Подписка на RSS - Дмитрий Еньков

Дмитрий Еньков


портрет: 

На что живёт Россия?

Какие финансовые возможности есть у России при низкой цене на нефть?
Патриотические и либеральные СМИ привязывают экономическое благополучие России к цене на нефть и газ. Однако наша страна имеет другие рычаги для управления собственной экономикой и развитием.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

На что живёт Россия?

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_russia_economy

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

Елена Гоголь

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артём Войтенков: Следующая встреча наша – по экономике с Дмитрием Еньковым. Дмитрий, ты, про что нам сейчас хотел рассказать?

 

Дмитрий Еньков: На прошлой встрече мы говорили о том, что Путин рассказал про Центробанк во время своей пресс-конференции. Это вызвало много обсуждений.

 

Артём Войтенков: О том, что Центробанк не такой уж и плохой.

 

Дмитрий Еньков: Да, но мы пытались разобраться в том, что Путин имел в виду, в предыдущем ролике, без всяких интерпретаций, а просто слова Путина пытались вывести на какие-то экономические вещи.

 

Сегодня давайте попробуем порассуждать, как наша экономика сейчас живёт в условиях того, что ЦБ не совсем на нас работает. Ведь мы-то как-то живём в России, как-то развиваемся. У нас нет нулевых кредитов по нулевой процентной ставке. У нас деньги направо и налево особенно не раздаются, но мы развиваемся и делаем какие-то мощные проекты, можно взять подготовку к Олимпиаде, АТЭС – саммит. Например, в Москве активное строительство идет. Как-то мы продвигаемся. А ЦБ вроде бы на нас не работает.

 

Что нам заменяет, что нам вливает в нашу финансовую систему кровеносную, вот эти средства, которые нам нужны для развития. Давайте будем их перечислять.

 

Мы упоминали в прошлом ролике, что у нас идут зарубежные инвестиции. Это, может быть, не хорошо для нашей экономики, но в условиях того, что собственных денег не хватает, у нас есть зарубежные инвестиции. Зарубежные инвестиции - там более дешёвые деньги у них, поэтому где-то сейчас они нам заменяют собственные инвестиции, пользуемся иностранными. Это не хорошо, но, в том числе, за счёт них где-то выживаем.

 

Выживаем за счёт собственных крупных компаний. Путин называет конкретные цифры, например. Роснефть – крупная структура, у нее есть дочерние компании: Роснефтегаз, Газпромбанк. Вот они на судостроительный завод, если не ошибаюсь, на Дальнем Востоке, выделили шестьдесят миллиардов рублей. Наверное, мало кто знает о таком факте, но крупные компании, не только Роснефть, выделяют деньги на какие-то такие крупные проекты.

 

Путин создал фонды. Они называются фондами, но выполняют роль финансовых организаций. Например, есть Фонд развития Дальнего Востока. Там довольно большие деньги в этом фонде, он финансирует развитие этого региона. А регион этот ключевой. Там саммит АТЭС - было много чего сделано. И сейчас, напомню, может быть, в этом году наконец-то будет принят законопроект (в прошлом активная была деятельность в этом направлении законодательная) по предоставлению людям именно здесь, на Дальнем Востоке, земли бесплатно от одного до пяти гектар. И Фонд развития там уже работает.

 

Есть еще Российский фонд прямых инвестиций. Здесь нарисуем стрелочки, что пока мы не гнушаемся и зарубежными, потому что своих недостаточно. Вообще-то у нас есть уже свои "первые ласточки", которые готовы заменить зарубежные инвестиции.

 

Есть наши иностранные партнёры. Самый известный и важный, на данный момент, это Китай. Но на самом деле, не только Китай, но Китай нам очень хорошо помогает. Не только политически вместе с нами в ООН голосует, или воздерживается по некоторым вопросам, или накладывает вето, но и впрямую нам помогает экономически. Напомню, что у нас с Китаем пару лет назад ещё был подписан договор о поставке газа по фиксированной цене. Причем там, не были озвучены, по-моему, объёмы, и цена до конца не была названа. Но нашим заокеанским партнёрам был дан такой сигнал, ещё тогда, когда нефть была довольно дорогая, что "ребята, вы можете опускать нефть хоть до одного доллара, у нас с Китаем заключен многолетний контракт по некой фиксированной цене, поэтому вы роняйте нефть как хотите, а мы будем гнать в Китай". У нас есть с ними договор, и мы продолжаем заключать договоры с ними, и там много чего у нас с Китаем происходит, таких полезных вещей. Они нам помогают, в том числе, и прямыми вложениями в нашу экономику. И тут речь не об экспансии, которую все боятся, а о нормальной дружеской, можно сказать, взаимопомощи.

 

Мы довольно активно работаем со странами, так называемыми БРИКС. И вот там был создан недавно Банк БРИКС, который вполне претендует на то, чтобы заместить Мировой Банк, или Международный Валютный Фонд, скорее можно говорить.

 

Артём Войтенков: Который уже, похоже, трещит окончательно.

 

Дмитрий Еньков: Во-первых, трещит, а во-вторых, мы знаем, как он действует - он даёт такие советы, и даёт деньги под такие проекты, после которых в странах становится не лучше, а наоборот, происходит ухудшение ситуации. А вот Банк БРИКС – это сто миллиардов долларов, это большие деньги. Путин эту цифру там же озвучил. И мы пользуемся, или воспользуемся в ближайшее время. Это тоже сигнал нашим партнерам, что "ребята, если что, у нас вот есть".

 

Есть ещё один интересный банк, это мало кто знает, ещё мы создали Азиатский Банк инфраструктурных инвестиций. Если нам МВФ попробует дать свои кредиты, мы скажем: "Нет, ребята, у нас есть БРИКС, у нас есть Азиатский Банк инфраструктурных инвестиций". Там тоже сумма такая же его уставной капитал. То есть, можно говорить о больших проектах, то есть, речь идёт о крупных суммах.

 

Соответственно, Банк БРИКС работает на пять стран, включая нас. Обращаю внимание, что мы там играем не ключевую роль, в БРИКСе. Это о чём говорит? Больше всего там Китай вложил денег. Это к предыдущему, к пятому пункту. Тот, кто больше всех вложил, он как бы помогает остальным. Получается, что те остальные могут занять деньги того, кто туда вложил больше всего. Есть ещё один банк. Грубо говоря, можно оперировать такими суммами.

 

Есть у нас прямые государственные инвестиции. Кроме зарубежных, у нас уже есть Российский фонд прямых инвестиций, а государство тоже напрямую инвестирует во многие проекты, например, в сельскохозяйственный проект.

 

Артём Войтенков: Да, это, кстати, заметно. Я езжу по областям: большое количество новой техники появилось, которая действительно ездит, пашет, убирает, сено возит. В общем, дело пошло.

 

Дмитрий Еньков: Я, когда в первый раз об этом рассказывал, мне сказали сами сельхозпроизводители: "Слушай, но эти деньги, во-первых, не получить – очень сложные препоны на местах, во-вторых, об этом никто не знает". А Путин, когда об этом рассказывает, он говорит, что "вы знаете, мы создали Фонд прямых инвестиций, или объявили программу помощи, а даже не выбрали эти деньги, там небольшие были деньги, а их не выбрали за год". Это о чём говорит? Не знают сельхозпроизводители, во-первых, то есть, никакой нет рекламы, никто не говорит: "Ребята, берите деньги". Программа есть там где-то в тишине кабинетов, а конечный производитель не знает. А тот, кто знает, мне рассказывают, говорит: "Мы подали документы, и так нас и мурыжат, не дают деньги".

 

Артём Войтенков: Это работают две системы. Во-первых, не работает центральное телевидение, как оно должно работать, и рассказывать про это хотя бы раз в месяц. СМИ не работает.

 

Дмитрий Еньков: СМИ молчат. Зато про аварии, про катастрофы они с утра до вечера.

 

Артём Войтенков: И второе - эта система, которая должна выдавать деньги, нарочно накручивается с такой сложностью, чтобы людям было сложно их получить.

 

Дмитрий Еньков: То есть здесь явно пятая колонна работает, назовем её общим словом, но она тут явно противодействует.

 

Артём Войтенков: Это начиная от министерства, и кончая местной администрацией. Министерство выдаёт какой-нибудь пакет документов, который будешь собирать три года и не соберёшь, потому что у тебя первая справка уже окажется просроченной. И дальше это всё спускается вниз.

 

Елена Гоголь: Обойти вот это можно, чтобы получить?

 

Дмитрий Еньков: Даже сейчас мы в этом ролике рассказываем об этом - это уже противодействие пятой колонне. Это мы говорим: "Ребята, есть программы государственные". Давайте, может, будем о них более подробно рассказывать. Сейчас мы говорим в общем, а может быть, надо действительно рассказать подробно о каждой - пусть люди узнают и обращаются.

 

Осталось два пункта. Сейчас удивительный будет пункт – олигархи. Например, Евгений Алексеевич Фёдоров говорит, что олигархи все назначены, Запад их назначал в своё время. Взять того же Ходорковского. Ходорковский, действительно, такой олигарх, "тот ещё" олигарх. Но есть же не только Ходорковский.

 

Я напомню, например, Абрамович так усиленно Чукотку возрождал, когда его туда назначили губернатором. Или, напомню такой эпизод с тем же Абрамовичем: когда мы выиграли Чемпионат мира по футболу 2018 года, в составе вот этой группы был тот же Абрамович. И помните, как все ждали, что Путин сейчас прилетит, когда объявили результат, что Россия выиграла. Все сидели, никто не расходился, ждали, когда самолёт с Путиным до Швейцарии долетел туда (это оглашалось). Он пришёл, сказал: "Мы рады, что мы выиграли. Но мы выиграли, потому что мы работаем по этому направлению, поэтому мы и победили". И он сказал там такую вещь: "Не бойтесь, кто думает, что у нас сейчас такая экономическая ситуация, может у нас денег не хватит. Мы, если что, найдём, вон у Романа Аркадьевича попросим, если что". И прямо в зал показывает на Абрамовича. А это не просто так было сказано. Напомню, что к тому времени Абрамович уже финансировал Гуса Хиддинка (Guus Hiddink) нашей сборной, который стоил несколько миллионов долларов. Помните, в то время нидерландец был Гус Хиддинк? Он строил стадионы ЦСКА. То есть, олигархи не только есть, как бы те, а есть эти, наши, как бы.

 

Елена Гоголь: Патриотического толка.

 

Артём Войтенков: Я бы Абрамовича не записывал в, так сказать, отечественные олигархи.

 

Дмитрий Еньков: Я просто привожу конкретный пример, причём его Путин упоминал, чтобы уж мне там не говорили, что я выдумываю.

 

Артём Войтенков: Просто их щипают. Абрамовича используют.

 

Дмитрий Еньков: Используют. Да, конечно, сейчас мы подытожим.

 

Артём Войтенков: Давай уж об олигархах закончим. Но есть и другие олигархи. Например, вот Ротенберги, они явно уже переходят на сторону, так сказать, Российского государства, поэтому им и дают подряды на постройку достаточно важных объектов. И они переводят свои компании из оффшоров каких-то Кипрских, и ещё каких-то, уже в Российскую юрисдикцию. Поэтому они и получают, кстати, подряды.

 

Дмитрий Еньков: Если вы будете по-нашему работать на Россию.

 

Артём Войтенков: А вой такой стоит – "почему Ротенберги, друганы Путина". Ну, вот поэтому. А ещё есть, например, такой олигарх Зюзин, которому принадлежит "Мечел" - крупнейший металлургический, и еще там вся цепочка, эти комбинаты. Ну, тут вообще можно сказать - пророссийский олигарх. Хотя, конечно, компания пока ещё на Кипре зарегистрирована.

 

Дмитрий Еньков: Сейчас Россельмаш, например.

 

Артём Войтенков: Бабкин.

 

Дмитрий Еньков: Да, ведь только они практически делают всю сельхозтехнику Российского производства. Мало того, они берут технологии завода, который он купил в Канаде, и используют для того, чтобы у нас выпускать такие же комбайны, трактора. Можно много об этом рассказывать. Нам сейчас общую картину надо дорисовать.

 

Последний пункт - Банки. Об этом упоминается сейчас в негативном ключе, что вместо того, чтобы получать, например, на государственные заказы, в том числе, по оборонке (такие есть факты), деньги от государства беспроцентно, оборонные предприятия идут в коммерческие банки и берут там коммерческий кредит, чтобы доделать какой-то заказ. Такое есть. Но банки помогают, да. И там есть специальные программы, они более дешёвые, и так далее. И финансируют банки, в том числе, какие-то государственные подряды крупные тоже по более дешёвым ставкам.

 

Сразу хочу сказать, что это неправильно, наверное, большинство из этих пунктов. Китай, банки, олигархи – так не должно быть на самом деле. Конечно, должны работать прямые государственные инвестиции, или какие-то наши банки совместно с кем-то. Российский фонд прямых инвестиций, другие какие-то фонды наши внутренние должны работать. И конечно, Центробанк должен разруливать все, видимо, ситуации.

 

Для чего я эту картину нарисовал? Чтобы показать. Это даже для патриотов я сейчас рассказываю, во-вторых, об этом. Во-первых, я рассказываю для наших, так называемых, партнёров, что "ребята, как вы там не нагибайте Россию, а у нас есть всегда способы, чтобы обойти ваши запреты какие-то, козни против России". Сейчас, да, мы так работаем. Да, это неправильно, да, мы так выживаем. Но, в то же время, Россия развивается. И таких у нас есть очень много, это то, что на поверхности лежит, вещей, с помощью которых наша экономика развивается.

 

Я думаю, что в будущем, когда мы свою программу экономическую, наконец-то, сделаем правильную для России, и Центробанк заработает на обеспечение этой программы, тогда Россия уже рванёт, как локомотив, и не остановишь. Как Гоголь писал, "птица тройка" будет у нас страна. А пока - вот такие у нас есть.

 

Артём Войтенков: Источники существования, скажем так.

 

Елена Гоголь: И рычаги управления.

 

Дмитрий Еньков: ЦБ, кстати, мы в прошлый раз его обсуждали в прошлом ролике, он тоже финансирует и участвует в инвестиционных. Но я просто без ЦБ, чтобы он сейчас нам не портил эту картину.

 

Артём Войтенков: Здесь можно одиннадцатым пунктом и Центробанк дописать.

 

Дмитрий Еньков: Хотя это, ещё раз говорю, неправильно. Но вот у России есть несимметричные варианты ответов.

 

Артём Войтенко: Хорошо, что ты про это рассказал, потому что сейчас большинство людей думают, что мы привязаны только к цене на нефть, только к нефти, мы только ей торгуем, и всё.

 

Елена Гоголь: Только к МВФ. Оказывается, всё не так.

 

Дмитрий Еньков: Или к ЦБ, да. У нас есть, оказывается, вещи, которые нам позволяют существовать вполне, не то чтобы комфортно, но мы развиваемся.

 

Артём Войтенков: Отсюда, кстати, такой некоторый вывод о том, что то, что массово преподносится в средствах массовой информации, и о чём говорится всякими экспертами со всех сторон, по всем телепрограммам, радио, интернет-каналам, которых сейчас много – это, как правило, не вся правда, и даже не половина. Это то, что вам положено знать по расписанию.

 

Дмитрий Еньков: Для этого есть Познавательное ТВ, чтобы люди узнавали, как всё на самом деле происходит.

 

Елена Гоголь: Более объёмный вид происходящего.

 

Артём Войтенков: Благодаря Дмитрию, мы уже узнали о некотором более объёмном виде в нашей экономике. Не всё так плоско и привязано только к нефти, доллару, и к Западу.

Хорошо, спасибо большое.

 

Набор текста: Евгения Петрова

Редакция: Наталья Ризаева

 

Познавательное ТВ - образовательное телевидение для тех, кто хочет понять тайны политики и глобального управления, разобраться с секретами денег и мировых банкиров, выяснить, кто стоит за возникновением государств и падением империй. Смотрите на нашем канале и сайте http://poznavatelnoe.tv
Мы не зарабатываем деньги, а распространяем знания. Если вам нравится Познавательное ТВ, можете нам помочь:
VISA: 4276 3800 1161 4356
Яндекс-деньги: 410011955138747
QIWI: +7 925 460 1909
WebMoney рубль: R142363945834
WebMoney доллар: Z182191503707
WebMoney евро: E344386089713
PayPal: info@poznavatelnoe.tv

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (245 мб)
Видео MP4 640x360 (93 мб)
Видео MP4 320х180 (50 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (5 мб)
Звук 32kbps MP3 (5 мб)
Звук 64kbps MP3 (8 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (13 мб)

Текст:
EPUB (174.21 КБ)
FB2 (249.18 КБ)
RTF (140.73 КБ)

Путин и Центробанк

Почему Владимир Путин поддерживает действия Центробанка РФ.
У России нет цели, нет долгосрочной экономической программы, а есть только установленный Западом капитализм и стремление к наживе. Может ли в таких условиях Центробанк давать кредиты по низкой ставке?

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

 Путин и Центробанк

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_putin_centrobank

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков -Партия Великое Отечество

Елена Гоголь

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Артём Войтенков: Дмитрий, наш последний разговор по экономике был достаточно давно. Ролик назывался "Юань и рубль против доллара". В нём ты говорил, что опускание рубля относительно доллара это на самом деле не всегда плохо, а это частично даже хорошо. И впоследствии это приведёт к исключению доллара из денежного оборота, по крайней мере, внутреннего стран СНГ.

 

Дмитрий Еньков: Да. Видишь, мы с тобой записали этот ролик в конце августа, в последних числах, а первого сентября Путин внёс в Госдуму законопроект о том, что в рамках СНГ произвести дедолларизацию экономики (сложное слово иностранное). То есть в рамках СНГ отказаться от обращения доллара, начинать экономические отношения в валютах стран СНГ. Так что ролик пришёлся весьма кстати. Видишь, мы его очень вовремя записали.

 

Сегодня у нас, наверное, повод для встречи очень интересный. Это пресс-конференция Путина, она была в конце прошлого года. Просто сейчас были длинные праздники, и за это время как раз высказались практически все. Как говорят "говорящие головы" авторитетные у патриотически настроенных граждан, следят все, видимо. Я просто выписал себе несколько человек и процитирую что кто сказал по этому поводу. Но начну с конца.

 

- Первым высказался Евгений Алексеевич Фёдоров, прямо в тот же день. Это было семнадцатого декабря. Мы сейчас поговорим о том, что он сказал.

- У тебя на канале Николай Викторович Стариков, лидер нашей партии, двадцать третьего числа высказался.

- Тридцать первого декабря Зазнобин Владимир Михайлович.

- А первого января у Виктора Алексеевича Ефимова вышел ролик. С него начнём, потому что он весьма интересно оправдывает то, что сказал Путин на конференции.

 

Ролик называется так - "Путину поставили ментальный блок". Ролик от первого января, найдите в интернете. С девятой минуты он говорит: "Кем-то поставлен ментальный блок с точки зрения ставки кредитования и инфляции". И ещё одна цитата: "Тема для Владимира Владимировича Путина заблокирована кем-то и очень искусно". Вот как он трактует то, что сказал Путин на пресс-конференции.

 

Зазнобин Владимир Михайлович сказал так: "Я не понимаю, Путин не специалист в области экономики", - констатирует Зазнобин, как ни странно. Как он поддерживает Центробанк, чтобы он держал процентную ставку. И дальше он, цитируя Путина, что Путин якобы сказал: "Там на Западе экономика одна, у нас другая". Хотя Зазнобин говорит: "Я не понимаю, чем сейчас у нас экономика отличается наша от западной". Вот он так трактует: "Я не понимаю, Путин не специалист".

 

Стариков Николай Викторович наш сказал следующее: "В данном случае мы с оценками нашего уважаемого лидера не согласны. Во-первых, мы считаем, что ЦБ ведёт политику в ущерб российской экономике", - это по поводу ЦБ. А по поводу правительства: "Экономический блок правительства ведёт Россию в тупик".

 

После этих цитат, давайте перейдём к тому, а что же собственно сказал Путин на конференции, и как это, я, во всяком случае, понимаю, как экономист. Давайте пробежимся по тому, что сказал Путин. Желающие могут найти этот ролик, сами посмотрите.

 

Короткую выжимку сейчас скажу коротко. Путин сказал следующее: "Всем хочется, чтоб процентные ставки банковские были понижены. Но это не единственный фактор ставки в коммерческом секторе". То есть, если ЦБ снизит ставку для коммерческого сектора, для коммерческих банков, то это не единственный фактор снижения только ставки. Раньше рефинансировали, а сейчас мы разбирали, что это ключевая ставка. Не будем пока комментировать, просто Путин сказал, что это не единственный фактор. Он говорит: "Во-первых, я поддерживаю политику ЦБ", - вот дословная цитата - "и правительство по обеспечению макроэкономической стабильности". "Во-вторых", - он говорит - "при всём желании понизить ставку этого нельзя делать административным путём. Надо исходить из реалий нашей экономики и её структуры".

 

Я запишу это для наглядности вот так. Допустим, это будет экономика и структура. Просто это из цитаты так взято. Пока вот так запишем. Дальше он говорит: "Конечно, я часто слышу, что вот там за бугром более низкие ставки. Конечно, там более низкие ставки. Там они специально это делают. Там проблемы другие". Вот это ответ Зазнобину. Зазнобин говорит, что я не понимаю, чем наша отличается от их экономики. А Путин дальше продолжает: "Проблемы другие и структура экономики совсем другая. У нас угроза инфляции, а там проблема дефляции". Вот ответ Владимиру Михайловичу Зазнобину. А там проблема дефляции, когда производитель производит, а продать не может. И дальше он говорит интересную вещь: "Нам нужно не цыкать на ЦБ, как это делали в плановую экономику, а помогать ЦБ и правительству подавлять инфляцию, снижать девальвационные риски и ожидания. Когда мы сделаем это, будет снижение инфляции. Там, где возможно, ЦБ и так это делает".

 

А что конкретно ЦБ делает? Путин сказал три вещи, которые конкретно делает ЦБ. Он говорит.

Первое – ЦБ держит в работоспособном состоянии всю финансовую систему страны.

Второе – он участвует в проектном финансировании по разным программам. И он называл суммы в десятки миллиардов долларов. Потом он говорил двести пятьдесят миллиардов и даже пятьсот миллиардов, назвал сумму, то есть, проектное финансирование. Есть некие проекты, и ЦБ их финансирует.

- Инвестиционное финансирование. То есть, помимо конкретных проектов есть инвестиционное финансирование. Это, кстати, важный момент. Когда нам говорят, может быть, отдельно надо сказать, но я просто сейчас коротко упомяну об этом. Привлечение иностранных инвесторов я, например, не считаю благом для нашей экономики. Если мы можем сами инвестировать в свою экономику с помощью того же ЦБ, зачем нам кого-то звать для этого. Это просто мы отдаём в чужие руки часть своей экономики. Зачем это делать? В СССР такого не было.

 

И Путин говорит: "Считаю, что этого пока достаточно". То есть то, чем занимается ЦБ, он, во-первых, удовлетворён этим, а, во-вторых, он говорит: "Считаю, что этого пока достаточно".

 

Вот давайте без эмоций, а с точки зрения голой экономики разберёмся - а что сказал Путин такого, и попробуем на это посмотреть с экономической точки зрения, как мы всегда это и делаем, а потом уже говорить, насколько это верно, и можно ли политически поддерживать или не поддерживать эти слова. "Политика, есть концентрированное выражение экономики" – кто сказал, Маркс? Давайте разбираться.

 

Я выписал три вещи, которые относятся к экономике: реальные структуры, инфляция, дефляция. Давайте с каждой из них разберёмся.

- Инфляция от латинского слова "inflation" - это вздутие. Лекарство от вздутия живота. Вот инфляция это как раз и есть вздутие или раздувание цены, повышение цен, повышения уровня цен на товары и услуги. Вот инфляция у нас – повышение уровня цен.

- А дефляция, де – это обратный процесс. То есть цены снижаются.

А что в экономике влияет? Вообще два главных фактора экономических даже из теории марксизма, если кто-то с ней знаком. В экономике два главных фактора, первый из них это деньги.

 

Если много денег вбрасывают в экономику, тогда как раз говорят, что инфляция наступает: денег много, цены растут. Потому что, если у людей появляется много денег, они приходят в магазин и начинают всё скупать. Торговцы видят, что товар сметают с полок, повышают цены. Вот происходит рост цен. Это когда денег в экономике много. Это и есть инфляция. Соответственно, когда денег мало, то возникает обратное. Мы только один фактор рассмотрели. Деньги влияют, понятно как. Много денег – цены растут, мало денег – цены падают. Но деньги это только один из главных факторов.

 

А второй главный фактор экономический – это товар. Это и есть экономика, во всяком случае, в классическом понимании. Я немного этот термин по-другому понимаю, сразу скажу. Может быть, когда-то отдельно об этом поговорим. Но сейчас по классике: деньги и товар - это главные экономические составляющие. Товар, оказывается, на самом деле влияет на те же самые факторы, но почему-то нам об этом не рассказывают.

 

Елена Гоголь: В Советском Союзе было мало денег и цены росли. Как это объяснить?

 

Дмитрий Еньков: А в Советском Союзе цены когда-то падали. Помните, последние годы правления Сталина? А после его смерти они росли, и это связано не с этими экономическими факторами. Сталин же написал работу "Экономические проблемы социализма" как раз в 1952 году, где как раз и отказывался от этой системы. Но это отдельная большая лекция - как понимать правильно экономику, сейчас мы не будем отвлекаться. Сейчас мы хотим просто разобрать, что Путин сказал. Давайте не будем уходить, потому что в том рассказе об экономике тогда станет понятно, почему у нас то росли, то падали.

 

Но пока мы говорим о классическом понимании экономики: деньги, товар. Просто ещё раз напоминаю, что нам пока хорошо показывают вот эту часть. В том числе через ЦБ, что если много денег, то будет инфляция, поэтому не надо много денег печатать, вот такое оправдание. Но почему-то всегда вот эту составляющую нам не показывают. А ведь влияние товара в экономике точно такое же, как у денег. Смотрите, если будет товара мало в экономике, представьте, как раз, когда в СССР дефицит был.

 

Артём Войтенков: Это уже конец СССР.

 

Дмитрий Еньков: Да. Там, конечно, цены регулировали жёстко административно, но в фильме с Мироновым "Берегись автомобиля", он там продавцом работает. Помните, из-под прилавка он Grundig продаёт этот. И люди готовы переплачивать за это. То есть цена даже в плановой экономике всё равно при дефиците товара росла. А когда, наоборот, товара было много какого-то, то, что при капиталистическом укладе, что при социалистическом - цены снижаются. Но при капитализме это особенно хорошо видно. Это как раз то, о чём Путин и сказал. Он говорит: "У них другая проблема. У них проблема дефляции".

 

Смотрите, что происходит на Западе. Давайте в этом вопросе наконец-то разберёмся кардинально, раз и навсегда. Там низкие процентные ставки, как Путин и сказал. А как же проблема дефляции возникает? А вот как. Там действительно получить доступ к кредитованию довольно просто. Это рассказывали и твои гости, по-моему, в том числе. Получить деньги довольно легко и ставки действительно низкие. Поэтому люди охотно берут кредиты, что-то начинают там делать, производить, делают какой-то товар, который якобы невидимая рука рынка диктует им, какой товар производить. Кто-то угадывает, кто-то не угадывает. Если какой-то товар очень популярный, то все бросаются его производить, и через некоторое время действительно происходит затоваривание. Потому что никакого регулятора там нет. Есть только невидимая рука, которая умеет только невидимо залезать в карманы граждан. А на самом деле она ничем не руководит эта рука. Поэтому действительно, производители (кто угодно) набирают кредиты дешёвые, производят много товара, и происходит периодическое затоваривание.

 

Артём Войтенков: Есть в интернете хорошие фотографии: огромные стоянки, забитые автомобилями непроданными.

 

Дмитрий Еньков: Да. Путин говорит о том, что это так глобально у них происходит, вот эта дефляция.

 

Артём Войтенков: Но они не могут снизить цены, потому что тогда цена будет ниже себестоимости. Это называется кризис перепроизводства.

 

Дмитрий Еньков: Да. Это и есть кризис перепроизводства, с чем Запад и сталкивается. То есть Запад сталкивается с кризисом перепроизводства. Благодаря чему? Благодаря тому, что у них дешёвые деньги. Я хочу эту мысль донести. То есть, когда мы говорим о том, что давайте сделаем процентные ставки низкие, и любой может пойти взять и начать запросто что-то производить, пусть он говорит о том, что если у нас сделать то же самое, если уж своими словами говорить, - опустить ключевую ставку сейчас совсем низко, то у нас будут те же самые проблемы, что и у них.

 

Артём Войтенков: У нас они начнутся далеко не сразу. Во-первых, пока эти кредиты возьмут, пока там что-то с ними сделают, пока начнут что-то производить.

 

Дмитрий Еньков: Согласен. Это всё равно, что сказать, что если ты сейчас включишь печку, туда поставишь чайник пустой, то через какое-то время он у тебя просто расплавится на плите, потому что жар будет. Это конечно не разу произойдёт. Надо сначала печку включить, потом чайник поставить, забыть налить туда воды, и через некоторое время ты увидишь, как он у тебя оплавляется. Известно, что произойдёт в конце. Зачем это делать сейчас, если результат уже известен? Я согласен, что не сразу, а потом. Но результат-то мы знаем, мы же видим, что у них происходит.

 

Что я так понимаю, Путин-то хотел сказать? Что пока мы не сделаем экономику, которая будет работать на Россию, на благо России и всех её граждан, нам нет смысла метаться: выбирать между довольно дорогой ставкой ключевой или нулевой, как это на Западе. Нам нужно совсем другое - я так понимаю, он это пытался сказать. Видите, у нас проблемы с инфляцией, у них проблемы с дефляцией.

 

Но он ещё упоминал реалии структуры экономики.

Для Путина ключевой вопрос был - это наличие, давайте это так сформулируем, некой экономической программы, направленной на благо России. Потому что сейчас её нет ни у правительства, ни у ЦБ. Должен ли ЦБ этим заниматься - это большой вопрос. Вот правительство, наверное, и должно заниматься. Вот занимается ли оно - мы этого не видим. Прямо скажем, никакой толковой программы нет.

 

В патриотических структурах, у нас, например, в партии мы занимаемся разработкой этой экономической программы сейчас. А без программы метаться между высокой и низкой инфляцией… Ещё раз повторяю, если мы сейчас просто снизим ставку рефинансирования и будем раздавать деньги просто так в никуда, то мы буквально через пару лет упрёмся в то, что у нас будут предприниматели в массовом порядке перепроизводить товары. Скорее всего, они будут банкротиться, и Путин это видит, намекает нам на это. Вот этот термин он, правда, не произносит, но он говорит, что реальные структуры экономики должны быть соответствующими. Он говорит, что инфляция сама (хотя само ничего не бывает) войдёт в нужные рамки. Я это связываю с тем, что должна быть чёткая программа.

 

Сейчас приведу такой пример. В нашем недавнем прошлом уже была, во-первых, плановая экономика, когда все знали, сколько товаров нужно выпустить, где это должно быть выпущено, на каких заводах. Под это заводы и строились, проектировались в нужном количестве. Потому что предполагалось, что нужно будет столько-то книг, газет, автомобилей. Хотя этого не хватало, но это говорит просто о качестве планирования. В какие-то годы у нас, кстати говоря, всего хватало, а потом почему-то (это большой отдельный вопрос, почему) у нас перестало хватать, и цены стали повышаться. А когда-то они наоборот понижались и товарами нас буквально заваливали.

 

Вот нужен такой подход сейчас к экономике России, такая программа, которая позволит распланировать на ближайшее будущее нашу экономику. А в зависимости от этого уже можно регулировать ставку. Но я бы сказал так, что ставка это отдельная тема. Мы может быть, в другом ролике её рассмотрим, какая процентная ставка нужна России, забросим удочку вперёд. А пока остановимся на том, что Путин имел в виду как раз то, что я сейчас рассказал, а не то, что можно с ним соглашаться, не соглашаться. Мы просто рассмотрели прямую речь Путина, попытались, во всяком случае, осознать, что он предлагает, чтобы решить вот эти проблемы, которые и у нас есть сейчас, и на Западе. А там тоже, как мы видим из его речи, и так мы знаем, есть свои проблемы.

 

Артём Войтенков: Тогда получается так, что Путин заранее видит, к чему приведёт низкая процентная ставка, и поэтому как бы не давит на Центробанк, чтобы её вводить так?

 

Дмитрий Еньков: Да. Мало того, он подчёркивает те положительные стороны не случайно, которые Центробанк всё-таки осуществляет в своей деятельности. Давайте просто пройдёмся по задачам ЦБ, тогда сразу будет понятно. У ЦБ, какие задачи? Защита и обеспечение устойчивости рубля.

