом власть оттуда шла, источник власти оттуда, источник богатств, источник отбора. Отбирают же не самых лучших людей. Принцип отбора – коммуникация с США. А если ты не самый лучший с точки зрения интеллекта, тебе же явно не светит в национальном курсе ничего.

 

Артём Войтенков: Не обязательно быть самым умным, чтобы куда-то высоко пробиться.

 

Евгений Фёдоров: Нет, в национальном курсе отбор идёт по другим качествам. А в колониальной системе, в компрадорской, отбор идёт, я бы сказал, по отрицательным качествам. То есть, ты должен быть коррупционер, ты должен быть, желательно, чтобы ты был не умным человеком, чтобы не задавал дурацкие вопросы в Лондон и в Нью-Йорк. И вот по этому принципу отбор и идёт.

 

Артём Войтенков: Компромат. Чтобы было за что держать.

 

Евгений Фёдоров: Конечно. Поэтому вы не увидите в органах власти сверхумных людей, в том числе и по этой причине. Или просто часто умных. В том числе именно по этой причине не увидите. Там отдельная история – коммуникация, почему ЦБ не выполняет решения. Путин – это отдельная история. Но ещё – это же двадцатилетняя политика. Просто в течение двадцати лет ЦБ работал как орган эксплуатации России, а сейчас американцы изменили свою позицию. Они если до этого давали команду…

Вот овца, они давали команду: "Стриги овцу каждый год и нам шерсть отправляй".

А теперь они поменяли политику и сказали: "Так, стричь овцу недостаточно, надо её убить".

 

Артём Войтенков: Холодец, рагу, что там ещё.

 

Евгений Фёдоров: Да. Всё, поменялась линия. И в результате те же самые, которые до этого, Центральный Банк, стригли овцу российскую, они теперь взяли нож и начали её резать. Потому что команда начальства изменилась.

Позвонил хозяин фирмы и сказал этому, который стрижёт: "Хватит стричь, будешь мясником".

Он говорит: "Я только стричь умею".

- "Мы тебе пришлём консультанта".

И прислали фирму "Woman" (Американская компания Oliver Wyman). Которая объясняет, как убивать овцу. Не только стричь, это вы вроде научились, а вот как убивать.

 

Артём Войтенков: Да.

 

Евгений Фёдоров: Ну, это политический вопрос. Поэтому мы ждём, я не скажу, что спокойно. Когда произойдёт массовая катастрофа, массовая катастрофа приведёт к массовой энергии негатива, и дальше эта энергия негатива куда-то пойдёт. Либо она пойдёт…

 

Артём Войтенков: Против Путина.

 

Евгений Фёдоров: Против Путина, и ликвидация России будет, и это будет не та история, как на Донбассе, это будет в тысячу раз хуже. Это понятно, потому что Россия – последняя страна, и американцам надо её просто уничтожить, чтобы не было проблем. И в этом их спасение, как это ни парадоксально, - спасение однополярного мира, спасение доллара.

 

Артём Войтенков: Это понятно.

 

Евгений Фёдоров: Либо вот эта озверевшая масса людей на улице после того, как будет сожжено несколько ларьков, естественно, не без этого, она пойдёт в другую сторону.

 

Артём Войтенков: А куда?

 

Евгений Фёдоров: Туда же, куда пошла озверевшая масса голодных людей, извините за этот термин, потому что это герои в блокадном Ленинграде, - на защиту своего Отечества. Например.

 

Артём Войтенков: Ну, например, Путин понятно, где сидит – это Кремль. А куда пойдёт, если масса людей, в другую сторону? На защиту? Куда идти-то? Никто не стреляет.

 

Евгений Фёдоров: Путин же приглашал на Тверскую, не пришли люди. Пригласит в другой раз. Обязательно пригласит. Вот придёт на Тверскую полмиллиона – процесс пойдёт. Он получит легитимность выкинуть пятую колонну. Не придёт – значит, будем ждать, и наблюдать, как терзают людей, учат их, порят, и как они созревают.

 

Артём Войтенков: И люди все будут говорить: это Путин виноват.

 

Евгений Фёдоров: Да пусть говорят, что хотят.

 

Артём Войтенков: Маленькая часть будет наконец-то соображать.

 

Евгений Фёдоров: Это не важно. В любой войн: можно проиграть и победить. Можно было проиграть в Отечественную войну?

 

Артём Войтенков: Можно было.

 

Евгений Фёдоров: И в блокадном Ленинграде можно было проиграть. Люди выбрали. Они выбрали свой путь сами. Пускай под воздействием обстоятельств, расстрелов, ужасов, учёбы, которую давали гитлеровские войска на оккупированных территориях. Учёбы путём повешения массы людей. Но они сделали этот выбор. Сейчас будет то же самое. Мы могли проиграть Великую Отечественную войну? Конечно, могли. Ну, это очевидно. Можем и сейчас проиграть. Вы правы. Можем, да. Но это решение не моё. Это решение, как и раньше в истории было, миллионов граждан Российской Федерации - вы хотите проиграть или вы хотите выиграть. Раз вы не можете это решение принять мозгами, значит, мы ждём, когда вы это решение примете задницей, извините.

 

Артём Войтенков: Смотрите, вы всё время говорите: выход на улицу, выход на улицу. Но с другой стороны, вот во Франции народ вышел на улицу против узаконивания однополых браков. Их там миллион, по-моему, в Париже вышло. А Париж поменьше, чем Москва. И потом у них ещё были шествия по всей Франции, они ходили, очень много народу, и что? И ничего. А воз и ныне там.

 

Евгений Фёдоров: Потому что господин Олланд, назначенный Соединёнными штатами Америки, имеет другую власть и другую позицию и он просто, как это говорится, отбил это восстание народа. Вот и всё. А у Путина позиция – национально ориентированный курс, восстание национально-освободительное. Но это не личная его позиция, это историческая позиция лидеров государств. Олланд просто не дозрел до этого, американцы…

 

Артём Войтенков: Какое не дозрел, американцы его специально поставили туда.

 

Евгений Фёдоров: Институт такой, они всё время чистят эти истории, да, конечно, поэтому он не дозрел. В России всё сформировано. Кстати, пример Крыма. Когда невозможна была бы победа национально-освободительного движения в Крыму, а там был конституционный вопрос, то же самое, референдум, если бы не было вежливых людей Путина. То есть у нас есть вежливые люди, и есть народ. Вежливые люди проблему не решат, потому что это будет незаконно. Послать ОМОН в ЦБ сейчас незаконно - я вам показал, за это применяется правосудие в отношении тех, кто принял такое решение. Не важно, Президент это или кто-то другой. Это один момент.

 

И народ – второй момент. Если один народ – не получится, как во Франции.

Если одни вежливые люди – не получится, не законно.

Соединение народа, то есть легитимности, и вежливых людей, то есть Путина, и есть решение проблемы.

 

Артём Войтенков: Понятно. Мне, честно говоря, вот смешно, как выходит Набиуллина сейчас и пытается что-то такое говорить.

 

Евгений Фёдоров: Это цирк. Какое Набиуллина, вы посмотрите, сколько, как болтовня идёт у нас… Это видно, как работает пропагандистская система. То есть она настолько очевидна с телевизора, что просто… Я не знаю, кто уже не понимает, что это пропаганда в чистом виде.

 

Артём Войтенков: Кто-то вот не понимает, иначе бы по-другому было.

 

Евгений Фёдоров: Хорошо, подождём, пока загорится посильнее, тогда мозги заставят понять.

 

Артём Войтенков: Но дело в том, что они разговаривают языком Егора Гайдара, у которого в речи были понятны только предлоги, а остальные – всякие экономические термины для затуманивания головы.

 

Евгений Фёдоров: Нет, вообще-то говоря, они, официальная позиция власти, никто же её не отменял - что мы недоразвитые, то есть туземцы. Это же официальная позиция, она прописана в договорах, она идёт в речах. Они же говорят, что иностранцам можно это, а вам, туземцам, можно только это. Это и есть термин "недоразвитое государство" или "развивающееся", как они говорят. Или вот ещё у них термин недавно появился "неконкурентное". "Недоразвитое", "неконкурентное" – это же официальная их политика и позиция.

 

Они действительно отбирались по принципу (не только Конституция их заставляет) самой системой за двадцать лет по принципу восприятия, что в России живут идиоты, недоразвитые туземцы, дебилы. Это их официальная позиция, они нас считают дебилами, туземцами. И они с экрана вам, дебилам, объясняют. Они говорят: " Мы же вам сказали уже сто раз, вы, дебилы, не понимаете, что вы дебилы. Скажем вам сто первый, у нас такая работа".

Это же всё видно насквозь.

 

Артём Войтенков: Это видно. Но это просто смешно.

 

Евгений Фёдоров: Людей держат за дебилов. Но они же всерьёз держат за дебилов. Так же, как за дебилов держали индейцев Америки американцы в своё время, как негров Африки.

 

Артём Войтенков: Их, по-моему, до сих пор…

 

Евгений Фёдоров: Китайцев, индийцев… Конечно. Это и есть англосаксонский фашизм. Этот англосаксонский фашизм в головах чиновников Российской Федерации. Их наотбирали по принципу фашистов. Но мы их называем вежливо "пятая колонна", потому что они коммуницированы туда, но идеология их – фашизм. Фашизм по отношению к населению России.

 

Артём Войтенков: Понятно. Хорошо, а вы сейчас пойдёте докладывать какой-то свой законопроект новый, да?

 

Евгений Фёдоров: Да, мы сейчас будем докладывать законопроект, "О СМИ – иностранных агентах" называется законопроект. Уже два года как нами разработан, за него пойдёт очень длинная борьба. Суть законопроекта, что если двадцать пять процентов деятельности и больше финансируется из-за рубежа, то средство массовой информации должно называться иностранным агентом. И за ним должен осуществляться контроль, при этом, естественно, если оно освещает политическую деятельность на территории России.

 

Артём Войтенков: То есть если это про зелёные движения, это не подпадает?

 

Евгений Фёдоров: Если это не политические зелёные движения, которые говорят, что во всём виноват Путин.