 

Артём Войтенков: Чем он не занимается, в общем-то.

 

Дмитрий Еньков: В том числе его покупательные способности. Кстати, если этой же первой задачи касаться, то в этом термине "защита покупательной способности рубля" кроется на самом деле борьба с инфляцией. Вот эта защита покупательной способности это равно как раз борьба с инфляцией. Что такое покупательная способность? Это значит, на рубль ты должен купить, или на сто рублей, чтобы было понятнее, - чем больше ты сможешь купить на сто рублей, тем выше его покупательная способность. Как раз это и говорит о том, что надо инфляцию подавлять. Потому что если инфляция высокая, то ты на сто рублей ничего не купишь. А вот если она низкая, то ты на сто рублей купишь. Как в СССР помните? Вот у моих родителей зарплата была сто рублей, а коробок спичек стоил копейку. И в столовой, кстати, два куска хлеба стоили одну копейку.

 

Артём Войтенков: Получается, Центробанк с этой задачей не справился.

 

Дмитрий Еньков: Но у него она стоит, я хочу сказать, правда, вот в таком виде. Не борьба с инфляцией напрямую записано, а записано, что он должен обеспечивать покупательную способность рубля и курсы по отношению к иностранным валютам. Курсы по отношению к иностранным валютам это как бы внешние проблемы, это не внутренняя.

 

Артём Войтенков: Сейчас многие с тобой не согласятся, потому что цены в магазинах чего-то взлетели с ростом курса доллара и евро.

 

Дмитрий Еньков: Тут не надо путать ЦБ, его задачи с тем, что у нас сейчас страна, например, в ВТО находится, и у нас куча иностранных товаров. Если бы у нас импорта не было в экономике, то у нас бесполезно было бы курсом рубля пытаться как-то повышать стоимость товаров. Просто у нас сейчас экономика в таком состоянии. И это не от ЦБ зависит, что у нас сейчас полно импортных товаров - я вот это хочу сказать. Представьте, что курс бы скакал, как угодно, а у нас всё отечественно в магазинах - вы бы даже этого не замечали.

 

Артём Войтенков: Так и было в Советском Союзе. И всем было совершенно по барабану, какой курс доллара.

 

Дмитрий Еньков: Почему я и говорю, что курс по отношению к иностранной валюте это вообще-то внешняя задача. Просто сейчас она к нам внутрь переместилась вместе с импортными товарами. Её надо правильно понимать. Если мы их вытесняем, то нам по барабану, вообще-то.

 

Артём Войтенков: Она к нам пришла вместе с импортными товарами и импортными производствами, которые на самом деле производят и выводят прибыль за границу. А прибыль, естественно, им нужна не в рублях.

 

Дмитрий Еньков: Производство – у нас и в СССР приходили импортные, те же самые заводы, Форд нам строил стройки гигантские. Социализм при помощи иностранных капиталов и инженеров был построен, в том числе. Но тогда мы оставляли это в своей собственности, не давали им рулить, и не давали выводить капиталы. Поэтому, глядя на это, можно очень простые рецепты давать нашей экономике, что иностранные инвестиции это не всегда благо.

 

Артём Войтенков: Это не благо вообще по большому счёту.

 

Дмитрий Еньков: Да. Если мы сами можем в себя инвестировать, то зачем нам кого-то пускать в свою экономику. Это оборачивается такими вот вещами, что они начинают вывозить, естественно капиталы. А когда говорят, что давайте ограничим вывоз капиталов, то получается, мы сначала их впустили к нам, а теперь говорим, что не надо вывозить капиталы. Получается, что мы становимся закрытой какой-то страной.

 

Артём Войтенков: Это будет противоречить нормам ВТО, международного права…

 

Дмитрий Еньков: Нас сразу будут долбать за это.

Про задачи ЦБ давайте закончим.

- Первое - защита и обеспечение устойчивости рубля, в том числе его покупательные способности, и курса по отношению к иностранным валютам.

- Второе - развитие и укрепление банковской системы.

- И я сразу третью прочитаю - обеспечение эффективной и бесперебойной функциональной системы расчётов.

То есть банковская система и обеспечение бесперебойной системы расчётов - это на самом деле одно и то же. Вопрос в том, что понимать под укреплением банковской системы. Если мы каждый день будем новые банки открывать, это считается укреплением банковской системы или нет?

 

Елена Гоголь: Наоборот.

 

Артём Войтенков: Так очень расплывчато написано.

 

Дмитрий Еньков: Развитие и укрепление банковской системы можно по- разному понимать. В 90-ые годы банки, как грибы после дождя, росли. А к чему это привело? К тому, что, действительно, начался вывоз капиталов, массовые банкротства. У нас кризис в стране был в 98-ом году, а потом в 2008-ом. В 98-ом, кстати, довольно острый был кризис там, просто банки рушились, причём ведущие все банки рухнули. И у нас висела на грани сама система, как раз третий пункт: обеспечение эффективной и бесперебойной функциональной системы расчётов - она уже рушилась, когда ключевые банки все начали схлопываться.

 

Почему я эти два пункта в одном прочитал? А потому что в том же СССР, например, у нас было всего 5 банков, но при этом у нас была бесперебойная функциональная система расчётов, и крепкая банковская система. Я к чему это говорю? К тому, что много банков не означает, что у нас крепкая банковская система, скорее, я бы сказал, наоборот.

 

А чем сейчас занимается ЦБ? А ЦБ у нас банчики, скажем так, практически каждую неделю закрывает, и вообще-то ведёт нас к той системе, которая была в СССР, оставляя крепкие, хорошие банки, которые не хотят связываться с какими-то махинациями. В результате, я думаю, что останется так же, как и было в СССР, просто больше банков не надо.

 

Артём Войтенков: Пока он ещё мало закрывает. Там ещё банков у нас несколько сотен. Он так будет ещё десятилетия закрывать.

 

Дмитрий Еньков: Это, во всяком случае, правильно, что ты уже так говоришь, что мало закрывает, потому что кто-то это воспринимает, что у ЦБ какая-то жёсткая диктатура, а на самом деле ЦБ делает правильные вещи.

 

Но получается, мы сейчас опять к чему пришли?

- Во-первых - ЦБ не во всём виноват, что у нас в стране сейчас происходит.

- А, во-вторых - он занимается правильными вещами.

И Путин это подчёркивает. Он говорит с цифрами на руках, называя проектное финансирования на 500 миллиардов. Правда долларов он называет, мне это не нравится, когда в долларах, но так понятнее, наверное. То есть, есть у ЦБ на самом деле сейчас куча положительных моментов. Другое дело, что в ЦБ понимают, что они сейчас как никогда находятся под пристальным вниманием общественности, поэтому оно не должно ослабевать, а то как бы они обратно не отыграли.

 

Я сейчас тоже не защищаю ЦБ, прошу меня правильно понять. ЦБ как раз должен понимать, что он всё время под колпаком находится, чтобы он вправо, влево не гулял. Другое дело, что мы должны правильно понимать: что зависит от ЦБ, что зависит от совсем других людей или структур, от того же правительства.

 

И ещё раз говорю, что нам нужно на самом деле для того, чтобы победить те проблемы, которые есть у нас сейчас в экономике. И тут не только ЦБ виноват и не только низкая процентная ставка. Раздача денег под низкую процентную ставку к добру не приведёт - вот что я хочу сказать. Нужно сначала сформулировать, что нам нужно, какие у нас приоритеты, в какие сектора направлять эти деньги. Объявить тем же предпринимателям, об этом жаловались Путину, что объявите нам условия наконец-то какие-то, потому что нам никто не говорит, что, мы бросаемся из одного в другое, ничего не понимаем, из-за этого тоже люди, кстати, прогорают, банкротятся и так далее. Дайте нам ясные условия, чтобы мы работали - а вот этого как раз никто пока людям и не даёт.

 

Вот, когда будет ясная программа, тогда мы можем говорить так, что, смотрите, мы хотим развивать, например, хотим, чтобы у нас население росло, нам нужно, чтобы дети рождались и так далее. Это что значит? Что нужно помогать семьям, нужно открывать ясли, детские сады и так далее. На это всё нужны деньги и мы готовы это финансировать - должно сказать государство. Соответственно, оно должно сказать: "Вот мы деньги на строительство детсадов раздаём, например, по отрицательной процентной ставке". Не по 5%, не под 0, не под какой-то, а мы минус 85%. То есть верните нам хотя бы часть долга большую, но проценты никакие платить не надо.

 

Дальше мы говорим, что нам нужно отечественные товары во всех областях - радиоэлектронику и ещё что-то. На это мы готовы раздавать, может быть, тоже под отрицательную или под нулевую ставку.

 

Артём Войтенков: Ну, это и называется федеральная целевая программа.

 

Дмитрий Еньков: Да. А, например, строить торговые центры - идите в коммерческие банки, и там под 10% берите. И ЦБ - программа строительства торговых центров, например, пожалуйста, - 15% у ЦБ. А детский сад ты будешь строить под минус, а какие-то другие объекты под нулевую.

 

Откуда идёт желание рассказать вам под процентную ставку? Мы говорили с предпринимателями, встречались, и я у них спрашивал: "Какая нужна процентная ставка, по-вашему, в российской экономике?"

Они, во-первых, были не готовы к этому вопросу. Я его сформулировал так, говорю: "Ребята, завтра мы взяли ЦБ, он перешёл под наш контроль. Под какую ставку вы готовы брать кредиты, какая ставка вас устроит?"

Мне они называли разные. Кто-то сказал 2% даже, понимая, что 0 наверное слишком, они говорят: "2%", кто-то ещё какие-то ставки. А вот такого понимания ни у кого нет. Потому что нет как раз этой чёткой и ясной программы экономической, во-первых.

 

А, во-вторых, неизвестны приоритеты, и предприниматели сами не знают куда им направлять в первую очередь даже имеющиеся ресурсы, или подо что хотя бы брать деньги, чтобы через год, через два было востребовано. Все же хотят стабильности какой-то. Если уж ты открываешь свой бизнес, чтобы он у тебя в течение долгого времени функционировал. А не то, чтобы завтра на это спрос пропадёт, и тебе придётся опять бегать, искать какие-то другие приложения своего труда.

 

Артём Войтенков: У нас, видишь, по-моему, две проблемы. Первая проблема - предприниматели, они люди разные. Но всё равно сейчас основная идея это получить доход с дела. На самом деле эта идея не правильная. И первая идея должна быть - а что я могу полезного сделать для общества.

 

Дмитрий Еньков: Ты совершенно правильные вещи говоришь. Но у нас уже сознание поломано с 90-ых годов, а сейчас уже 2016-ый, то есть нам 16 лет ломали парадигму сознания, приучили людей жить в рыночных отношениях.

 

Артём Войтенков: Как Валентин Юрьевич Катасонов говорит: "Делают биороботов, у которых две кнопки. Первая кнопка - жажда нажива, вторая кнопка - страх разорения". Всё.

 

Дмитрий Еньков: Да. Если не прибыльно, то и не стоит там ничем заниматься. И мало того, это даже в социальные какие-то сферы переносится, что уже совсем, мне кажется, ни в какие рамки не лезет. Например, платные дороги строят. То, что на Ленинградке построили, она, например, пересекается со старой Ленинградкой. Я проезжал недавно по ней, стоит мост платной дороги. Если бы это была обычная дорога, то это была развязка с этой дорогой хорошая, как можно бы было развернуться воспользоваться этим мостом для разворота. На самом деле - подъезжаешь из Москвы, видишь, что развернуться там невозможно, нет заезда на эту дорогу. Они делали не для того, чтобы это удобно было людям, а они делали для того, чтобы собирать деньги. И они просто смотрят: этот съезд нужен? Нам не нужен. И они не делают эти съезды. Дорога так чешет, мост над тобой проходит хороший, новая дорога, а развернуться ты по нему не можешь, ты должен ехать дальше, потому что это не для тебя, это для того, чтобы кто-то получил прибыль. И так во многом у нас устроено сейчас.

 

Елена Гоголь: Что у нас получается? Что у нас нет плановой экономики хорошей.

 

Артём Войтенков: У нас не то, что плановой экономики нет, у нас вообще нет целей в экономике, у нас нет плана.

 

Елена Гоголь: Да. Есть цель - благо народа. И была плановая экономика, которая как-то это обеспечивала, формировала. У нас осталась только коммерческая экономика получается, получение прибыли.

 

Артём Войтенков: Получение прибыли, причём из народа, выжимая прибыль из народа.

 

Дмитрий Еньков: Да, вот этой цели у нас нет. Была бы цель, из неё бы уже вытекала некая экономическая программа.

 

Елена Гоголь: Планирование было, экономическая программа.

 

Дмитрий Еньков: Да. А у нас цель, точнее она есть, Артём, ты же правильно сформулировал, ты сказал, что там нажива. Вот у нас сейчас раз цель - нажива, то и вся экономика – наживайся, кто как может. Отсюда Путин говорит, что на Западе дефляция, потому что все деньги набрали - о, давай сейчас быстренько этого наклепаем, наклепаем. Наклепали - что-то уже никто не берёт. Потому что никто и не планировал, сколько должны выпускать. Другие все бросились тот же самый товар выпускать - перепроизводство началось. Там тоже этого нет.

 

Кстати, может быть, в завершение уже ролика хочу сказать, что лекарство и для наших западных партнёров, как их называет Путин, - то же самое. Просто они уже, сколько лет не могут до этого додуматься, то, видимо, мы им должны пример показать, как на самом деле нужно жить. Мы его и показывали до 90-ых годов, а сейчас, к сожалению, сами остались у разбитого корыта.

 

Артём Войтенков: Есть высказывание, я не знаю, правда это или нет. По интернету ходит речь Маргарет Тэтчер в институте нефти, по-моему, в Британском ещё в 80-ых годах. Она сказала, что "Мы проиграли экономическое соревнование Советскому Союзу. Плановая экономика Советского Союза как бы оказалась лучше, эффективнее и мощнее, чем наша капиталистическая".

 

Дмитрий Еньков: Причём она это говорила уже про позднюю малоэффективную плановую экономику эпохи Брежнева. Потому что более эффективная она была в конце 40-ых начале 50-ых годов. Просто если брать такие показатели простые, например, отмена карточек после войны, мы же первые отменили, хотя у нас наибольшие потери, наибольший урон, но плановая экономика - мы смогли быстро восстановиться. На Западе карточки отменяли продовольственные только спустя определённое время.

 

Артём Войтенков: Там довольно долго, в Великобритании, по-моему, карточки на мясо отменили только в 50-ых, 52-ой, 54-ый.

 

Елена Гоголь: В 53-ем, да, я тоже читала.

 

Дмитрий Еньков: Судя по тому, что я, как я понял Путина, нам нужно не бросаться из одних ставок в другие - это не решает проблемы, вот, что он хотел сказать, я так понял. А нам нужно решать более глобальные проблемы. Тогда вот эти проблемы инфляционные они решатся. Они будут решаться через цель и экономическую программу, которая будет эту цель достигать.

 

Артём Войтенков: Просто, когда мы понимаем, куда нам нужно двигаться и куда нам нужно ехать, мы соответственно из этого подбираем инструменты: машину, дорогу, экипаж, всё что нужно. А когда мы не знаем, куда мы идём, потому что сейчас у людей, они вообще не понимают куда, чего, к чему мы стремимся, какая цель у государства.

 

Дмитрий Еньков: Мало того, у патриотов сейчас такое впечатление, что им, как ветряную мельницу, инфляцию нарисовали и говорят: "Вот, надо с инфляцией бороться". Инфляция и ставка ЦБ ключевая, и патриоты за это сейчас борются, а проблема совсем в другом на самом деле. И Путин это на пресс-конференции попытался, мне кажется, обозначить, что, ребята, не туда вы смотрите.

 

Артём Войтенков: Не туда. Я, коль зашёл про это разговор про ставку Центробанка. Заходим на сайт Центробанка - у него нарисована система инструментов денежно-кредитной политики. На самом деле я повторюсь, твой ролик, где ты рассказывал про кредитную ставку какую-то его часть. Если вы зайдёте на страницу системы инструментов денежно-кредитной политики, можете даже в поиске это забить Центробанка, и посмотрите на какой срок Центробанк даёт деньги, то это получится, что сроки, на которые даёт Центробанк деньги это одна неделя, один день, от 1 до 6 дней, 3 месяца, от 1 до 3 недель, 18 месяцев, и только по ломбардным кредитным аукционам это 36 месяцев. То есть ломбард - ты что-то заложил. А кредиты от 2 до 549 дней - это кредиты, обеспеченные не рыночными активами или поручительствами, кредиты обеспеченные золотом. Условно говоря, если у меня есть золото, зачем я буду брать кредит тогда?

 

Дмитрий Еньков: Ну, это как раз и говорит о том, что теми инструментами, которые сейчас предлагаются, эти вещи не решаются. Пока нет экономической программы, ЦБ только работает на обеспечение своих задач, но ему никто других задач не формулировал, к сожалению. Если мы сформулируем цель и экономическую программу, и тогда ЦБ не будет исполнять решения наши, тогда можно говорить о том, что ЦБ надо закрывать. Пока он говорит: "А что? Парадигмы у вас никакой нет. А так я просто держу, свои функции выполняю худо, бедно, как могу".

 

Если бы меня посадили в кресло ЦБ, я не просто патриот, а даже можно сказать радикальный в каких-то вопросах патриот, но посади меня в кресло ЦБ и скажи, что у меня эти три задачи, я наверное буду точно так же их выполнять. Потому что, ребят, вы тогда скажите, на что деньги выдавать, вы там сформулируйте.

 

Мало того, Путин же сказал, ещё раз повторю, что, по его мнению, ЦБ держит в работоспособности всю финансовую систему, закрывая вот эти, кстати, банки о которых мы говорили, участвует в проектном финансировании. А проектное финансирование: это дешёвые деньги, кстати, это не по той ставке, о которой мы говорим это дешёвые кредиты и огромные объёмы - 500 миллиардов долларов. Инвестиционное финансирование - то же самое.

 

То есть, он как бы делает там, где ему говорят, он это всё делает ЦБ. Другое дело, что у государства нет никакой программы, чтобы сказать: "ЦБ, давай, видишь, мы приняли вот это вот. И ты должен под детские сады выдавать под минус сколько-то там процентов". Если он не будет исполнять это, тогда можно закрывать, менять руководство, менять закон о ЦБ, кстати говоря, и так далее. А пока он в том, что есть бултыхается.

 

Мы не то выставляем - главного врага. У нас в другом проблема совершенно. У нас в партии это, по крайней мере, видят и её решают. Я и хотел сегодня сказать, что давайте правильно видеть наши проблемы.

 

Артём Войтенков: Пусть все зрители тогда задумаются над тем, куда мы живём, скажем так, куда нам двигаться, и что в конечном итоге мы хотим достичь. Потому что, не зная цели, мы никуда и не придём. То есть давайте все вместе над этим раздумывать.

 

Дмитрий Еньков: Может быть, надо референдум проводить как раз не о том, что ЦБ у нас кому принадлежит, а как мы хотим жить. Пусть каждый сформулирует, возьмёт и скажет: "Я хочу то-то, то-то" - и к этому мы все и пойдём всей страной. Пока что-то у нас такого нет. Мы в партии этим занимаемся. Если есть у кого-то интерес можете к нам присоединяться.

 

Артём Войтенков: Хорошо. Спасибо за такое объяснение слов Путина, пусть люди подумают.

 

Дмитрий Еньков: Да, во всяком случае.

 

Набор текста: Татьяна Самило, Маргарита Надточиева

Редакция: Наталья Ризаева

 

Познавательное ТВ - образовательное телевидение для тех, кто хочет понять тайны политики и глобального управления, разобраться с секретами денег и мировых банкиров, выяснить, кто стоит за возникновением государств и падением империй. Смотрите на нашем канале и сайте http://poznavatelnoe.tv
Мы не зарабатываем деньги, а распространяем знания. Если вам нравится Познавательное ТВ, можете нам помочь:
VISA: 4276 3800 1161 4356
Яндекс-деньги: 410011955138747
QIWI: +7 925 460 1909
WebMoney рубль: R142363945834
WebMoney доллар: Z182191503707
WebMoney евро: E344386089713
PayPal: info@poznavatelnoe.tv

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (549 мб)
Видео MP4 640x360 (208 мб)
Видео MP4 320х180 (113 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (10 мб)
Звук 32kbps MP3 (10 мб)
Звук 64kbps MP3 (18 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (28 мб)

Текст:
EPUB (142.85 КБ)
FB2 (231.7 КБ)
RTF (251.6 КБ)

Как возникали города

Простая и логичная история появления городов.
Сначала на слиянии рек появлялись ярмарки - для обмена товаров между деревнями. Затем там образовывались постоянные поселения с производством.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Как возникали города

Неудобная история

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_gorod

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков – Партия Великое Отечество

Елена Гоголь

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артём Войтенков: Дмитрий, прошлый раз мы с тобой встречались, ты рассказывал про численность населения, весьма любопытный взгляд на историю. Сейчас у нас следующая встреча. Но сначала я задам тебе один вопрос, который тоже волнует многих наших зрителей. Ты ходил раньше в одной косоворотке, сейчас ты почему-то в другой. Кстати, вот эта мне нравится больше, чем та, предыдущая, она была слишком цветастая.

 

Дмитрий Еньков: Да, мне тоже эта косоворотка больше нравится. Я хочу открыть небольшой секрет для наших зрителей, которые интересуются одеждой ведущих. Это, наверное, правильно, потому что в нормальных программах во всех пишут, что одежда ведущих предоставлена тем-то, тем-то. А в данном случае всё очень просто. Сначала я покупал эти рубахи. А потом не было рубах, которые мне нравились, и мы с Еленой решили сами заняться этим вопросом - и занялись пошивом рубах. Сейчас мы развернули производство, и ходим в собственной продукции. Мне очень нравится эта рубаха, как и тебе. И приятно, что это сделано руками Елены в данном случае. Я себя хорошо очень чувствую в этой рубахе.

 

Давай перейдём к теме сегодняшней встречи. Мы продолжим наши исторические беседы. Я напомню, что я это называю логичная история. Мы в прошлый раз считали, когда же появился первый человек.

(ред.: Когда появилось человечество?http://poznavatelnoe.tv/enkov_kogda_human )

 

Напомню, что у нас там при самых суровых консервативных условиях получалось тысяча двести лет, это если четыре человека в семье. Или мы уносились в нулевой год от сегодняшнего, если три ребёнка в семье. Это максимум, потому что, минимум там получался четыреста, четыреста пятьдесят лет. И как зрители пишут - это с их расчётами сходится тоже. Это было просто проверить.

 

А сегодня мы так же логично попробуем порассуждать на тему, как люди жили, развивались, и дожили до такой жизни, которую мы сейчас наблюдаем в окно. Просто, видя, как жили наши бабушки, дедушки, какой уклад был жизненный. Например, есть такие элементарные вещи, даже если взять Древний Египет. Когда он был - другой вопрос. Нам в школе говорили, что Египет, это государство-лента - фактически все жили в Египте вдоль Нила. Все города, вот Каир стоит, и дальше по Нилу происходит всё развитие жизни, потому что в пустыне жить невозможно.

 

Если взять наши российские условия, то у нас в принципе то же самое. Главная река России - это Волга. И все крупнейшие города находятся на этой реке, на Волге. Только она не прямая, как Нил, а довольно извилистая.

 

А почему так было, что люди вдоль рек селились изначально? Какие функции выполняет вообще река в жизни людей?

 

Артём Войтенков: Первое - это непосредственно вода. Это пить. Без воды не проживёшь.

 

Дмитрий Еньков: Вода: это и питьё, и скотину накормить, плюс скот, плюс огород. Желательно, чтобы этот близко было, а не копать колодцы и таскать.

 

Елена Гоголь: Пища, рыба.

 

Дмитрий Еньков: Да, пища.

 

Елена Гоголь: И транспортная артерия.

 

Дмитрий Еньков: Транспорт. Можно ещё написать - стирка белья, например. Помните, женщины ходят до сих пор: мостки там, полоскать бельё, то есть, много утилитарных каких-то вещей. Что ещё? Водяные мельницы. Вода - это жизнь во всех смыслах.

 

Транспорт. Я почему на нём немножко хотел остановиться, потому что все думают, что весной, летом, осенью поплавали, а зимой всё, конец. На самом деле нет. Никто в древности не прорубал какие-то просеки по лесам, а сообщение было всегда только водное. Причём это и до сих пор сохранилось. Я всегда всех призываю посмотреть фильм, например, "Счастливые люди", есть такой в интернете. Который в своё время обогнал на конкурсе фильм Познера и Урганта, они сняли Оду Америке, а вот этот режиссёр снял фильм "Счастливые люди". Он занял первое место, несмотря на то, что Познер и Ургант выставили свой фильм про Америку, документальное кино это был конкурс. Там написано, что по рекам охотники добирались зимой до своих делянок.

 

Почему по рекам? Потому что, по лесу трудно, он всё-таки заросший, и никто там из мужиков не будет рубить себе просеки, чтобы там… Они сейчас на снегоходах на сотни километров стали ездить. У них охотничьи делянки размером с Москву, у одного охотника, на которых они там соболей собирают. Так они ездят по рекам. Реки до сих пор. Я наблюдал буквально прошлой осенью на водохранилище на Истринском: вода замёрзла, снег уже выпадал, но его сдувает со льда. Вот в лесах он остаётся. На полях даже снегозадержание проводят - выставляли раньше такие решёточки, чтобы там снег задерживался, иначе его сдувает. Но в то же время постепенно поля заваливает, поэтому по ним вешки раньше ставили. Я сам ходил по этим вешкам, кстати, помню: шаг в сторону ступаешь - и по пояс проваливаешься. А по рекам, с них сдувает, и по ним люди ездили, в том числе на лошадях. И ходили пешком, и ездили на лошадях. Подковывали лошадей, на санях было катание такое именно по рекам. То есть, транспортная составляющая тоже очень важна.

 

Но нам главное вывод, какой нужно сделать? Что всегда, когда ты основываешь какую-то деревню, например, новую. А когда её основывали? Когда много детей народится, и вокруг одной деревни начинает не хватать угодий, полей, лугов для выпаса скота, и так далее. И тогда отец говорит старшему сыну, или наоборот, младшему: "Слушайте, давайте, вы там соберётесь, и с дядей Петром пойдёте. Через пять километров вверх по реке, или вниз, там есть хорошие тоже места, такие же, как у нас. Обоснуем вам деревню, построим, вы будете там уже выпасать свой скот, а то у нас начинает не хватать уже делянок".

 

Потом между деревнями завязываются какие-то связи.

- Во-первых, родственные.

- Во-вторых, в одной деревне, например, глины много, там горшки лепят, а в другой кузнец, руда железная, подковы куёт. И те, у кого глины много или, например, у них большие пространства, где можно засеять пшеницу, а другие живут на краю леса, и те, у кого много пшеницы, обмениваются с теми грибами, грубо говоря, ягодами, а те им пшеницу в обмен дают, и так далее.

 

То есть, налаживаются такие отношения товарообмена, я уж не говорю просто, что жён берут из других деревень. Товарообмен – это как раз ключевое здесь было слово. Когда несколько деревень пытаются встречаться, чтобы чем-то обмениваться, то они начинают искать это место, где им лучше всего, удобнее было бы встретиться.

- "А что мы всё время к вам ездим? Давайте вы к нам".

Начинаются разборки. Лучше на каком-то месте встретиться определённом всем.

 

Артём Войтенков: Посерёдке между деревень.

 

Дмитрий Еньков: Да, самое простое напрашивается - давайте посередине встречаться. А посередине может оказаться лес, неудобный берег, и так далее. И вообще для обмена у кого-то больше глины, у кого-то кузнец, у кого-то пшеница. Лучше побольше народу, чтобы ты приехал один раз со своими горшками, и обменял сразу и на зерно, и на сапоги, одежду.

 

Артём Войтенков: Это и есть ярмарка, собственно говоря.

 

Дмитрий Еньков: Сейчас мы к этому вопросу подойдём. Если все живут вдоль рек. Где вдоль рек самое удобное место, где больше всего людей можно собрать?

 

Артём Войтенков: Где реки сливаются.

 

Дмитрий Еньков: Да, если просто взять речку. Вот одна деревня здесь, другая здесь, надо собраться. Все реки имеют какие-то притоки, как правило, и конечно, на этих притоках тоже стоят деревни, и лучше всего где-то вот в этом районе собираться, где перекрёсток рек. Это как сейчас перекрёсток дорог. Кстати, тоже, сейчас, на перекрёстке обычно выставляют (я сколько раз видел): мебель какую-то самодельную выносят, ещё что-то, и там эти дороги раздваиваются. Потому что, там больше народу съезжается, больше поток. А здесь вот договариваются на перекрёстках.

 

Совершенно правильно, у рек тоже есть перекрёстки. Поэтому мы сделаем такой вывод, что для обмена товарами люди собирались на перекрёстках, это очевидно. Никаких трудов никаких историков для этого изучать не обязательно. Теперь, как выбрать место на перекрёстке, где удобнее всего было бы обмениваться товарами? Берега тоже разные: где-то топкие, где-то заливает. А ведь подразумевается, что это место должно работать всегда, круглый год.

 

Артём Войтенков: Зимой нет, наверное.

 

Дмитрий Еньков: Зимой и стоять холодно, наверное, да. Поэтому, ярмарки, они всегда были, я это помню, летние. Вот на Украине, у меня там бабушка жила, ярмарки были летом два раза. Но они были летом, потому что тепло. Одна была в начале, и вторая после сбора урожая. Кто-то больше яблок собрал, а кто-то больше пшеницы, собрались, вы мне яблок, я вам пшеницы, поменялись. Опять же, лён к этому времени поспел, обработали, привезли, можно было продавать пряжу, в конце концов.

 

Елена Гоголь: Возвышенность, наверное.

 

Дмитрий Еньков: Да. Чтобы не затапливало всё-таки, мало ли чего, нужно, чтобы это было возвышение какое-то, желательно. А иначе, ты приплывёшь в следующий раз, а там разлив реки, и так далее. Допустим, у нас здесь вот какой-то холм был. А холмы на Руси как назывались?

 

Елена Гоголь: Яр.

 

Дмитрий Еньков: Да, яр. Собирались на яру. То есть, торговля, обмен, происходил на возвышенностях, которые у нас на Руси назывались ярами - на яру. И там происходили вот эти ярмарки. Вот интересно, что ярмарка, оказывается, непосредственно связана с местом её проведения, на яру. Задорнов в этом месте говорит, что у них маркет произошёл от ярмарки, а я скажу не так. У нас, может быть вы слышали, у меня так говорили бабушки-дедушки - ярманка, не Р, а Н здесь. Получается - яр манящий. Яр манил для обмена. Действительно, даже песни, помните, про ярмарки, краски, и так далее. Я, например, помню ярмарки, мне нравилось, потому что, мне там петушка покупали сосательного всегда, вы помните, на палочке. Там действительно весело. Там устраивали скоморохи свои какие-то действия, потеха публике, много народу всегда, ярко одеты опять же.

 

Артём Войтенков: Здесь можно по-другому сказать - яр марк, маркет по-английски.

 

Дмитрий Еньков: Потом действительно стало марк, да. Но было и такое употребление этого слова, чтобы люди помнили, что есть и вот это слово. Вот теперь интересно. Договорились встречаться здесь и обмениваться товарами на яру, и даже пусть уже назвали это ярмарками. Но где лучше всего встать, выгодное место какое? Вот, погрузили мы с вами из этой деревни пятнадцать мешков зерна, приплыли. Куда нам? Тащить их сюда, или прямо тут вот встать, у воды?

 

Артём Войтенков: Сначала выгружаешь всё у воды, а потом может куда-то перетащишь.

 

Дмитрий Еньков: А вот смотрите. Мы вытащили свои мешки, поставили. А кто-то приплыл из этой деревни, например, и привёз подковы свои, тоже мешок, а кто-то ткани целый рулон. Если вы стоите с мешками здесь, то мимо вас все идут, кто с подковами, кто с тканью. Они тоже приплывают: "О, слушай, у тебя что тут, пшеница? Мне два мешка. Давай четыре подковы на два мешка". Там как вы договоритесь.

 

Артём Войтенков: Самое выгодное место - у входа на ярмарку. Это даже я знаю, что самая дорогая аренда в торговых центрах - это у входа.

 

Дмитрий Еньков: Самая большая проходимость. Но, если мы говорим, что пока это только начиналось, в первые разы, то действительно напрашивается, что это должно быть здесь, где все приплывают. Потому что, тот, кто с подковами, он может, привёз несколько штук, он обменял, и уже уплыл обратно, всё. А если ты стоишь где-то далеко, то он до тебя уже не дойдёт. А вот если ты стоишь поближе к воде, у тебя самое лучшее место. Как раз мимо тебя все ходят, ты быстренько обменяешь, и уплывёшь. А далеко встанешь, может и вообще ничего не удастся поменять. Ты хотел лаптей там поменять на горшки - никто с горшками до тебя даже не дошёл.