 

Артём Войтенков: Так они сначала не политические, а потом они всегда сворачивают…

 

Евгений Фёдоров: Ну, понятно, да. Вот такой закон, довольно мягкий. Надо сказать, что за два года, пока мы за этот закон боролись, а мы реально за него боролись, частично он был реализован. Всё-таки Госдума – это как раз тот случай, когда мы закон пробиваем, против нас сопротивляются, я имею в виду национально-освободительное движение, в Думе группа "Российский суверенитет". Сопротивляются, но под давлением Путина, мы же как бы снизу, а он сверху, что-то надо принять. И процентов на семьдесят – восемьдесят эти вопросы были решены в законе, в этом же, который был после нашего внесения принят. То есть мы внесли два года назад, а он был внесён и принят пару месяцев назад, о том, что средства массовой информации должны иметь собственников только из России, запрещено иметь иностранным собственникам в России. Но вы же понимаете, что если это СМИ, владелец его Гудков, например, житель Лондона, как мы знаем со вчерашнего дня или Навальный…

 

Артём Войтенков: А какая разница, на кого зарегистрировано?

 

Евгений Фёдоров: Ну, конечно, это ничего не значит. Важнее - откуда деньги.

 

Артём Войтенков: Да. И кто командует.

 

Евгений Фёдоров: Откуда деньги? Вот я общался с редактором одного большого радиоканала московского, который крутится, и пришла новая редакция, не буду называть фамилии, пришёл новый состав редакторов во главе с новым главным редактором. Он начал вызывать предыдущих ведущих, кто там ведёт, почему они проводили вот такую-то политику. Например, в одной из передач в течение нескольких лет ежедневно упоминался Ходорковский. Это вот та самая пропаганда, о которой мы говорим. Уже становится очевидно, что это просто тупая голимая пропаганда. И люди пришли новые, редактора, они пытались понять - почему это происходит, просто технология. Это было ещё года два назад. Они вызвали людей, те говорят: "Что вы к нам? Идите в бухгалтерию". В бухгалтерию пошли и посмотрели: заключены были договора о финансировании. Договор с этой редакцией о том, что редакция должна упоминать Ходорковского, он тогда ещё сидел, столько-то раз в день, в неделю, и за это она получает такие-то деньги, вплоть до этого. То есть канал чей-то там другой, но денежки за пропаганду, открытым текстом.

 

Мы хотим хотя бы эти механизмы перехватить, потому что мы понимаем, что по плану американского посла там определённый разворот плана идёт: когда, что, кто когда делает. Так вот средства массовой информации играют ключевую роль в определённых обстоятельствах.

 

Артём Войтенков: Да, для достижения определённой точки кипения.

 

Евгений Фёдоров: На завершающем этапе. СМИ предают своё Отечество и меняют курс радикально за месяц-два до восстания.

 

Артём Войтенков: Вот как на Украине было.

 

Евгений Фёдоров: Не за год, не за полгода, за месяц-два. Они тогда вдруг резко меняют курс, все удивляются. Кстати, не только там, мы это изучали. Например, именно это произошло, когда снимали Берлускони (Silvio Berlusconi). Берлускони, вообще-то, - медиа-магнат, владелец основных СМИ Италии. Но когда его свергали, меняли на другого, на Проди (Romano Prodi), по-моему, вдруг его собственные СМИ, которых он владелец (к нашему вопросу), вдруг развернулись и начали его мочить. Ровно за месяц до этого. Он был в шоке. Он этих редакторов назначал, подбирал, и они вдруг работают в другую коммуникацию.

 

Артём Войтенков: Перекупили или что?

 

Евгений Фёдоров: Перехватили, я бы сказал. Слово "перекупили" отличается от слова "перехватили" тем, что их заранее так заложили, заранее была выстроена система финансирования. Условно говоря, они работают системно, а Берлускони работал точечно. И он точечно считал, что всё в порядке, а люди уже заложены были его враги, уже заложены, они просто молчали, держали язык за зубами, и потом как бы легализовались. Вот эти процессы будут и в Росси абсолютно так же, как и на Украине. Чтобы этих процессов избежать, мы считаем, что этот закон несмотря, что он решён в значительной мере, надо принимать всё-таки в этой редакции.

 

Артём Войтенков: Так а чем это отличается от того закона, который сейчас действует? В чём ужесточение?

 

Евгений Фёдоров: Сегодняшнее действие – запрещено иностранным владельцам иметь СМИ в России. Он ещё не вступил, у него переходный период, сейчас вступит и всё, точка. Мы говорим, что нельзя получать иностранное финансирование на деятельность СМИ.

 

Артём Войтенков: Не важно, кто владелец.

 

Евгений Фёдоров: Не важно, кто владелец. Потому что мы считаем, что владельцы могут быть подставные.

 

Артём Войтенков: Ну, так и будет.

 

Евгений Фёдоров: Конечно. А деньги важнее. Потому что деньги формируют команду, систему, подходы. Если у тебя нет иностранного финансирования, то, по крайней мере, снижаются рычаги - у них, у американцев, уменьшается манёвр. У них остаются только кадры, геополитика, то есть прикрытие за рубежом, ну и пятая колонна здесь подыгрывает. Ослабляются механизмы влияния. Хотя бы половину СМИ они не смогут перехватить. Они перехватят какие-то, но хотя бы половину.

 

Артём Войтенков: Главное же основные. А основные – всё равно они будут контролироваться.

 

Евгений Фёдоров: Основные предадут. Первый канал, Россия – сто процентов предадут. Это видно.

 

Артём Войтенков: Значит надо на них тогда сосредотачиваться?

 

Евгений Фёдоров: Мне даже нравится, как многие из них открыто Путиным называются "бывшие работники ЦРУ", лауреаты прибалтийских, не буду фамилии называть, медалей за ликвидацию Советского Союза. Сейчас они как бы перекрасились: "Мы уже такие за Путина. Мы как бы за Россию". Но слова "суверенитет" они не говорят. Ну, понятно же, что они оттуда. Они оттуда подбирались, создавались, назначались. Просто сегодня они на стороне сильного. Как только закачается Путин, зашатается, а он зашатается, когда свою работу сделает Центральный Банк, правительство, пятая колонна в московской мэрии, когда через этих врачей раскачают ситуацию, они тут же добавят в последний момент вот этот ресурс вторжения. Это же понятно. Поэтому смело говорю - Пятый, Первый канал, Россия, предадут. НТВ уж тем более.

 

Артём Войтенков: Ну, вот Вы, я смотрю, читаете название своего законопроекта из бумажки, которые вам раздают, как голосовать. И там уже наверняка написано, будет он принят или нет.

 

Евгений Фёдоров: Да. Уже написано.

 

Артём Войтенков: И что написано? Не принят?

 

Евгений Фёдоров: Против, конечно. Уже указания получены. Было "против" и в предыдущих случаях. Мы же два года за этот закон бьёмся. Но в результате мы пробили вот ту редакцию. Она компромиссная. Мы считаем, что эта редакция недостаточна. Мы продолжаем давить. Я уверен, что по мере воспитания граждан холодом и голодом, будут созданы условия для путинских законов, в том числе и для этого. Даже если сейчас отклонят, он уже готов, текст готов, всё проработано.

 

Артём Войтенков: Так они внесут опять свой. Тот внесли какие-то другие люди?

 

Евгений Фёдоров: Да, внесут свои, будут перехватывать пытаться, но это борьба, она так и идёт. Это и есть борьба. В этой борьбе если вы идёте на борьбу, вы же не обязательно победите, ну и здесь то же самое. В целом мы побеждаем, другое дело, что это идёт… Знаете, вот отряд пробирался через лес, из двадцати человек остался один.

 

Артём Войтенков: Да, весело.

 

Евгений Фёдоров: Но он дошёл.

 

Артём Войтенков: Хорошо, уменьшение населения страны в двадцать раз - да, это вполне вероятно.

 

Евгений Фёдоров: Я думаю, что этого не произойдёт, но просто, чтобы было понятно. Мы ведём борьбу. В этой борьбе не ждите от нас побед. В этой борьбе победы пойдут, когда изменится баланс сил. А до баланса сил мы отступаем - до Москвы, до Сталинграда.

 

Артём Войтенков: Евгений Алексеевич, а кто вам раздаёт вот эти вот указания, как голосовать?

 

Евгений Фёдоров: Эти указания существуют во всех фракциях. Эти указания выпускаются на основе конституции о том, что Дума только принимает законы, и на основе фракционной дисциплины, суть которой всё равно, что производственная дисциплина. Вот вы пришли на работу, у вас производственная дисциплина, вы водитель, вам путевой лист, и езжай в Сочи. Например. Везите.

 

А вот если бы вы пришли на работу и вместо поездки с путевым листом в Сочи решили написать книгу, так не бывает. Так и в Госдуме. Люди принимаются под определённую работу. Это работа - принимать законы и выполнять фракционную дисциплину. Принимать законы в соответствии, как мы уже обсудили, с указаниями специализированных международных учреждений. Вот работа депутата. Но это же у них там специализированные, а у нас это всё транслируется в виде специальных решений. Такой документ, который раздаётся во все фракции, и в этом документе написано…

 

Артём Войтенков: Его получает каждый депутат.

 

Евгений Фёдоров: Да. Его получает каждый депутат, и в нём сказано, что он должен делать, за что голосовать и что говорить. Потому что есть ещё документы, что говорить. По сути это театральные артистические роли. Приходит в театр артист, хоть он трижды народный - экспромта не бывает в театре. Ему режиссёр написал, вот это режиссёр пишет, и раздал, что ему надо говорить. Здесь то же самое. Вот раздали: за это надо "за", за это – "против", за это "за", за это – "против". И тут ещё для умных, внутри, для системы, указано, как формировалась позиция "за" или "против", через какие фильтры она прошла. Тут ссылка на Правительство, как правило. Потому что Правительство получает те же указания от МВФ, как и Дума, просто оно их дорабатывает и дальше вносит законы. Поэтому любой закон обычно получает согласие Правительства. Дума – это действительно артисты, но в нижнем ключе исполнения, то есть до них куча людей, которые проверяют, чтобы не было ошибок.

 

Артём Войтенков: То есть депутат – это самый нижний актёр.

 

Евгений Фёдоров: Это самый нижний актёр, просто рядовой. Не ведущий актёр. Мало того, есть депутаты, действительно хорошие специалисты. Они в Думе актёры, а потом они идут на какие-то совещания, где у них есть какая-то дополнительная возможность. Но они там на этих совещаниях не от депутатства имеют эту возможность, а в силу своего статуса вне Думы. Интегрированы в другую систему. Я же тоже интегрирован в систему Путина.

 

Артём Войтенков: Вас, кстати, ругают, часто: почему Евгений Фёдоров голосует за эти законы такие-сякие плохие.

 

Евгений Фёдоров: По той причине, что вы на своей работе делаете то, что вам велит начальство - по таким же основаниям.

 

Артём Войтенков: А то вас выгонят.

 

Евгений Фёдоров: Во-первых, я взял эти правила, согласился, на них пошёл, когда шёл в Государственную Думу, это правила рабочего поведения. Это правила устава Думы. И не только Думы, всех парламентов. Это англосаксонский тип демократии. И, кстати, советские депутаты. Мы же это обсудили. Источник просто разный. Советские депутаты тоже были актёрами, Верховный Совет. Но они откровенно говорили: "Мы актёры, выполняем приказы Политбюро и ЦК КПСС". Честно же говорили, не обманывали никого.

 

Артём Войтенков: Ну, я маленький был, я не помню.

 

Евгений Фёдоров: Люди, кто постарше, помнят. Это было официально всё. Сейчас Дума как бы скрывает, это пропаганда. Она скрывает, что ею управляют специализированные международные организации. Об этом пишут только специалисты и судьи. И депутаты-то это знают, но народу это не говорится. А в Советском Союзе всё было честно.

 

Вообще русский тип государственного строительства и демократия русская на порядок более честная, чем англосаксонская с их этими партийными состязаниями. Русский тип – это чётко совмещается реальная власть с официальной властью. Депутаты Верховного совета открыто говорили: "Не мы решения принимаем.

Они же честно говорили: "Наша задача эти решения легализовать в конституционном поле, а решения принимает ЦК. И ЦК выпускает бумагу".

 

- Вот эта бумага сейчас есть производная бумаги, выпущенной "специализированными международными организациями".

- А в Советском Союзе такая же бумага была тоже. Только она была публична, её не втихаря, как я сейчас держу, достают там и голосуют и назад кладут.

А её, официально говорили: "Да, вот у нас есть Постановление ЦК, по нему надо принять этот закон, мы по нему голосуем единогласно, всё".

Всё честно. Любой колхозник в Советском Союзе знал, что главный в Советском Союзе кто? Генсек - Сталин, Брежнев и так далее. Правильно? А не президент – Калинин, Подгорный и так далее. Понимаете разницу? Это была честная политика.

 

Вот русское государственное строительство в основе своей честное.

Вы, ваше дело, депутатов, чётко следовать командам ЦК, а вот ЦК вместе с Политбюро уже вырабатывает стратегию. Хорошую, плохую, правильную ли – это другой момент. Но они вырабатывают здесь, в Кремле. Стратегия вырабатывается в Кремле. А сегодняшняя стратегия на территории России запрещена Конституцией вообще, как институт.

 

Именно поэтому для нас национально-освободительная борьба. Почему референдум и прочее. Потому что для нас очень чётко видно: Путин даёт команды одни, МВФ даёт команды другие. Выполняются команды МВФ. Значит, надо Путину, главе государства, дать полномочия, если грубо, обязательные для исполнения. Мы даём право главе государства издавать указы, которые обязательны для Госдумы, Совета федерации, судов, Правительства, Центрального банка, средств массовой информации, общественных организаций и так далее. Но не для граждан. Потому что для граждан – законы. А для власти, в том числе власти общественной, не важно, должны быть вот эти указы главы государства. Но эти указы тоже не могут быть о чём попало. Они должны быть только о стратегии. Стратегическая линия. Это новая власть. На территории России формируется новая власть. Фактически мы хотим предоставить главе государства полномочия генсека ЦК.

 

Артём Войтенков: Которых у него сейчас нет.

 

Евгений Фёдоров: Которых в России нет ни у кого. Эти полномочия мы берём не у кого-то в России: не у народа, который как бы передаёт, не у Думы, не у Правительства. Мы их берём у США, которые заложены в статьях соответствующих Конституции. Мы Путину даём просто полномочия на уровне специализированных международных учреждений. Ну может иметь Путин такое же право, как МВФ в России или нет? В конце концов.

 

Артём Войтенков: А многие думают, что он имеет все права, всё, что только можно. Ну, вот да, недоразвитые, как говорят.

 

Евгений Фёдоров: Ну вот. Значит, американцы вас будут бить, пока вы не разовьётесь. Вот пока вы не осознаете себя развитыми, вы будете биты, ребята.

 

Артём Войтенков: Очень похоже на новый виток эволюции: глупые умирают с каждым витком всё больше и больше.

 

Евгений Фёдоров: Да. И народы, кстати, и государства, тоже.

 

Артём Войтенков: Да, как это и было - целые народы умирали.

 

Евгений Фёдоров: Всё, как всегда. Я всегда говорю: ничем сегодняшние события не отличаются от всех предыдущих. Ничем. Мы даже это говорим, вот я сегодня на очередном круглом столе говорил:

- Мы стандартные прагматики. Мы не считаем себя самыми умными. Мы считаем, что ум находится в опробованных методиках наших предков, и не только наших, и предков других народов. Поэтому мы не хотим сделать, как в Америке, как в Греции. Мы хотим сделать, как в России. По опробованной технологии. Эта опробованная технология, на сегодняшний день работающая в области экономики - это опять же путинские низкие процентные ставки и запуск национального рубля. Мы про это уже говорили. Просто низкие ставки – это национальный рубль.

 

Я вам скажу наши предложения, а то мы так и не обсудили.

Мы предлагаем:

- Нулевые ставки, как говорит Путин.

- Нормы регулирования – отказаться от Базеля-3 и других норм, которые не дают деньги.

- Банкротство или перекредитование иностранных инвестиций, это семьсот миллиардов.

- Запрет на использование иностранной валюты в экономике страны, кроме населения. То есть валюту можно использовать только для целей импорта. Со специальных счетов только на покупку иностранных товаров. Для торговли.

 

Артём Войтенков: То есть для цели закупки каких-то товаров…

 

Евгений Фёдоров: За рубежом. В России запрещено. Это одно освобождает семьсот миллиардов долларов для рубля. А семьсот миллиардов по нынешним цифрам – я вам скажу, сколько это: это сорок пять триллионов рублей. А наличный рубль – это семь триллионов, чтобы было понятно, о чём идёт речь. Мы одним этим решением – нулевые ставки плюс запрет на использование иностранной валюты – освобождаем для рубля площадку в сорок пять триллионов рублей. И Центральный Банк проводит эмиссию, то есть печатает деньги на эту сумму взамен долларов, и перекредитует иностранные инвестиции на национальные. Вот вам и источник появления национального бизнеса и национальных инвестиций, роста производительности труда, роста индустриализации, строительства заводов, фабрик и всего остального. Просто в экономике появляется, мы два месяца назад говорили о двадцати триллионах…

 

Артём Войтенков: Курс-то меняется.

 

Евгений Фёдоров: Сейчас после последних решений ЦБ уже сорок. То есть мы печатаем сорок – сорок пять триллионов рублей, которые замещают доллары. Не новые рубли, а замещающие доллары. Что даёт экономический рост 20%, нулевую инфляцию, рост зарплат, пенсий и укрепление рубля, то есть у нас проблема будет, чтобы рубль не проскочил тридцать и не ушёл в двадцать, пятнадцать по отношению к доллару после этого.

 

Артём Войтенков: Смотрите, верно ли я понимаю, что у нас, получается, сейчас американцы своими санкциями и торговыми ограничениями, они именно режут вот это внутреннее. То есть что нужно для развития внутреннего рынка? Нужны дешёвые кредиты и нужно, как вы сказали, разрешение. И нужно неприсутствие конкурента у иностранного капитала.

 

Евгений Фёдоров: Да.

 

Артём Войтенков: Вот. И иностранных товаров, кстати. Таможенные пошлины должны быть высокими.

 

Евгений Фёдоров: Иностранные товары в эту схему… Нам это не обязательно. Мы самая богатая в мире страна, мы можем допустить иностранные товары. Нам главное – не допустить иностранные деньги.

 

Артём Войтенков: Нет, ну пока мы не сможем, потому что та же самая техника, мы её не производим вот это всё.

 

Евгений Фёдоров: Купите. У нас положительный платёжный баланс. То есть у нас есть деньги, на что купить. Как это работает? Платёжный баланс – это мы продаём больше, чем покупаем. До сих пор, несмотря на падение цен на нефть. Это означает, что мы внутри страны пользуемся рублями, получаем сорок пять триллионов дополнительных инвестиций за счёт этого.

 

Я бы американцев вообще послал. Тут написано "перекредитование или банкротство". Я считаю, что надо обанкротить иностранные инвестиции в России и всё.

 

Артём Войтенков: Сказать, что всё, сгорело.

 

Евгений Фёдоров: Кстати, мы такой закон подготовили. В связи с форс-мажорными обстоятельствами, деньги, полученные от стран-агрессоров, замораживаются. И всё, и мы автоматически освобождаем сорок пять триллионов рублей для национального рубля - бесплатно, даром.

 

Артём Войтенков: Как это даром? Это такие пушки сразу будут нацелены.

 

Евгений Фёдоров: Они уже нацелены. Хуже не будет. Они уже нацелены, они уже стреляют по полной программе. Хуже не будет, об этом и речь. Нам самое главное принять в голову, что у нас идёт война. У нас уже идёт война, а мы поставляем гитлеровской Германии оборудование, технику и товары. Вот это то же самое, аналогия. Уже сорок третий год, а эшелоны из Советского Союза едут в Германию с поставками - нонсенс, глупость, а у нас сейчас это происходит.

 

Артём Войтенков: А мы не сможем выжить, не продавая нефть.

 

Евгений Фёдоров: А мы не американцам нефть продаём. Американцы не покупают у России нефти ни одного галлона. Мы всю нефть продаём в другие страны: Европа, Америка, Азия, Африка. Но Америка, в смысле, не Соединённые Штаты, в США мы вообще не продаём нефть. У нас платёжный баланс положительный, а это значит, что мы технологии купим. Вот это оборудование и станки для индустриализации. Просто из сорока триллионов, которые вы пустите на индустриализацию, на оборудование вам понадобится триллионов пять, не больше. Понадобится, но не больше пяти триллионов. А у нас положительный платёжный баланс. Вы эти деньги получите, у вас нефть продаётся за рубеж, деньги доллары привозятся, на бирже меняются на рубли, и на эти доллары вы покупаете это оборудование, вот и всё.

Россия – самая богатая в мире страна, её нельзя лишить денег в принципе.

 

Артём Войтенков: Тем не менее, мы живём достаточно бедно. Понятно, почему.