 

Поэтому, самое выгодное место действительно было у воды. Это опять же, логично, мне кажется, не надо для этого читать труды чьи-то. Но, вопрос в том, что, смотрите, кто-то это смекнул один, кто-то другой смекнул. А как вот договориться когда приплывать? Можно сказать, давай через десять дней встречаться. Там почесали: "Я за десять дней столько горшков не понаделаю, например, Или столько-то тканей не натку, столько подков не выкую. Давай какое-то другое мерило". Возможно, на этом я не настаиваю, по луне ориентироваться. Полная луна - давай в эти дни и встречаться. У нас в России луна месяцем называется, а полнолуние каждые двадцать восемь дней, примерно раз в месяц.

 

И мне даже кажется, сейчас, как версию скажу, что именно благодаря вот этому обмену календарь-то и придумывали. И месяц появился вот этот. Потому что, в обычной жизни человеку даты не важны вообще. Мне говорили на это: "А как сеять?" Тебе не важно, сегодня пятнадцатое апреля, или восьмое мая. Если снег уже сошёл, земля прогрелась и готова, ты можешь идти, и начинать сеять. Тебе календарь для этого не нужен. А тем более, праздники там какие-то отмечать. Собрал урожай - празднуй. Не собрал - с чего тебе праздновать?

 

Елена Гоголь: Были народные приметы: подснежник отцвёл - можно сеять.

 

Дмитрий Еньков: Да, птицы прилетели. Вот такие были приметы, по чему примечали. А конкретную дату нужно было для того, чтобы все в один день приплыли. А ты когда? Я вчера приплыл. А я три дня назад, и мы ничего с тобой не поменяли. Нужно было конкретно договариваться на какие-то даты. Поэтому, видимо, как предположение, календарь пошёл от того, что нужно было в одно время из разных мест собираться в одном месте, как раз для обмена. Я кстати, не называю это торговлей, заметьте. Я думаю, что тогда были другие отношения. Денег ещё не было, называли просто - кто на что готов поменять. Если ты готов восемь лаптей на три подковы поменять, пожалуйста, меняй. Это неудобно, согласен, потому что тот, кто подковы привёз, он может, хотел зерно взять. Поэтому, постепенно так вырабатывали какие-то там меры единые. Может быть, через зерно, например, всё это делали.

 

Артём Войтенков: Нет, ну должны быть какие-то измерения, мерила?

 

Елена Гоголь: Может через зерно, потому что, пшеница нужна всем.

 

Артём Войтенков: Так раньше было. Раньше мерили в пшенице, я не помню, какими мерами, и в головах скота. Скот можно съесть, пшеницу можно съесть. Вот, собственно говоря, это были деньги, которые можно съесть, в отличие от золота, которое есть нельзя. Ещё в дополнение я скажу, что город Минск, который сейчас столица Белоруссии, назывался Менск. И официальная история это всё приписывает к реке, как бы от реки Менега. Хотя совершенно понятно, выходит, и ты сейчас объясняешь, Менск - там менялись.

 

Дмитрий Еньков: Место обмена. На Руси это называлось ярмарки, а на Белой Руси - это место мены. Вот и объяснение, так что, сейчас, может быть, для кого-то это было открытие. Действительно, я хотел об этом сказать, ну ладно, видишь, ты тоже обратил на это внимание. Кстати, переименовали его, по-моему, в 39-ом, совсем недавно.

 

Продолжим тему - где вставать выгоднее. Представляете, договорились, когда полная луна, мы уже выяснили, вероятно, к этому привязывались. И вот под утро приплывают мужики. Там первый кто-то встал и продал выгодно свои горшки, или обменял их на что-то. В следующий раз человек, который тоже был, например, с горшками, но встал подальше, ему не удалось все горшки реализовать. Встану-ка я пораньше. Этот во сколько приплыл? На заре, а я пораньше встану, за полночь. И он приплыл пораньше того. Тот тоже в следующий раз горшки привёз, а место уже занято у воды поближе.

 

Я думаю, как люди поступали? Например, глава семейства говорил старшему сыну: "Слушай, я позапрошлый раз нормально горшки продал, а прошлый раз не все удалось, потому что, место-то занял с той деревни, вверх по течению. Давай-ка ты сегодня с вечера греби туда, а я завтра подвезу уже мешки". И сын с вечера стал место там занимать, а отец утром подвёз свои горшки, или мешки с зерном, и так далее. Вот, они там заняли это место, продали. Другие посмотрели - тоже стали с вечера приплывать. Потом решили, давай-ка своё место вот это, чтобы уж точно никто не встал, ни с вечера, никогда, застолбим. Давай, столбы вкопаем, какую-нибудь там лавчоночку, навесик. Семья у нас шестнадцать человек, как мы прошлый раз говорили, а не четыре. И давай-ка ты вот летом, прямо с мая, грубо говоря, плыви туда. Давай засеем, и сплаваем туда, и вобьём колья, шалаш там сделаем, и ты живи даже с молодой женой там, например, или первоначально без жены, а я буду просто каждую луну новую привозить тебе товары для обмена. Может быть, и продукты, может горшки, и так далее. Стали так делать. Построили там какую-то лавчонку.

 

Из других деревень тоже посмотрели, рядом тоже вбили свои колья вокруг, стали обустраиваться. Появились какие-то ряды уже тех, кто первый там додумался до этого обмена. А потом осенью все уплыли, а по весне приплыли, а там всё, то ли вода унесла, то ли кто-то там чужие колья повыбрасывал, оставил только свои, перенёс поближе, сказал, я ничего не знаю, так сказать.

 

Тогда следующим шагом, если у тебя шестнадцать человек в семье: "Слушай, Василий, давай так. Нас шестнадцать человек в семье (я бы так сделал, во всяком случае), давай-ка ты прямо с женой со своей, мы там тебе срубим небольшой домик, может маленький. На первом этаже место, куда мы будем тебе привозить, а вы там на втором будете с женой, например, жить под крышей. И будете там всё время, а то видишь как, кто-то там приплыл, наши колья повыдёргивал с прошлого года. От нас не убудет, мы и вас прокормим двоих запросто, а зато место, чтобы гарантировано могли всё продать, обменять".

 

И вот так одни там построились - стали жить постоянно. Вообще постоянно. Следующие, следующие - выстроились целые там уже ряды вдоль реки первые, нижние. К ним привозили что-то, а они держали вот это место.

 

Дмитрий Еньков: Мало того, напрашивается интересный вывод отсюда. Однажды сын бы сказал отцу: "Слушай, что мы тут дурака валяем? Тут место неудобное, например, потому что холм яр этот, мы здесь ничего возделывать не можем и вокруг нас тоже все понаделали таких же. Но, например, если вы горшков понаделаете, а мы их здесь можем с женой сидеть и раскрашивать. Вы нам везите горшки готовые и не раз в три луны, а просто привозите много. А мы будем их красиво раскрашивать. А когда на ярмарку все через какое-то время приплывут, мы их выставим уже готовые горшки. И наши будут не просто из глины, а мы их раскрасим, они будут красивее всех".

 

Елена Гоголь: Развитие декоративного искусства пошло.

 

Дмитрий Еньков: Не просто декоративного. Смотрите, а кто-то сказал своим: "Слушай, ты вези нам, допустим, лён, ткань, а мы с женой будем кроить её и сшивать рубашки, чтобы не вы там, потому что вы нас кормите просто потому, что мы держим место". Напрашивается, у русских, во всяком случае, что давай мы чем-то тоже будем помогать семье. И им стали возить, не важно, когда луна наступает очередная. Привезли ткани, они там кроят. А потом просто им стали возить из их деревни, например, нить и они тут стали делать станки, и уже даже делать материю здесь же на месте. Прясть, ткать, например, вышивать, потому что здесь поле для того, чтобы собрать урожай, посеять этот лён, собрать его, обработать (лён сложно обрабатывается), обмолотить зерно, например. А это всё можно сюда свести этим, так сказать, бездельникам, чтобы они тут не бездельничали, начинают это всё обрабатывать на местах, на этих ярах.

 

Мало того, кто-то здесь начинает устанавливать правила иначе тут много одних и тех же может, например, приплывать людей с теми же горшками. Слушай, у нас горшечников полно, давайте нам нужно тут больше запросов на зерно, на подковы, поэтому вы лучше на другой перекрёсток плавайте здесь и так конкуренция большая, мы только начинаем мешать друг другу. А кто эти правила будет устанавливать? Те, кто более других как-то выделяются, более ярый даже. На яру кто более ярый, тот правила и устанавливает. И вот из этих людей, из более ярых, стали кто появляться?

 

Артём Войтенков: Бояре.

 

Дмитрий Еньков: Бояре. Давайте это слово тоже напишем. У нас уже яр, ярмарка, то есть начинает складываться какое-то уже управление на этом яру. Для этого не надо читать Ключевского, Соловьёва это всё, по-моему, элементарно. Которые как-то начинают этим управляться, говорить: "Слушайте, давайте второй ряд рядов поставим, в конце концов, ещё выше третий". Давайте попробуем уже это перенести в наши реалии, перейти, например, в центр Москвы на Красную площадь и увидеть там в центре Красной площади не Мавзолей Ленина или Кремль, например, а верхние торговые ряды, которые называются ГУМ. А чуть ниже перед собором Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву стоят средние торговые ряды, сейчас они не функционируют, там краны, что-то строят. А ещё ниже были нижние торговые ряды, от них сейчас вообще ничего не осталось, но они там были. Их снесли, кстати, в первую очередь, дальше всё перебралось в средние, там же Гостиный двор - тоже торговые ряды классические причём, двухэтажные. Первый этаж лавка, а второй там, где живут эти самые люди.

 

Артём Войтенков: Собственно говоря, любой центр города старого там всегда стоят торговые ряды. Где они остались, они остались и стоят прямо в центре типичные.

 

Дмитрий Еньков: Да, это ещё одно интересное открытие, что оказывается в центре городов не администрации и Красные площади находятся, а торговые ряды.

 

Артём Войтенков: И то и другое.

 

Дмитрий Еньков: Да, то есть бояре и торговцы оккупировали центры всех городов. Мы говорим о том, что все города, они по такому принципу строились. И сейчас, если посмотреть, каждый на свой город сейчас посмотрит, из наших зрителей, то он неожиданно выяснит, что он живет, оказывается на стрелке, во всяком случае, центр его города находится на стрелке рек.

 

Артём Войтенков: Не все, кстати. Не все города. Много городов, я с тобой согласен, находятся именно на слиянии нескольких рек. Например, Великий Новгород, он на впадении Волхова в озеро Ильмень. Там, кстати, тоже в центре стоит с одной стороны Кремль, а с другой стороны реки стоят торговые ряды.

 

Дмитрий Еньков: Ну что далеко ходить - Москва. Кремль, он просто омывается (правда её сейчас убрали в трубу) - Неглинка, на перекрёстке стоит Кремль. Про Кремль, я думаю, у нас будет тема, может быть даже отдельной встречи, мы как раз поговорим. Потому что там всё не так просто. Там есть с одной стороны Яуза, а с другой Неглинка, и мы поговорим о том, как они между собой соперничали, что из этого вышло.

 

А сейчас вернёмся к тому, что многие города стоят на стрелке. Например, какой город в связи с этим нашим яром приходит на ум в первую очередь? Я начну его название писать Яр…

 

Елена Гоголь: Ярославль.

 

Дмитрий Еньков: Ярославль. Интересно, что если посмотреть на карту нашей государственно образующей реки Волги, то Ярославль, он занимает очень важное положение стратегическое. В центре Руси, Волга вниз уходит, Волга вверх уходит. Он стоит на перекрёстке рек Которосли и Волги, то есть отвечает всем нашим предположениям, где стали появляться торговые центры, которые позже стали называться городами. Он стоит на возвышенном месте. Другое дело, что в Ярославе вот какая штука есть. Там я недавно просто проверил, буквально недавно, несколько дней назад у своих знакомых, которые сказали.

Я говорил: "Слушайте, только единственное, что в Ярославле разбомбили весь Кремль, ничего от него почти не оставили".

А мне люди говорят: "Как же, я только что был в ярославском Кремле".

А вот это большая ошибка. На самом деле Кремля в Ярославле нет. Вот здесь стоит монастырь, куда водят людей. И я как-то у экскурсовода спросил: "Ну а что же вы говорите, что это Кремль, а это же не Кремль, это монастырь".

А она мне говорит: "Нет, мы не говорим, что это Кремль, это и есть монастырь".

Но все уезжают с представлением, что они побывали в ярославском Кремле почему-то".

 

Но если вы посмотрите, прямо сейчас откроете карту Ярославля, то вы увидите строение улиц интересное. Здесь вот так улица идёт вдоль Волги. Улица явно шла вдоль изгороди, она не просто так такая полукруглая здесь вот. А на самом деле здесь были такие вот башни, была стена. Вот эта башня, кстати, центральная, она осталась, она сейчас стоит посредине Ярославля, от неё ответвления такие. Она в центре прямо, можно тоже посмотреть её. А вот здесь на берегу Волги напротив вот этой башни стоит ещё одна башня от этого бывшего Кремля. А он по размерам вполне такой столичный Кремль. Он больше московского Кремля, даже больше, наверное, чем московский Кремль вместе с Китай-городом. Почему я об этом говорю? Потому что это название, оно сразу выделяет Ярославль. Если более ярый, те кто на яру был это бояре, управленцы, то город, который назвал себя Ярославлем это, наверное, самый ярый город. То есть напрашиваются его даже столичные функции, а вовсе не Москва.

 

Артём Войтенков: Не обязательно. Центр торговли, так скажем, деловой центр Америки это Нью-Йорк, а столица Вашингтон.

 

Дмитрий Еньков: У нас всё к рекам привязано, к реке Волга точнее. Я просто к тому, что Москва не могла иметь столичных функций. Нам говорят: "Как Москва получила статут столицы?" Она находилась на перекрёстке торговых путей, она в центре где-то, я читал такую информацию. На самом деле Москва никак не могла из-за этого получить статус столицы, потому что она находилась далеко от Волги. То есть столицей России мог быть город, который стоял на Волге, или он должен был быть с ней соединён. То есть если у вас каналы есть с Волгой, тогда вы можете быть, на что-то претендовать, а если нет, то отдыхайте.

 

Да, договорим про башню. Вот здесь на берегу стоит башня называется Арсенальная, в ней сейчас находится ресторан. Можно посмотреть на её фотографию. Её замаскировали изо всех сил. Она сейчас выглядит просто трёхэтажным домиком с крышей, с окошками и так далее. А на самом деле это Арсенальная башня, это остаток от этой крепости Кремля, который так и выглядел, огромный Кремль просто от которого сейчас только две башни осталось. И даже напрашивается вопрос: а зачем это всё было уничтожать, настолько уничтожать память о Ярославле? Когда стал читать историю, оказалось, что примерно 100 лет назад Ярославль подвергся жесточайшему разгрому - уничтожали эти стены, башни и даже там несколько…

 

Артём Войтенков: Ты имеешь в виду советское время как раз?

 

Дмитрий Еньков: Да. Во время переворота 17-го года плюс, минус там и Гражданской войны. Мало того, к нему подогнали несколько барж с экспонатами музейными, то есть там какие-то старые пушки были, много каких-то разных древностей, но их тоже все подорвали, они все затонули, все исчезли. Здесь состоялось уничтожение исторической памяти о столице, видимо, я предполагаю во всяком случае.

 

Да, ну и можно посмотреть на другие города. Ярославль. Нижний Новгород - самая известная стрелка у нас на этом в России - Ока и Волга та же самая. Здесь интересно, например, рассказать буквально два слова о Казани. Казань, она тоже стоит, сейчас если нас смотрят жители Казани, они сразу скажут: "Река Казанка и Волга". Но до этого Казань стояла не на этом месте. А это место тоже легко найти, где стояла раньше Казань, потому что мы уже знаем, где искать - перекрёсток. Интересно, выдержим двухсекундную паузу, жители Казани смогут сейчас сказать, где раньше Казань? Наверное, они знают. А кто-то другие люди сейчас смогут сказать? Смотрите, напротив, здесь сейчас находится Казань, здесь Казанка впадает. А чуть выше по течению на противоположном берегу ещё одна река впадает. Можно посмотреть сейчас на карте. И вот здесь находится город. У него до сих пор название Иннополис. И если укрупнить карту там даже улица какая-то Слобода, ещё что-то. Казань раньше была вот здесь и называлась Иннополис. Интересное название, кстати, да? Вовсе даже какое-то и наше, что-то даже отдаёт какой-то античностью, я бы сказал.

 

Артём Войтенков: У нас много античных городов. Андриаполь…

 

Дмитрий Еньков: Довольно новый город. Каргополь, Севастополь.

 

Артём Войтенков: Каргополь, в Астраханской, по-моему, области, где-то на севере Каргополь.

 

Дмитрий Еньков: Да, у нас есть такие города, их ещё не совсем стёрли с лица земли.

 

Елена Гоголь: Тирасполь.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот здесь она раньше находилась, а почему её перенесли? Тоже интересный момент, мы вначале об этом говорили, где же надо сплываться для обмена. А потому что здесь низина. Видимо здесь изначально начали товарообмен, а потом как-то приплыли, а здесь всё затопило. Здесь действительно более низменное место. И тогда перешли чуть дальше, опять же на перекрёсток с рекой Казанка и основали здесь город Казань.

 

То есть каждый сейчас может по своему городу. Ещё раз говорю, Москва-река отвечает. Какие-то города действительно не отвечают. Но что интересно, что крупные города, которые мы знаем, крупнейшие в России миллионники, они все почти отвечают вот этому именно требованию. А остальные, они не получились вот такие крупные города, потому что не хватало им перекрёстков для того, чтобы можно было сплываться. Потом, когда развился уже транспорт, техника, тогда мы стали создавать крупные города и без этого условия. Но все первоначальные старые русские города особенно крупные, которые почти имели столичный статус, а мы знаем, что столица переходила: то Владимир был крупный, то Суздаль. Они все, кстати, опять же Волга, опять же перекрёстки и так далее. Это интересный момент, на который мало кто внимание обращает.

 

Но закончить я хотел вот чем. Мы уже сказали, что те, кто начинал жить в этих городах, на этих торговых рядах, они говорили: "Давайте мы что-то будем делать, раскрашивать горшки, ткани делать и так далее". Постепенно у них рождались дети, у этих людей, которые там оставались на ярмарках жить на отдельных городах. Они стали уже жить не прямо на торговых местах, а стали поодаль строить себе вокруг дома.

 

Артём Войтенков: А, шумно там, орут все что-то. Да? На ярмарке-то…

 

Дмитрий Еньков: Опять же понимаешь, тут у тебя всё заточено под торговлю, тут лавка важна. А дом подразумевает всё-таки другое, чтобы там печка была, чтобы там хоть какую-то скотину завести, чтобы детям было где жить. Дом и место торговли - всё-таки немножко разные вещи. К тому же кто-то уже смог несколько открыть лавочек, жить в одном месте, чтобы у него может быть даже, помните, приказчики стали наёмные появляться и так далее.

 

Этот момент, что первоначально бездельники говорили, что давайте мы будем что-то делать, помогать, оно стало постепенно перерастать в то, что, слушайте, можете уже побольше привозить ткани, а мы побольше рубах понаделаем. И у меня дети появились, кого-то можем нанять, в конце концов, нам будут помогать, мы побольше рубах успеем к следующей ярмарке, к следующей луне понаделать, или побольше горшков пораскрашивать. И получилось так, что эти деревни, которые были по берегам рек, они стали просто поставлять фактически сырьё или полуфабрикаты на эти яры, или будем их уже называть городами. Где начали обрабатывать это всё, строить уже, можно сказать, сначала цеха, это были ремесленные, а потом они стали перерастать в фабрики и так далее.

 

Артём Войтенков: То есть получается у тебя с одной стороны сельское хозяйство и сырьё, а город - это промышленный и торговый центр.

 

Дмитрий Еньков: Да. Но как он стал? Именно так он и стал. В общем-то, это очевидные вещи, но почему-то так стройно никто никогда это почему-то не говорил людям, что вот так оно всё и происходило постепенно - из таких торговцев стали появляться промышленники и фабриканты, сначала цеха.

 

Но теперь вот какой интересный момент. Ведь мы знаем промышленников и предпринимателей наших типа Савва Морозов, это всего лишь сто с небольшим лет назад. В общем, известные русские фабриканты не так уж и давно появились, я просто хочу сказать. То есть эти города, первоначально бывшие с какими-то простыми может быть станочками деревянными, постепенно стали появляться паровые машины, они стали перерастать в какие-то более сложные станки. Но это всё дела не такого уж и давнего времени, это всё очень недавно появилось.

 

То есть можно предположить, что в течение то, что я рассказал на самом деле, появление таких торговых рядов, ярмарок - это достаточно одного поколения, чтобы до всего этого дойти. То есть давайте начнём сплываться, а давайте застолбим место, давайте уже домик построим, лавочку небольшую, пусть там семья живёт.

И они тут же говорят: "Слушай, мы тут два года уже живём, ничего не делаем, давай мы горшки будем раскрашивать, а давай много горшков".

Кто-то говорит: "А давай мы тут будем плести ткань, кроить".

Уже ремесленные цеха. Это в течение жизни одного поколения можно додуматься до этого всего, и перейти от каких-то деревенских небольших ручных производств уже к крупным цехам ремесленным, а потом и к фабрикам. Буквально 25-30, 100 лет уже с лихвой, чтобы уже появились мощные промышленные заводы для того, чтобы выпускать то, что делал, например, тот же Морозов на своих фабриках. То есть это моментальное какое-то развитие на самом деле, не такое оно и длинное.

 

Елена Гоголь: А как же технологическая научная база? Ведь нельзя создавать механизмы, не имея испытательной и научной базы какой-то, инженерной мысли. Это, по-моему, очень длительный период.

 

Дмитрий Еньков: Интересно, что практически всё, что мы знаем сегодня, все паровые машины, станки и прочее – продукт XIX-го века, то есть это был взрыв. А взрыв, понятно теперь после того, что я тут рассказал, он видимо произошёл как раз потому, что люди стали приплывать сюда. А до этого получается, что люди никогда не вели торговлю, и не было тогда, получается, этих деревень, откуда все сплывались на эти перекрёстки. То есть технологический взрыв XIX-го века объясняется тем, что люди стали активно обмениваться товарами. И те, кто жил на ярмарках, стали больше прикладывать дополнительный труд, как Маркс написал: "Добавленной стоимости к этому" - к продукту изначальному, то есть к полуфабрикатам или к чему-то прикладывать. И тут появилось и развитие общества и тут же капитализм, кстати, возник тогда же в XIX-ом веке. Я даже думаю вот ещё что, что те, кто здесь особо преуспел, может быть когда-то, например, у него уродился лён в этом году, а больше ни у кого не уродился. Кстати, о льне хочу сказать, что он оказывается на одном и том же месте может сеяться только раз в 7 лет. То есть это нужны обширные поля, чтобы иметь довольно много льна. Ты его должен в этом году в этом месте посеять, потом в этом, потом в этом. Это какие огромные должны быть поля?

 

Елена Гоголь: На следующий год горох, допустим, просо, и только раз в сеть лет…

 

Дмитрий Еньков: Да. И только через 7 лет ты можешь вернуться на то же это поле. А ведь льна надо много. У кого-то было больше места, чтобы позволить себе лён сеять раз в 7 лет на одном и том же месте, у кого-то он не уродился в этом году, ещё что-то. И он, например, так могло быть и с горшками, и с подковами, и с чем угодно, с пшеницей. У кого-то лён уродился, и он в этом году поднялся на этом льне, как сейчас это говорят, - больше мест себе, потому что все к нему шли.

- "Слушай, давай Гришку, ещё вези этого Аркашку. Рядом их, ещё где-то поставил, потому что я один не справляюсь, столько льна не смогу продать".

 

Больше точек у него получилось. Больше точек - больше других товаров получилось. Больше других товаров некуда девать - начинаешь на зерно менять, или начинаешь придумывать меновые эквиваленты. Сейчас это называется деньгами, а раньше использовали, например, палочки. Брали одну продолговатую палочку и на ней делали зарубки, почему слово рубль пошло. Нам пытаются сказать, что это, потому что рубили золото или что-то топорами. На самом деле нет. Делали на продолговатых палочках зарубки, а потом палочки расщепляли, и зарубки на двух палочках оставались одинаковые. То есть человек, потом мог придти и сказать: "Слушай, вот та палочка, по которой я тебе когда-то два мешка зерна отдавал. То есть это эквивалент, эта палочка, двух мешков зерна, а я сейчас хочу, например, у тебя на горшки поменять этот эквивалент. Помнишь, он же у меня остался". Прикладывал ту палочку - да это та самая и есть. Но это неудобная форма, поэтому искали другие, перешли к тем деньгам, которые мы сейчас знаем, но рубль пошёл именно отсюда.

 

Артём Войтенков: Кстати, ещё любопытно, что выражение: "Заруби себе на носу". ЗА-РУ-БИ - не на носу человеческом носу. Я читал такое исследование, что это была дощечка "нос". То есть купцы носили с собой дощечку и на ней делали зарубки. "Заруби себе на носу" - это заруби себе на этой дощечке.

 

Дмитрий Еньков: Да. Носили эти дощечки с зарубками, всё верно. Давайте на сегодня на этом и остановимся. Мы рассказали, как возникали города, что в центре городов находится, откуда взялись слова "ярмарка", "бояре", Ярославль тот же город. А пока пусть каждый посмотрит на свои города. Мы может быть ещё эту тему продолжим в следующие разы. Поймём, как те, кто жили в этих самых городах, распространяли своё влияние какое-то на окрестности.

 

Артём Войтенков: То, что ты сейчас рассказал, оно в отличие от прошлого выступления, оно не слишком противоречит официальной истории. Там ты говорил, что человечество появилось где-то 1000 лет назад, примерно. То здесь примерно официальная история то же самое объясняет. Единственное, что в официальной истории основной упор делается на безопасность и военную силу. Сначала где-то там, на острове, огораживались, делали крепость, Кремль, а там вокруг торговые ряды возникали, поселения и всё такое прочее. То есть у них просто упор идёт на военную силу. У тебя же без всяких воинов, дружин, бояр и князей объясняется, что всё делается. Просто люди сами живут, у них есть потребности обмена и, соответственно, это приводит к появлению городов, торговых рядов, и даже производства в этих городах.

 

Дмитрий Еньков: Да, но как раз о военной составляющей, это действительно очень важно, мы, наверное, поговорим в следующий раз.

 

Набор текста: Наталья Малыгина, Маргарита Надточиева

Редакция: Наталья Ризаева

 

Познавательное ТВ - образовательное телевидение для тех, кто хочет понять тайны политики и глобального управления, разобраться с секретами денег и мировых банкиров, выяснить, кто стоит за возникновением государств и падением империй. Смотрите на нашем канале и сайте http://poznavatelnoe.tv Мы не зарабатываем деньги, а распространяем знания. Если вам нравится Познавательное ТВ, можете нам помочь:

VISA: 4276 3800 1161 4356

Яндекс-деньги: 410011955138747

QIWI: +7 925 460 1909

WebMoney рубль: R142363945834

WebMoney доллар: Z182191503707

WebMoney евро: E344386089713

PayPal: info@poznavatelnoe.tv

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (636 мб)
Видео MP4 640x360 (238 мб)
Видео MP4 320х180 (130 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (10 мб)
Звук 32kbps MP3 (10 мб)
Звук 64kbps MP3 (20 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (30 мб)

Текст:
EPUB (427.81 КБ)
FB2 (611.94 КБ)
RTF (245.93 КБ)

Когда появилось человечество?

При простых подсчётах получается, что человечество имеет совсем небольшой возраст.
Таблица Енькова показывает, что первый человек появился не миллионы лет назад, а в совсем недавнем прошлом.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Когда появилось человечество?

Неудобная история

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_kogda_human

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков – Партия Великое Отечество

Елена Гоголь

Артём Войтенков – Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артём Войтенков: Дмитрий, мы с тобой встречаемся в очередной раз. Раньше мы с тобой беседовали по поводу экономики, и даже у нас сериал был "Банковские тайны", в котором ты и другие рассказчики объясняли, как работает банковская система. Сейчас у нас разговор пойдёт на другую тему, а именно на тему истории.

 

Дмитрий Еньков: Да, потому что экономика это интересно, но кому-то, наверное, интересны исторические вещи. И мы попробуем, так же, как и по экономическим вопросам, рассказать некоторые аспекты исторических взглядов. Не столько фактов, а именно взглядов на историю. Я называю это логическая история. Почему логическая? Потому что, когда сейчас изучают историю, то всё основано в основном на подходах каких-то предыдущих историков.

- Кто-то опирается на школу, например, Соловьёва, и говорит, что это было так.

- А кто-то опирается на школу каких-то других историков. Например, сейчас часто упоминают, что Ломоносов писал историю России, которую переделывали.

 

И тогда получается какая-то неизвестность - кто как напишет, так люди это интерпретируют. А я предлагаю немножечко попробовать подойти к истории с точки зрения логики. Логики сегодня, например, даже математики. И начать с такого вопроса: когда появился человек вообще на Земле? У нас сейчас есть какие-то материалы архивные, исторические. И вот как раз из тех самых работ, которые я упоминал, может быть. А есть другие способы. Например, мы брали численность людей на начало этого века, на начало прошлого века, на тысяча восьмисотый год, и пробовали эту корреляцию внести туда дальше в века, какую-то найти зависимость. Это один из вариантов, предлагаю зрителям попробовать, эти данные есть в интернете, о численности населения.

 

А потом вдруг неожиданно пришла такая интересная мысль: попробовать считать не от сегодняшнего времени назад, а просто прикинуть, что жил на Земле Первый человек, от него стали рождаться другие люди, как это нам описывают даже священные источники. И сейчас нас на Земле примерно сколько? Около семи миллиардов. То есть, за какое время люди от Первого человека достигнут вот этих искомых семи миллиардов сегодня.

 

Естественно, что от одного человека люди не могли произойти, нужно было мужчину и женщину, как минимум, а лучше даже, чтобы это было несколько семей. Например, три семьи. Почему три? Это кстати тоже интересный момент. Например, у нас сейчас на Земле три расы. Или, например, в Библии написано, если кто-то не помнит, что были, конечно, Адам и Ева, но когда они дошли до всемирного потопа, то выжили только Ной и три его сына. То есть, на Ковчег взошли Ной с женой, написано в Библии, и каждый из сыновей тоже с жёнами. То есть, от его сыновей собственно, Сим, Хам и Иафет, произошли все люди. И даже говорят, что три расы произошли именно оттуда.

 

Сейчас я запишу первоначально эти условия. Три семьи нам нужно изначально. Как в математике, дано: три семьи - шесть человек итого. И дальше от них стали рождаться дети, и стали появляться мы. Сколько детей записать каждой семье? Сейчас у нас рождаемость крайне низкая. Вот я единственный ребёнок в семье. Я знаю много таких же примеров - по двое максимум детей. Например, у моей мамы было трое человек, то есть, она была третьим ребёнком в семье, и у неё было два брата. А вот у её мамы, моей бабушки, было, мама говорит, что десять родилось, выжило семеро. То есть, интересно: семь, три, и я вот сейчас один.

 

Но вообще, если мы посмотрим фотографии начала прошлого века, конец позапрошлого, там видно, что семьи были очень большие крестьянские - по одиннадцать детей, по шестнадцать. Это вообще было нормой около десяти детей. Как раз у бабушки было десять человек, из них шестеро выжило. Говорят, что медицина была плохая, ещё что-то, но вот шесть выжило, однако же. Можно посмотреть фотографии царской семьи, Александра III, Николая II, то есть, семьи были большие.

 

Но мы не будем брать шестнадцать, и даже десять не будем. Я вот для своих расчётов предлагаю взять по четыре человека, по четыре ребёнка. Это тоже сильно пригодится. Когда я это рассказываю, а я уже не первый раз говорю об этом, то мне говорят: "Слушай, ты не учитываешь войны, эпидемии, смертность во младенчестве". А я как раз говорю, что если бы я взял вот эти десять, или шестнадцать человек, то да, - я взял бы впритык. А на самом деле семьи были действительно, допустим, десять человек, из них два умерли во младенчестве, трое ушли на войну, кто-то ещё не дожил до какого возраста? До того возраста, когда они сами могли завести детей. Каждый из них мог создать семью, и тоже родить четыре ребёнка. Просто усредняем это.

 

Итого, у нас дано получается какое?