 

Евгений Фёдоров: Потому что колония. Потому что решения за нас принимает МВФ и другие государства в своих интересах. Поэтому вопрос суверенитета, который выглядит для нас как полномочия главе государства стратегического управления. Указы главы государства, вот те, например, стратегические указы как пример, были его майские указы знаменитые.

 

Артём Войтенков: С ними до сих пор бегают, говорят, они не выполняются.

 

Евгений Фёдоров: Путин говорит: "За два года исполнение двадцать процентов". Двадцать процентов – это погрешность, чтоб было понятно. За два года что-то исполнили, оказалось, это случайно совпало с написанными указами, какие-то второстепенные пункты. Но если мы даём главе государства право выпускать документ, например, указ, обязательный к исполнению, ситуация вся меняется. Только этот документ должен стоять выше по статусу иностранных специализированных организаций. Вот и всё. А это вопрос законодательства - какой закон. Это вопрос на самом деле референдума по Конституции. Но временно это можно заменить временными законами. Что мы сейчас и проводим. И ждём просто, когда народ подключится к этой борьбе.

 

Артём Войтенков: Да народу надо думское телевидение смотреть, это иногда так весело. Правда, часто скучно, но местами весело.

 

Евгений Фёдоров: Если будет смотреть народ телевидение, его отключат.

 

Артём Войтенков: Думское.

 

Евгений Фёдоров: Пропаганда работает, она же не дурака валяет. Иногда нам говорят: сделайте свой канал. Да его отключат завтра, да и всё.

 

Государственная Дума Российской Федерации

Ведущий – председатель Государственной Думы Нарышкин Сергей Евгеньевич: Проект федерального закона №535071-6 "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О средствах массовой информации" в части введения статуса средства массовой информации – иностранного агента". Евгений Алексеевич Фёдоров, пожалуйста.

http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=535071-6&02

 

Евгений Фёдоров ("Единая Россия"): Спасибо. Уважаемый Сергей Евгеньевич! Уважаемые коллеги! Предлагаем проект закона ""О средствах массовой информации" в части введения статуса средства массовой информации – иностранного агента".

Закон содержит три основных новеллы. Это в случае, если иностранное финансирование СМИ превышает 25 процентов:

- Появляется этот статус средства массовой информации, освещающего политическую деятельность.

- Вводятся меры контроля за финансированием таких средств массовой информации, которые устанавливает правительство.

- И формируется реестр, из которого граждане могут видеть эти средства массовой информации.

 

Закон обсуждается около двух лет. Я благодарен Комитету за принятие поправок близкого содержания с ограничениями владения иностранными владельцами средствами массовой информации в России (такие поправки были приняты недавно). Эта поправка решает проблему в какой-то мере, но только частично, потому что мы понимаем, что это может быть Гудков, Пономарёв, кто угодно владельцем этого СМИ как бы подставным, и мгновенно всё это СМИ уходит из-под этой системы поправок.

 

В то же время изучение методик успешных государственных переворотов, организованных хотя бы даже нынешним послом США в России. Переворотов, например, в Грузии как успешных, на Украине – показывает, что роль СМИ ключевая. Фактически основные СМИ страны-жертвы перехватываются на последних стадиях госпереворота приблизительно за месяц-два до основных событий.

 

Сейчас мы видим резкое ухудшение ситуации в экономике, которая запускает эти события. В дальнейшем мы вдруг удивимся, что основные средства массовой информации, крупнейшие, вдруг начнут вести себя подобно "Эху Москвы". Но это такой закон, такая методика. До этого Госдепартамент США устанавливает коммуникации с существующими редакциями финансовые, идеологические на основе политического прикрытия, то есть, обещая соответствующую государственную поддержку тем редакциям, которые будут участвовать в государственном перевороте.

 

Например, при смене редакции одной из радиостанций здесь в Москве (я лично разговаривал с новыми редакторами) выяснилось, что старая редакция получала деньги по официальному договору за упоминание имени Ходорковского. Довольно крупная радиостанция, которую все москвичи слушают. Вроде здесь никто ни при чём, однако, за этим существуют определённые финансовые механизмы, за такими событиями. Закон заблаговременно вскрывает эти коммуникации для общества и государства, и позволяет блокировать такого рода действия в критической ситуации.

 

Мы видим, что подготовка Майдана в России уже началась. Об этом уже говорил вчера, например, министр иностранных дел. Да, собственно, никто это не скрывает. Началось уже и падение жизненного уровня. В рамках этого – работа пятой колонны и многое другое, всё по плану. Но решающие события будут в 2015-м году, соответственно, авторы закона предлагают не ждать этих событий и решать эту проблему заблаговременно. Спасибо.

 

Сергей Нарышкин: Спасибо. Андрей Владимирович Туманов (Справедливая Россия).

 

Андрей Туманов: Уважаемый Сергей Евгеньевич! Уважаемые коллеги! Хотел бы выразить огромную благодарность депутату Фёдорову за интересные законы, которые он периодически вносит, которые мы с большим удовольствием обсуждают и на Комитете, и в СМИ.

 

По данному законопроекту я бы хотел начать с маленького четверостишья, которое вспомнил с детского утренника, на котором я это стихотворение читал. Это стихотворение про Алёшу и про пуговку, которую он нашёл в пыли (может быть, кто-то из вас помнит стихотворение). А на пуговке были иностранные слова. Он отнёс её начальнику заставы – и они поймали человека:

А пуговки-то нету от левого кармана,

А сшиты не по-русски широкие штаны,

А в глубине кармана – патроны для нагана,

И карта укреплений советской стороны.

 

Теперь к самому законопроекту. Постараюсь очень коротко. Законопроект, ещё раз скажу, интересный и, наверное, нужный, потому что, как нам постоянно говорят: кто контролирует информационное поле, тот контролирует практически всё. Но здесь, в этом законопроекте, масса юридических несуразиц, над которыми авторы почему-то не поработали.

 

Средство массовой информации по закону "О печати" (вот на этом пункте всегда спотыкаются, когда пытаются реформировать закон "О средствах массовой информации"), так вот, по этому закону, средство массовой информации не является юридическим лицом, и не является участником имущественных отношений, а значит, и не может финансироваться, приобретать имущество, равно как и распоряжаться им.

 

Кроме того, законопроектом предусмотрено, что средство массовой информации – иностранный агент должен получать не более 25 процентов от собственных доходов. Но словосочетания "собственные доходы" также нет в законодательстве.

 

Следующее. "Вносить в реестр средств массовой информации – иностранных агентов" – также не предусмотрено такое понятие законом Российской Федерации. Также нет понятия в законодательстве "освещение политической деятельности", поэтому подвести под этот закон можно будет всё, что угодно, абсолютно любую деятельность, даже деятельность газеты "Ваши 6 соток".

 

Кроме того, я хотел бы напомнить слова Владимира Владимировича, которые он неоднократно нам говорил (сразу тише стало в зале) – в том числе и на том самом совещании в Ялте. Он говорил, что "мы крайне заинтересованы в инвестициях". Понимаете, инвестиции – это кровь экономики. Если мы будем сейчас обрубать в разных отраслях инвестиции (а средства массовой информации это крайне недофинансированная отрасль, крайне недофинансированная: не идут туда деньги), то мы просто-напросто обвалим эту сферу. Поэтому давайте проголосуем так, чтобы не было потом нам стыдно за такие законопроекты.

Фракция "Справедливая Россия" будет голосовать против. Спасибо.

 

Сергей Нарышкин: Продолжаем обсуждение тридцатого вопроса повестки. Будут ли вопросы по докладу и содокладу. Прошу записаться. Включите режим записи. Покажите список. Иван Игнатьевич Никитчук (КПРФ).

 

Иван Никитчук: Спасибо, Сергей Евгеньевич. У меня вопрос к Евгению Алексеевичу. Но прежде этого я хочу восхититься аргументом Комитета против этого закона. Дескать, если мы запретим финансирование иностранцами наших средств массовой информации, то всё рухнет у нас, и всё пропадет. Это, знаете, напоминает: если ты хочешь повеситься, то иди в магазин, купи верёвку и мыло – и будет всё нормально.

 

А вопрос мой следующий. Евгений Алексеевич, 25 процентов вы оставляете для финансирования иностранцами. Мне кажется, что даже если и 5 процентов там будет или 2 процента иностранных инвестиций, всё равно это средство массовой информации будет работать на чужое государство. Почему вы вот эту цифру установили? Нельзя ли было сразу полностью?

 

Сергей Нарышкин: Евгений Алексеевич Фёдоров.

 

Евгений Фёдоров: Спасибо большое за вопрос. Мы это установили, исходя из возможной ситуации в средствах массовой информации, когда, как минимум, нужны какие-то переходные периоды, то есть какие-то вещи могут быть. Мы считаем, что 25 – всё-таки не до такой степени критично, хотя ваша логика абсолютно правильна, я с ней согласен. В будущем, я думаю, вообще не должно быть такого. Но поскольку у нас, как вы видите, к этому ещё не готово общество, мы решили, что какой-то компромисс нужен.

 

Я абсолютно поддерживаю первую часть вашего выступления и напоминаю уважаемому представителю Комитета, Андрею Владимировичу, что только недавно Госдума как раз запретила иностранные инвестиции, то есть собственность, в средствах массовой информации. Поэтому аргументы о том, что они ещё и ограничены будут, немножко выглядят издевательски. Они уже запрещены, именно, в том числе, через ваш Комитет. Спасибо.

 

Сергей Нарышкин: Спасибо. Николай Алексеевич Коломейцев (КПРФ).

 

Николай Коломейцев: Спасибо. Уважаемый Евгений Алексеевич! Не остановим мы вещание "Первого канала", потому что, если верить СМИ, то красные, зелёные и другие квадраты вообще зарегистрированы в оффшорах, а большую часть контента делают именно они.

 

Евгений Фёдоров: Спасибо за вопрос. Да, вы абсолютно правы. У нас эта проблема, её называют ещё оффшоризация, она не только экономики касается. По сути, это заграничная юрисдикция. Она касается абсолютно всей системы. Просто этот закон не пытается решить все проблемы, но то, что система полностью нас не устраивает, это абсолютно правильно. Мы, кстати, наряду с этим, дали и другой, более фундаментальный закон, который находится на рассмотрении Комитета. Я, кстати, ещё раз благодарен Комитету, что он принял недавно закон, который как-то начал бороться с этой проблемой, запретив иностранную собственность СМИ. Это было сделано совсем недавно, но мы благодарны ему за это.

 

В будущем, конечно, надо решать вопрос о саморегулировании СМИ. Это современный метод, который позволяет решить проблему средств массовой информации. Надо решить вопрос об экономике СМИ, надо провести деоффшоризацию средств массовой информации. Это надо менять всю систему. Но это связано с экономикой, опять же. Должны быть соответствующие низкие процентные ставки в России, должна быть система рейтингов в России. У нас рейтинги до сих пор все опираются на иностранные механизмы управления, в том числе и средств массовой информации, и в бизнесе. Вообще-то, нам надо поменять всю экономику и всю страну, если честно, но есть вещи, которые критичны. Этот закон решает проблему вот чисто критичных вещей. Спасибо.

 

Александр Дмитриевич Жуков (первый заместитель Председателя Государственной Думы): Шерин Александр Николаевич (ЛДПР).

 

Александр Шерин: У меня к Андрею Владимировичу вопрос будет. Андрей Владимирович, в то время, когда Госдеп тратит миллионы, сотни миллионов долларов для того, чтобы дискредитировать нашу страну в глазах мировой общественности, чтобы расшатать ситуацию в стране (в том числе и финансовую), неужели вы думаете, что иностранные инвесторы, которые будут инвестировать в наши газеты, в средства массовой информации, будут это делать для того, чтобы рассказывать, допустим, о том, как выращивать картофель и морковь? Неужели вы действительно в это верите?

 

Александр Жуков: Туманову включите микрофон.

 

Андрей Туманов: Если вы внимательно почитаете закон "О печати", вы увидите там, что инвестор не имеет права вмешиваться в редакционную политику. Поэтому достаточно соблюдать закон и следить за соблюдением закона, и тогда не надо опять придумывать очередную волну шпиономании. Шпиономания не решает проблемы. Спасибо.

 

Александр Жуков: Тарнавский Александр Георгиевич (Справедливая Россия).

 

Александр Тарнавский: Спасибо. У меня вопрос к Андрею Владимировичу, представителю Комитета. Андрей Владимирович, вы правильно сказали, с моей точки зрения, такую привели нам крылатую фразу, "кто контролирует информполе – тот контролирует всё". По-моему, последние события и на Украине, на Донбассе, и даже выступление сегодня Сергея Евгеньевича Нарышкина в отношении политики ПАСЕ (Парламентская ассамблея Совета Европы) говорит, что многие страны, находящиеся на Западе, живут в рамках двойных стандартов.

 

Может быть, концепция, предложенная коллегой Фёдоровым, была не очень годная, но, наверняка, в Комитете имеется другая концепция и подход, как всё-таки ограничить информполе, поставить его в правовые рамки, с тем, чтобы оно контролировалось российскими людьми. Какая это концепция? Могут ли быть какие-то другие законопроекты на эту тему? Что наработано Комитетом? Спасибо.

 

Андрей Туманов: Отвечать?

 

Александр Жуков: Да. Включите, пожалуйста, микрофон.

 

Андрей Туманов: Немножко странная фраза: "российскими людьми контролировалось". Вы знаете, среде российских людей я знаю столько врагов своей же родины, что некоторые иностранцы по сравнению с ними окажутся совершенно нормальными людьми.

 

Данный законопроект, хочу подчеркнуть, он не решает вот эту сложную проблему. Никто не говорит, что проблемы не существует – она есть, но он её не решает. Давайте действовать всё-таки не так прямолинейно, и не так просто. Давайте придумывать что-то другое.

 

Кроме того, те, кто связан со СМИ, знает их работу в нашей стране, те прекрасно знают, что у нас сейчас практически СМИ все настолько зарегулированы, что, извините, прихлопнуть любое средство массовой информации можно за полчаса. Зачем делать ещё дополнительные какие-то псевдомеры, когда решается это всё, что называется, за несколько минут? Спасибо.

 

Александр Жуков: Черкасов Кирилл Игоревич (ЛДПР).

 

Кирилл Черкасов: Вопрос к представителю Комитета. Андрей Владимирович, вы только что сказали о зарегулированности, и была такая фраза, что собственники не влияют на редакционную политику. Но тогда прямо звучит вопрос: а как же тогда с теми информационными вбросами, которые мы видим последние две-три недели, и которые сначала обрушают курс национальной валюты, потом они в отдельных регионах делают всплески по товарам первой необходимости, по продуктам питания (специально не буду их сейчас называть, чтобы дальше это не провоцировать)?

 

То есть получается, что у нас собственники, которые, как вы, с ваших слов утверждаете, сегодня практически полностью подконтрольны государству, занимаются обратным действием? То есть не успокаивают рынок и население, а, наоборот, раскручивают те инфляционные процессы, которые сегодня происходят в экономике?

 

Александр Жуков: Коллеги, есть ли желающие выступить? Есть. Включите режим записи. Покажите список. По одному от фракции, коллеги. От КПРФ Коломейцев Николай Васильевич.

 

Николай Коломейцев: Уважаемый Александр Дмитриевич! Уважаемые коллеги! Относясь с уважением к коллеге Туманову, тем не менее, он же из Славянска и не помнит, что в Украине каждый канал принадлежит одному из олигархов. Утверждаю, что по тексту до переворота на Украине многие законы были значительно демократичнее, чем в России. Но американцы во главе с послом, который ныне посол в Российской Федерации, создали сетевую структуру:

- С одной стороны - спецслужбы искали крючки на олигархов, чиновников.

- С другой стороны - чётко закручивали связи с журналистами.

Шустера откуда забрали? Из Российской Федерации на Украину. Киселёва откуда забрали? Вы помните, на каком канале они были и о чём рассказывали, что вещали?

 

Поэтому если посмотреть дальше, то я не согласен с коллегами, которые говорят, что у нас за пять минут можно закрыть. Попробуйте закрыть СМИ Ковальчука сегодня – устанете закрывать, даже если у него будет тысяча и одна ночь нарушений. Попробуйте закрыть Эрнста, или попробуйте "НТВ" закрыть – это глубокое заблуждение. Но именно самый сконцентрированный контент находится в этих телеканалах, и все перевороты идут с этих телеканалов. И самое главное - коммерческое воздействие идёт отсюда. "Кто платит, тот и музыку заказывает", – есть такая пословица. Тем более, если посмотреть глубже, Геббельс говорил: "Если человеку каждое утро говорить "добрый вечер!", то через какое-то время он утром встанет и скажет своей половине "добрый вечер!"

 

Если вы внимательно проанализируете, о чём говорят и пишут сегодняшние наши СМИ и через сериалы, и через статьи, то вы увидите, что исподволь сегодня кто пиарится? Тот, кто завёл страну в тупик. МВФ поддерживает все меры Центробанка. Хотя Фридман, только не наш – экономист известный, который недавно стал Нобелевским лауреатом (лет десять назад) по экономике, он говорит, что если денежная масса, агрегат М2, менее 45 процентов – не будет в стране никакого роста. А у нас, обратите внимание, она с 44 опустилась до 41. И что мы видим? МВФ поддерживает такие меры. Кудрин и компания, которые всё это время выводили деньги в американские и другие ценные бумаги - всё это дело поддерживают.

 

Кроме того, СМИ – это страшное оружие. С моей точки зрения, на данный момент это самое мощное оружие. Я даже удивляюсь, когда Комитет, обязанный представлять интересы государства, признаёт необходимость, но не поддерживает. Я вообще не понимаю Комитеты, которые выходят и говорят: "Да, два законопроекта рассмотрено. Тема действительно очень важная и нужная, но принимать нельзя".

 

Друзья мои, у нас есть по регламенту два первых чтения. Мы можем в первом чтении два раза рассматривать. У нас с вами по регламенту ко второму чтению можно провести парламентские слушания, круглые столы, внести кучу поправок. А есть особо одарённые депутаты в этом зале, которые способны не просто поправки внести, а ко второму чтению представить законопроект, который на тысячу страниц больше, чем тот, который внесён в первом чтении, и в трёх чтениях принять. Мы же их помним? Они сейчас, правда, не ходят, но они очень банкам тоже сильно помогали.

 

Поэтому я всё же предлагаю... Несмотря на то, что Евгений Алексеевич был очень крутой либерал (вы посмотрите его политическую биографию), но он сегодня прозрел и предлагает правильные законы. Я предлагаю поддержать закон Евгения Алексеевича и ко второму чтению совместно доработать и помочь противодействовать новому, менее шумному, но, наверное, более деятельному, чем Макфол, послу США в Российской Федерации. Спасибо.

 

Александр Жуков: Иванов Сергей Владимирович (ЛДПР), пожалуйста.

 

Сергей Иванов: Уважаемые коллеги! Вот примем сейчас этот законопроект – и будет у нас, как по-старому. Представляете, берём газету "Правда", смотрим на первую страницу, и там написано: "Газета "Правда", орган Центрального Комитета Коммунистической Партии Советского Союза, и ордена все: Орден Октябрьской Революции, Орден Ленина и так далее и тому подобное. И у нас теперь после этого законопроекта будет то же самое. Открываем газету какую-нибудь, например, не знаю, "Ведомости", и там: "Газета "Ведомости" обладает статусом иностранного агента". После этого люди будут говорить: "Фу! Эту газету я не буду читать. Этой газете место только в туалете". Если бы так было, то это, может быть, было бы и смешно, но так не будет, к сожалению, уважаемые коллеги.

 

Я не знаю, почему-то никто не вспомнил, как некоторое время назад мы принимали такую же пугалку, и общественные организации называли, наделяли статусом иностранного агента, устанавливали их отчётность определённую и так далее. Что поменялось? Да и вообще, когда принимали вот это всё, что мешает, извините, иностранному агенту, который хочет разложить нашу страну, подготовить Майдан и так далее, делать это не топорно, напрямую через вот это средство массовой информации (которое, как правильно, в принципе, сказал представитель Комитета, не обладает такими полномочиями, чтобы брать от него всё это), а дать деньги кому-нибудь. Эта гопкомания организует средство массовой информации, состоящее исключительно из граждан Российской Федерации, которые (как знает представитель Комитета, опять же) являются врагами, и они будут спокойно работать, не имея никакого отношения. Докажи поди потом, где они это взяли. То есть таких предложений масса, а толку никакого. Не надо людей пугать.

 

В принципе, правильно говорят, что (я не знаю, Лукашенко сейчас так делает или нет делает) раньше в Белоруссию все переводы, которые отправлялись, (то есть даже если лично посылаешь родственнику), часть денег изымалась в пользу белорусского государства. Таким макаром он боролся с теми, кто пытался разложить Белоруссию. То есть всё нормально. Он не знал, с какой целью присылают, поэтом частичку брали (5 или 10 процентов). Не знаю, сейчас это сохранилось или нет. Та же самая ситуация, видимо, и у нас.