- Три семьи изначально было когда-то, когда, мы попытаемся выяснить.

- В каждой из них рождалось по четыре ребёнка.

 

Теперь, какой интервал брать на рождение детей? Нам говорят, что смена поколений происходит раз в двадцать пять лет. Двадцать пять лет - интервал. Но я на самом деле предлагаю даже не двадцать пять лет, а увеличить его до сорока. Потому что, допустим, поженились в возрасте шестнадцать, восемнадцать лет, первого ребёнка родили, он у них в двадцать только родился.

 

Артём Войтенков: Я тебя дополню. Двадцать пять лет - это для современных людей, когда рождаются два ребёнка. Они как раз рождаются где-то до двадцати пяти лет, в среднем, условно.

 

Дмитрий Еньков: Да. Если мы возьмём семью, в которой, допустим, десять человек, представь, когда-то может и двойня, и тройня родиться, но так вот в среднем, раз в полтора, два-три года, чтобы родить десятерых, это около двадцати лет.

 

Артём Войтенков: И получается сорок-сорок пять.

 

Дмитрий Еньков: Да, возьмём на всякий случай, мы потом и другие интервалы рассмотрим, но сейчас возьмём интервал сорок лет. Итак, у нас есть три параметра. И в принципе каждый сейчас из зрителей может сесть, забить это всё в таблицу экселевскую, и посчитать, через какое время при вот этих вот заданных параметрах, с шести человек мы придем примерно к семи миллиардам. Не будем мучить наших телезрителей, а сразу покажем таблицу.

 

Артём Войтенков: То есть, ты взял четырёх детей, это как бы с учётом естественной убыли населения. То есть, войны, эпидемии

 

Дмитрий Еньков: Младенческая смертность.

 

Артём Войтенков: Там всё, что угодно, наводнения, потопы, голод, и всё такое прочее. И это как бы вот четыре ребёнка - это голый остаток.

 

Дмитрий Еньков: Как считать в каждом интервале. Вот прошло сорок лет, сколько человек считать? Например, если взять три семьи, давайте сначала на бумаге это распишем. Три семьи - шесть человек. Для примера просто. Изначально было количество семей – три.

Количество детей в семье, мы договорились - четыре считать.

Итого получается, что в интервале сорок лет них родится двенадцать детей.

В трёх семьях по четыре - получается двенадцать.

Но всего в этом интервале людей будет, родители-то ещё живы, и дети, мы их так и посчитаем - шесть человек, и двенадцать, итого - восемнадцать человек общая численность в каждом интервале.

 

Но чтобы перейти к следующему шагу, прошло ещё сорок лет, то есть, от начальной даты восемьдесят. Сколько у нас семей? Мы не будем считать уже первых родителей, они стали бабушками и дедушками, можно их не считать, можно считать. Двенадцать детей - сколько семей они смогут образовать? Шесть. Значит, записываем сюда шесть семей. Этот момент очень важно как раз понять, что двенадцать детей дадут шесть семей.

 

Опять - четыре человека у нас всегда будет оставаться. А детей: шестью четыре - двадцать четыре получится. Но двадцать четыре, прибавляем двенадцать человек родителей, шесть семей по два человека - получается тридцать шесть. И вот тут я бабушек и дедушек уже вычёркиваю, будем считать, что они уже как бы умерли, чтобы нам легче было. И вот теперь вот этот алгоритм, который я рассказал, перенесём бесконечно: сорок, восемьдесят, следующий шаг у нас будет сто двадцать лет - крупно, такими шагами будем идти. Вот посмотрим, какая получилась в результате таблица.

 

Мы с вами приходим к цифре, что количество детей 6 442 450 000, то есть, почти семь миллиардов у нас выходит через, примерно, тысяча двести лет от вот этих первых трёх семей. То есть, их можно двигать как угодно, ко временам Ноя, Адама, с любого времени начинать. Но семь миллиардов примерно, только детей. Потому что, если считать родители и дети, то эта цифра. А всего человек в этот момент на Земле - девять миллиардов шестьсот шестьдесят три тысячи, шестьсот семьдесят шесть. Именно миллиардов. Это каждый может взять сейчас сесть, забить в Эксель таблицу. Таблица элементарная, каждый может взять, и посчитать. Получается, что при таких условиях, человечество появилось всего лишь тысячу двести лет назад.

 

Какими параметрами можно играть? Действительно, количеством детей, можно брать больше, меньше, и вот мы зрителям покажем сейчас вариации как раз на эту тему. Но я предлагаю начать не с детей, всё-таки. Ещё раз - дети, четыре человека, мне кажется, оптимально, я уже объяснял, почему. А вот попробуем вот этот сократить, возраст. Допустим, они четырёх сделали с восемнадцати лет до двадцати двух, например. Хотя бы тридцать возьмём, не сорок, а тридцать. Тогда вот эта цифра достигается в районе восьмисот семидесяти, девятисот лет. Примерно эта цифра, там тоже они гуляют.

 

Артём Войтенков: Эта цифра, ты имеешь в виду мирное население Земли.

 

Дмитрий Еньков: Да, то есть, это у нас сорок лет было. А вот если тридцать, то примерно девятьсот лет. А если мы возьмём, ещё этот параметр уменьшим до двадцати пяти лет, в таблице это видно, то это достигается через семьсот пятьдесят лет. И двадцать лет (уж совсем перебор, но просто, чтобы какое-то число там было, двадцать) - это у нас шестьсот лет.

 

А можем поиграть с количеством детей в семье. Например, есть такая табличка, где я брал по количеству детей в семье, но взял двенадцать. Когда вы сделаете эту таблицу, вы можете ставить, заменять вот это четыре на любое число, и здесь играть, и смотреть, как будут меняться, сами. Я просто для примера взял двенадцать, почему бы нет? Если шестнадцать была норма, то давайте двенадцать возьмём. Знаете, через какой период достигается искомое нами число при даже интервале сорок лет? Как вы думаете?

 

Елена Гоголь: Наверное, лет триста.

 

Дмитрий Еньков: Да, четыреста, четыреста сорок.

 

Артём Войтенков: Ты просто загнул - двенадцать детей, это всё-таки много.

 

Дмитрий Еньков: Это же интересная таблица, чтобы поиграться с ней. Двенадцать детей - это четыреста сорок лет. Я-то другое хотел сказать в самом начале, что даже при таких жёстких, я считаю, это крайне жёсткие, чтобы никто ко мне не придирался, что семь миллиардов при четырёх детях, даже с интервалом сорок лет, достигаются максимум за тысячу двести лет. Если 2015-ый год, я в 2014-ом делал расчёт, то где-то восемьсот девяносто четвёртый, например.

 

Вот ещё одна табличка есть интересная - это русские цари, о которых мало кто знает. Мы знаем, что там Рюрик какой-то был.

- А до Рюрика был Вещий Олег. На таблицу можно посмотреть - это 882-912 год.

- Рюрик - это 862-882.

- Гостомысл – 839.

- Буривой II - 821.

- Славомир - 811

- Бравлин, или Буривой I - 795.

- Витислав – 782 год.

 

Не все это знают, я просто это повторю. Это интересно, что нам как бы начинают примерно нашу историю от призыва Рюрика. Рюрик, ещё раз - 862-ой год. Примерно на это время по этим расчётам попадает вообще начало всей истории. Нам говорят, что дальше там история неизвестна, там славяне примерно с этого времени начинаются, а уже потом в 988 году крещение Руси состоялось, практически почти сразу. А по этому расчёту выходит, что примерно в это время люди вообще только появились, и это действительно совпадает. Вот такие интересные корреляции есть, что история России примерно вот так считается, и примерно так же считается появление первого человека по моей таблице.

 

Артём Войтенков: Дима, ну что ты сейчас такое нам наговорил, что первый человек появился тысячу двести лет назад? Это официальная история, написано огромное количество книжек, трудов, и всё такое прочее, что человек появился миллионы лет назад, кроманьонцы всякие, дикие люди в пещерах крутили огонь, и всё это они бедолаги выживали очень долго, долго и долго.

 

Дмитрий Еньков: Скажу больше. Я стал изучать этот вопрос, и наткнулся на такую интересную книгу Сергея Петровича Капицы, который, помните, вёл "Очевидное-невероятное". Они жили в Лондоне, оттуда переехали, Сталин их позвал сюда работать. И вот, Сергей Петрович остался, стал физиком, преподавал моему троюродному брату в Физтехе в МФТИ. Я у него, кстати, спрашивал, потому что для нас Сергей Петрович был звезда, он вёл вот эти программы "Очевидное – невероятное".

 

Я у брата спрашивал: "У тебя Капица преподаёт, как там?"

А мне он неожиданно говорил, я помню: "Да у нас студенты его не любят".

Так было удивительно: "А почему не любят?"

- "Да, какую-то ерунду там преподаёт".

Он действительно преподавал курс общей физики, начиная с третьего курса. То есть, никаких там особых тех тем, которые поднимались в программе "Очевидное – невероятное", он там не затрагивал, как выясняется, преподавал обычные предметы.

 

Так вот, он написал такую книгу, которая называется "Сколько людей жило, живёт, и будет жить на Земле". Это довольно толстая книга, она есть в интернете, можете посмотреть. Её второе подназвание "Очерк теории роста человечества". Мы сейчас о том же самом. Написал он её в 1999-ом году. В предисловие написано: "Эта книга посвящается Тане (видимо, жене), нашим детям Феде, Маше, и Варе". То есть, у него самого было трое детей.

 

В книжке интересная вещь. Она большая, подробная, объёмная. Например, вот такая мне там попалась вещь "Тогда, как автор впервые занялся расчётами, очень существенно было знать численность населения именно в этот поворотный момент" А поворотный момент для Капицы был примерно 1,6 миллиона лет назад, почему, это в книжке написано.

 

И вот, он пишет такие вещи: "Такими сведениями (сколько численность населения была в то время) мог располагать знаменитый французский археолог и палеоантрополог Ив Коппенс. В течение многих лет он возглавлял Французскую экспедицию в Африке, и ему мы обязаны нашими представлениями о ранних стадиях антропогенеза. Я пришел к нему в старое здание Коллеж де Франс на Рю д'Эколь в Латинском квартале Парижа и спросил: "Профессор, сколько человек жило на Земле 1,6 миллиона лет тому назад?" "Сто тысяч" – мгновенно последовал ответ, совершенно меня поразивший"

 

Понимаете, человек спрашивает, сколько человек жило на Земле? Сто тысяч – отвечает палеоантрополог, археолог. А дальше Капица рисует график квадратичной зависимости, в математике он называется. Но мы для начала давайте посмотрим графики, которые получаются из вот этой вот таблицы, если их переложить от привычной нам оси X-Y, то вот так, например, будет выглядеть график 4 ребёнка в сорок лет. Обращаю внимание, что очень длительно рост численности идёт около нуля. Вот эти периоды по сорок лет проходят, а он почти, видите, не отрывается от первоначального графика.

 

И вот здесь я написал, чтобы было понятно, в современных календарных годах. Примерно в 1814-ом году происходит отрыв, плюс-минус, скажем, в начале восьмисотых явный отрыв пошёл от нулевой точки, а потом идёт взрывной рост почти. Вот, например, 1974-ый год мы уже вот здесь вот находимся. А следующая точка там переваливает ещё следующий период по сорок лет, эти точки. Следующая точка после 1974-го - она превышает планку десять миллиардов людей, где-то в районе двенадцати миллиардов через сорок лет уже должно получаться.

 

Артём Войтенков: Твой график, если зрительно года убрать, он похож на графики численности населения, которые рисуют все учёные. Там также, сначала полого, а потом резкий всплеск.

 

Дмитрий Еньков: Кстати, ещё я тут скажу: а следующая точка, она переваливает за двадцать миллиардов, в районе двадцати трёх, и ещё через сорок лет, то есть, 74-ый плюс восемьдесят - 2054-ый нас уже должно быть двадцать три миллиарда. То есть, на самом деле рост взрывной, если каждый его продолжит дальше, то мы ста миллиардов достигаем буквально за сто двадцать лет.

 

Вот ещё, например, есть график. Я уменьшил четырёх детей до трёх, и всё равно, почти не меняются вот эти цифры взрывного роста. А есть ещё интересный график, где я соединил сразу три графика: 12 детей, 4 ребёнка и 3 - просто видно наглядно, как растёт численность населения.

- Если в двенадцать детей, и наше время - достигается, как я уже говорил, четыреста сорок примерно лет, наши семь миллиардов.

- Четыре ребёнка достигается - тысяча двести примерно.

- А три ребёнка отдаляют это до тысячи девятисот шестидесяти лет.

 

Интересно, что три ребёнка в семье с интервалом в сорок лет выводят нас почти к двухтысячному году, то есть, к нулевому году, к Рождению Христа, откуда мы считаем календарь нынешний. Интересно, что это совпадает с условиями задачи, когда в семье рождается по три ребёнка, изначально в трёх семьях рождалось по три ребёнка, тогда человечество началось примерно с нулевого года по текущему календарю.

 

На самом деле, я не утверждаю, что это именно так, то, что я сейчас рассказываю, а предлагаю эту таблицу использовать. У неё есть много возможностей, которые можно использовать не только для того, чтобы посчитать, когда там человек первый, хотя бы так прикидочно, как мы это сделали. А можно, например, проверять подлинность исторических событий каких-то в определённый исторический период.

- Например, могло ли столько людей участвовать в такой-то битве.

- Или столько там казнили.

- Или столько-то погибло во время эпидемии.

Если вы знаете какую-то цифру жителей, говорят, что до этого жило столько-то, вы можете с помощью такой таблицы посчитать. А вообще вот реально, если жило столько-то, то погибло через триста лет, какую ближайшую цифру там найдёте, жило столько, а чрез триста лет погибло столько - получается, или нет? Можно проверять таким образом.

 

Или, например, вы считаете, вот пишу - максимально возможное число жителей, находившееся под управлением короля, князя, участников сражения, населения города, или страны. Жило столько в этой стране, или нет? Если мы хотя бы одну цифру знаем, можем подставить в этот график, и понять - было или нет. И не только посчитать назад, когда же первый человек появился, но и понять, какой у нас прирост. Политикам это особенно интересно, что если вот такие параметры роста, даже вот такие консервативные, наверное, то тут видно, как быстро мы достигнем определённого числа. Если, конечно, не будем, как сейчас, рождать по одному ребёнку, что, в общем-то, ненормально, а в семьях будет по три-четыре ребёнка, то есть, нормальная семья. Я об этом как-то говорил на конференции в Храме Христа Спасителя, что давайте называть нормальной семьёй от трёх детей и выше. А до этого числа называть малодетные семьи. А то у нас сейчас всё перевёрнуто, многодетные, это как бы ненормальные, а обычные семьи - это один-два человека.

 

Когда мы теперь посмотрели графики, которые получаются из этой таблицы, вернёмся к графику, который нарисовал нам Сергей Петрович. График, как вы видите, очень похож, собственно, это квадратичная зависимость, она другая и не может быть. На рисунке у Сергея Петровича тоже видно, что она идёт от нуля. Правда там тоже поднимается и резкий рост пошёл, у нас было более приземлённо.

 

Что он пишет?

Линейный рост в ту далекую эпоху следует рассматривать не столько как рост уже сформировавшегося вида - Homo Habilis

"Линейный рост в ту далёкую эпоху (мы всё примерно о том же времени говорим, миллионы лет назад) следует рассматривать".

Линейный – это тот, что вдоль оси X долгий линейный.

"Следует рассматривать не столько, как рост уже сформировавшегося вида - Homo Habilis, сколько как длительное накопление признаков этого вида в результате продолжительного популяционно-генетического процесса видообразования. Продолжительность этой эпохи составила около 3 миллионов лет".

 

То есть этот хвост, он пишет, когда линейное почти не было роста, а был только линейный, он пишет, что это было 3 миллиона лет. А мы сейчас с вами видели, что там максимум 1200 и мы уже далеко оторвались при самых консервативных условиях. А Капица там говорит, что это длилось 3 миллиона лет назад, хотя у него формулы тут написаны. Мы взяли, поставили цифры у нас получилось с вами 1200 максимум и 400 минимум. А Сергей Петрович пишет, что даже он говорит, вы не рассматривайте это вообще, как рост человечества это были только формирования накопления признаков вида. Мол, вообще это не надо считать, как появление человека, это 3 миллиона лет накапливались признаки. Допустим, это были какие-то Homo Habilis, то есть какие-то предчеловеки, полуобезьяны. Они что не размножались вообще получается там? Три миллиона лет они около нуля болтались, а потом, когда накопили признаки, они стрельнули.

 

Елена Гоголь: Он правильно совершенно говорит, я с ним совершенно согласна. Допустим, крокодилы же не размножаются с невероятной скоростью, тигры не размножаются - они находятся в балансе. Он имеет в виду до технического прогресса, до того как человек получил разум и способность использовать определённые силы природы, он был в равновесии экологическом. Приблизительно был в стабильном состоянии. Крокодилы же не размножаются катастрофически, дельфины не размножаются - всё находиться в балансе.

 

Артём Войтенков: Просто у каждого природного вида всегда есть враги, которые либо поедают самих взрослых, либо они поедают детёнышей, либо они поедают их яйца и поэтому всегда происходит.

 

Дмитрий Еньков: А человек – это венец природы. На самой низшей ступени стоят, растения даже не будем трогать, насекомые. Насекомые, они и отвечают закономерности на 100%. Дальше идёт прослойка животных, которые могут и не отвечать, но они не цари природы так называемые, потому что у них действительно всегда есть верхний кто-то, кто на них охотится и во время засухи те же крокодилы вымирают. А наверху эволюции стоит человек, который может себе накопить и продукты на время засух, и бороться с эпидемией, допустим, сжигая трупы погибших, или уйти в леса в конце концов. И просто за счёт леса, например, пережить какие-то неурожайные годы. Поэтому я бы не переносил напрямую цифры, которые можно у животных взять на царей природы.

 

Артём Войтенков: Я бы не назвал человека царём природы, но, тем не менее, получается, что академик не прав.

 

Дмитрий Еньков: Сейчас дочитаем, что он ещё тут дальше пишет.

" Линейный рост в системном смысле может интерпретироваться как описание антропогенеза, т.е. производство биологическим сообществом нового вида".

Ещё раз он повторяет то же, что и сказал.

" В разумных предположениях такой процесс будет идти по линейному графику, а не по экспоненте, и тем более не квадратичному, кооперативному, закону. Эта зависимость еще долго будет набирать силу и станет определяющим фактором не ранее, чем через 3 млн лет".

 

Он два абзаца написал и, повторяя сам себя несколько раз пишет о том, что, понимаете, 3 миллиона лет нужно было набирать эти антропологические какие-то факторы, и поэтому мы всё время болтались на этом линейном уровне, никак не поднимались, и нельзя поэтому считать. Ну, хорошо я даже с этим соглашусь, допустим, мы тогда были звери и отвечали звериным законам пока, а не человеческим.

 

Артём Войтенков: И нас ели, условно говоря.

 

Дмитрий Еньков: Да. Может быть даже динозавры. Но представляете потом, наконец-то, через 3 миллиона лет, прошли эти 3 миллиона лет, мы уже потеряли хвосты, шерсть и стали такими, как мы почти сейчас какое-то время назад и тогда-то мы начали отвечать нормальному закону роста. Три миллиона лет он нам обосновал, он рассказал, что нарастали факторы и так далее. Но дальше они кончились. И с 3 миллиона первого года наконец-то человек первый выскочил нормальный, появились через 3 миллиона 40 лет, появилась первая семья наконец-то, точнее три семьи первых и они начали уже развиваться по человеческим законам, которые мы только что с вами рассчитали. И для них эта же формула действительна. Только почему-то её он уже не даёт. То, что мы сейчас с вами, каждый из вас может посчитать, про это Капица не пишет. Он нам антрополога привёл, он нам привел, как у нас качество 3 миллиона лет развивается. А дальше? Мы уже тебя поняли. Дальше нам обоснуйте, пожалуйста, а дальше-то как человечество, когда оно стало человечеством. А тут он неожиданно замолкает и как бы ничего не даёт. Хотя у него тот же график нарисован, что у нас, просто мы в него подставляем свои цифры, и получаем те данные, которые каждый может посчитать сам.

 

Мне кажется, академик немножечко нас водит за нос в этом вопросе, недоговаривает что-то, что-то немножечко пытается, наверное, скрыть, а мы пытаемся его вывести на чистую воду. Причём, ещё раз говорю, это каждый из вас может сесть, набрать, забить эти данные в Excel'евскую таблицу прямо пока мы тут рассуждаем, и сравнить результаты, которые у нас здесь на экране и которые у каждого в его Excel'евской таблице, и проверить прав академик или правы вот эти цифры.

 

Артём Войтенков: Я тебе сразу скажу, что будет большое количество зрителей, которые начнут говорить, что были войны, которые всё косили: наполеоновские, мировые войны.

 

Дмитрий Еньков: Да, давай мы, всё-таки перечислим все эти факторы, которые мы уже называли. Я записал, почему умирали люди и до сих пор, собственно.

- Младенческая смертность – первое.

- Эпидемия – второе.

- Войны – третье.

- Можно ещё написать - слабый уровень медицины вообще, не обязательно, что это были эпидемии, просто не могли делать операции, которые могут делать сегодня.

И всё это важные факторы, их действительно говорили мне не раз. Поэтому я не беру, что у нас 12 человек, именно из-за этого всего. Я взял только, и не 16 тем более, не 16, не 12. Я взял 4. Смотрите, сколько я вам оставил на каждый из этих факторов. Сюда троих запишите, сюда четверых, сюда пятерых, сюда сколько ещё останется - у вас 4 всё равно доживут до возраста, которые создадут семью.

 

Если войны изобразить, вернуться к нашему графику роста численности населения. Допустим, он рос, как мы рисовали вдоль оси Х, начал отрываться и тут война, он просел действительно. А после войны, ты прав, рождаемость увеличивается, голодные мужики, так сказать, приходят и начинают рожать детей. Появляется всплеск, а потом всё выравнивается - дальше продолжается наш график. Вот мы тут войну нарисовали. Но в среднем, если этот график усреднить, то он практически сглаживается. Вот эти войны, какие-то эпидемии действительно тут просели, потом детей нарожали побольше.

 

У нас, кстати, это наблюдается, можете посмотреть статистику - после Второй мировой войны у нас всплеск был в СССР. Это известный, и не только у нас, факт, и в Германии, кстати, тоже. И после Первой мировой. Но после Первой у нас если кто-то будет приводить этот пример с Первой мировой, то он будет не совсем корректен. Сразу оговорюсь: у нас же только две мировых войны было, поэтому они самые интересные примеры в этом смысле. После Второй мировой войны у нас наступил мир и мы вернулись к нормальному строительству социализма тогда, и отменили карточки, и цены регулярно снижались до 53-го года. То есть прямо СССР расцвёл наконец-то впервые тогда, наверное, в своей истории.

 

То Первая мировая война началась, напомню, в 14-ом году. А потом был переворот 1917-го года. Потом началась с 18-го года гражданская война, которая продолжалась по 22-ой. А тут у нас ещё упускают из виду такое явление, как интервенция Антанты. Всё время население убывало, убывало. И об этом много книг написано, как там баржами топили. Это не после Первой мировой, а уже во время гражданской войны. Потом продразвёрстки известные и прочее, и прочее. То есть эту войну, Первую мировую, нельзя перенести и сказать: "А в Первой у вас это не работает".

Не работает не потому что не работает, а не работает потому что она не кончилась вплоть до начала 30-ых годов.

 

Артём Войтенков: А ещё от нас отвалилась Финляндия и Польша, если мы берём статистику Российской Империи.

 

Дмитрий Еньков: Да, если кто-то будет брать цифры голые населения, то надо не забывать, что действительно Польша и Финляндия от нас отошли, кстати, и Прибалтика. Так что любая эпидемия или война, они немножечко скачут, но тут же выправляются, а в среднем график соблюдается.

 

Артём Войтенков: Что же получается, все мировые, так сказать, учёные, светила, и по этому поводу написано куча всяких томов, трудов нас просто вводят в заблуждение или, говоря по-простому просто врут.

 

Дмитрий Еньков: Я бы сказал по-другому. По-моему этой осенью, выступая перед молодыми историками после посещения выставки Рюриковичей, Путин перед ними пришёл и выступал. И один из организаторов выставки сказал, что посодействуйте тому, чтобы эта выставка проехала по России, мы хотим показать её людям и так далее. И вообще, как вам наша выставка? Владимир Владимирович сказал, что хорошая выставка, понравилась в принципе. Но говорит, понимаете, у вас там есть один момент, вы даёте только одну точку зрения, так называемую, норманскую теорию, как раз Рюриковичи, об этом речь кто их призвал на Русь. Я предлагаю найти в интернете ролик нашим зрителям и посмотреть его. Он говорит.

 

(ред.: цитата Путина: " Но я посмотрел, допустим, вчера, как начинались Рюриковичи. И у вас взята только одна версия Карамзина, и всё. Что там утверждается в рамках этой норманской теории происхождения Российского государства? Позвали дружину для того, чтобы выстроить отношения внутри сообщества. Есть и другая точка зрения, согласно которой, дружину позвали, но не для того, чтобы выстроить отношения внутри сообщества, а для того, чтобы обеспечить внешнюю охрану. Наняли их просто как охранную структуру, говоря сегодняшним языком, вот и всё, а они потом в известной степени узурпировали власть. Но такая точка зрения есть.

 

А у вас там изложена только одна. И вот эта норманская теория говорит о том, что государственность пришла извне. Те, кто полагают иначе, считают иначе, считают, что государственность уже сложилась в Новгороде, допустим, и иностранная дружина была нанята только для внешней охраны. Именно поэтому князья были так ограничены в своих правах, и именно поэтому их изгоняли, когда они переходили определённые границы своих компетенций. ". http://www.kremlin.ru/events/president/news/46951 )

 

"Но есть же и другая точка зрения" - говорит Путин этому представителю организаторов выставки Рюриковичей. Это какой-то священнослужитель молодой, кстати. И хочу сказать, кто не был на этой выставке, что в отличие от выставки уже теперь позапрошлогодней, Романовы, которая там же в Манеже проходила, там были экскурсоводы. А в прошлом году на выставке Рюриковичей были как раз ребята, видимо семинаристы, какие-то ученики духовных училищ, то есть они были в рясах с крестами. И как раз один из них пришёл на эту встречу и ему Путин говорит, что, знаете, вы на этой выставке даёте одну точку зрения, к сожалению. Может быть, это даже к вопросу о том, что если пишет историю только церковь, то это будет одна, например, точка зрения, если пишут немцы, германцы, то это будет другая точка зрения.

 

Артём Войтенков: Мы сами это видели на собственном примере. Когда Советский Союз развалился, до этого была одна история, где царь был плохой, а Ленин был хороший.

 

Дмитрий Еньков: Да.

 

Артём Войтенков: А когда после этого в 90-ые годы нам вообще написали другую историю, что царь был хороший, а большевики во главе с Лениным, оказывается, были плохие.

 

Дмитрий Еньков: Да.Поэтому, отвечая на твой первый вопрос, что нам учёные до этого говорили, я просто говорю, что у меня другая точка зрения. Давайте мы их все будем рассматривать, не скрывать, не запрещать чего-то, а давайте знакомиться с разными точками зрения. К тому же это, то что я называю логичная история, можно каждому сесть, не опираясь ни на какие труды, либо Соловьёвых, либо Ломоносовых, я не знаю кого угодно, взять и самому просто посчитать, это же элементарно. Цифры у нас известны, предположить мы можем что угодно с вами. Ещё раз говорю, самые консервативные предположения, которые там есть, они нам дают максимум 1200 лет, максимум. Тогда можно смотреть, знакомиться с работами учёных через призму этой точки зрения, например. Читать, что пишут они и сравнивать с тем, что дают такие элементарные расчеты.

 

Артём Войтенков: Да, но почему все историки всего мира дружно дают такую ошибку? Не ошибку, а почему они все придерживаются одного взгляда?

 

Дмитрий Еньков: Я думаю, что мы сегодня в рамках сегодняшней лекции не будем. Оставим это немножечко интригой. И будем постепенно в остальных наших беседах на историческую тему об этом как раз и говорить.

 

Артём Войтенков: Ну ладно, хорошо. Тогда спасибо за рассказ. Пусть зрители подумают. Пусть проверят, кстати, прежде чем писать сообщения под роликом на ютубе. Пусть все сядут и проверят.

 

Дмитрий Еньков: Да, сами посчитают.

 

Артём Войтенков: Это очень просто. А потом уже начинают писать: "А у меня получилось так, а у меня получилось не так". И тогда до следующих встреч. Спасибо.

 

Дмитрий Еньков: До свидания.

 

Набор текста: Наталья Малыгина, Маргарита Надточиева

Редакция: Наталья Ризаева

 

Познавательное ТВ - образовательное телевидение для тех, кто хочет понять тайны политики и глобального управления, разобраться с секретами денег и мировых банкиров, выяснить, кто стоит за возникновением государств и падением империй. Смотрите на нашем канале и сайте http://poznavatelnoe.tv Мы не зарабатываем деньги, а распространяем знания. Если вам нравится Познавательное ТВ, можете нам помочь:

VISA: 4276 3800 1161 4356

Яндекс-деньги: 410011955138747

QIWI: +7 925 460 1909

WebMoney рубль: R142363945834

WebMoney доллар: Z182191503707

WebMoney евро: E344386089713

PayPal: info@poznavatelnoe.tv

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (521 мб)
Видео MP4 640x360 (196 мб)
Видео MP4 320х180 (107 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (9 мб)
Звук 32kbps MP3 (9 мб)
Звук 64kbps MP3 (17 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (24 мб)

Текст:
EPUB (407.66 КБ)
FB2 (582.51 КБ)
RTF (223.48 КБ)

Юань и рубль против доллара

Как с помощью понижения курса национальных валют ослабляют доллар США.
Совместное понижения курса рубля, юаня, тенге, белорусского рубля приводит к подорожанию импортных товаров внутри страны, что хорошо для отечественного производителя, и удешевлению своих товаров на мировом рынке - что тоже выгодно для страны.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Рубль и юань против доллара

Серия: Банковские тайны

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_protiv_dollara

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков – Партия Великое Отечество

Артём Войтенков – Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артём Войтенков: Многих зрителей Познавательного ТВ волнуют вопросы с курсом рубля, ростом доллара, падением рубля, как это связано с международными какими-то делами. Дмитрий, объясни, пожалуйста, коли ты взялся нам рассказывать про банковские тайны.

 

Дмтирий Еньков: Да, это имеет отношение напрямую к банкам, к финансовой системе, о которой мы уже несколько раз рассказывали зрителям. Сегодня мы встречаемся буквально через небольшое время после так называемого чёрного понедельника, когда у нас произошёл обвал мировых бирж. Интересно, я в этот день смотрел РБК, как они преподносили эту новость. Они начинали с того, что в России опять продолжается падение рубля. То есть, во всём мире рушатся биржи, понятно, что для РБК вот эта новость главная - чёрный понедельник в мире настал.

- А они начинают, каждый новостной выпуск начинался, на первом месте, что в России продолжается падение рубля, доллар растёт, рубль падает, и так далее.

- На втором месте у них была новость о том, что в Китае биржи там испытывают сложности. Практически Китай спровоцировал вот эту вот биржевую ситуацию негативную и так далее. То есть, вторую новость они всё валили на Китай.

- И только третья новость была о том, что и в Нью-Йорке Доу-Джонс просел на тысячу пунктов. Тут же корреспондент появляется из Нью-Йорка, который говорит: "Я уже побеседовал с экспертами, часть из них говорит, что это всего лишь небольшое такое временное явление, часть настроена оптимистично, часть, может быть, не так оптимистично". Вот, забалтывают, забалтывают.

 

То есть, идёт такой мировой кризис, именно потому, что в Нью-Йорке всё обвалилось. Но нам рассказывают, что это у нас тут рубль падает, во всём виноваты китайцы, а потом быстренько так забалтывают, говорят, что в Америке там…

 

А при этом целый день все ждали выступление Обамы. Говорили, что в шесть часов Обама выступит перед нацией. Ну, всё, Америка рушится как бы, должен выступить Обама. Обама так и не выступил. Зато наш министр иностранных дел, Сергей Лавров приехал на молодёжный форум  "Территория смыслов" (такая замена Селигера, можно сказать), и рассказал молодым ребятам несколько интересных вещей, я просто хотел процитировать.

 

Он говорил так

- "Мы наблюдаем конец очень длинной эпохи, завершения длинной эпохи доминирования исторического Запада, доминирования экономического, финансового, политического". То есть, все ждут выступления Обамы, а в это время сидит министр иностранных дел России и говорит, что мы наблюдаем закат эпохи Запада воочию.