 

Вы знаете, ребята, не надо бояться тех, кто тебя хвалит. Я бы на месте нашего государства, если не спонсировал, то, по крайней мере, не трогал бы эти, как сегодня коллега Макаров выразился, "ЭхДожди". Их надо действительно слушать, потому что предают в основном действительно те, кто вас хвалит и хвалит.

 

Вспомните "Партию регионов". Хвалила, хвалила, потом повернулась на 180 градусов, перекрасилась и так далее – нет её больше. Если уж вы, Евгений Алексеевич, так заинтересованы в подобных вещах, то давайте сделаем так, как делали наши мудрые предки. Например, после того, как гетман Мазепа после долгой дружбы с Петром Первым переметнулся к Карлу Двенадцатому, предал его, Пётр Первый учредил что? Учредил медаль имени Иуды и награждал ею всех, кто так себя повёл. Давайте и мы учредим орден или медаль имени Иуды или премию и будем давать тем средствам массовой информации, которые вы нам скажите, что вот они себя ведут подло, нехорошо, некрасиво по отношению к родине, которая всё делает для того, чтобы они развивались.

 

Или возьмём графа Палена, который был ближайшим другом Павла Первого, и на вопрос Павла Первого, знает ли он что-нибудь про заговор, ответил: "Конечно, знаю. Я вообще возглавляю его". Правда, потом он, конечно, грохнул, но тем не менее. Вот так надо действовать. А вы будете пугать какими-нибудь иностранными агентами.

 

У нас в народе как говорят? "Хоть горшком назови, только в печку не ставь". Поэтому если они хорошие агенты, они вам Болотную организуют, даже с этим названием или без этого названия. Если они тупые исполнители, они будут только гранты проедать, а толку от этого никакого не будет. Поэтому ЛДПР ваш законопроект поддерживать не будет. Мы прессу любим, какая бы она ни была: иностранный агент или российские наши хорошие ребята.

 

Александр Жуков: Левин Леонид Леонидович (Справедливая Россия). С места.

 

Леонид Левин: Да, спасибо. Я хотел бы от Комитета прояснить ряд позиций, если коллегам они не совсем были понятны из выступления представителей Комитета.

 

Во-первых, Евгений Алексеевич сам уже это озвучил, и я хотел бы ещё раз подчеркнуть: в сентябре Комитетом принят закон об ограничениях права собственников иностранных владения российскими СМИ, которые достаточно эффективно ограничивают воздействие на редакционные коллективы. Этот закон, поверьте мне, даже более эффективен с точки своей юридической структуры, нежели то, что предлагает коллега Фёдоров. По сути, этот закон и решает ту проблему, о которой заботится Евгений Алексеевич.

 

Также хотел поддержать Сергея Владимировича Иванова, который только что выступал, потому что собственно сам законопроект также не решает проблему финансирования СМИ. Существует огромное количество форм, которыми СМИ, если они финансируются из-за рубежа, могут быть и через рекламу, и через личные консультационные контракты и через социологию и так далее. Поэтому пытаться здесь закрыть все возможности это по сути уже переход на передел рекламного рынка, что, наверное, этим законом не предусматривалось.

 

Ещё хотел бы обратить внимание коллег, чтобы они не путали производителей и собственников СМИ. "Красный квадрат" и другие – это производители, а не собственники СМИ. Это тоже важно понимать.

 

И последнее. По поводу информационных вбросов. Я хотел бы сказать, что если мы объективно посмотрим на информационную палитру, то СМИ, не важно какие: являются ли они иностранными или российскими – приблизительно в целом одинаково освещают сегодняшнюю ситуацию, в том числе на банковском рынке. Спасибо.

 

Александр Жуков: Тарнавский Александр Георгиевич (Справедливая Россия).

 

Александр Тарнавский: Спасибо, Александр Дмитриевич. Мы буквально пару часов назад обсуждали законопроект о ДОСААФ, и было страстное желание этот законопроект поддержать всеми руками, как говорится. Но правовая ситуация, связанная с этим законопроектом, не давала нам это сделать. Мне кажется, здесь подобная ситуация. Представитель Комитета сказал от имени Комитета крылатую фразу - "кто контролирует информполе, тот контролируёт всё". Мы это услышали. Дальше – как эту ситуацию поправить и вернуть в надлежащие рамки.

 

Может, то, что коллега Фёдоров предложил, не совсем корректно, может быть, устарело, и вот Сергей Владимирович Иванович говорил о том, что иностранный агент не так уж страшен, как сам агент, а важно, что и как он делает. Здесь важно понимать, что (надеюсь, в Комитете над этой темой работа ведётся) мы знаем, к сожалению, что многие журналисты зависят от собственников СМИ. Де-факто собственники СМИ вмешиваются в редакционную политику, иногда вплоть до увольнения тех или иных журналистов. Так что проблема есть, в том числе проблема иностранного влияния.

 

Мы видим это, к сожалению, и на примере западных СМИ сегодня отчётливо, когда не замечается порядка семисот тысяч беженцев на Донбассе и их проблемы, а отдельные мелкие проблемы вдруг попадают в поле зрения иностранных СМИ, хотя они не заслуживают того внимания. Об этом же и председатель Госдумы сегодня говорил, когда политика двойных стандартов проявляется во многих проявлениях ряда иностранных государств и международных организаций, в том числе в ПАСЕ. Поэтому этой темой необходимо заниматься, другое дело – какой инструментарий использовать?

 

Я думаю, для этого мы и создали Комитет, чтобы найти, с одной стороны, цивилизованное, а с другой стороны рациональное решение проблемы, отвечающее требованиям сегодняшнего дня, действующему законодательству и в развитие того закона, который мы недавно приняли об ограничении инвестиций в иностранные СМИ. Поэтому и коллеге Фёдорову, и представителям всех фракций, и себе рекомендую над этой темой думать. Тем более, что подобные законопроекты или законопроект, с этим связанный, уже в Государственную Думу внесены и весной будут активно обсуждаться.

 

Напряжение есть между странами, странами-соседями. Раньше мы могли бы этих проблем не замечать, делать вид, что ничего не происходит. К сожалению, сейчас мы этого сделать не можем. Мы вынуждены отвечать, отвечать достойно. У нас есть, чем отвечать. И законопроект, возможно, подобный, на эту же тему может быть создан, только над его концепцией надо очень аккуратно и внимательно поработать. Спасибо.

 

Александр Жуков: Чуйченко Роман Юрьевич (Единая Россия), пожалуйста.

 

Роман Чуйченко: Уважаемые коллеги, закон, который мы рассматриваем, автор его, понятно, мотивирован беспокойством об информационной безопасности государства. Я думаю, что эту обеспокоенность разделяем все мы. Это действительно обоснованные тревоги, потому что Россия является объектом приложения так называемой мягкой силой. И этой мягкой силе, безусловно, надо давать эффективное противодействие, соответствующее современным стандартам, цивилизационным стандартам.

 

К сожалению, признать, что предлагаемый законопроект предлагает эффективное решение данной проблемы, нельзя. Как уже и сам признал Евгений Алексеевич, как говорил представитель Комитета, в сентябре этого года мы приняли изменения в закон "О средствах массовой информации", который, на наш взгляд, предлагает достаточное, эффективное решение тех задач, которые сформулировал Евгений Алексеевич в своём законопроекте.

 

Этим законом (который, я подчёркну, был подан в Палату представителями всех четырёх парламентских фракций), представители иностранных государств, международных организаций, лица с иностранным гражданством, лица без гражданства, с двойным гражданством существенно ограничиваются в праве быть учредителем СМИ, являться редакцией СМИ или контролировать более 20 процентов капитала юридических лиц, являющихся учредителями СМИ.

 

Эти меры представляют собой достаточно универсальную систему контроля над владением, над редакционной политикой, над финансированием СМИ. А тот закон, который мы рассматриваем с вами сегодня, фактически разрабатывает систему морального порицания и некую систему маркеров средств массовой информации и, безусловно, по степени своей эффективности контроля СМИ уступает этому закону, который был принят нами в сентябре. Поэтому фракция "Единая Россия" не поддерживает этот законопроект и будет голосовать против.

 

Что касается автора законопроекта. Я думаю, что Евгений Алексеевич сам косвенно признал, что тот закон, который мы уже приняли, как он выразился, в значительной мере решает проблемы, которые ставил перед собой. Но я думаю (я выражаю мнение фракции), что на самом деле эти меры практически полностью исключают возможности контроля средств массовой информации со стороны иностранных субъектов.

 

Сергей Нарышкин: Спасибо. Евгений Алексеевич, вы будете выступать? Евгений Алексеевич Фёдоров. Микрофон.

 

Евгений Фёдоров: Спасибо большое. Да, очень коротко. Уважаемые коллеги, я как раз считаю, что закон об "иностранных агентах"... Тут я хотел бы немножко его защитить. Сказали, что он плохо работает. Он как раз очень хорошо сработал, на мой взгляд. Он поднял иммунитет российской политической системы сам по себе. И у нас стало другое отношение к иностранным агентам, к влиянию оттуда, к конкуренции наций, к оранжевым интервенциям. И это важное такое... Причём мягко это сделал, фактически сформировал: что хорошо и что плохо.

 

Я хотел бы сказать, что до этого агента были у нас такие факты и считалось это совершенно нормальным, когда, например, уважаемая фракция, которая находится в Государственной Думе, вносит законы, подготовленные иностранными агентами. Например, закон Ассоциации "Голос" об Избирательном Кодексе. И это считается нормально и цивильно. Сегодня мы все понимаем: это не цивильно и не нормально, и это очень важная роль сигнального закона. Поэтому я считаю, что надо продолжать эту линию. А наше общество – полторы тысячи лет государственности. Люди разберутся. Они тоже хотят жить. Они не хотят, чтобы их убивали, как на Украине. Им надо дать шанс и правду, чтобы они могли себя защитить. Спасибо.

 

Сергей Нарышкин: Спасибо. Андрей Владимирович Туманов, будете выступать? Пожалуйста, микрофон.

 

Андрей Туманов: Уважаемые коллеги! Ещё раз подчеркну, что, безусловно, та самая ситуация, которая у нас сейчас есть, требует внимания, но решать любую ситуацию можно двумя способами. Можно способом запретительным (такие способы чаще всего не очень эффективны). Можно идти по другому пути.

 

Например, в других странах рынок печатных СМИ, телевизионный, радиорынок, со стороны государства ему оказываются всевозможные преференции. Например, ставка НДС снижена до нуля в большинстве стран для прессы. Преференции для, например, киосков устанавливаются. У нас же наоборот сейчас. Последнее время мы потеряли десятки тысяч киосков. Всё из-за того, что информационная политика в стране крайне непродумана. Поэтому я предлагаю всё-таки идти немножечко другим путём и не только всё запрещать. Спасибо.

 

Сергей Нарышкин: Спасибо. Ставлю на голосование. Включите режим. Покажите результат.

В зале призыв: Не голосуем!

 

"За" - 9 человек.

"Против" - 39 человек.

"Воздержалось" - 1 человек.

Голосовало 49 человек.

Законопроект отклонён http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=535071-6&02

 

Артём Войтенков: Евгений Алексеевич, вы вернулись с голосования, в котором уже было всё предрешено заранее. По вашему вопросу, по вашему законопроекту шло достаточно большое обсуждение. А некоторые законопроекты, я смотрю, принимаются вообще без всякого обсуждения. Это первое.

 

И второе. То, что вам возражали, я так понимаю, что товарищу Туманову Андрею Владимировичу, ему дают задание: "Надо законопроект завалить". И он должен как-то придумать.

 

Евгений Фёдоров: Придумывают просто чушь всякую. Он может не читать его – что-нибудь придумать надо.

 

Артём Войтенков: Но читать-то надо, чтобы как-то возражать.

 

Евгений Фёдоров: Если вы заметили, он потом в конце ещё пытался какие-то аргументы другие найти, специально взял слово, потому что его выступление выглядело чрезвычайно слабенько.

 

Артём Войтенков: Конечно, инвестиции в СМИ.

 

Евгений Фёдоров: Глупости! Какие в СМИ инвестиции, если там они запрещены (я имею в виду иностранную собственность), а инвестиции там, где собственник, это понятно.

 

Артём Войтенков: Основных возражений было два.

Первое это: "Давайте не будем играть в шпионов".

И второе: "У нас есть действующий уже законопроект, который не нужно дополнять, изменять. Он нас всех устраивает".

 

Евгений Фёдоров: Это да. Но действующий законопроект появился благодаря нашему законопроекту. Мы внесли законопроект два года назад, за него бились. Для того, чтобы наш законопроект притормозить, приняли более мягкий, компромиссный как бы, о собственнике. Чтобы было понятно: собственник действительно меньше влияет на средства массовой информации, чем финансовые потоки, непосредственный финансовый заказ. Поэтому чтобы не принять наш, приняли тот (я уже не стал с трибуны это говорить). То есть, чтобы не принять наш законопроект, который носил более радикальный характер (он суть брал). Тем более во втором чтении можно было не только маркировать иностранным агентам, но можно было и запретить финансирование таких СМИ. Мы планировали во втором чтении решить эту проблему. А чтобы этого всего не было, они и придумали.

 

Кроме того, очень интересно, если вы обратили внимание, с фракциями поработали. То есть их попросили не голосовать за этот законопроект.

 

Артём Войтенков: Я пропустил, как-то быстро мелькнуло. По-моему, там голосовали против или воздержались?

 

Евгений Фёдоров: Нет. Там, как всегда, большинство не голосовало.

 

Артём Войтенков: Дружно вышли из зала.

 

Евгений Фёдоров: Да. Не голосовало 401 человек.

 

Артём Войтенков: А 39 "против".

Таблица "Общее распределение голосов".

"За" 9 голосов, 2%.

"Против" 39 голосов, 8,7%.

"Воздержалось" 1 голосов, 0,2%.

"Не голосовало" 401 голосов, 89,1%.

Кворум: 226 депутатов.

 

Евгений Фёдоров: 39 "против" – это справороссы, я так понимаю, и 401 человек не голосовал, которые дружно вышли из зала толпой. Да, это правда. То есть по этому законопроекту шла борьба. Я не считаю, что он является очень главным (у нас много законопроектов), но, во-первых, он наполовину принят, в силу предыдущих решений Комитета. Это же борьба, идёт ежедневная борьба.

 

Мы каждый день ходим и ведём борьбу здесь, в Думе – депутатское объединение "Российский суверенитет". Что-то у нас получается. Систему мы, естественно, поменять не можем, потому что система определяется иностранным управлением. Но влияние на какие-то процессы мы имеем, особенно в части так называемых путинских ручных законов. Потому что тот закон, о котором мы сейчас с вами говорим – о запрете иностранцам владеть СМИ в России, был продавлён под Путина. То есть Путин просто, увидев наш законопроект (плюс ему докладывают), он как бы надавил. И дальше тут сыграли свою роль, срочно подсунули другой, не наш – другой, этот другой был принят.

 

Та же история, допустим, была с имуществом чиновников СМИ за рубежом. Мы внесли законопроект. С ним боролись со страшной силой. Путин увидел, потребовал его принять. Тут же срочно внесли другой. Путин увидел, что его обманули нагло, то есть внесли другой текст и другие слова, а доложили ему, что внесли по его команде. В результате возник скандал, и он внёс сам свой. Там была ещё более крутая история в плане борьбы. Вот она так, эта борьба, и выглядит. Потом придётся все эти вопросы решать военным путём, скажем так, когда начнётся в России уже Майдан, государственный переворот пойдёт. И президенту придётся эти вопросы решать не мягко, законами, а военным путём. Вы не забывайте миссия борьбы с этим законом была – и "против" проголосовала фракция справороссов. Если вы обратили внимание, я в конце сказал: "Это та фракция, которая вносит законопроекты, подготовленные США напрямую".

 

Артём Войтенков: Вы разве сказали, что это "Справедливая Россия"?

 

Евгений Фёдоров: Я не сказал слово, я сказал "сидящие в зале", но все знают.

 

Артём Войтенков: Это вы все знаете.

 

Евгений Фёдоров: Регистрация же законопроектов есть. То есть они уже всё, они попали в базу. Ассоциация "Голос" и американцы готовили законы, а вносила их фракция "Справедливая Россия" напрямую. Не через правительство, как обычные законы, по Конституции, а они хотели выслужиться перед американцами, поэтому сказали: "Мы сами внесём напрямую, чтобы показать, какие мы хорошие. Мы готовы, если надо, заместить Путина", – по сути, они тем самым как бы сказали американцам.

 

Эта фракция, уже видно в грядущих Майданах, которые будут в России следующем году весной. Обязательно в Госдуме будут же снимать Нарышкина, на его место будут американцы проталкивать Гудкова или Пономарёва (кстати, оба из этой фракции). И им здесь потребуется какая-то фракция опоры. Уже видно, что это будут справороссы. Понятно, что "Единая Россия" будет вести себя, как "Партия регионов".

 

Артём Войтенков: Так же всё сдавать постепенно.

 

Евгений Фёдоров: Сдавать, а потом перебежит на ту сторону при определённых обстоятельствах, конечно. Естественно, если американцы будут побеждать, это понятно.

 

Артём Войтенков: Если не будут, то не будут.

 

Евгений Фёдоров: Если не будут – тогда нет. Тогда ситуация поменяется в другую сторону. Понятно, что справороссы в этой ситуации будут выполнять роль вот этих фракций - "Батькивщина" Тимошенко, "Свобода", которые были закопёрщиками Майдана. В парламенте они были в меньшинстве, но они были таким политическим закопёрщиком. Уже понятно, американцы приготовили именно им, потому что там и Оксана Дмитриева. То есть там явно формируется будущий такой второй эшелон власти при Ходорковском на базе фракции "Справедливая Россия".

 

Артём Войтенков: Понятно. Вопрос в том, что все депутаты получили вот эти бумажечки, даже не сегодня, а несколько дней назад, про то, как голосовать.

 

Евгений Фёдоров: Нет, обычно с утра получают.

 

Артём Войтенков: С утра. Хорошо, получили с утра бумажечки. И почему они всё равно все высказывались? Какой в этом смысл? Всё равно: бумажку получил – ты должен проголосовать, иначе тебя выгонят.

 

Евгений Фёдоров: Демонстрация, театральная функция. По данному законопроекту высказывались положительные депутаты. Могли бы не высказываться.

 

Артём Войтенков: Там как положительные, так и против были.

 

Евгений Фёдоров: Закон важный. Понимаете, в чём дело. Давайте посмотрим вариант событий такой: Майдан пошёл (это уже 2, 3, 4 месяца), и начались серьёзные процессы. У кого-то в голове возникнет вопрос: "Почему?" Зададут же, в том числе и тем, кто участвует в управлении, депутатам в том числе. Они, естественно, боятся этого случая, они же умные люди, они просчитывают ситуацию. Они боятся, что этот вопрос будет задан им персонально, поэтому они сейчас... Кто-то, как справороссы, те отморозились, потому что у них либо пан, либо пропал. Либо они, как Гудков, квартиры в Лондоне и Америке им уже обещаны, либо они здесь второе правительство.

 

Телефон

Евгений Фёдоров: Алло! Вы сейчас прямо хотите интервью? Сегодня на Думе было обсуждение, открыто звучало, что в том числе его отклонили в силу того, что после нашего закона был внесён другой (на идеологической базе, я так понимаю, нашего закона) о запрещении иностранцам владеть средствами массовой информации в России. Депутаты говорили, что уже это принято и зачем второй раз усиливать эту тему.

 

Наша позиция такая: СМИ – слишком важный инструмент, и вопрос собственности проблему управления СМИ из-за рубежа не решает. Проблему управления из-за рубежа в большей степени решает вопрос финансирования, то есть платы за конкретную деятельность. Поэтому мы и предлагали засветить именно финансирование СМИ, а не собственность. Вот вокруг этого и была сегодня дискуссия. Выступили представители всех фракций. Все понимают, насколько важен этот закон. Там есть, скажем так, проблемы системного характера (в Госдуме), но это отдельный разговор, но важность законопроекта признаётся всеми.

 

С каждым месяцем у нас ситуация будет всё более ясная, с точки зрения иностранных агентов, и открытая. Соответственно, нам придётся принимать меры защиты. Я вам сказал бы так: если бы этот закон обсуждался не сегодня, а, допустим, через пару месяцев, он был бы принят. Потому что через пару месяцев изменилась бы ситуация в стране до такой степени, что пришлось бы... Вот поэтому этот закон и вытащили сейчас, постарались до нового года его убрать. Потому что в следующем году ситуация настолько ухудшится в стране, в том числе политическая, что было бы трудно этот закон отклонить и, скорее всего, он пошёл бы на принятие. Мы его тогда ещё раз внесём, ничего страшного.