- Говорит: "Это продолжалось сотни лет, не одно столетие, и сейчас эта эпоха вступает в объективные противоречия с тем, что реально формируются новые центры силы в Азиатско-Тихоокеанском регионе. И объективно формируется полицентричное устройство, хотя это будет достаточно длительным процессом".

 

Интервью я предлагаю почитать телезрителям. А мы вернёмся к сегодняшней теме, к курсам, что с ними происходит. Потому что, новость понедельника, она своей этой волной новостей во всех СМИ, она перебила другие новости, о которых я хотел сказать изначально. Они продолжались и предыдущую неделю, такие были всплески небольшие, и сейчас они продолжаются, если по новостям посмотреть.

 

А эти новости заключались в том, что действительно, нам всё время рассказывают, что рубль опять продолжает падение, доллар растёт. И вот тут уже хотелось бы разобраться, а что происходит, когда рубль падает, а доллар растёт. Если посмотреть, кому это выгодно, то выясняется такая интересная ситуация, что, например, все наши отечественные производители, которые любой вид продукции производят от сельскохозяйственной, до оборонной, и любой другой, они в один голос говорят: "Я что? Здорово".

 

Потому что, когда завозят импортный товар, он автоматически, с ростом курса доллара дорожает. Получается, так называемое падение рубля выгодно нашим производителям. Причём всем, кого ни возьми: от тех, кто нам еду непосредственно производит, до наших оборонных предприятий. И всем остальным тоже это выгодно. Причём, это выгодно не только производителям, которые работают на внутренний рынок, но и на внешний, потому что, на внешнем рынке их продукция становится сразу дешевле. То есть, на то же количество долларов можно купить больше русских комбайнов, например, или больше труб российского производства. Получается, что всем поголовно производителям это выгодно. Получается, что выгодно производителям российским, то естественно, выгодно и России в целом.

 

Артём Войтенков: Подожди, я тебя тут немножко перебью. Большинство российских предприятий работает на импортном оборудовании, которое куплено на иностранные кредиты, которые, естественно, в долларах, а не в рублях. Эти  кредиты отдавать надо.

 

Дмитрий Еньков: Вот это интересный момент. Я его хочу рассмотреть на примере автопроизводителей. У нас производство автомобилей. Помните, некоторое количество лет назад Путин сказал зарубежным производителям в первую очередь, что, если вы хотите оставаться на нашем рынке, то открывайте заводы, только на таких условиях можно будет продавать машины в России. Мало того, не просто открывайте заводы, но и локализуйте производство. Там был  указан график даже. Им сказали, до какого времени нужно локализовать производство запчастей к этим машинам именно в России. То есть, они должны были перейти, к настоящему времени практически, почти на стопроцентное производство в России.

 

Они так и делали, те, кто понимал, те, кто Путина внимательно слушает. Они действительно организовывали производство и машин, и сидений, и моторов, двигателей и так далее, чтобы полностью собирать их здесь, в России. Потому что, любая деталь (вот сегодня мы видим последствия этого), ввезённая из-за рубежа, она автоматически удорожает машину здесь. И те, кто заводы стал открывать в России, они говорят: "А что? У нас работают те же самые русские, зарплата у них стабильная, мы покупаем русский металл, русские краски, или, по крайней мере, произведённые здесь уже, на заводах, может быть, на каких-то заводах смежниках". А многие автопроизводители тянули смежное производство, компанию Magna, и так далее. То есть, те, кто тогда услышал про это сигналы, они ни на что это не попадали, кроме кредитов, но те, кто пришёл с Запада, они брали кредиты на Западе, и поэтому, они там по ним расплачиваются.

 

А у нас ситуация в этом смысле интересная, что с одной стороны банки подсаживают всех, действительно (мы об этом говорили), на долларовые кредиты, потому что, они были дешевле, чем кредиты в рублях. И народ брал эти долларовые кредиты. Но тут каждый, мне кажется, должен был сам оценивать эти риски, так же, как и вкладчики, которые размещали вклады в валюте, надеясь, что она стабильная и так далее. И сейчас они, получается, на самом деле, выиграли, те, кто в валюте размещал. А те, кто в рублях, несмотря на высокую ставку, немножечко стали проигрывать. Тут палка о двух концах. Но суть-то в том, что каждый должен для себя просто это сам решать.

 

Мне иногда странно слышать вопросы экспертам задают: "А в чём выгодно хранить деньги?" Сегодня, например, очевидно, что те, кто положил вклады в долларах, те выигрывают, потому что доллар растёт. Но сейчас покатится обратно - начнут опять выигрывать те, кто  разместил в рублях. Это такая лотерея, что ли. Я никогда таких советов не даю, в чём размещать в рублях или в долларах, и это же относится и к кредитованию. Причём вопрос кредитования  я бы не относил к плоскости рубли, или доллары, а отнёс всё в плоскость дорогих кредитов в рублях. А мы уже разбирались, почему у нас кредиты в рублях дорогие из-за ставки высокой, из-за ключевой ставки Центрального Банка, который (как мы уже говорили тоже) через налоговый кодекс обязывает банки не выдавать кредиты намного ниже этой ставки.

 

И если даже банк какой-то патриотичный захочет кредитовать под два процента, грубо говоря, то он попадёт под серьёзные налоговые санкции по нашему российскому законодательству. Поэтому, тут надо разбираться не в том, какие кредиты выгоднее, в долларах, или в рублях, а почему у нас дорогие рублёвые кредиты, их надо просто приводить в нормальное состояние, причем, не гладя на то, какие ставки  в долларах, а просто на то, какие кредиты нужны нашей экономике. Вот  нам нужны кредиты под ноль, значит, они должны быть под ноль. А если нужны нам кредиты с отрицательной ставкой, значит, должны быть с отрицательной, например, на строительство социальных объектов: детских садов, школ, и так далее.

 

Но мы вернёмся к той группе новостей, которые нам затмила эта новость огромная о чёрном понедельнике. А новости были, помимо наших российских, к которым мы уже даже привыкли, что да, рубль якобы падает, и самое плохое, что нам рассказывают, что это плохо. А мы вот уже поговорили немножечко о том, что это не так и плохо оказывается. То есть, нам вбивают в головы, пытаются, что рубль падает. Даже сам термин - "падает".

 

Артём Войтенков: Уже нехорошо.

 

Дмитрий Еньков: Да, что он там падает? Температура упала - а на кого она попала? Так и рубль падает. Мне кажется, обывателю, всем людям, которые сейчас смотрят этот ролик, должно быть всё равно, честно говоря, какой там курс. То есть, где-то там, что-то там изменилось. Вот у вас  зарплата стабильная, работа есть, вы отдых планировали в Крыму, например, пожалуйста, езжайте, цены там не менялись. Вот те, кто хочет поехать куда-нибудь, в Испанию, во Францию, даже в Турцию с Египтом, там да - идёт пересчёт на доллары. А у нас, пожалуйста, в России ничего совершенно не меняется.

 

Артём Войтенков: Я тебе скажу, что изменилось. Цены в магазинах. Вот за последний месяц они что-то как-то хорошо подросли.

 

Дмитрий Еньков: Вот это интересный момент про цены, но он, правда, немножко не связан с нашим разговором. Но у нас часто пользуются этой ситуацией (приучение народа), что если курс поменялся, то под этот дело можно увеличить цены на продукты. Особенно любят у нас наши товарищи углеводорододобывающие менять цены на бензин, когда на мировых рынках цена падает на нефть. А у нас они цену на бензин поднимают, говорят: "Потому что там у нас доходы упали, мы их должны компенсировать на внутреннем рынке". Поэтому цена идёт вверх. А когда там цены растут, они говорят: "Ну, вот видите, во всём мире цены растут, поэтому и у нас надо поднять". То есть, что бы ни происходило. Это из серии роста цен в магазинах: "Цены растут, потому что, там вам же рассказали, что курс упал, вот видите, и цены выросли". А если бы вам плевать на то, что курс упал, вы тогда спросите: "Действительно, а что это цены выросли?"

 

Сейчас уже новый урожай пошёл, лето, коровы доятся, куры несутся, мяса полно, почему цены-то растут? Свежие огурцы уже, помидоры, и так далее. Надо же так, с этой точки зрения подходить, а не то, что народ напугали, а потом под это можно и цены поднимать в магазинах, и всё, что угодно.

 

Так вот, вернёмся к новостям. Помимо того, что рубль падает, нам на прошлой неделе, например, такая новость, не знаю, слышали её или нет, рассказывали о том, что в Китае небывалая произошла девальвация юаня. Небывалая. То есть, это чёрная, не помню, что это, среда  была на той неделе, или что. Там-то  коммунистическая партия в Китае руководит. И всё это происходит под руководством чётким партии. То есть, не просто так падает юань, а так вот было задумано. Интересно, вот у нас рубль падает, и у Китая тоже падает - уже некая синхронность. А потом, посмотрите новости, например, из Казахстана. Вот в Казахстане то же самое происходит, оказывается. Тоже  можете новости сейчас открыть, посмотреть - падение курса валюты Казахстана. Из Белоруссии те же самые новости приходят - тоже национальная валюта теряет стоимость, и так далее.

 

Артём Войтенков: Я тебе скажу, в Белоруссии она постоянно теряет. У них там деньги постоянно допечатываются, они дешевеют со страшной скоростью.

 

Дмитрий Еньков: Но в результате получается вот какая ситуация, сейчас мы её попробуем вот так изобразить. Допустим, есть Россия, условная, а это, например, Китай. Сейчас, чтобы купить какой-то товар в Китае, аудио-видеотехнику, как у нас это делается? Китай выставляет цену в долларах. И мы, когда покупаем какой-то товар китайский, произведённый в Китае, мы пересчитываем его стоимость в рубли через долларовую стоимость.  То есть, у нас есть вот эта посредническая валюта - доллар.

 

Поэтому, когда доллар растёт в России  у нас, что происходит? Предположим, стоил какой-нибудь микрофон три юаня в Китае. В пересчёте на доллары, это какая-то сумма, один доллар, например. И вот, в России это была какая-то цена по курсу тридцать рублей за доллар. То есть, надо было заплатить тридцать рублей. Потом у нас курс вырос до шестидесяти. То есть, как это стоило в Китае, три юаня/один доллар - ничего не поменялось. Но у нас человек при той же зарплате должен заплатить уже шестьдесят рублей. Это в пересчёте на какую-то, импортную, я подчёркиваю,  продукцию - не на отечественную, а именно на импортную. То есть, с одной стороны, при росте курса доллара в России, у нас товар импортный дорожает.

 

Вот Китай начал снижать стоимость юаня, стоимость микрофона тоже стала снижаться, по идее, должно быть нам выгодно, но так как у нас курс растёт, то мы этого даже не замечаем. То есть, наш рост курса доллара внутри страны совершенно убивает выгодность покупки этого микрофона из-за снижения юаня в Китае.  А при этом, если ввести какой-нибудь другой критерий, просто, чтобы наглядно это было, например, мешок зерна какой-нибудь. Допустим, он тоже стоит один доллар, те же самые три юаня, на наши деньги он стоит тридцать рублей, он стоил, например, когда-то. Вот это зерно, оно как у нас стоило тридцать рублей, так и в Китае оно стоили, например, три юаня. С зерном ничего не произошло, с условным неким зерном. Никакой курс на него не влияет.

 

Мы спрашиваем у китайцев: "Сколько у вас там зерно стоит?"

Они говорят: "Три юаня. А у вас сколько?"

Мы говорим: "А у нас тридцать рублей в магазине, отечественное зерно продаётся".

Это называется паритет покупательной способности. Так через собственные товары идёт пересчёт цен. То есть, чтобы  виртуально в небесах ни происходило, когда нам каналы инопланетянские рассказывают (РБК), что там какие-то строки бегут, курсы меняются, туда-сюда прыгают.

Мы говорим: "У вас, по-прежнему, мешок зерна стоит три юаня?"

Они говорят: "Да, а у вас?"

- "У нас по-прежнему тридцать рублей цена в магазине".

То есть, микрофон вот этот, как стоил три юаня, без всякого пересчёта в некие доллары, он должен у нас стоить тридцать рублей, в эквивалентных ценах. Если производитель на него назначил такую же цену, как у них стоит мешок зерна. Или, ещё раз говорю, это по-простому, а вообще, это называется паритет покупательной способности.

 

Есть ещё для наглядности, называется, по-моему, индекс Биг-Мака, когда пытаются через стоимость Биг-Мака провести параллели валют - это такой как бы шуточный способ, но суть он раскрывает. То есть, если бы мы перевели всю торговлю на вот эти паритеты покупательной способности, через вот это измеренный, нам, конечно, доллары в расчётах были не нужны, во-первых. Во-вторых, люди бы не испытывали никаких колебаний. А самое главное, что те, кто у нас сейчас, что называется, раскачивают лодку, они бы не смогли использовать вот эти колебания курса, которые, ещё раз говорю, на самом деле они выгодны России, которые сейчас  происходят. Но наши СМИ почему-то умудряются народ напугать вот такими вот рассказами, и получается, что люди в панике, говорят, что правительство не может удержать курс, и так далее, и тому подобное, хотя их, по большому счёту это не должно волновать.

 

Но почему я рассказывал про паритет? Интересен просто список стран, которые снижают свою валюту, девальвируют курс: это Россия, это Белоруссия, это Казахстан, вот ещё Китай подключился. То есть, вот этот ЕАЭС (Евразийский экономический союз), костяк его, и плюс Китай, который нас всегда и в ООН поддерживает: либо как мы голосует, либо вместе с нами воздерживается. Получается, есть такой костяк стран, который одновременно начал свою валюту сейчас понижать.

 

Идёт интересный такой, одновременный процесс некий, когда валюта в этих странах понижается. Что на самом деле, как мне кажется, пытаются людям этим самым показать?

Во-первых, это как некая протекционистская мера. То есть, не надо объявлять железных занавесов, или даже антисанкций каких-нибудь. Достаточно просто уронить свою валюту, как тут же импортный товар не может попасть на наши рынки. То есть, человек приходит, смотрит - лежат брюки нашего производства, и брюки импортные. Наши из нашего материала стоят триста рублей, а импортные, из-за курсовой разницы стали стоить тысячу двести рублей. Мы с этим столкнулись, например, на примере льна. Итальянский лён стал стоить тысячу двести рублей, живой пример, а отечественный двести с небольшим. А качество, практически одинаковое. То есть, какой смысл покупать импортную продукцию, любую, когда есть вот это наше. Дальше мы видим, что нам становится неудобно общаться, например, с тем же Китаем, из-за того, что у нас какие-то бесконечные колебания происходят, всё пересчитывается на доллар. То есть, логика подсказывает, что следующим шагом, особенно, когда страны синхронно вот этим  занимаются, следует просто отказ от этого дурацкого пересчёта бесконечного.

 

Артём Войтенков: От доллара при международной торговле.

 

Дмитрий Еньков: Да, именно при международной. Но так как с Китаем у нас отношения хорошие, и не отказываемся от их продукции (не входят они ни в какие антисанкционные списки), то сейчас люди говорят: "Мы бы купили, но что-то всё подорожало". Конечно, я за то, чтобы наши производители производили, но постольку, поскольку Китай нам дружественный, давайте, можем что-то и покупать. В конце концов,  полностью не имеет смысла рынки закрывать, нужная какая-то здоровая конкуренция. Но тут и в Китае мы не можем ничего купить, просто потому… Не то, что не можем, просто получаются какие-то цены, я по себе просто даже столкнулся - существенно подорожали все товары. И просто напрашивается следующий ход, что, давайте-ка мы просто возьмём, наконец-то, давно об этом говорим, но просто пора уже наступает, как бы отрежем вот этот пересчёт в доллары. Посмотрим, померяем какую-то основную группу товаров, которые у нас и в Китае производятся, сделаем пересчёт в неё, в этот паритет, и будем общаться напрямую, без вот этих самых долларов.

 

Я хотел об этих новостях рассказать, и тут последовал вот этот чёрный понедельник. То есть, мы видим, что и с долларом, оказывается, происходит какая-то ерунда. То есть, мало того, что он нам тут устраивает какой-то такой цирк с валютой, который ещё и оппозиционеры используют в своих целях, хотя это, ещё раз говорю, это надо перевернуть людям сознание, чтобы сказать, что рост курса доллара он негативно влияет на нашу экономику. Ровно всё наоборот. Вот Рогозин, например, заявил, что для ВПК то, что рубль по отношению к доллару потерял в цене, это очень даже хорошо, выгодно. Почитайте, что говорят наш вице-премьер и так далее.

 

Наступил чёрный вторник, который показал то, что называется, на старуху бывает проруха, что у них там всё ещё хуже, чем у нас на самом деле, обвалы происходят на самом деле. Если у нас идёт практически планомерное снижение, причём, у определённых групп стран именно, то у них это просто резкий обвал, который опять больше в информационном шуме действует, во-первых. А во-вторых, доказывает, что их экономика не такая стабильная, как все рассчитывали.

 

То есть, хватит, мне кажется, уже упираться в этот доллар. Надо спокойно пересчитать нашу валюту, и валюты наших ближайших соседей, тем более Китая,  через паритет покупательной способности - обмениваться товарами напрямую. Чтобы больше у нас никто не мог использовать в информационных ресурсах новости о том, что рубль в очередной раз якобы упал, а доллар вырос, в своих каких-то негативных целях. Напрашивается вот такой вот вывод. И думаю, что прогноз ближайший, хотя прогнозы давать это не очень хорошо, но напрашивается такой вывод, что следующий шаг должен быть вот этот - отказ от этого дурацкого пересчёта в доллары, и выход на прямой обмен товарами через паритет покупательной способности, установление прямых курсов.

 

И что самое интересное, что это не просто фантазии какие-то, а первые звонки-то уже есть. Мы уже объявили с Китаем первые расчёты по нефти, по-моему. Напрямую заключены контракты между Китаем и Россией,  уже есть об этом новости, где пересчёт идёт напрямую из юаней в рубли и обратно. То есть, уже доллар начинает потихонечку отбрасываться - надо более активно двигаться в этом направлении. А самое главное - надо не бояться того, что, как нам рассказывают, что если мы сейчас резко откажемся от доллара, то произойдёт мировой какой-то крах, и на нас это тоже аукнется.

 

Я хочу сказать, что на нас уже столько аукалось, столько у нас было собственных крахов. Мы пережили девяностые, и так далее. Что нам вот эти - больше информационный шум о вот этом крахе. Мы знаем, что кризис 2008-года, это был не такой уж и кризис, как оказалось. То есть, у нас уже налажена своя промышленность - мы это видим. У нас уже год антисанкций, мы сами выращиваем продукцию, и по мясу, кстати, по молоку, и комбайны сами производим, и наши ракеты американцев уже возят в космос. То есть, мы прямо на глазах расцветаем. И то, что, если где-то там произойдёт крах, я думаю, что не так уж нам надо сильно этого бояться, как нам это рассказывают. Наоборот, все посмотрят, что, вот, Россия стоит, как такой островок. На неё перейдут все взгляды, ориентиры. Ещё больше, может быть, людей  к нам приедет жить и работать, как Тим Керби, например, и так далее. Это один момент, что не стоит бояться того, что там какой-то крах, якобы, мировой экономики на нас как-то сильно повлияет.

 

А второй момент, нам говорят, что те деньги, на которые мы покупаем государственные казначейские облигации в США, это надо смириться, что они сгорят, если что-то произойдёт. И сейчас уже практически они не хотят нам их возвращать, и давайте просто смиримся, нет этих денег, и нет. На самом деле, правильная экономика работает не на том, что где-то лежат у кого-то наши деньги, а на том, что если нам нужно, мы берём и выпускаем столько денег, сколько нам надо. Мы это даже с Валентином Юрьевичем Катасоновым выясняли, что оказывается, большая заслуга вот этого сталинского прорыва, сталинской модернизации экономики, заключалась в том, что у него было три вида валют: наличные, безналичные и внешний рубль, конвертируемый. И фактически Сталин выпускал безналичных рублей столько, сколько нужно было для экономики, для строительства Днепрогэсов, заводов и так далее и тому подобное. То есть, от этого инфляция не увеличивалась, потому что, их не выпускали в наличный оборот, просто выделяли на строительство заводов, распределяли по смежникам, а потом потихонечку изымали. Причём, правильность  работы этой экономики доказывает тот факт, что как только война закончилась, то мы уже буквально с сорок седьмого года начали планомерно снижать цены. То есть, настолько это правильный, оказывается, был выбранный режим экономический, что позволял людям процветать без того, чтобы им дополнительно увеличивать зарплаты, ещё что-то, а просто снижать цены на товары. То есть, экономика, оказывается, работала правильно.

 

Это я к тому, что не важно, сколько у нас там денег может пропасть. Мы всегда можем, только как суверенная страна, напечатать столько денег, сколько нам нужно. Потому, главное тут, чтобы мы были суверенны, чтобы мы сами управляли своей экономикой, своим Центробанком. И нам тогда не страшны никакие внешние беды, к тому же, если мы дружим с нашими соседями ближайшими.

 

Артём Войтенков: Понятно, хорошо. Значит, краткий вывод такой: падение курса рубля не всегда плохо, а даже во многом и хорошо. Одновременное снижение курса национальных валют в нескольких странах, тем более, что эти страны, оказывается, входят в Евразийский союз, и, по крайней мере, мы с Китаем имеем достаточно хорошие отношения, - это всё не случайно. Это всё просто ход против Соединённых Штатов Америки и доллара, что и подтверждается крахом на американской бирже, когда индекс Доу-Джонса обвалился. Что-то они там расшумелись по этому поводу очень сильно. То есть, они сразу на себе это почувствовали. Кстати, именно потому Китай получил взрыв в своём Тяньцзынь, промышленном городе, когда там взорвался склад с большим количеством каких-то ядовитых веществ. Взрыв был очень мощный. То есть, совпадение этих событий: Китай роняет свою валюту - через несколько дней происходит взрыв.

 

Дмитрий Еньков: Да, после чего у них вырубился и главный суперкомпьютер Китая - мало кто об этом знает. Все слышали про взрыв, а никто не знает, что вырубился суперкомпьютер, который безопасность национальную обеспечивал.

 

Артём Войтенков: Дмитрий, спасибо, я думаю, что наши зрители будут больше рассуждать своей головой, и меньше поддаваться какой-то там панике, которую сеют средства массовой информации, как ты сказал, инопланетные. Наверное, по этому поводу у нас тоже будет разговор как-нибудь, но это в другой раз.

 

Дмитрий Еньков: Да, до свиданья.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

 

Познавательное ТВ - образовательное телевидение для тех, кто хочет понять тайны политики и глобального управления, разобраться с секретами денег и мировых банкиров, выяснить, кто стоит за возникновением государств и падением империй. Смотрите на нашем канале и сайте http://poznavatelnoe.tv Мы не зарабатываем деньги, а распространяем знания. Если вам нравится Познавательное ТВ, можете нам помочь:

VISA: 4276 3800 1161 4356

Яндекс-деньги: 410011955138747

QIWI: +7 925 460 1909

WebMoney рубль: R142363945834

WebMoney доллар: Z182191503707

WebMoney евро: E344386089713

PayPal: info@poznavatelnoe.tv

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (286 мб)
Видео MP4 640x360 (110 мб)
Видео MP4 320х180 (61 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (6 мб)
Звук 32kbps MP3 (6 мб)
Звук 64kbps MP3 (12 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (19 мб)

Текст:
EPUB (175.22 КБ)
FB2 (261.89 КБ)
RTF (175.91 КБ)

Сталин против ФРС

Как банкиры подчиняли себе США и весь мир.
После захвата власти в США банкиры устроили ряд государственных переворотов и две мировые войны, после чего доллар стал господствующей мировой валютой. Сталин сначала не признал доллар, а затем противодействовал, создавая свою мировую систему расчётов.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Сталин против ФРС

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_stalin_protiv_frs

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков – Партия Великое Отечество

Артём Войтенков – Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Артём Войтенков: Дмитрий, ты сегодня хотел рассказать нам о ФРС. Что это такой за страшный зверь, которым нас все пугают. Что это такое?

 

Дмитрий Еньков: На самом деле про ФРС вроде бы пишут и говорят, но я что-то не встречал такого, чтобы включить один раз ролик, и там тебе рассказали От и До - ты посмотрел этот ролик и знаешь о ФРС практически всё. А тем более, хотелось бы какие-то параллели провести, которые даже те, кто рассказывают про ФРС, не всегда упоминают. Поэтому, нужно, чтобы в интернете был наконец- то ролик про ФРС.

 

Но, для начала две хорошие новости, чтобы перекинуть мостики от наших предыдущих роликов. Мы снимаем сейчас в начале апреля. По статистике ЦБ, с его сайта, последние две недели наши золотовалютные резервы две недели подряд уверенно растут. Что внушает оптимизм, во-первых, потому что, мы помним, что было в марте прошлого года, мы как раз в одном из роликов самых первых, обсуждали.

 

Артём Войтенков: Потому что ЦБ не выбрасывает деньги на поддержание курса рубля.

 

Дмитрий Еньков: Да, и надеемся, что зрители твоего канала это уже  тоже понимают. И новость, наверное, двухнедельной давности, что Набиуллина наконец выступила и сказала. Но эта новость прошла мимо всех, особенно кто не очень вникает в это. Как раз, когда мы снимали ролик и рассказывали, почему ЦБ поднимал ставку рефинансирования, так задирал, точнее, почему ЦБ поднимал ставку ключевую. Она объяснила, что мы просто спасали как бы от оттока депозитов в банке. То есть, то, о чём мы рассказывали несколько месяцев назад, Набиуллина раскрыла тайну только сегодня. Так что, в этом смысле Познавательное телевидение обошло всех.

 

Ну а мы перейдём к нашей сегодняшней теме. Федеральная резервная система. Потому что, мы её упоминаем почти в каждом ролике, и там вопросы появляются, там что-то спрашивают, а как вот она с Центробанками. А мы про её историю поговорим.

Ключевой точкой в современной Федеральной системе является 1913 год, когда она и была создана.

 

Артём Войтенков: Давай, наверное, поясним, что это Федеральная резервная система Соединённых Штатов Америки, а не всего мира.

 

Дмитрий Еньков: Даже скажу больше. В 1913 году она была основана, как Независимое Федеральное Агентство для выполнения функции Центрального Банка. Вот это вот слово "федеральное", мы будем ещё часто встречать, я на нём небольшой акцент сделаю. И какие-то даты я сегодня скажу, например, 6 января 2014 года. Это то, что мы о ФРС слышали из крупных событий последний раз -  это его возглавила Джанет Йеллен (Janet Yellen), женщина. Пока что нам это ни о чём не говорит. Вот такие два события. Тут можно ещё упомянуть, что до неё возглавлял ФРС Бен Бернанке (Ben Bernanke), он возглавлял с февраля 2006 года. Чем он были известен? Тем, что он предлагал во время кризиса разбрасывать деньги с вертолёта.

 

Артём Войтенков: Он пошутил.

 

Дмитрий Еньков: Да, если нужно, он говорил, "мы будем разбрасывать деньги с вертолёта".

 

Артём Войтенков: За это он и получил прозвище "вертолёт".

 

Дмитрий Еньков: Да. Просто мало кто знает. Может быть, мы зрителям скажем, что на самом деле, его зовут Бен Шалом Бернанке (Ben Shalom Bernanke). Это американец из еврейской семьи, что, никто и не скрывает. А теперь вот эта Джанет Йеллен - это его прямой заместитель. Потому что на самом деле, когда происходили выборы (всё-таки у них есть: из состава Совета выбирается председатель), то там был другой кандидат. Но на него вдруг наехало либеральное крыло демократической партии США, и он снял свою кандидатуру. Это вот интересный момент. То есть демократы его не пропустили, оставив политику Бена Бернанке.

 

И теперь поговорим о событиях немножечко поподробнее, связанных с ФРС. Во-первых, наверное, зрителям интересно, что это не здесь нарисовал тринадцатый год, а где-то в середине?

 

Артём Войтенков: Я сижу, и думаю, что ты плохо с бумагой обращаешься.

 

Дмитрий Еньков: Да, как-то не экономно получилось. Поэтому начну тогда ещё раньше. Потому что, тринадцатый год - это оформление той ФРС, которую мы знаем сегодня, хотя и с изменениями, о которых мы ещё поговорим сегодня. А началось-то всё гораздо раньше.

 

И если говорить только о США, то началось там всё с 1791 года. Это, так называемый  Первый банк был создан в США. Для ориентира мы нашим зрителям здесь напишем ещё одну дату:

 - 1776 - это год образования США, то есть декларация независимости 4 июля.

 

США образовались в 1776. А через пятнадцать лет уже появился Первый банк, как прообраз (так он назывался) будущей Федеральной резервной системы. Ещё раз - Независимое федеральное агентство для выполнения функций ЦБ. Выполнение функций ЦБ – интересная формулировка. А что, вы не могли ЦБ создать? Почему вам надо для выполнения функций обязательно Независимое агентство? Везде ЦБ, а у вас - Независимое Агентство. Это история США как бы начинается с этой даты, и история ФРС.

 

Но я бы тут добавил  ещё одну дату, чтобы уж совсем дальше вглубь, может быть, не ходить, хотя можно и туда дальше пройти.

- Это 1694 года - образование Банка Англии. То есть, я бы вот эту цепочку логическую, которая здесь нарисована, вёл бы отсюда, с 1694 года Банк Англии. Потом они просто переезжают физически, перевозят печатный станок в США, после его образования, буквально через пятнадцать лет. То есть, вообще складывается впечатление, что США создавали, чтобы перевезти печатную машинку. Потому что, только вот Декларация о независимости, и через пятнадцать лет уже Банк появляется вот этот вот.

 

Артём Войтенков: Надо сказать, что Банк Англии, он был тоже частным, образованный в Англии в то время.

 

Дмитрий Еньков: Да, как и ФРС, ты совершенно прав. У нас же и ФРС независимая. Мы сейчас подробно поговорим, кто там управляет. Кстати, интересный вопрос, все же спрашивают: "Кто там управляет ФРС?" Вот мы сейчас к этому и придём, назовём, откроем тайну людям.

 

Артём Войтенков: Никто же не знает.

 

Дмитрий Еньков: Да, никто же не знает, а мы сейчас скажем. Так вот, этот Первый Банк просуществовал не так уж и много - до 1811-го года. А что произошло в этом году? А полномочия не продлили. То есть, Банк не оправдал доверия возложенного. Не продлили полномочия, и до 1816 года в Америке, то есть, в США, никакого ФРСа не было, была система частных банков.

 

Следующую веху можно поставить на 1836 году. Почему я ещё люблю писать даты, потому что, у людей должны возникать какие-то ассоциации, и мы о них ещё поговорим, с этими датами в каких-то других странах, что где происходило. Поподробнее мы об этом будем говорить впереди.

До 1816 года ничего не существовало. Потом возник Второй, так называемый, Банк.

 

Артём Войтенков: Насколько я читал - Первый Банк он тоже был каким-то частным, получастным, он не был государственным.

 

Дмитрий Еньков: Да, Первый Банк так же, как и сегодняшняя ФРС, это вполне такая частная структура. А вот с 1816 удаётся банкирам пробить Второй Банк. С 1816 по 1836 Второй Банк благополучно существует.

Но в 1836 году случается интересная штука. Президент Эндрю Джексон (Andrew Jackson) берёт и усилием воли опять не продляет его полномочия. И до 1862 года ещё раз наступает Эпоха без банков.

 

Артём Войтенков: В него даже стреляли из-за этого.

 

Дмитрий Еньков: Сейчас мы об этом скажем. Эти вещи они называются, например, вот эта – Эра свободных банков. У США прямо есть определение. То есть, над банками никто не довлеет. Самое интересное, что они в этот момент начинают даже свою валюту каждый банк эмитировать.

 

С 1862 года опять появляется система национальных банков. Если с1836 по 1862 была Эра свободных банков, то до 1913 у них так называемые Национальные Банки. Если пробовать объяснить это простыми словами, то Национальные Банки это то же, что сейчас Федеральные банки, которые и входят в состав ФРС. Поэтому, они не говорят, что вот эта эпоха  с 1862 по 1913 год была совсем без единого какого-то банка, но, вот эти Национальные Банки пытались уже наладить какую-то систему и структуру.

 

Артём Войтенков: Национальные Банки - почему так называются?

 

Дмитрий Еньков: Это типа Федеральных банков, можно сказать.

 

Артём Войтенков: То есть, они не государственные всё равно?

 

Дмитрий Еньков: Нет, они также не государственные. Такое же обманное название, как Федеральные. Так же, как вот Федеральная резервная система, кажется, что государственная, так же и Национальные. В России тоже есть примеры: Национальный резервный банк - он же никакого отношения к национальным резервам не имеет. Просто название там, НРБ.

 

Интересные вещи, сейчас мы о них начнём уже разговаривать.