 

Я вам скажу, что из пятнадцати законов, которые мы внесли, порядка семи или восьми были приняты именно в таком режиме. Пример: счета чиновников за рубежом. Мы его внесли два года назад. Нам категорически выступали против этого закона. Потом Путин надавил – внесли другой закон, попытались обмануть Путина. Потом он ещё раз надавил, уже внёс свой закон, то есть такого же типа, как у нас. В результате эта норма была принята.

 

Или вот этот закон о СМИ – иностранных агентах. Мы его внесли два года назад. Нам категорически были против. Его Комитет хотел отклонить. В результате вот этого давления совместного с президентом был принят закон о запрете владения СМИ из-за рубежа. Это пол нашего закона по факту, но мы считаем, что надо идти до конца в этом вопросе, поэтому мы его не сняли. Так бы мы сказали: "Он уже принят". Но мы считаем всё-таки, надо идти до конца. Я уверен, что это будет принято. Я знаю, что будет принят, и не только этот. Закон о дата-центрах, или тот же закон об иностранных агентах, там же наши поправки в нём, они же были приняты. И там были сформулированы вот эти главные части, связанные с иностранными агентами.

 

То есть это обычная практика. Но когда из 15 законов восемь в результате принимаются, то понятно, что это уже система в принципе работает на принятие. Другое дело, что она на принятие работает в борьбе. У нас все законы находятся на грани, в борьбе. То есть приходится всё время к ним подключаться Путину, чтобы их проталкивать. В этом плане наши законы носят такую разведочную функцию, если хотите. И этот закон не исключение. Так что я уверен, что он будет принят, даже не сомневайтесь. Другое дело, что не сейчас, а тогда, когда будет уже понятно, что без этого не обойтись. А понятно это будет через пару месяцев.

 

Его примут, когда ситуация в области активности иностранных агентов в России усилится, а она усилится точно. Об этом только вчера, например, говорил министр иностранных дел. То есть это известно. Это известные вещи. План пошёл. Просто сейчас ещё ситуация не готова, не созрела, поэтому его вперёд выдернули. Но она созреет через пару месяцев – тогда примут.

 

Евгений Фёдоров: Спасибо. Удачи.

Я ответил на ваши вопросы?

 

Артём Войтенков: Почти. Вы не договорили, почему сейчас они обсуждают?

 

Евгений Фёдоров: Закон?

 

Артём Войтенков: Да, ваш закон.

 

Евгений Фёдоров: От Комитета зависит, когда вынести закон. Мы не просили Комитет и не настаивали, чтобы его рассматривали сегодня. Потому что мы считаем, что через два-три месяца они его приняли автоматически, потому что изменилась бы, резко ухудшилась ситуация и пришлось бы срочно принимать закон. Это как Верховная Рада, которая накануне катастрофы и госпереворота начала срочно принимать пакет законов.

 

Артём Войтенков: Да, и правильные причём.

 

Евгений Фёдоров: Правильные. Проснулись. Это произойдёт и в России. Это не значит, что Майдан победит в отличие от Украины, но это произойдёт. Когда будет обострение, пойдут вперёд вот эти законы, и в том числе этот.

 

Борьба уже сейчас идёт. Уже передовая группа американцев здесь в России, во власти. Она уже отыгрывает ситуацию. Она уже где-то пытается блокировать.

 

Почему вот такая атака на НОД? Потому что увидели, что это – главный элемент противостояния интервенции, что сложилась идеологема, которую их пропаганда не обойдёт, американская пропаганда в России через российские СМИ в том числе. Поэтому надо НОД выбить как бы до борьбы. То есть, условно говоря, этот отряд должен быть уничтожен до начала войны. Отряд – это, допустим, воинская часть, которая известно, что она может выиграть ситуацию. Вот сейчас это наскок, чистят, в том числе вот эту поляну. Этот закон будет принят, даже не сомневайтесь, можем с вами поспорить.

 

Артём Войтенков: Нет, я не буду с вами здесь спорить.

 

Евгений Фёдоров: Посмотрите, будет принят через несколько месяцев.

 

Артём Войтенков: А почему депутаты так его обсуждали?

 

Евгений Фёдоров: Потому что они это всё понимают.

 

Артём Войтенков: Так почему кто-то высказывался "за", кто-то "против"? Вам бумажку дали, голосуйте молча. Зачем вы тут ещё такое развели?

 

Евгений Фёдоров: Потому что придётся потом отвечать. Надо заранее заложить позицию: потом придётся отвечать. Каждый выруливает на будущее. Это же артисты. Они хорошие артисты. Они выруливают на будущие роли.

 

Артём Войтенков: А! Ты сегодня хорошо сыграешь эту роль в этом театре, сменится режиссёр – мы тебя и в другой театр возьмём.

 

Евгений Фёдоров: Да. Угадаешь идеологему будущего режиссёра, значит, он придёт и скажет: "Да мне в вашем театре из двадцати человек вот эти два артиста мне нравятся, они останутся". Новый режиссёр. То есть люди играют на опережение. Один играют на опережение американское, как "Справедливая Россия". То есть они ищут место в правительстве Ходорковского тем самым. То есть они ждут, что придёт Ходорковский, и они ему скажут: "А вот мы за тебя когда ещё были". Ему же нельзя всех менять. Он скажет: "Ну, хорошо, будете у меня. А вот вас я зачищу".

 

Другие... Очень интересна линия Жириновского. В ЛДПР Иванов, он – из умных. Видели, как он и вашим, и нашим, и вашим, и нашим: сказать так, чтобы ничего не сказать.

 

Артём Войтенков: Он сказал, что ЛДПР не будет поддерживать этот закон.

 

Евгений Фёдоров: Это в конце. А почему? И вот "почему", он ничего не сказал. Это не случайно.

 

Артём Войтенков: Там ещё такие были ребята, которые что-то говорили, говорили...

 

Евгений Фёдоров: А ничего не сказали.

 

Артём Войтенков: Да, ничего не сказали.

 

Евгений Фёдоров: Идёт выстраивание системы. Ещё раз говорю, Артём, в отличие от народа, может быть... В народе, наверное, люди не все понимают. Подобно тому, как математик может видеть формулы и просчитывать результат, а не математик не понимает. Так и люди, которые заняты политикой, пускай даже театральные, у них уже есть опыт и знания. На основе этих знаний они понимают, как будет складываться ситуация. Они под эту ситуацию уже сейчас подстраиваются.

 

Уже мы сейчас видим, кто в будущей войне, Майдане, какую сторону будет занимать. Кто будет занимать сторону Ходорковского и американцев, а кто будет занимать сторону Путина и национальных сил. Это уже сейчас видно. Понятно, не у всех: пока наиболее умные выстраивают свои линии туда, как бы штришки ведут. Но это сейчас уже видно. Я думаю, что справороссы в полном составе уедут туда, в сторону пятой колонны.

 

Артём Войтенков: Почти, наверное.

 

Евгений Фёдоров: Кроме, может, пятидесяти человек. То есть система уедет. Потому что видно, что они туда интегрированы, в систему эту.

 

Артём Войтенков: Понятно. "Единая Россия" тоже туда?

 

Евгений Фёдоров: "Единая Россия" расколется, она большая. Часть уйдёт на Путина, часть (даже совершенно неожиданные фигуры)... Это как раз, как мне понравилось, с трибуны ЛДПР выступила. Они дали пример в поддержку закона о предателях. Помните, что граф Пален пришёл к царю и говорит, что "я возглавляю заговор – вы можете не беспокоиться". Наш закон вскрывает их заговор заранее, даёт коммуникации, которые мы видим, кто в заговоре может участвовать, а кто нет. Этот анекдот был "за" закон, ну, не анекдот – исторические слова были "за" закон, а он как бы сделал вывод обратный. То есть уже видно, кто будет участвовать в этом заговоре и в каком качестве, более-менее видны эти прикидки.

 

Видно, что ЛДПР не будет на стороне Путина. Видно, что справороссы не будут на стороне Путина. Это уже видно сейчас. В критической ситуации, конечно, если они увидят, что Путин – скала и никто его не может тронуть, тогда они будут, как сейчас.

 

Артём Войтенков: Ой, знаете, вот всё-таки иногда смотришь на людей, думаешь: сколько у них внутри вот этой дряни. Почему нельзя жить по-честному? Обязательно надо вот так вертеться, как-то и этому, и этому, и тому, и сему.

 

Евгений Фёдоров: А вы знаете людей, которые бы не так жили?

 

Артём Войтенков: Знаю.

 

Евгений Фёдоров: Много таких?

 

Артём Войтенков: Достаточно, да.

 

Евгений Фёдоров: Но они, как правило, высоких постов не занимают?

 

Артём Войтенков: Нет.

 

Евгений Фёдоров: Вот об этом и речь. А Дума всё-таки людей отбирала по жизни, и отбирала самых хитрых, согласитесь, при всех раскладах, не важно, через пятую колонну, не через пятую – отбирала самых хитрых. Это такой метод отбора.

 

Артём Войтенков: Понятно.

 

Евгений Фёдоров: Тех, которые просто сидят и курят бамбук, не отбирала. Они вообще в кастинге не участвовали.

Вот только что я участвовал в Круглом столе по изучению Майданов и Оранжевых революций, более правильное слово "интервенций". Я хочу сказать, что в России понимание процессов есть, и хочу сказать, что нас ожидает жестокая свара в следующем году, и будут, я думаю, миллионы людей на улицах. Это уже понятно. Тем не менее, я чувствую, что вот эта вся масса, она вырулит всё-таки в сторону освобождения Отечества. Это чувствуется по расстановке сил, по играм, которые идут. При том, что будет тотальное предательство – это понятно, но всё равно она вырулит и выстроится.

 

Поэтому я хотел бы сказать, что важно, как можно быстрее люди поняли эти механизмы и нашли своё место в ряду – конечно, желательно в ряду защитников Отечества, а не в ряду пятой колонны.

 

Набор текста: Наталья Малыгина, Надежда Алексеева, Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

 

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (1840 мб)
Видео MP4 640x360 (700 мб)
Видео MP4 320х180 (380 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (30 мб)
Звук 32kbps MP3 (30 мб)
Звук 64kbps MP3 (59 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (88 мб)

Текст:
EPUB (193.69 КБ)
FB2 (402.53 КБ)
RTF (664.96 КБ)