1873, 1893 и1907 годы в США происходит серия банковских паник. То есть, вот эти вот Национальные Банки показывают, что:

- Мы не можем, мол, без единого какого-то  центра, мы пытаемся, но не можем. И нужно, всё-таки, чтобы кто-то взял наконец-то в свои руки это управление.

 

То есть, буквально:

- Первая волна не получилась,

- Вторая волна, 1893 год, не получилась.

- В 1907 году ещё раз не получилось.

Но, как бы все понимают, что если так и дальше будет продолжаться, то просто Америка перестанет, видимо, существовать как страна.

 

Артём Войтенков: А что они делали?

 

Дмитрий Еньков: Официально они сказали так (аналитики, даже современные, анализируя то время), что якобы недостаточная эластичность доллара, и недостаток ликвидности. Для меня это, кстати, удивительный момент.

 

Артём Войтенков: Для меня это, и для многих зрителей, это просто сотрясение воздуха.

 

Дмитрий Еньков: А для меня это экономические термины. Но они удивительны вот в каком смысле. Что такое недостаток ликвидности? Это значит, что не хватает просто наличных денег. То есть, что-то в стране надо делать. Все сейчас понимают уже, что это можно провести параллель с нашей текущей. Если мы хотим какие-то грандиозные стройки, а ждём каких-то инвесторов, вместо того, чтобы взять, напечатать денег, и построить нужные объекты. А мы всё пытаемся каких-то иностранных инвесторов привлечь. Кстати, обращаю внимание зрителей, что привлечение иностранных инвестиций - это просто отдача ресурсов иностранцам. Потому что, если ты что-то хочешь делать в своей стране, достаточно просто взять, и построить за свои деньги. В крайнем случае, если у тебя нет технологий…

 

Артём Войтенков: Покупается всё.

 

Дмитрий Еньков: Да, тогда покупаются заводы, как это было при Сталине. Но привлекать инвесторов, это просто взять кусок территории отдавать кому-то там чужому под завод, под ещё что-то. Когда всё это ты можешь делать сам, просто напечатав деньги. Так вот, как раз такие вещи, якобы недостаток ликвидности,  то есть, наличных денег, у них там происходит. Что странно, ещё раз говорю, потому что, банки могли сами печатать деньги.

 

Артём Войтенков: Там куча долларов каких-то разных. Там целые каталоги этих долларов.

 

Дмитрий Еньков: Да. Может быть, как версия, они и хотели  добиться вот этим коллапса как раз системы, чтобы наконец-то подмять всё под себя. И дальше мы сейчас увидим вот эту логику действий ФРС. В принципе, те, кто анализировал кризис, например, 2008 года, ипотечный кризис США, более ранние, - они как выходили после этих кризисов? Просто вот эта семейка банкирская, она какие-нибудь крупные банки после этого себе захватывала. То есть, они как бы разорялись на этом, и они их просто в свою включали систему.

 

Артём Войтенков: Кризис, это время, когда крупные поедают более слабых, тех, кто разорился.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно верно. Но мы, люди, которые только сейчас начинают с политикой, последние несколько лет пытаются понять, проанализировать - они читают про кризис 2008 года, понимают, что там крупные банки захватывали другие крупные банки, на самом деле только укрупнялись после кризиса. А я хочу вот эту параллель отвести туда, далеко вглубь, показать, что на самом деле там происходило у них то же самое. Я так понимаю, что вот эта череда этих депрессий, она так и продолжалась специально, пока не вынудили в 1913 году всё-таки создать опять, можно сказать, это Третий Банк. Потому что они уже распробовали как бы вкус, они знали, как это работает, когда всё тебе одному подчиняется. Ну а дальше, мы сейчас увидим, как они выстраивали там империю.

 

Артём Войтенков: Скорее всего, они не то, что распробовали, они изначально были на это направлены, перевозя печатную машинку из Англии туда.

 

Дмитрий Еньков: Да. То есть, вы там пока барахтайтесь, пока мы силы набираем, а потом мы организуем там череду кризисов, и всё равно, всё ваше станет нашим, если уж так совсем простым языком говорить.

 

Ещё я хотел обратить внимание на период - 1836 год. Когда тогдашний президент, Эндрю Джексон прекратил деятельность Второго Банка, там было сделано то же самое. Вот здесь мы разобрали пример, давайте мы о нём поговорим. 1834 год опять рецессия. Они организуют рецессию

 

Артём Войтенков: То есть, опять такое денежное падение, да?

 

Дмитрий Еньков: Да. 1835 - это покушение на этого самого Джексона, который уже говорил, что он будет закрывать Банк. И вот они пытались дестабилизировать ситуацию, чтобы его просто убрать из президентов, организуя рецессию, потом покушение. Причём, покушение было, какое? В него два раза в упор на курок нажали, но револьвер там не выстрелил, что, кстати, странно. И тогда уж он без разговоров в следующем году прекращает деятельность этого Банка.

 

То есть, банкиры, они боролись за эти свои привилегии. Но это только часть подводных таких камней, про которые обычно не говорят. Говорят какие-то ключевые:

- Первый Банк в таком-то году, потом он прекратил существование, не продлили ему.

- Второй Банк тогда-то, тут опять не продлили.

- А вот 1913 году создали систему.

 

Мы начинаем какие-то интересные вещи выяснять. Оказывается, перед тем, как Банк закрыть, происходят интересные события: организуется рецессия, организуется покушение на президента, который заявлял изначально, что он хочет закрыть. Он, кстати, по происхождению шотландец, у него там шотландско-ирландские корни, как, правда, у всех жителей США в то время. Но всё-таки, он не англичанин чистый, а он вот шотландец и ирландец.

 

Здесь опять смотрим, вот эта череда, давайте красным тоже выделим: тоже рецессии, рецессии, рецессии, там какие-то спады и так далее. И говорят уже к тому, что видите, не справляются, якобы Национальные Банки, нужна сильная рука. Вот в тринадцатом году организуется Федеральная резервная система. Ещё раз говорю: агентство, фактически, федеральное, которое просто выполняет функции Центрального Банка. Странно, что не сам Центральный Банк. А вот с чем у нас ассоциируется этот год вообще в мире? Тринадцатый, дальше что произошло?

 

Артём Войтенков: Первая Мировая война в четырнадцатом году.

 

Дмитрий Еньков: Да, это интересный момент. Что как-то вот до этого почему-то, Первой Мировой войны не было. Мы что можем вспомнить? Это 1812, Наполеон, у себя в России, во всяком случае, Крымская война. А вот, Первая Мировая уж такая, которую весь мир признал мировой, она случилась вот прямо, если в этом масштабе - 1914 год. Интересно, правда, что организуется ФРС, и со следующего года начинается война в мире.

 

Артём Войтенков: Не в мире, а в Европе.

 

Дмитрий Еньков: Она мировая называется.

 

Артём Войтенков: Но, слушай, американцы в ней не участвовали.

 

Дмитрий Еньков: Тогда, чтобы убедить и тебя, и наших зрителей, я несколько интересных ещё цифр приведу. Чтобы мы о мире поговорили, обо всём.

- Вот, Мексика, берём. Революция в Мексике 1910-1917 год.

- Россия все знают: 1905 и потом 1916-1917. Потому что, там февральская буржуазная.

Турция. Турция вообще интересный предмет для отдельного разговора, потому что, революцию там осуществляли наши же революционеры. Я был, там стоит памятник, вместе с Ататюрком стоят наши военачальники, которые помогали туркам тогда.

- Турция 1908-1909, и потом, допишу, 1918-1923.

- Иран - 1905-1911

- Китай - 1911, и 1925-1927.

- Индия - 1905-1908. И 1912-1920 годы.

 

Это просто выборка такая, по крупным странам. Германии нет.

- Германия – 1918.

 

Артём Войтенков: А у них что было?

 

Дмитрий Еньков: Революция, так же, как и у нас.

 

Артём Войтенков: А что-то мы про это ничего не знаем?

 

Дмитрий Еньков: А как это не знаем? Троцкий же поехал её делать в Германию. Интересно же, что в Турцию поехали наши революционеры делать революцию.

 

Артём Войтенков: Парвус туда ездил, да?

 

Дмитрий Еньков: Да, и в Германию поехали наши. Вот, Троцкий лично. И почему-то потом, мы знаем, Троцкий в Мексике жил. Смотрим, а там революция была в 1910-1917 году.

 

Артём Войтенков: Нет, про Троцкого отдельная песня. Его туда просто выпнули, может быть?

 

Дмитрий Еньков: А почему он в Мексику поехал? А когда вот это вот смотришь, то понимаешь, что вот тут эпоха наступила такая, где одновременно начались. Может какие-то революции чуть раньше, но, в основном вот эта вот мировая война и революции - вот это время.

 

Артём Войтенков: С начала двадцатого века.

 

Дмитрий Еньков: Да. Интересное совпадение. И совпадение ли это?

Вернёмся, так как мы говорим о ФРС, нам важно его отследить, какие-то вехи. Сейчас станет понятно, зачем я сейчас революцию упоминал, потому что дальше мы тут обозначим, примерно вот здесь - 1923 год. У ФРС в это время происходит создание комитета инвестиций открытого рынка, якобы для координации деятельности ФРС. И напишем здесь: тогда впервые наконец-то в ФРС вошли несколько Федеральных банков, встали в управление - это Нью-Йоркский банк (Федеральный резервный банк Нью-Йорка).

 

Артём Войтенков: Слушай, слова какие знакомые – "открытый рынок".

 

Дмитрий Еньков: А сейчас я дальше расскажу, будет ещё интереснее. Бостон, Филадельфия, Чикаго (чтобы людям было понятно) и Кливленд - кто стоял у истоков. И называлось - организовали Комитет инвестиций открытого рынка. Это была первая такая заметная веха, когда появились впервые Федеральные банки в его составе, а что было до этого, мы сейчас к этому вернёмся.

 

А вторая веха, интересная - 1930 год, когда уже окончательно формируется система двенадцати Федеральных банков, я тут не буду их перечислять, но те банки, которые и сейчас там. А комитет переименовывается в Ассоциацию политики открытого рынка. Всё у них открыто якобы, всё у них прозрачно. Я на что хотел обратить внимание, то есть вот этот период у нас получается какой-то закрытый. А кто же там рулил с тринадцатого по двадцать третий? В двадцать третьем, если посмотреть на эти годы: всё уже произошло в мире, и мировая война закончилась, и революции. Тогда, пожалуйста: Комитет инвестиций открытого рынка и позвали туда банки наконец-то, так, для вида, пять этих первых. А когда уже совсем всё укрепилось, тогда 12 банков наконец-то переименовали, но опять - Ассоциация политики открытого рынка. А что здесь-то было? Здесь происходили интересные события, точнее их надо датировать чуть раньше: 1910-ым годом. Давайте я сделаю такую вывеску, наверное, отсюда.

 

Был такой в Америке сенатор по фамилии Олдрич (Nelson Aldrich), он стал изучать. Когда стало понятно, что после системы рецессий и прочих кризисов надо возвращаться к системе единого Центрального Банка. Он едет в Европу, этот Олдрич, изучать опыт европейских банков. Он был настроен скептически, но посмотрел опыт Германии. Чтобы было понятно, что получается у нас ФРС основан на опыте Центробанка Германии, на самом деле. Это даже не придумка историческая получается, а они посмотрели, как там это происходит, и решили якобы повторить. Почему якобы, сейчас станет понятно.

 

Конгресс в США после того, как заслушали Олдрича и ещё там был один товарищ Вриланд (Vreeland). Конгресс принимает акт, так он и называется Олдрича-Вриланда (Aldrich-Vreeland Act) о создании Национальной Денежной Комиссии, которая должна разработать такую систему, которая позволит избежать этих якобы рецессий. Но она создала, мы уже понимаем, ФРС. Но как это происходило?

 

В 1910 году ведущие экономисты: сам Нельсон Олдрич, Пол Варбург (Paul Warburg), может быть кто-то эту фамилию знает.

 

Артём Войтенков: Знакомая фамилия.

 

Дмитрий Еньков: Известный банкир, можно посмотреть о нём информацию.

 

Артём Войтенков: Банкирский дом Варбургов. Да.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно правильно. Фрэнк Вандерлип (Frank Vanderlip).

 

Артём Войтенков: Это бывший голландец, сразу можно сказать.

 

Дмитрий Еньков: Голландские банкиры. Гарри Дэвидсон (Harry Davidson), Бенджамин Стронг (Benjamin Strong). Ещё там был помощник Секретаря Казначейства Эндрю Пиатт (Piatt Andrew). Эти товарищи собрались и разработали эту систему. А что они разработали? Вот ФРС - система ФРС.

 

Почему я их переписал сюда? Потому что когда встаёт вопрос, "а кто входит в ФРС", то это первая подсказка, я бы сказал подсказка номер один. Здесь уже появляются, во-первых Олдрич, которому поручили, а во-вторых, Пол Варбург уже сам просто сел, засветился, прямо скажем.

 

Но теперь встаёт вопрос: а кто такой Олдрич? Откуда он взялся этот товарищ? А оказывается, у него друг был, лучший друг Нельсона Олдрича, тот самый Джи Пи Морган (John Pierpont Morgan). Тоже банкир, который не стал светиться. Если у тебя есть управляющий твой Нельсон, ты ему поручаешь это, он и делает, то есть друг якобы его, тот самый Джи Пи Морган. А дочка Нельсона Олдрича вышла замуж за Джона Рокфеллера младшего (John Rockefeller), то есть дочь за Рокфеллером.

 

И вот эти люди, собирают Комиссию, решают, что давайте сделаем ФРС, и после этого получается ФРС. Поэтому, когда говорят "а кто же там стоит за спиной ФРС?", я думаю, что надо вот здесь искать. Я, по крайней мере, может быть это впервые, кто это озвучивает, я не знаю. Эти фамилии Морган, Варбург и Рокфеллер - для меня это уже явное их участие в создании ФРС. Если остальные персоны это так, что-то такое, то это - явные люди, которые стояли у истоков ФРС. Мне кажется либо они закрывают эту часть, это десятилетие, потому что здесь вот это происходит и там никто не должен был сюда лезть, эти десять лет. Потому что когда уже все революции везде прошли, 1923-ий, они открылись миру. А ещё через 7 лет в тридцатом уже организовали эту Ассоциацию, но это всё - это уже закрывающие вещи на самом деле, эти пять банков, двенадцать. Надо сюда смотреть: в эту Комиссию и в эти фамилии, которые тут всё налаживали, рулили, а потом уже для проформы, включая эти банки.

 

Потом они занимались только тем, чтобы эти 12 банков прикарманить и это мы видим в дальнейших кризисах. После каждого очередного крупного кризиса, очередной банк из федеральных, который не входит в эту систему этих товарищей, он переходил к ним в руки. То есть он банкротился, переходил к ним, банкротился, переходил к ним. Всё изначально было создано, чтобы всю финансовую систему подмять под себя. Это несмотря даже на то, на самом деле, что ФРС и так диктует условия, как мы обычно говорим, что все банки являются филиалами ФРС.

 

Артём Войтенков: Центробанки?

 

Дмитрий Еньков: Всё Центробанки, да. Но они ещё напрямую их себе подчиняют, просто перекупают.

 

Артём Войтенков: Получается: в рассказах нынешних о ФРС говорится о том, что ей рулят эти двенадцать банков, которые были туда включены в 1933 году, так?

 

Дмитрий Еньков: Да.

 

Артём Войтенков: А по твоим словам получается немножко не так, что сначала была организована ФРС, а потом банки сказали: "Давайте вы сюда входите, банки".

 

Дмитрий Еньков: Да.

 

Артём Войтенков: И потом постепенно каждый банк хрясь и его переводили уже под свой контроль. Раз - следующий кризис, под свой контроль отодвигают.

 

Дмитрий Еньков: Да. То есть это такая тёмная комната, где не понятно кто изначально. Понятно - эти товарищи у истоков стояли. Куда разрешают зайти людям: "Давайте к нам тоже".

 

Артём Войтенков: Или загоняют.

 

Дмитрий Еньков: Да. А потом… Тебе же хочется войти в Федеральную резервную систему, вот теперь я такой крутой. А потом бац: "Извини, кризис, ты обанкротился случайно, давай мы тебя перекупим и спасибо, ты, конечно, молодец". И так с каждым кризисом. Сначала с пяти начали, потом двенадцать включили и потихонечку мы видим, что ещё раз, во все остальные кризисы один из этих банков вдруг банкротится и переходит под управление этих товарищей.

 

В 1933-ем году они создают Федеральную Корпорацию Страхования Депозитов.

 

Артём Войтенков: Страхования вкладов.

 

Дмитрий Еньков: Да, это то же самое: депозиты и вклады - это одно и то же.

 

Артём Войтенков: Чтобы понятно было.

 

Дмитрий Еньков: А чтобы понятно было, мы вот, что скажем. Что в Америке депрессия началась в 1929 году. То есть сначала там люди остались без денег. Если бы Федеральная Корпорация Страхования была создана в 1925 году, а потом началась Великая депрессия (Great Depression), я бы понял. А когда ты сначала устраиваешь великую депрессию, а я уже не сомневаюсь… 1929 год, давайте напишем - Великая депрессия. Кстати, они любят всё "великая" называть. Как у нас в это время что-то происходит, то это - голодомор, который русские устроили украинцам и казахам.

 

Артём Войтенков: И сами перемёрли, кстати, при этом.

 

Дмитрий Еньков: Да. При этом русских больше всего и умерло почему-то. А как у них, так это - Великая депрессия, и отбор золота у населения, прямо скажем прямыми словами.

 

Артём Войтенков: Под страхом тюремного наказания.

 

Дмитрий Еньков: С одновременным отбором золота у населения, но это "Великая депрессия", и так они с ней боролись, продолжая развивать ФРС. В 1929 – Великая депрессия, в 1930 году Ассоциация появляется: 12 банков входит. В 1933 Гитлер приходит к власти, а эти решают защитить якобы страховщиков, которые уже обобраны до нитки, кого защищать-то, народ нищий в США в это время.

 

Артём Войтенков: Теперь новые вклады.

 

Дмитрий Еньков: Да, теперь можно страхованием зато заниматься, потому что нечего людям вкладывать, а мы такие добрые создали эту систему. И одновременно, что здесь ещё произошло? Совет ФРС получил право вносить изменения в резервные требования банков, входящих в ФРС. То есть Совет стал фактически рулить этими банками, он им стал говорить, сколько им резервов надо хранить, то есть началась такая уже управленческая манипуляция этими банками. То есть ты входил сюда радостный.

 

Артём Войтенков: Да какой радостный? В Великую депрессию туда входил, даже более не радостный. Скорее всего, их туда и загнали.

 

Дмитрий Еньков: Может быть, интересная версия. Но второй момент, что они, допустим, выжили, объединились и тут им говорят: "Слушайте,  давайте мы будем говорить, сколько резервов вам надо поддерживать, объём какой".

И начинают тобой рулить. Вроде ты же входил на правах частного лица, причём в частную структуру. А тут вдруг ты вошёл и тебе начинают говорить: "Давай-ка резервы вот такие держи". То есть начинают управление тобой в это время 1930-1933 год.

 

А дальше происходят интересные вещи. Ещё есть два ключевых события, безумно интересных, которые на первый взгляд, может быть, к ФРС не имеют отношения, а на второй - очень даже имеют. И тоже мы их вот как напишем.

1944 год. В июне месяце, 6 июня, давайте вот так напишем 6.06 – Тегеранская конференция, когда Сталин, Черчилль и Рузвельт  встречаются для якобы раздела мира послевоенного, и мирового устройства, 6 июня.

 

И тут же с 1 июля по 22-ое происходит Бреттон-Вудская конференция (Bretton Woods). Нам это рассказывают многие об этом, но говорят как? Бреттон-Вудс, то есть в связи с ФРС рассказывают Бреттон-Вудс. Да?

 

Артём Войтенков: Ну да.

 

Дмитрий Еньков: А интересно, что до Бреттон-Вудса они встретились и обсудили этот момент. И после того, как они втроём что-то обсудили, через месяц они уже собрались и стали внедрять. Основной посыл какой был Бреттон-Вудской конференции?

 

Артём Войтенков: Что доллар будет мировой резервной валютой, что доллар будет вместо золота, грубо говоря.

 

Дмитрий Еньков: Да. Тут заменили доллар на золото. Причём обычно говорят так: 35 долларов за тройскую унцию. В общем-то, запомнить тяжело. А сколько тройская унция - начинаются такие вопросы. Поэтому я рекомендую всем по-другому это запоминать: 1.1 доллара за один грамм золота - так легче запомнить. Почти доллар за грамм, то есть доллар 10 центов за грамм - так легче запоминается, чем 35 долларов за какую-то тройскую унцию. А так всё понятно - 1.1 доллар за один грамм (и нам это ещё в будущем пригодится). Это прошла одна очень важная конференция, и этот момент я не зря объединил - не надо их отделять, это два события важных.

 

Что здесь важно для СССР подчеркнуть? Что мы участвовали в конференции Бреттон-Вудской, и мы, в общем-то, подписались под соглашениями, но мы их потом не подписали.

 

Артём Войтенков: Не ратифицировали.

 

Дмитрий Еньков: Да. Не ратифицировали на дипломатическом языке.

 

Артём Войтенков: Не зря они устроили в 1944, а не в 1946. Потому что Советский Союз был тоже потрёпан сильно войной, и все остальные государства тоже были потрёпаны. Пока ещё никто не взбрыкнул.

 

Дмитрий Еньков: Действительно, если проводить эту конференцию после 9 мая 1945-го года, то ты общаешься со страной-победителем.

 

Артём Войтенков: Да.

 

Дмитрий Еньков: И буквально, я думаю, что там Сталин бы сидел и диктовал условия, что он хочет. А когда ты общаешься где-то там в июне 1944, я напомню, что второй фронт был открыт в августе 1944 года. А то у нас многие любят рассказывать, особенно сейчас США, что они победили в войне. Да они в неё вступили, ребята, хочу вам напомнить - в августе 1944 года, даже после, обратите внимание. И теперь, наверное, многие поймут и без подсказки, что Тегеранская конференция, потом Бреттон-Вудское соглашение и подписание её Сталиным в июле послужило… давайте допишем это.

 

Артём Войтенков: Открытием второго фронта.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот какая цепочка на самом деле. А то все говорили: "Что же Сталин не мог нажать на этих самых, чтобы они открыли второй фронт?" А вот почему, потому что они пока не заставили Сталина. То есть они считали, говоря не с победителем ещё, не с ведущей мировой державой, а просто с участником войны, который вроде уже побеждает, но ещё на самом деле. Если бы они начали помогать Германии, то кто его знает, что там было бы.

 

Артём Войтенков: Да. А был же какой-то план у англичан?

 

Дмитрий Еньков: "Немыслимое" он назывался.

 

Артём Войтенков: "Немыслимое", да.

 

Дмитрий Еньков: Но он был рассчитан на 1945 год и если бы мы не взяли Берлин, но это действительно отдельная тема. Почему он был разработан и почему он не вступил в действие? Опять вот эта цепочка. Потому что поговорили, Сталин согласился, мягко говоря, на их условия, поехали наши делегаты на эту конференцию и там подписали всё.

 

Артём Войтенков: Всё, что нужно согласились.

 

Дмитрий Еньков: Да. После этого нам открыли Второй фронт, и только в 1945 году мы взяли и не ратифицировали вот эти соглашения. С этого момента на нас, конечно, обиделись. Эта операция "Немыслимое" могла, кстати, сыграть в тот момент, потому что они придержали немецкие дивизии там, причём с оружием, то есть они их разоружили, но оружие там было недалеко. Если бы мы не подогнали танки, не показали, что мы готовы будем и дальше сражаться, то есть мы не настолько истрёпаны, то возможно было бы продолжение войны. То есть ситуация была не простая. Вот так интересно ФРС всплывает.

 

И следующую дату я хотел тут написать.

1971-1978 годы - это так называемая Ямайская конференция. Сейчас мы от неё назад немножко отмотаем. Чем интересна Ямайская конференция? Тем, что там отказались от золотого стандарта, который мы только здесь прописали. Вроде бы ввели, посмотрите, на шкале эти события между собой очень близко расположены: не успели ввести, как уже отменили. Ладно, что-то здесь произошло, потом здесь. Только успели ввести фактически золотой стандарт.             

        

Артём Войтенков: У них же стали золотишко требовать за доллар.

          

Дмитрий Еньков: Вот, мы немножко отъедем назад и посмотрим. Вот, что здесь произошло: 1965-1967 годы начинается обмен долларов, этих бумажек. Народ быстро просёк (обращаю внимание, 1944 год и 1965 год, это двадцать лет), что это просто бумага печатная. Де Голль (все это знают, наверное, не будем подробно останавливаться) повёз пароход в США с долларами. Просто цифру вам назову,  Франция: он обменял семьсот пятьдесят миллионов долларов на восемьсот двадцать пять тонн золота.    

 

Артём Войтенков: Ничего себе! Понятно, почему его скинули потом.

 

Дмитрий Еньков: Тонн.Да, ему устроили там цветную революцию, его свергли. Всего в этот период США потеряли три тысячи тонн золота, у них забрали.

 

Артём Войтенков: Кто ещё забирал?

 

Дмитрий Еньков: Германия, Япония - они уже старались это не афишировать. Вслед за Де Голлем все побежали, почему они резко прекратили обмен, это был 1967 год. И в 1971 они уже созывают конференцию. Сем лет страны сопротивлялись.

 

Артём Войтенков: Ещё бы. Золото.

 

Дмитрий Еньков: Да.У нас ваши доллары валяются ненужные. Они всё-таки продавили к 1978 году систему, после которой доллар уже не имеет под собой никакого золотого обеспечения.

 

Артём Войтенков: Только военное. Военно-нефтяное.

 

Дмитрий Еньков: К предыдущему рисунку – что происходило с золотовалютными резервами.

В 1938 году их золотовалютный резерв составлял тринадцать тысяч тонн перед войной, перед самой.

1945 год – семнадцать семьсот тонн. Это интересно: кто после войны тратил деньги, а кто хорошенько так заработал.

 

Артём Войтенков: Мы же им платили золотом за технику военную.

 

Дмитрий Еньков: Это уже вопрос о помощи. Это помощь, или, извините, просто покупка-продажа товаров? Мы приходим в магазин, батон хлеба покупаем. Что нам магазин помог? Мы должны ему теперь по гроб жизни быть обязаны, что он нам батон хлеба продал? Мне это смешно, когда такие вещи называют помощью.

1949 год – двадцать одна тысяча восемьсот тонн, что составляет семьдесят процентов мирового запаса на тот момент. В 1949 году.  

 

Артём Войтенков: Они же союзникам поставляли и тоже не бесплатно. Поэтому, конечно, они себе набрали, плюс у населения отобрали ещё  сколько.

 

Дмитрий Еньков: Да. Но, как обычно, я это написал не просто так. Сейчас мы поговорим о такой интересной вещи. 1949 год – запомнили, что это последний год, когда у них пик накопления золотовалютных. Что произошло в 1950 году? Об этом почему-то мало кто рассказывает, есть информация, конечно. Сейчас мы об этом расскажем нашим зрителям.

 

Что происходит?

Сталин просто взбрыкнул. В первый раз он взбрыкнул, когда не подписал в 1945 году Бреттен-Вудское соглашения. К 1950 году он окончательно определился с тем, что делать дальше. Что делает СССР? Он создаёт альтернативную систему этой ФРС. Почему я эту тему упомянул, потому что мы как-то смотрим всё в ключе ФРС - вот она одна мировая система. На самом деле это неправильно говорить. С 1950 года в мире появляется альтернативная доллару система. Это надо тоже понимать. То есть, если на нашей схеме нарисовать, то в этом месте пошла вот эта развилка – 1950 год.

 

Артём Войтенков: Её быстро закрыли.

 

Дмитрий Еньков: Недолго она прожила. Что происходит в 1950 году? Первого марта выходит постановление Совета Министров СССР о повышении курса рубля: с пяти рублей тридцати копеек до четырёх рублей. За что?

 

Артём Войтенков: За доллар, наверно.

 

Дмитрий Еньков: Правильно, а нам об этом не рассказывают почему-то. Оказывается с 1937 года у нас рубль был привязан к доллару, тоже по предыдущему постановлению.

 

Артём Войтенков: Что значит привязан? Просто был курс определённый.

 

Дмитрий Еньков: Да, был курс такой к доллару установлен. Тут выходит это постановление - он резко меняется. Но это как бы введение, так сказать. Обозначим это как первый этап борьбы Сталина с ФРС. Сталин против ФРС – так напишем.

 

Какая система создаётся в СССР? Объявляется, что рубль теперь тоже основан на золоте, на золотой составляющей. Эта золотая составляющая равняется - за один рубль - ноль двадцать два двадцать один шестьдесят восемь грамма (0,222168). Фактически, с этого момента, это ключевое, доллар тоже приравнивается к золоту. С этого момента появляется две альтернативные валюты, привязанные к золоту. То есть, Сталин, мы уже знаем, не подписал Бреттон-Вудс, который привязывал доллар к золоту. Он меняет курс - роняет курс доллара, прямо скажем, причём, хорошенько так. Привязывает жёстко рубль к золоту.

 

Госбанк устанавливает курс – четыре рубля сорок пять копеек за один грамм. А мы помним, что доллар, тут я напишу - один и один за один грамм. Конечно, наша промышленность и экономика была подорвана. Эти соотношения, можно сказать, и есть соотношение экономик двух стран. У нас надо за четыре рубля с с половиной покупать грамм, а у них достаточно одного грамма. Настолько мы были войной подорваны. А США, если сюда ещё раз посмотреть, после войны только упрочили своё положение. Это разумные цифры. Факт даже не в этом. Не важно, в конце концов, какое соотношение. Главное, что появилась мировая валюта. Тут же, не останавливаясь, Сталин созывает второй этап. Это как бы такой цифровой, можно сказать, рублёво-золотой. Сталин не останавливается. Он тут же созывает, в апреле 1952 года.

 

Артём Войтенков: Ты знаешь, я тебя наверно поправлю. Это не две валюты золотых, это две системы получается. Потому что ты можешь сделать валюту на острове Тимбукту, привязанную к золоту, но ей никто пользоваться не будет, потому что она никому не нужна.

 

Дмитрий Еньков: Действительно, это две альтернативные системы. Альтернатива СШАанской системе.  В апреле 1952 года в Москве проходит экономическое совещание, на котором страны Восточной Европы и Китай  решают создать зону торговли альтернативную доллару. К ней проявляют интерес  следующие страны: Иран, Эфиопия, Аргентина, Мексика, Уругвай, Австрия, Швеция, Финляндия, Ирландия и Исландия. Знакомые названия: Иран, Аргентина, Ирландия, Исландия, которая сейчас отвязывается от этой системы мировой. Вот, они с нами всегда дружили. Почему я Китай упоминал отдельно. Это апрель 1952 года. А уже в марте 1953 Сталин умирает скоропостижно. И тут же теперь понятно почему, это легче понять. Это не просто происки кого-то по национальному признаку.

- А вот: "Парень, ты конкретно начал играть. Ты сделал золотой рубль, и ты эту систему стал предлагать всему миру. И пол мира сразу к тебе готова присоединиться, оказывается".

 

Вообще, Восточная Европа и Китай сразу подружились, а эти пошли. Что тут интересно, почему я тут Китай написал? Как только Сталин умирает, мы же знаем, что Мао Цзэдун, он отворачивается от СССР. Потому что это было разрушено Хрущевым. Когда про Хрущёва говорят, начинают перебирать, что он натворил: кукуруза, какая-то ерунда. А ключевое событие - вот это было. Когда Сталина устранили от развития альтернативной денежной системы, Хрущёв сразу  рассорился с Китаем. Китай стал считать нас уже врагом, и совершенно правильно. Потому что не осталось альтернативы, надо идти на поклон США.

 

Вот такая интересная картина вырисовывается, когда изучаешь просто историю ФРС США. 

 

Артём Войтенков: Давай, продолжим. То есть, эта система переводного рубля и так существовала. Но потом её всё равно грохнули. С началом перестройки.

 

Дмитрий Еньков: Да, мы говорили и выясняли с нашими экономистами ведущими, правильными, так сказать, экономистами, что у нас было действительно в стране три вида рубля: наличные.

 

Артём Войтенков: Которыми все в магазине рассчитывались, население.

 

Дмитрий Еньков: Безналичные, которые шли на стройку коммунизма, которые не пересекались с наличными рублями. Поэтому у нас строительство Днепрогэсов, БАМов и других строек не вело к росту инфляции. И третий, действительно, ты правильно сказал - переводной рубль. Эта система такая интересная была выстроена, которая не давала расти инфляции, и позволяла снижать цену, при правильной экономике. Потому что как только Сталина убрали, систему не сразу  развалили, её убрали при Горбачёве уже. Вехи совсем другие вырисовываются у страны, когда смотришь с этой точки зрения.

 

Артём Войтенков: Да.  

 

Дмитрий Еньков: И понимаешь тогда: кто, что на самом деле делал.Что Хрущёв делал, что потом Горбачёв, глядя на это. То есть, все расчищали дорогу вот этой генеральной линии. Здесь у нас в 1950 году началось, а в 1953 году можно уже крест ставить.

 

Может, чтобы не заканчивать на пессимистической ноте, скажем, что опять сейчас мы что делаем: мы предложили странам единое экономическое пространство, как Путин его озвучил "от Лиссабона до Владивостока" -  присоединяйтесь.

 

Мы, к сожалению, не можем пока похвастаться, что мы с Белоруссией (а у нас единое государство как бы считается) имеем валюту единую. Сейчас хорошие новости приходят из Новороссии. Но они тоже осторожно об этом говорят. Потому что, то новость идёт, что будут платить зарплату, пенсию в рублях, потом они поправляются и уже следующая новость приходит, что мы будем платить тем, чем наполняется бюджет:

- Будут в нём рубли - будем рублями выплачивать.

- Будут доллары - будем доллары выплачивать.

- Гривна - гривнами.

То есть, пока мы не можем даже к этому вернуться, что мы проходили совсем недавно.

 

Артём Войтенков: Давай, подытожим. Сначала было создание частного Банка Англии, который деньги тоже рисовал бумажные и векселя,  как хотел. Потом это всё переехало в США. 

 

Дмитрий Еньков: Да, с 1776 года.

 

Артём Войтенков: Видимо, была какая-то цель, надо подумать над этим. Потом там стали образовываться банковские структуры, то есть, частные банки стали загонять под какую-то единую систему. Это был Первый Банк, ему дали лицензию на столько-то лет. Не понравилось, не вышло - прикрыли. Потом продавили Второй. Опять не вышло - опять прикрыли. Потом чередой крупных катаклизмов и денежных неприятностей, наконец-то продавили Третий. Не стали его называть Первый, Второй, чтобы народ уже..

 

Дмитрий Еньков: Не возникало ассоциаций, потому что их прикрывали. 

 

Артём Войтенков: Тогда назвали ФРС – Федеральная резервная система, якобы, федеральная.После этого начались мировые неприятности, по всем континентам прокатились всякие разные государственные перевороты: началась Первая мировая война. Кстати, Первая мировая война позволила американскому доллару выплыть наверх. До Первой мировой войны у нас были сильными валюты: рубль, британский фунт, немецкая марка, французский франк. Был ряд крепких валют. После этого, естественно, они все повоевали друг с другом, просели. А доллар, находясь на другом континенте, ему ничего не было, он наоборот поднялся. Когда идёт война, соответственно, капиталы текут туда, где спокойней, эта страна наживается на поставках вооружения или продуктов, например.     

 

Дмитрий Еньков: Как говорили: "Ищи кому выгодно". Получается, кто войну  затеял?  Те, кто нажился. Вот, результат налицо. 

   

Артём Войтенков: Потом у нас получается загон в Америке всех банков под ФРС. Всё в большей и большей степени ФРС запускает свои щупальцы и берёт их под контроль.

 

Дмитрий Еньков: Банк потихоньку каждый откусывается под тех банкиров, которых мы здесь предположили, кто стоит у истоков ФРС на самом деле.

 

Артём Войтенков: Морган, Рокфеллеры.

 

Дмитрий Еньков: И Варбург, да. Потом происходят два важных события – это Бреттон-Вудская конференция, когда доллар привязывают к золоту. После Бреттон-Вудса - Ямайская конференция произошла.

 

Артём Войтенков: Открытие Второго фронта ты чётко привязываешь к Тегеранской конференции и подписания Советским Союзом Бреттон-Вудского соглашения.

 

Дмитрий Еньков: Да.

 

Артём Войтенков: Когда все согласились, только тогда открыли Второй фронт.  

 

Дмитрий Еньков: После того, как мы уже закончили войну, когда точно уже подписали все договоры, тогда мы уже взяли и отказались русифицировать. В этом месте была уже интересная игра до 1945 года, уже до победы. И тогда им уже пришлось говорить со страной-победителем. А страна-победитель уже совсем другие выставляет условия. Они пытались провести операцию "Немыслимое", которую мы упоминали.

 

Артём Войтенков: Кстати, становится чётко понятно - зачем ядерная бомба на Хиросиму, зачем Дрезден.

 

Дмитрий Еньков: Да! Когда в 1945 году мы отказались русифицировать соглашение - роняется вдруг бомба. 

 

Артём Войтенков: На бедных японцев, которые даже не дрались, ничего.

 

Дмитрий Еньков: А англичанебомбят Дрезден в это время, действительно.

 

Артём Войтенков: Англичане с американцами, они вместе это делают.

 

Дмитрий Еньков: Да. Как операцию устрашения, действительно, ты прав. Ямайская конференция, которая была, естественно, следствием. Она не просто так, сама по себе, отвязка доллара от золота, а следствие кризиса, когда все страны, начиная с Франции с Де Голля повезли эти ненужные бумажки. То есть, страны очень быстро просекли - с 1945 по 1965 годы. За двадцать лет стало понятно уже всем, причём до такой степени, что просто погрузили бумажки на корабль и повезли сдавать, пока не поздно. Это два года осуществлялось. После чего они прикрыли в 1967 году, и срочно четыре года думали что делать, созвали конференцию. Мучили, мучили всех, наконец-то убрали золотую привязку доллара к золоту.

И одновременно, будет интересно зрителям, что в 1950 году появилась альтернативная система.

 

Артём Войтенков: В 1952 году, ты сказал?

 

Дмитрий Еньков: В 1950 году мы привязали рубль к золоту. Так же как и доллар был привязан к золоту чуть раньше. И тут же, чтобы не останавливаться на достигнутом, в 1952 году мы уже созываем конференцию, совещание большое -  Восточная Европа и Китай. И говорим, что мы будем создавать пространство.

 

Артём Войтенков: Это ответ на Бреттон-Вудскую конференцию, получается.

 

Дмитрий Еньков:  Да.    

 

Артём Войтенков: После этого Сталина убирают.

 

Дмитрий Еньков: Да. В марте его уже не стало.

 

Артём Войтенков: Интересно у тебя получилось, любопытно достаточно у тебя получилось всё это выстроить. Некоторые вещи я не связывал одно с другим. А когда вот так выстраивается всё, получается более чёткая и объёмная картинка этой системы, которая явно ползёт к мировой власти - постепенно, не спеша, устраивая войны, кризисы, голодоморы, великие депрессии. И ей вообще по барабану - сколько народу умрёт, совершенно без разницы.  

 

Дмитрий Еньков: Да. А нам важно, что у нас был уже такой пример в этом месте. И нам есть на что ориентироваться, чтобы создавать свои альтернативы.

 

Артём Войтенков: Будем надеяться.

 

Дмитрий Еньков: Последствия могут быть крайне негативные. Надо всё это иметь тоже в виду.

 

Артём Войтенков: Дмитрий, спасибо большое за разговор.

 

Дмитрий Еньков: Спасибо тебе.

 

Артём Войтенков: За эту беседу. Я думаю, что зрители тоже оценят твой исследовательский труд.

 

Набор текста: Наталья Малыгина, Маргарита Надточиева, Альфия Гультяева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (835 мб)
Видео MP4 640x360 (311 мб)
Видео MP4 320х180 (169 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (13 мб)
Звук 32kbps MP3 (13 мб)
Звук 64kbps MP3 (26 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (39 мб)

Текст:
EPUB (131.32 КБ)
FB2 (227.26 КБ)
RTF (343.18 КБ)

Кто владеет российскими банками?

Владельцами якобы национальных российских банков могут быть зарубежные компании.
Что произошло с банком “Траст”? На Центробанки России и Украины поданы заявления в прокуратуру - но за противоположные действия. Почему “Visa” и “Master” одновременно отключили Крым? Запуск в действие российской платёжной системы “Про100”.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Кто владеет российскими банками?

Банковские тайны

Видео: http://poznavatelnoe.tv/enkov_kto_vladeet_rus_bank

 

Собеседники:

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Дмитрий Еньков: Всех приветствую наших зрителей. Сегодня подведём небольшие, может быть, итоги и заодно поговорим о том, что произошло буквально за последнее время в свете того о чём мы говорили в наших предыдущих выпусках. Произошли интересные два события у нас в России Евгений Алексеевич Фёдоров подал запрос в прокуратору на действия Центрального Банка, который прекратил в какой-то период валютные интервенции, о которых мы рассказывали в предыдущих выпусках, называя это просто выбрасыванием долларов и золотовалютных резервов.

И по этому поводу у Евгения Алексеевича были претензии к ЦБ. Это новость от 1 декабря, причём шестичасовая. С 6 часов вечера там даже выделено у меня, подчёркнуто красным.

 

А на следующий день, 2 декабря, новость от пол пятого утра, на Украине против главы Нацбанка Украины завели уголовное дело. А суть обвинения сводится к тому, что Нацбанк Украины проводил валютные интервенции.

- То есть у нас ЦБ прекратил валютные интервенции, что насторожило Евгения Алексеевича.

- На Украине ЦБ проводил валютные интервенции. А в результате Украина теряла по 19 копеек с каждого купленного доллара – государству был нанесён убыток.

 

Предлагаю нашим слушателям, зрителям подумать над тем, какой же из двух банков поступал правильно: который проводил валютные интервенции, или который их прекратил? Как мы видим в обоих случаях против обоих банков были заведены уголовные дела.

 

А мы перейдём к более свежим новостям к нашим и поговорим о том, что у нас происходит после того как произошли некие потрясения рынка. Эти потрясения, конечно, не могли не отразиться на финансовых организациях в первую очередь. Один из крупных банков, который входит в топ-30, - банк "Траст" явно не выдержал этих потрясений. Новость вчерашнего дня на момент нашей съёмки, что совет директоров Банка России, то есть Центробанка, назначил санацию в банке "Траст", и санацией будет заниматься корпорация "Открытие", у неё тоже есть банк.

 

Банк "Траст" - один из крупных банков, кстати, интересно, что на эту новость отреагировал Александр Лебедев. А Александр Лебедев это тоже банкир, которого упоминает Валентин Юрьевич Катасонов в своих выступлениях, он ссылается на его лекции. Я рекомендую тоже зрителям посмотреть, где он рассказывает, как действуют и банки и ЦБ, как через банки с помощью ЦБ выводятся деньги (по версии Александра Лебедева) напрямую за рубеж, фактически, путём как раз, как он называет "дырявливания" этих банков. Он интересно отреагировал, в твиттере пишет: "Круто! Сколько же вынесли из этого банка,млрд.90 руб? Это крепкое второе место после Бородина, Пугачев слегка отстал...Браво, надзор ЦБ!". (Бородин – это банк Москвы) То есть проморгали, пришлось вводить санацию. Хотя санация это всё-таки лучше, чем если бы банк просто лопнул, и там бы были очереди из вкладчиков и так далее. А так банк вроде бы на плаву, просто туда приходит временная администрация, она продолжает работать и так далее.

 

Я об этом банке знаю не понаслышке, поэтому в двух словах хотел как раз рассказать, что же там происходит. И вообще давайте посмотрим, что это за банк такой "Траст", который в топ-10 входит Российских банков и вдруг ему понадобилась вот эта санация.

 

Начнём с того, что банк "Траст" - это в недавнем совершенно прошлом банк "Менатеп". "Менатеп" - тот самый, который возглавлял наш беглый нынче, проживающий за рубежом, бывший олигарх Михаил Борисович Ходорковский. Его активы нефтяные через фирму, если кто-то помнит, "Байкал Финанс Групп", офис которой так и не нашли в своё время. Она купила акции нефтяных активов, принадлежащих Ходорковскому, и перепродала их Роснефти. А у него остался этот банк, который стал называться "Трастом", и именно сейчас мы наблюдаем, как последние активы бывшего "Менатепа" переходят к корпорации "Открытие".

 

На корпорацию "Открытие" сейчас не будем отвлекаться, а посмотрим, что же это за банк "Траст", на его состав совета директоров. Вот совет директоров, можно посмотреть, я специально даже обвёл в кружки лица, которые имеют непосредственное отношение к акционерам этого банка. То есть, есть просто совет директоров, а есть люди, которые представляют из себя именно акционеров, то есть людей, владеющих большим количеством акций. Вот схема, сейчас банки обязаны печатать эти схемы, кто имеет влияние на бизнес банка, их просто обязали это делать.

 

Здесь жёлтые кружки – это те же самые кружки, что на совете директоров, чтобы было понятно, а красным подчёркнуты фирмы, через которые эти аукционеры номинальные, держатели акций, владеют пакетом банка. И выясняется, я подчеркнул специально, что все компании, которые владеют практически 100% банка "Траст", они все находятся, перечислю: Кипр, Британские и Виргинские острова, остров Мен, Сейшелы - самые известные наши оффшорные зоны. Фактически банк "Траст", практически почти на 100%, он где-то там управляется из оффшоров. Хотя нам говорят, что формально в конце всех цепочек стоят те же самые товарищи, но на самом деле стоять там может кто угодно.

 

С этой схемой разбираться надо так.

Берём банк "Траст", вот он в самом низу находится. Выше мы видим, как тут распределены акции - 1,53% – это прочие аукционеры.

 

Артём Войтенков: Прочие - 1,53%, понятно.

 

Дмитрий Еньков: 1,53 всего лишь, не известно кто это - может это и русские, жители России, поэтому мы не можем отнести их к однозначно каким-то иностранным. Сам Юров, он там есть на картинке, следующий - 3,97%. Потом управляющая компания "Траст" - "УК" "Траст, ей принадлежит 82-86%. Всё, что мы видим над этой управляющей компанией "Траст", выше, оно упирается как раз в эти Кипры, Британские острова, остров Мен, Сейшелы и так далее.

 

Если мы в самом низу этой таблички ещё правее переместимся, тут ещё есть 1,62% акций, 8,8% акций, 1,22% акций, в сумме - чуть больше 10%. Но над ними опять мы видим: Кипр, Сейшелы, Британские и Виргинские острова сплошные. То есть все держатели акций, в конце концов они стекаются к этим трём физическим лицам Юров, Фетисов, Беляев, но управление происходит через оффшорные компании. На самом деле получается, что только 1,53% прочих акционеров и 3,97%-4 самого Юрова, то есть 5% с небольшим, которые мы можем с уверенностью сказать, что они хотя бы российские.

 

Когда мы говорим, что санируют банк "Траст" (вывод какой короткий), получается, что санируется банк, принадлежащий почти на 95% неким оффшорным компаниям. Кто там, в оффшорах? Формально нам пишут, что 100% принадлежит нашим физическим лицам, но на самом деле, ещё раз говорю, - подставить можно вместо них кого угодно. Об этом Евгений Алексеевич часто рассказывает, что номинально нам могут картинку показать кого угодно, а на самом деле могут быть совершенно другие люди.

 

Что интересно, с недавнего времени, здесь в правой колоночке вверху написано - Пьотр Пьека (Piotr Pieka), он тоже есть, обведён, написано Великобритания…

 

Артём Войтенков: Член совета директоров.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот ему, если мы вниз посмотрим, принадлежит 8,8%, то есть больше в 2 раза почти, чем мы могли предположить, что принадлежит кому-то из русских здесь в России. То есть Юров и прочие аукционеры формально - это в 2 раза меньше, чем один товарищ, который из Великобритании. То есть получается, что когда сейчас санирует банк "Траст", это рушится не банковская система России, а это рушится некий интересный банк Михаила Борисовича Ходорковского в недалёком прошлом, который, оказывается, на 95% принадлежит оффшорным компаниям.

 

Артём Войтенков: Там же на нём написано - " Национальный банк "Траст" (National bank Trust), вывески. Вот вопрос: слово "национальный", глядя на это можно подумать, что он какой-то российский.

 

Дмитрий Еньков: Ну, вот это вопрос: чей он национальный?

 

Артём Войтенков: Да, действительно, какой национальности?

 

Дмитрий Еньков: Да. Потому что здесь мы видим и Кипр, и Британские. В основном, конечно, все эти оффшоры это Британские, и сам британец, который 8,8% акций владеет. Вероятно это какой-то национальный английский, англосаксонский, как это сейчас принято говорить, банк.

 

Здесь, кстати, есть ещё один товарищ интересный, я его отдельно обвёл с левой стороны - Озкан Батубай (Batubay Ozkan). Ему принадлежит небольшой пакет акций. Но если посмотреть кто это такой, оказывается, этот человек совершенно не простой. Я в двух словах прочитаю его биографию: родился он в 1975 году в Бельгии, образование получил в Стамбуле, это по имени видно, что кто-то из родителей у него был турок. Причём среднее и высшее образование получил в Стамбуле в колледже имени Роберта, среднее и высшее образование. То ли это колледж такой, который даёт одновременно и такое и такое образование. Потом он уехал в США, изучал экономику в колледже Гамильтона, в Гарвардской школе бизнеса учился – магистр экономики, и работал с ценными бумагами в банке Goldman Sachs в Нью-Йорке.

 

Артём Войтенков: Понятно.

 

Дмитрий Еньков: Но это ещё не совсем понятно, потому что на сегодняшний день, а эта новость от 2014 года, является главой департамента торговых операций на рынке России и стран СНГ Deutsche Bank – немецкого. То есть он смотрит, как бы за всем рынком СНГ, бывшем СССР.

 

Отучившись в США, человека присылают сюда, и через немецкий банк он надзирает над всем рынком ценных бумаг в бывшем СССР. Страны СНГ – это и есть бывший СССР. И мало того, он ещё и небольшой акционер у таких вот банков. Такой серый кардинал, такой присмотрщик, чтобы правильно торговали ценными бумагами видимо, раз он занимался на рынке ценных бумаг.

 

Это чтобы люди правильно понимали, что происходит. Кажется, что банки рушатся, а на самом деле, когда смотришь какие банки и почему они рушатся, выясняется, что там очень интересный такой… Вот эти все люди больше уже не акционеры - после санации туда входит корпорация "Открытие", она правда до 2020 станет полноправным владельцем, но она уже фактически занимается управлением, они уже никакого отношения к бизнесу не имеют.

 

Но после схемы банка "Траст" интересно показать один хотя бы один другой банк сравнить. А самое интересное это "Банк Россия", где даже Владимир Владимирович Путин открыл счёт, потому что это банк, который отказался от всех международных операций, чтобы его не могли прижать как-то на рынке.

 

И вот точно такая же есть схема по "Банку Россия". Красным кружком я обвёл то, что какие-то подозрения вызывает. Но суммарные кружки, которые надо вот здесь вокруг России читать: три красных кружка, вызывающие подозрение какое-то, потому что у них есть какие-то непонятные компании, но они суммарно 9%, 5,82% и 5,3%, то есть суммарно - это до 20% акций. Всё остальное - это полностью российские владельцы, они находятся внутри России.

 

Артём Войтенков: Это у тебя синим обведено я так понимаю?

 

Дмитрий Еньков: Да. Все остальные синенькие кружки – это то, что стопроцентно.

 

Артём Войтенков: А здесь нет такого акционера, как в банке "Траст". Здесь самый большой – это "УК "Траст", которая владеет 82,86%.

 

Дмитрий Еньков: Нет, здесь есть такой владелец, с левой стороны, как раз напротив там написано 39%.

 

Артём Войтенков: Так это меньше половины.

 

Дмитрий Еньков: Меньше, да, но большой пакет. Большой пакет у Юрия Ковальчука и у его супруги, суммарно у них почти 42% находится. Но, во всяком случае, это русские товарищи, тут никаких промежуточных кипрских, сейшельских, и остров Мейн-ских корпораций нет. Они владеют, мы просто читаем конкретные фамилии конкретных людей. Есть Газпром, кстати говоря, то есть банк, которому можно доверять в том смысле, что его вот так невозможно диктовать ему что-то из-за рубежа, поэтому он и не боится особенно санкций.

 

Ещё одна новость, которая буквально вчерашнего дня, что компания VISA и Master, которые весной и летом грозились Россию отключить, - они отключили Россию, но правда в её части крымской. Действительно убрали от расчёта всё. Люди, которые живут в Крыму достав обычную карту, они не могут совершить платёж, потому что там VISA и Master следом, вроде бы два конкурента. Казалось бы, если, допустим, VISA первая вчера заявила, что она отказалась, - Master взял бы и рынок под себя подмял. Так же должны капиталисты действовать?

 

Артём Войтенков: Да.

 

Дмитрий Еньков: Нет, Master тоже сказал: "И я тоже". Почему? Не понятно. Какие конкретно у бизнесменов из компаний VISA и Master Card, (Master они сейчас называются), претензии к рынку, я думаю, что никаких вообще нет. Просто никаких претензий. Какие у них могут быть претензии?

 

Артём Войтенков: Штаб-квартира в США.

 

Дмитрий Еньков: Что у них штаб-квартира и о том, что они вместе, синхронно отказались, причём в один день. Я ещё что-то мог подумать, что если бы там VISA отказалась хотя бы неделю назад, а Master ещё как бы. Нет, они прямо с разницей просто, одним пока, видимо, корреспондент позвонил что-то записал, потом другим, вот эти новости так с промежутком в час, полтора вышли друг за другом.

 

Это о чём говорит? О том, что России, конечно, нужно быстрее создавать свою систему, такую же, как "Банк Россия", которому все международные дела ни по чём. Он работает внутри России, у него нет укази с той стороны, потому что нет акционеров сторонних.

 

Так же нужно создавать собственную платёжную систему, о чём давно уже, кстати, говорят. Собственно, до конца этого года, она должна была быть создана. И вот радостная новость, я зашёл на сайт, и каждый зритель может зайти на сайт набрав в поисковике что-то типа, "ПРО" русскими буквами и цифру "100", то есть это звучит "ПРОСТО": "ПРО" и "100". Так называется вот эта карточка, тоже можно посмотреть, она уже есть. Универсальная электронная карта – так называется наша российская платёжная система. Там висит ролик, ему всего лишь на сегодняшний день две недели этому ролику, у него просмотров меньше сотни, по-моему. Но они уже начали работать - это наша российская платёжная система. То есть те, кто переживают, что у нас люди в Крыму не смогут получить, а они уже, естественно, часть России, перешли на рубли, - нет.

 

У нас создана своя платёжная система, она работает по всей России, в неё входит двадцать банков уже на сегодняшний день, среди которых Сбербанк и "Банк Россия", кстати. Но там не только Сбербанк, два крупных банка, то есть это нормально уже работающая система, с ней в России вы проблем вообще не будете испытывать. Пока, правда, только в России, с оговоркой. Но не так уж у нас много людей куда-то выезжают. Даже те, кто выезжают, они в основном всё равно пользуются банкоматами и банками на территории Российской Федерации. Выехав за границу, в конце концов, можно взять наличные какие-то деньги. Я думаю, в следующем году и эта уже проблема решится, возможно с помощью наших китайских товарищей и так далее.

Такие положительные новости к концу года накопились.

 

Хотел давно, чтобы люди посмотрели на одном экране, увидели вот эту вот вещь: где была бы Конституция Российской Федерации статья 75-ая о ЦБ, где в пункте 2 написано, что основная функция Центрального Банка – "защита и обеспечение устойчивости рубля". И закон о ЦБ, вот я специально их на одну страницу свёл.

А в законе написано, что целью деятельности Центрального Банка являются:

- Защита и обеспечение устойчивости (как это и в конституции написано).

- Развитие и укрепление банковской системы.

- Обеспечение стабильности и развития национальной платёжной системы, о чём мы только что поговорили. Надо сказать, что ЦБ реализовал эту свою функцию, свою одну из целей - платёжная система у нас появилась.

 

Артём Войтенков: Вопрос: её ЦБ сделал или кто-то другой?

 

Дмитрий Еньков: Вот эта система ПРО100 сделана на базе именно Сбербанковской карты ПРО100, она так и называется, и универсальной электронной карты. Формально, ЦБ просто взял и скоординировал вот эту деятельность Сбербанка, и вот этой универсальной электронной карты. Как бы сделано. Я бы сказал так, что на момент отключения Master и VISA, платёжная система должна уже была, конечно, функционировать на полную мощь, и даже иметь зарубежные выходы. Люди должны были ездить за границу и тоже спокойно расплачиваться - вот этого не сделано сейчас. Но, во всяком случае, она есть, как бы там ни было. Может быть, с запозданием, но систему сделали.

 

Развитие финансового рынка Российской Федерации, обеспечение стабильности финансового рынка - об одном и том же все эти пункты примерно.

 

И ещё один пункт здесь же, в статье третьей закона о ЦБ написано, что получение прибыли не является целью деятельности Банка России. Что я считаю, положительный, кстати, момент. Значит, вы заинтересованы должны быть не в прибыли, а в том, чтобы система у нас работала стабильно.

 

Артём Войтенков: А как может главный банк получать какую-то прибыль, если он выпускает рубль? То есть, какие вообще мысли о прибыли тут могут быть? Ты выпускаешь деньги для страны, для оборота экономического. При чём здесь прибыль?

 

Дмитрий Еньков: Да, я не люблю иностранные слова вот эти, дурацкие, и поэтому, когда говорят сеньораж, меня, аж, пробивает дрожь. На самом деле, конечно, вот это эмитирование денег, выпуск денег, то, о чём ты сейчас сказал, это и есть главный заработок. Представляешь, мы сейчас на листе напишем "Сто рублей". И вот этот лист бумаги отдадим кому-то за сто рублей. А он стоит сколько: бумага, плюс напечатать на ней. Вот это главная прибыль ЦБ, вот этот сеньораж идёт, очень большой. Кстати, Путин последовательно заставляет ЦБ эти деньги перечислять в доход государства. Вот, на сегодняшний день, а это совершенно недавно стало, буквально два, или даже год, как ЦБ 75% прибыли с этого сеньоража перечисляет в доход государства. До этого было пятьдесят, ещё раньше двадцать пять. То есть, там прибыль-то неплохая. Ещё раз говорю, это разница между… А пятитысячную банкноту сколько раз можно напечатать? Это сеньораж дикий просто получается. То есть, прибыль там есть. Но им написали хотя бы это, что ребята, вообще-то вы, как бы, не должны прибылью заниматься. Ваша задача - обеспечение стабильности.

 

Вернёмся к началу. А кто же прав-то был из двух ЦБ: наш, или украинский?

- Тот, который продолжал валютные интервенции?

- Или тот, кто их прекратил?

Кто же прав-то? Вот интересно, что сейчас зрители за эти десять, пятнадцать минут для себя решили. А ответ-то, вот какой.

 

На самом деле, когда прописывали конституцию и закон о ЦБ, не могли же (мы об этом уже как-то говорили) СШАнцы вот эти прописать так, чтобы у нас всё чётко, как часы работало, и Россия развивалась. Если мы знаем, что писали законы нам они, и конституцию. То есть, суть-то в чём? Что бы ни делали банки центральные, да и не центральные, у них не получится всё равно, сделать так, чтобы экономика росла, а вот как у них написано "защита и обеспечение устойчивости рубля" они могли в полной мере осуществлять. Не прописали им это в законах: что нужно делать на самом деле, чтобы рубль не падал, чтобы экономика росла.

 

Артём Войтенков: Это просто сама схема какая-то, с изъяном.

 

Дмитрий Еньков: Да, может быть, сейчас, перед Новым Годом не будем углубляться в подробности, скажем так. Что даже само разделение Министерства экономического развития и финансов, и Центробанка, это уже плохо. Это как единый организм.

 

Артём Войтенков: Так это и был в Советском Союзе единый организм.

 

Дмитрий Еньков: Если у человека рак начался, то, вот придёшь к парикмахеру, постригите. Постригут, вроде там красиво, а у него опухоль растёт, он погибает на глазах, он загибается. То есть, невозможно стрижкой, или тем, что он горло прополощет, вылечить внутреннее какое-то заболевание. Так и здесь. Это единый организм. Поэтому, даже если ЦБ будет стараться за что-то бороться, обеспечивать эту защиту устойчивости, у него не будет получаться в отрыве от министерства соответствующего, во-первых.

 

А во-вторых, вот эти общие слова об "обеспечении устойчивости", они на самом деле ничего не значат. Ещё раз говорю, что есть же конкретные способы. Давайте мы введём, как мы с тобой тоже это уже обсуждали, паритет, например. Как вариант, что было в СССР - паритет доллара и рубля. Кстати, мы говорили о том, что тогда у нас в СССР была государственная собственность. Поэтому, СССР мог себе позволить это. Но вторая-то сторона медали - а в Америке-то не была государственная собственность, но она же соглашалась на этот паритет, и торговлю с нами вела именно по тому курсу, который мы устанавливали. Значит, возможно? Возможно. И сейчас, когда у нас не государственная собственность.

 

Это как бы один из вариантов, когда не нужно следить за рынком, выбрасывать на него валюту из закромов Родины, или наоборот, скупать срочно. Просто, курс установлен? Установлен. Все на него согласны? Согласны. Значит, предприятия, которые хотят что-то продавать, или покупать, они идут по этой цене покупают. Не надо ничего поддерживать, этот курс. Он сам пересчитывается.

 

Есть интересные паритеты - можно пересчитать, по затратам электроэнергии, например. Есть много на самом деле. По золоту даже пересчитать. Просто посмотреть, сколько золота, именно чистого золота, не валюты, а сколько золота. Потому что, Россия сейчас очень активно скупает, это интересный момент, мы сейчас закупаем столько золота, что ого-го - мы вышли на второе место после Китая. И это очень приятно. То есть, если нам кто-то собирается устраивать кризис на ближайшие, как Путин сказал, максимум на два года эта ситуация продлится, то на эти два года у нас должно хватить, по идее, запасов.

 

Возвращаясь к закону о ЦБ, конечно, надо менять само законодательство, и конституцию, а не пытаться какими-то мерами, которые ЦБ пытается предпринять, вырулить из этой ситуации. Потому что не прописано в законе тех мер, которые реально выведут, поднимут нашу экономику на другой уровень. Поэтому, мы и бьёмся за то, чтобы изменять конституцию, и, конечно, закон о ЦБ надо переписывать.

 

Артём Войтенков: Закон о ЦБ и конституцию надо переписывать, потому что, Центробанк, он вообще в каком-то странном положении находится. Что бы он ни делал, или чего бы он не делал, - всё плохо.

- Если он поддерживает курс рубля, он тратит золотовалютные резервы.

- Если он не поддерживает, тогда рубль падает.

А это всё происходит из-за вот этого совершенно, я считаю, глупейшего… Ну как глупейшего? Он совершенно не нужен для нашей страны, механизм вот этого курса рубля, который считается от торгов на валютной бирже, от того, что кто-то там сколько-то продал, а кто-то сколько-то купил. Вообще, какое это отношение имеет?

 

Дмитрий Еньков: К экономике.

 

Артём Войтенков: К жизни, да, к производству? Никакого.

 

Дмитрий Еньков: Если туда спекулянты вышли в какой-то момент, а мы об этом подробно рассказывали даже схемы, как можно безумный спрос организовать на доллар. Спекулянты захотят что-то сделать, это обычно к нам, к обычным людям не имеет никакого отношения. Мы как работали, наши фирмы, компании, как работали, так и работают, и вдруг курс вырос сам по себе. Это, естественно, чистой воды спекуляция. Надо их просто на корню, что называется, прекращать.

 

Про ЦБ я хотел сказать, немножечко его действия объяснить, потому что, идут такие как бы нападки на действия ЦБ, что вот, он не справляется. Действительно, не справляется потому, почему мы сегодня обсуждали. Но, вот эта вот высокая ставка, ключевая, которая сейчас семнадцать процентов составляет, к чему она? Чтобы просто люди понимали. К чему эта мера была назначена? Действительно, кредитный рынок, он умер. Это на себе уже даже заёмщики почувствовали. Многие, наверное, получали СМС-ки, что мы вам закрываем лимит кредитный, мы перестали выдавать ипотеку, мы перестали автокредиты давать. Конечно, при таких ставках, да и людям по таким ставкам кредиты не нужны.

 

Но, с другой стороны, если у нас из банков действительно люди стали деньги забирать - паника лёгкая началась, люди пошли забирать деньги. Доллар растёт, значит, надо просто деньги снимать, покупать хотя бы телевизор, холодильник, чего успеют, сколько денег там у кого оставалось. А в результате, банки, выдавая вот эту всю наличность, стали сталкиваться с дефицитом этой самой наличности. А это как раз шаг к краху банка.

 

И вот этим вот поднятием ставки ключевой, что сделал ЦБ?

Да, с одной стороны, он убил рынок кредитования - никто это не отрицает.

Но с другой стороны, мы как-то уже обсуждали это подробно, что ключевая ставка, она привязана как раз к ставке по кредиту и ставке по депозитам.

 

А как она к ставке по депозитам, я напомню, привязана? Через налоговый кодекс, там статья как раз о налоге на доходы физических лиц, в частности, о налогах со ставки по депозитам, которые превышают на пять процентных пунктов ставку рефинансирования. Сегодня семнадцать ставка, пять процентных пунктов, это значит, семнадцать плюс пять, двадцать два. Вот сегодня, максимальный депозит, сказал ЦБ, может составлять двадцать два процента. И банки резко подняли ставки по депозитам. Вот что сделал ЦБ - он дал банкам поднять ставки по вкладам, чтобы люди не забирали деньги. А я могу сказать по своим знакомым, и по себе, что мы просто пошли и переложили вклады.

 

Артём Войтенков: Под более высокие проценты?

 

Дмитрий Еньков: Под девять, под десять. Ну, когда тебе банк предлагает, крупные банки, восемнадцать, девятнадцать, двадцать, люди вдруг остановились, вот эта волна, которая бежала, и банки действительно бы рухнули, а тебе раз, говорят: "Конечно, можешь забрать, но вот тебе двадцать два". Двадцать один вот сейчас проценты реальные есть. Это не страшно. Это не МММ-овские проценты. Это нормальные проценты, которые разрешает ЦБ. Это не подпадает под налогообложение. Другое дело, что как банк будет отрабатывать эти деньги. Но, объясню. Хитрость в том, что банки вот эти процентные ставки установили на короткие сроки, на короткие вклады - до трёх месяцев. То есть, лишь бы ситуацию вот эту переждать. Видимо есть надежда, что в течение трёх месяцев что-то случится. Я не знаю, плохое, или хорошее, банкам-то главное продержаться вот этот вот период. Я хочу сказать, что как бы там ни было, а год подходит к концу с довольно позитивным настроем.

 

Артём Войтенков: Ничего себе, позитивным, рубль рухнул на столько, а у тебя позитивный настрой.

 

Дмитрий Еньков: Не всё так плохо.

 

Артём Войтенков: С одной стороны, не всё так плохо, но с другой стороны, вот это вот падение рубля устроил тот же самый Центробанк, и задрал ставку. То есть, это двоякий инструмент. С одной стороны, он гробит чего-то, а с другой стороны, он чего-то улучшает. Но, всё равно, как бы инициатором вот этого всего нынешнего падения был Центробанк, который перестал поддерживать рубль.

 

Дмитрий Еньков: Да. Это был, естественно Центробанк. И он так и будет в этих качелях находиться, как мы видим по "Банку России", Нацбанку Украины, у которого точно такие же проблемы. Точно так падает, только не рубль, а гривна, он там что-то пытается сделать, и на оба банка в результате подают в суд, или в прокуратуру заявление. И это так эти качели и будут продолжаться, так эти наши банки бедные будут метаться от одного к другому, из одной в другую крайности, пока мы не скажем им, что, ребята, нам просто нужно стабильное развитие в стране, нам нужно, чтобы вы вкладывали деньги в экономику не на две недели, как мы с тобой смотрели по таблице, один день, неделя, две недели. Нужны кредиты на тридцать лет, на двадцать лет под какие-то минимальные совершенно ставки, и даже, мы уже об этом говорили, под отрицательные процентные ставки. Потому что, у нас в России, чтобы мы просто были конкурентными с какими-нибудь испанцами, итальянцами, - они снега не видели.

Я вот тут на улице встретил недавно, из Мьянмы двух студентов.

Говорю: "Вы, наверное, первый раз здесь снег увидели?"

Они говорят: "Да".

Они у меня спросили, как в метро пройти, на ломаном русском, я думал, что это вьетнамцы.

Говорю: "Вы откуда?"

- "Из Мьянмы" Учатся в МГТУ имени Баумана, что приятно.

Говорю: "А потом чем будете заниматься?"

- "А потом вернёмся, будем промышленность у себя поднимать".

То есть, у людей настрой такой. Не как у нас, уехать из этой рашки, в Лондоне отучиться, там работать. Они понимают, что у них нет хорошего образования. Они едут в Россию, чтобы поучиться, но потом вернуться на Родину, и поднимать свою собственную страну.

Я говорю: "А почему вы в Китай не поехали?"

- "А потому что, здесь китайцы сами учатся у вас, в России".

Это ещё одна хорошая новость, что у нас опять не всё так плохо.

 

Артём Войтенков: Образование у нас до сих пор одно из самых лучших. Наверное, самое лучшее, пока ещё. Техническое.

 

Дмитрий Еньков: Несмотря на то, что его… Да, так что, есть у нас положительные всё-таки, новости. И есть, главное, положительные тенденции. И если мы ещё в следующем году, в начале, может быть, в начале следующего года нам удастся ЦБ всё-таки поменять, как мы и хотим: конституцию, закон о ЦБ, провести референдум. Надеюсь, что это будет всё-таки, не на каких-то там, скажем так, тревожных событиях, когда уже никакого выхода не останется, а это мы сможем сделать в более-менее стабильной обстановке, и выйдем из этой ситуации. Как всегда, Россия, собственно, и выходила, и побеждала. Я думаю, что мы в очередной раз победим.

 

Артём Войтенков: Ладно, хорошо Дмитрий, спасибо за такой рассказ. Я кстати, про вот эту систему ПРО100 даже и не знал. Первый раз от тебя услышал, а она уже, оказывается, работает. И честно говоря, возможно стоит на неё перейти. В связи с первым ударом по Крыму вот этих MasterCard. Слушай, а что будет? Вот у меня есть карточка, например, системы VISA, того же Сбербанка. Я приду в банкомат, засуну её, а мне скажут: "Мы тебе ничего не дадим". Да?

 

Дмитрий Еньков: В Крыму. Крым отключили.

 

Артём Войтенков: В Крыму. Но, это может произойти и в России. Они же грозятся уже долго это сделать.

 

Дмитрий Еньков: Запросто. Это как вот такой первый звоночек.

 

Артём Войтенков: Карта, это просто ключ к счёту. То есть, деньги на счету остаются, если у нас, например, VISA и MasterCard отключают. Мы просто идём тогда в Сбербанк, и перевыпускаем карту, не VISA, а вот эта ПРО100, и дальше пользуешься своими деньгами. Так получается?

 

Дмитрий Еньков: Значит, карта, действительно, это просто ключ к счёту. И мы к этому счёту можем выпустить и другую карточку именно вот этой системы. Если там уже, в тех двадцати банках, список можете на сайте посмотреть, вот этой ПРО100 системы, если у вас счёт там открыт, то вы просто можете завести эту карту, чтобы, даже если VISA и MasterCard вдруг отключатся, у вас всегда всё будет продолжать работать. Вы в банкоматах, а у нас почти все банкоматы в России, во всяком случае, если весь Сбербанк в этой системе, то…

 

Артём Войтенков: Сбербанк, это основная часть.

 

Дмитрий Еньков: Да, что уже проблем нет с этой системой. Может быть, надо конечно, поработать в направлении зарубежных платежей. И тут шаги следующие будут, как один из вариантов, через Китай. У китайцев есть своя система, но они начали её строить не то, что раньше нас, а активнее нас. Они вышли на более широкий рынок. И кстати, ничего сложного нет, просто подключиться к китайской системе, и тоже, автоматически, сразу получить доступ к банкоматам по всему миру, к большой его части. Я хотел вот ещё что добавить. Вот эта ситуация с Визой, и Мастером показывает, насколько, на самом деле, даже вот эти банки, которых кажется у нас девятьсот в России, и каждый банк сам по себе…

 

Артём Войтенков: Их же закрывают по три каждый месяц.

 

Дмитрий Еньков: Пока они ещё держатся. Если по три в месяц, то девятьсот ещё хватит, да, на наш век хватит. Так вот, кажется, что каждый банк такой самостоятельный, он ведёт какую-то политику, он сам кредиты выдаёт, сам депозиты привлекает, какую-то рекламу. А оказывается, вдруг где-то там, на том конце Земли кто-то сказал: "Раз, я вот это, выключил, и вы там не сможете". И вот этот банк, куда мы ходили, такой гарант надёжности и стабильности, вдруг выясняется, всё, он не может в Крыму платежи проводить. Вроде бы большой, мощный банк, не обязательно, кстати, Сбербанк, у нас много, ВТБ. А всё - они ничего не могут, оказывается, сделать, просто потому, что некая, даже не банковская организация, просто какая-то платёжная структура, та, которая деньги где-то как-то переводит, она какой-то рубильник выключила. И вот эти наши здоровенные банки-монстры, выясняется, что они беспомощные вдруг оказываются, с нашей точки зрения. Мы не можем ни оплатить ничего. Всё, карточка, как кусок пластика, который можно выкинуть, и бежать просто в банк, снимать деньги, потом ходить по магазинам.

 

То есть, вот это вот показывает всю нашу зависимость от этих самых, как принято называть, американцев. Вот перехватим, свой ЦБ сделаем, будет хорошо уже нам, своя платёжная система - замечательно. Мы каждый раз, как спруту какому-то, обрезаем вот так щупальца, и всё свободнее, свободнее нам становится дышать.

 

Вот нужно ещё, чтобы мы своей экономике помогли, потому что у ЦБ такой перекос:

- С одной стороны он сейчас сумел удержать вкладчиков, от того, чтобы они бежали деньги из банков забирать.

- А с другой стороны - кредитование-то встало. А без кредитования предприятиям тяжело.

Нужен следующий шаг, ребята. Если сказали А, то говорите Б - давайте дешёвые долгосрочные кредиты, вот, что сейчас нужно нам в первую очередь. И дальше мы уже будем ЦБ всё-таки превращать в структуру, которая будет работать на нашу страну.

 

Артём Войтенков: Спасибо за рассказ. Тогда посмотрим, что будет в следующем году

 

Дмитрий Еньков: До встречи, и с наступающим Новым Годом.

 

Набор текста: Маргарита Надточиева, Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (547 мб)
Видео MP4 640x360 (202 мб)
Видео MP4 320х180 (110 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (8 мб)
Звук 32kbps MP3 (8 мб)
Звук 64kbps MP3 (17 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (25 мб)

Текст:
EPUB (177.29 КБ)
FB2 (275.64 КБ)
RTF (241.35 КБ)

Сколько Россия платит в США?

Дмитрий Еньков: Сколько Центробанк России платит в США?
ЦБ России, помимо основного канала выплаты дани - покупки государственных облигаций США, дополнительно выплачивает дань, выбрасывая миллионы доллары на биржу ради поддержания курса рубля.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Серия: Банковские тайны

Сколько Россия платит в США?

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_skolko_russia_platit_v_usa

 

 Собеседники:

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество,

Елена Гоголь

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Артём Войтенков: Дмитрий, мы с тобой встречаемся уже третий раз, и ты нам опять будешь рассказывать про банки. Мне даже интересно, что ты такое новое нашёл, чего не рассказал в прошлые разы.

 

Дмитрий Еньков: На самом деле, информации действительно много с прошлого нашего ролика. Но начать бы я хотел традиционно: напомнить в двух словах, о чём мы говорили в прошлый раз. Мы говорили с вами о том, что в США система ФРС и его взаимодействие с банками устроено так, что он просто кредитует федеральные банки, которые собственно и образуют Федеральную резервную систему, под процент, который близок к нулю фактически. А уже вот эти банки федеральные кредитуют промышленность, предприятия под тоже какую-то минимальную ставку, в районе четырёх процентов годовых. Так устроено у них.

 

А у нас всё немножечко по-другому. И хотя мы знаем, что ЦБ является фактически филиалом ФРС у нас в стране, но, естественно, он не может быть так же устроен, как в США. Поэтому, у нас эта система работает по-другому. У нас есть тоже банки, у нас есть ставка (как раз о ней мы прошлый раз говорили) ключевая, но пока ещё в законодательстве прописана, как ставка рефинансирования. То есть, она прописана в налоговом кодексе, и она играет роль контрольную некую: не пущать, не разрешать. Она с двух сторон не даёт банкам предлагать размещать у себя вклады по высокой ставке, и выдавать кредиты по низкой ставке.

 

Фактически, я вам рисовал такой бегунок, где ключевая ставка, ставка по депозитам чуть выше и ставка по кредитам чуть ниже. Она вот так росла у нас с 2013-го года, когда ключевую ставку ввели, она доросла на тот момент, когда мы снимали ролик до восьми процентов, а сейчас мы уже знаем, что она скаканула, аж до девяти с половиной процентов. То есть, с восьми до девяти с половиной поднялась. Соответственно, мы должны понимать, что банки теперь снизу поджаты налоговым кодексом, завязаны на эту ставку. Банки снизу поджаты через налоговый кодекс ограничением минимальной ставки по кредиту. Причём, ограничением таким, косвенным.

 

Артём Войтенков: Ага, не прямым, не то, что нельзя, не пущать.

 

Дмитрий Еньков: Просто, если вы выдадите кредит ниже, чем три четверти ставки рефинансирования, пока что написано в налоговом кодексе, то всё, что будет ниже этой ставки, вот эта часть, она будет облагаться налогом на доходы. А клиенты не хотят потом перед налоговой светиться. Не столько, что банкам нельзя, а просто клиенты: "А что, там ставка ниже?"

 

Или наоборот, вкладчики: "А что, там ставка выше?"

Чем та, о которой будет сообщено в налоговую инспекцию, и разница будет обложена соответствующим налогом на доход. Об этом мы говорили в прошлом ролике, поэтому, не будем останавливаться.

 

Поэтому, просто скажем сейчас, что ЦБ фактически не то, что выдаёт кредиты, и мы как раз разбирали все вот эти в прошлом ролике ставки. Как он не кредитует нашу промышленность на какие-то смешные сроки. И банкам приходится самим из средств акционеров, напомню, вкладчиков, межбанковского рынка кредитов, и плюс все остатки на счетах, которые есть. Которые, мы думаем, что у меня там, на карточке лежит пятьдесят рублей. А предприятие считает, что у него восемь миллионов лежит на счету На самом деле, эти деньги, они тоже постоянно банк использует для того, чтобы кого-то там прокредитовать.

 

Артём Войтенков: Мы поняли то, что инструментов у Центробанка влияния и развития российской экономики просто нет.

 

Дмитрий Еньков: Да. И это прописано в законе о ЦБ, и в конституции.

 

Елена Гоголь: Вот здесь такая стрелочка между ФРС и Центральным Банком. ФРС кредитует, получается, Центральный Банк своими деньгами, или как?

 

Дмитрий Еньков: Нет. Просто, все структуры во всём мире Центробанков, это фактически, те же самые филиалы ФРС. Только они наделены меньшими полномочиями, чем сама Федеральная резервная система, которая как раз кредитует у себя в стране. А вот эти её филиалы в других странах, они не могут кредитовать банки - не дают денег в нужных объёмах на большие сроки. Мы как раз говорили, что в СССР там мощнейшие были проекты, которые двадцать лет, тридцать лет, - никто на такие сроки, естественно, денег от Центробанка не ждёт.

 

Артём Войтенков: Типа БАМа или Саяно-Шушенской ГЭС. А теперь банки берут вот здесь, наши.

 

Дмитрий Еньков: Да, ещё один, кстати, путь, ты совершенно прав. Фактически, вот эта система вынуждает наши и банки, кстати говоря, и напрямую сами компании, которые надо было здесь ещё нарисовать где-нибудь, некие компании, предприятия. Фактически, вот эта система, когда наши банки ограничены той же самой ставкой по налоговому кодексу, и не могут давать дешёвые кредиты, а собственные средства у нас тоже дорогие, и банки сами занимают на внешних рынках. И клиенты, просто глядя на всё это, они сами регистрируют оффшоры, и на них, допустим, оформляют кредиты. Или идут в иностранные банки. И почему-то наши банки не зарабатывают. Зарабатывают, но, конечно, сравниться трудно.

 

Фактически, если мы видим на рынке дешёвую ставку по кредиту, то значит, что, скорее всего, этот банк сам взял кредит. Я работал как раз по программе кредитования Европейского банка реконструкции и развития, который пришёл в Россию и через русские банки на тот момент раздавал деньги, то есть, он давал банку по дешёвой ставке, а банк, накручивая свою маржу, скажем так, ещё свои проценты, выдавал конечному потребителю. Но это получались какие-то безумные проценты. То есть, когда вот эти предприятия берут под четыре, а у нас там под двадцать четыре. Разница понятна. И это при том, что мы уже упоминали, что нам надо заводы строить с мощными фундаментами, стенами, отоплением.

 

Артём Войтенков: У нас неравные природные условия.

 

Дмитрий Еньков: Да. Зимой чистить снег, и так далее, и тому подобное.

 

Артём Войтенков: Тогда, получается, смотри: деньги идут вот сюда, в банки, идут из этих банков в наши, российские банки, идут из этих банков в наши российские компании, которые в оффшорах находятся. Но они не идут из Центробанка.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно правильно. Этот крест я хотел в финале поставить. Вот этого у нас как раз нет. Но это коротко о том, о чём мы говорили прошлый раз.

 

А сегодня у нас тема не менее интересная. Для того, чтобы к ней подойти, начнём вот с чего. Может быть, для большинства это вопрос известный, но, всё равно, его надо осветить, чтобы мы потом говорили на одном и том же языке. Мы так, схематично, прошу прощения, нарисуем матушку Россию нашу.

 

Артём Войтенков: Крым не забыл.

 

Дмитрий Еньков: Крым, да. У нас здесь природные ресурсы, леса, нефть, вот её там, допустим, в цистернах везут, хотя у нас трубопроводы. Газ на газовозах. Назовём это всё общим словом "ресурсы". Здесь границу схематично проведём. И вот эти ресурсы мы используем не только внутри страны, но и отправляем, у нас с удовольствием покупают их за рубежом. А из-за этого самого рубежа, нам за них расплачиваются, так заведено у нас, почему-то, по чьей-то нелепой случайности, по какой-то, хотя вовсе это не случайность…

 

Елена Гоголь: Бумажками.

 

Дмитрий Еньков: Да, нам платят бумажками, на которых нарисованы доллары. Сейчас уже от бумаги перешли к более… Даже уже на бумагу денег не тратим.

 

Елена Гоголь: Просто циферки нам отчисляют.

 

Дмитрий Еньков: Да, виртуально гонят цифры. Но, это не самое страшное. Дело в том, что мы знаем, что вот эти доллары, они у нас частично, опять же, отправляются на покупку Государственных казначейских обязательств. Поэтому, давайте для того, чтобы не в пустоту это всё уходило, тут нарисуем противоположный континент, не менее, может быть, схематично, Это нам ещё пригодится.

 

Артём Войтенков: Ты рисуешь две Америки сразу.

 

Дмитрий Еньков: Раз уж я нарисовал, тогда давайте немножко скажем, почему я их две рисую. Потому что, когда мы говорим, вот эти американцы, я вот этот термин не очень люблю. Потому что американцы, вот здесь вот тоже они американцы: чилийцы какие-нибудь, вот здесь мексиканцы, там канадцы. Это вот всё американцы: здесь северные, здесь южные. Но почему-то, так вот у нас вышло интересно, что именно вот эта часть Северной Америки почему-то присвоила себе вот это название – "американцы это мы". Но мы ж понимаем.  

 

Давайте мы будем этот термин более как бы внедрять, что ребята, не американцы некие абстрактные, а сшанцы, во-первых. Но сшанцы тоже, прямо скажем: не каждый сшанец наш враг. Вот ты снимал, например, Тима Керби.

 

Артём Войтенков: Да

 

Дмитрий Еньков: Он же наоборот. Он даже живёт у нас. По-моему, он женился на русской.

 

Артём Войтенков: Да у него дети уже есть.

 

Дмитрий Еньков: Да. Он что, это наш враг? Если мы говорим абстрактно американцы, даже сшанцы, то мы знаем несколько примеров.

 

Елена Гоголь: Рон Пол, допустим, тоже. Вообще на нашей стороне.

 

Дмитрий Еньков: Да. Допустим, Маккейн нас поливает грязью, а Рон Пол наоборот. То есть, даже в США в самих надо тоже сужать термин, наших явных врагов. И он всё больше сужается до некоего такого маленького квадратика с надписью ФРС. Который, слушая наших патриотических лидеров, мы знаем, что, фактически, управляет и президентом, и скорее всего, и конгрессом, я так понимаю.

 

Елена Гоголь: И сенатом.

 

Дмитрий Еньков: И сенатом и военными, и транснациональными корпорациями.

 

Елена Гоголь: Военными – не однозначно, там идут трения постоянно.

 

Дмитрий Еньков: Тут согласен. Генералы тоже разные есть. Но и в сенате же разные люди есть. И всё-таки, источник надо чётко идентифицировать. И тогда мы будем точно знать, что это ФРС, а не вся Америка противостоит России, или ещё многим другим странам, и вгоняет их через систему ФРС в кабалу, заставляя выплачивать дань.

 

Так вот, почему я так подробно вот это рисовал? Дело в том, что из США, вот так уж тогда нарисуем, нам приходят доллары, а мы, опять же по какой-то странной, нелепой системе отправляем эти доллары опять обратно в США. Мы знаем, что часть вот этих, прибывших к нам в страну долларов, идёт обратно в США на покупку государственных казначейских обязательств. Вот эту часть, наверное, патриотическая общественность знает, как это всё работает. Мы надеемся на то, что нам мифический минимальный процент за это заплатят, и вернут деньги вот эти, которые у нас вложены.

 

Елена Гоголь: Так мы под проценты покупаем.

 

Дмитрий Еньков: Под проценты. Но, этот процент…

 

Елена Гоголь: А какой это процент?

 

Артём Войтенков: Там очень маленькая доходность.

 

Дмитрий Еньков: Мы на предыдущем рисунке тут рисовали - близкие к нулю. Вот здесь давайте так и напишем, он почти не отличим от нуля. Ноль целых, не помню сколько…

 

Елена Гоголь: То есть, не восемь процентов.

 

Дмитрий Еньков: Да нет. Это смешно.

 

Артём Войтенков: Сейчас я точно скажу. В интернете я нашёл график. Здесь вот несколько видов облигаций США государственных. Они есть месячные, трёхмесячные, шестимесячные, однолетние, двухлетние, трёхлетние, пятилетние, семилетние, десятилетние, и самые большие тридцатилетние. Так вот, доходность по, например, одномесячным средняя - это ноль целых ноль тридцать восемь тысячных процента. По годовым это доходность – ноль целых ноль девяносто девять тысячных. Одна сотая процента на годовых. На пятилетних уже доходность там полтора процента. А на тридцатилетних аж целых три процента.

 

Елена Гоголь: Интересно сравнить с инфляцией просто вот эти цифры.

 

Дмитрий Еньков: А мне интересно сравнить с кредитами, которые мы потом ещё берём у Международного банка.

 

Артём Войтенков: Который за бОльшие проценты.

 

Дмитрий Еньков: Да, который нам под семь процентов дают деньги. То есть, мы отправляем свои деньги под ноль, под смешные проценты, а потом берём под реальные деньги займы. Что это? Разве так поступают люди нормальные?

 

Артём Войтенков: Так поступают экономисты.

 

Елена Гоголь: Это надо получить высшее экономическое образование, чтобы так поступить. Иначе так не дойдёшь до этого.

 

Дмитрий Еньков: Или хрематисты, как сейчас модно говорить.

 

Артём Войтенков: Обычный человек на такое не способен.

 

Дмитрий Еньков: Да. Давайте посмотрим сколько же мы платим. Я зашёл на сайт Казначейства США (United States Department of the Treasury) и посмотрел, а какой у нас реальный объём выплат. Сейчас на экране будет табличка, можно посмотреть. Цифры такие, зашкаливающие за сто миллиардов долларов.

 

Артём Войтенков: Давай, я просто озвучу для тех, кто не смотрит, а слушает. Россия в августе 2013-го года: объём вложенных в американские долговые облигации - это было сто тридцать шесть миллиардов долларов.

http://www.treasury.gov/ticdata/Publish/mfh.txt

http://www.treasury.gov/ticdata/Publish/mfhhis01.txt  (2000-2014)

 

Дмитрий Еньков: В августе прошлого года.

 

Артём Войтенков: Да, в августе 2013-го года. Потом мы немножко повысили до ста сорока девяти миллиардов, а потом стало понижаться, и сейчас это сто восемнадцать миллиардов долларов.

 

Дмитрий Еньков: Это ты назвал последнюю цифру августа. Она, между прочим, скаканула по сравнению с июлем. То есть, понижаться-то она понижалась, а потом она опять скаканула. Но зрители уже сами могут зайти на сайт, посмотреть эти цифры, что там происходило позже. Мы сейчас занимаем двенадцатое место, кстати, если на то пошло. А на первом месте Китай, который там колоссальные просто какие-то средства держит - один и три триллиона долларов. Япония, у которой были отношения долга к ВВП двести процентов фактически.

 

Артём Войтенков: То есть, они в два раза больше должны, чем зарабатывают.

 

Дмитрий Еньков: Да, за год. У них тоже больше почти триллиона. Они наравне с Китаем идут. Но это ни в какие не лезет ворота, что называется.

 

Артём Войтенков: Дима, это экономика.

 

Дмитрий Еньков: Да. Все эти нефтяные экспортёры. Тут написано, на пятом месте Oil Exporters, а это Саудовская Аравия, Эквадор, Венесуэла, Индонезия, Иран, Ирак, Кувейт, Аман, Катар - вот эти вот все.

 

Артём Войтенков: Слушайте, они просто вот косвенно показывают - кто в доме хозяин. Они даже их не расписывают. Это экспортёры нефти, не важно, какие это государства. В общем - они все.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот они все нам вот столько суммарно платят. Кстати, а мы на двенадцатом месте. Причём, вот такое впечатление, что места расписаны. Потому что, если посмотреть на эту табличку - тут каждый чётко держит свою полочку. Как будто вам вручили, и вы столько должны платить. И всё-таки цифра гуляет. И как она гуляет - это очень интересно нам и посмотреть. Вот, например, как раз про август мы говорили, и есть вот такая новость (тоже её можно сейчас на экране посмотреть), что как раз с июля на август Россия увеличила вложение в ценные бумаги казначейства США, увеличив их на  $3.6 млрд больше.

http://www.gazeta.ru/business/news/2014/10/17/n_6569377.shtml

 

У нас было, как мы видим, сто четырнадцать и пять, три и шесть (видимо с какими-то там округлениями) - получилось сто восемнадцать. То есть, три и шесть десятых миллиарда долларов мы потратили с июля по август во вложения в ценные бумаги. Это что касается вот этой части. То есть, мы из полученных долларов, которые предприятия на валютной бирже продали, получили там рубли, доллары сложили в "закрома Родины", и из них купили ГКО. И вот, об этой части закромов, мы сейчас проговорили как раз.

 

Есть ещё интересная вещь, как раз я только что о ней говорил, вот эта самая биржа валютная, где совершается покупка-продажа долларов. Которую, якобы, контролирует ЦБ, назначая курс покупки, продажи. Но на самом деле, как он регулирует вот этот курс? Если он смотрит, что на этой валютной бирже вдруг начался ажиотажный спрос, и может вы встречали это в новостях, ЦБ выбрасывает доллары. На птичьем банковском языке это называется "делает валютные интервенции". И там можем посмотреть новости, что объём валютных интервенций Банка России сегодня составил столько-то. Но термин "выбрасывать", который я только что упомянул, он совершенно не случайный. Потому что ЦБ именно действительно эти доллары вбрасывает на рынок.

 

Елена Гоголь: А для чего он их вбрасывает?

 

Дмитрий Еньков: Он действует в соответствии с законом о ЦБ, в соответствии с конституцией - поддерживает курс рубля.

 

Елена Гоголь: Это значит, когда рубль падает, по конституции, нужно поддержать его?

 

Дмитрий Еньков: Да. И он понимает, что рубль выходит за границы. ЦБ устанавливает такой плавающий коридор, по закону о ЦБ, он обязан его поддерживать, и вообще, развивать экономику страны. Если он видит, что курс, что-то с ним там происходит не то, как правило, мы видим, что курс рубля по отношению к доллару падает, доллар растёт. А что происходит в этот момент? Это происходит ажиотажный спрос на доллары - как любой дефицит. Почему цена растёт? Потому что, это в дефиците: то есть, покупателей много, и долларов не хватает. И вот ЦБ совершает эту валютную интервенцию.

 

Елена Гоголь: Так это кто-то организовывает дефицит долларов, получается, специально?

 

Дмитрий Еньков: Да, к этой мысли я и пытаюсь подвести, что просто так ничего не бывает. Давайте начнём с более простого. Посмотрим, а сколько ЦБ-то выбрасывает? Это же, наверное, интересно. Вот мы одну цифру с вами увидели в новостях. Это написано было, что мы в августе три и шесть десятых миллиарда вложили дополнительно в ГКО. А сколько ЦБ выбрасывает? Просто сравним. Вот мы одну часть нарисовали, из которой мы платим в ГКО, заштриховали.

 

А теперь посмотрим - сколько платит ЦБ. Вот у меня есть график такой, например, за октябрь месяц. Здесь расписано по дням - какие интервенции ЦБ совершал на валютную биржу. Здесь в миллионах долларов США. Например, шестого октября девятьсот восемьдесят миллионов, почти миллиард интервенции. Девятого октября - полтора.

 

Елена Гоголь: Эта информация где-то есть официальная?

 

Дмитрий Еньков: Это есть на сайте ЦБ.

 

Елена Гоголь: То есть, любой может зайти и посмотреть.

 

Дмитрий Еньков: Да. Четырнадцатого октября два и семь миллиарда долларов США. Пятнадцатого два и три. Шестнадцатого один и семь. То есть, мы с вами эти три уже суммарно перебрали. И вот как раз, когда мы записываем этот ролик, буквально на днях появилась информация. Мы возьмём здесь и просуммируем. Сумма за октябрь превысила тридцать миллиардов долларов США.

 

Артём Войтенков: Дима, я уточню тогда. Я зашёл на сайт Центробанка. У него здесь данные ежемесячно. Всего за октябрь четырнадцатого года двадцать семь миллиардов, двести семь миллионов.

 

(Данные по интервенциям Банка России на внутреннем валютном рынке http://www.cbr.ru/hd_base/default.aspx?prtid=valint  )

 

Дмитрий Еньков: Это кстати интересно, потому что, да, я озвучил сейчас новости из новостей, у меня здесь не полная таблица. Но, возле этой суммы. То есть, мы за месяц, за июль, к августу больше вложили в ГКО на три целых шесть десятых миллиарда долларов за месяц. А из этих закромов выбросили сюда вот, на биржу валютную, вот эту сумму - двадцать семь и две десятых миллиарда. Сравните эти две цифры.

 

Но меня, честно говоря, больше интересовала другая. Потому что, это самая последняя новость, потому что, мы записываем сейчас уже в начале ноября. А до этого, когда я заходил на сайт ЦБ, там была другая, более интересная для меня новость. Потому что на тот момент октябрьских данных не было. И пик вот этих вложений, а точнее выбросов на биржу, приходился на март месяц. У тебя там есть цифры за март месяц?

 

Артём Войтенков: Да. Двадцать два миллиарда двести девяносто шесть миллионов.

 

Дмитрий Еньков: Ничего себе цифры, какие у нас получаются. И эти деньги уходят в никуда фактически - мы их больше не видим.

На вот этой валютной бирже там присутствуют:

- Банки.

- Там присутствуют вот эти экспортёры, которые сдают свою валютную выручку, меняют на рубли.

- Там присутствуют просто спекулянты, которые могут покупать и продавать валюту.

И мы, тоже можем поучаствовать, кстати, в этой валютной бирже.

 

Артём Войтенков: Народ сейчас участвует: он бежит и скупает доллары и евро, потому что, курс рубля падает.

 

Дмитрий Еньков: Мы с вами косвенно в этом участвуем так, что бежим  действительно, но, не прямо на валютную биржу, а бежим в банк и скупаем, например, доллары. Но, чтобы мы эти доллары там, в банке, купили, он должен прийти на биржу, и их приобрести, иначе, откуда он их возьмёт.

 

Так вот, посмотрим этот месяц октябрь. Он заслуживает того, чтобы его рассмотреть более подробно. Для начала ознакомимся со структурой вот этой таблицы нашего Центробанка. Как устроена таблица?

Она называется "Данные по интервенциям Банка России на внутреннем валютном рынке" http://www.cbr.ru/hd_base/default.aspx?prtid=valint

Первая колонка - Фактический объём операций Банка России по покупке и продаже иностранной валюты. То есть, сколько он фактически выбросил денег.

И ещё две интересные колонки. Одна из них - Объем интервенций, направленных на сглаживание волатильности обменного курса рубля.

http://www.cbr.ru/hd_base/default.aspx?PrtId=valint_day

 

Артём Войтенков:  Это поддержка курса.

 

Дмитрий Еньков: Да. Но почему они делят? Сейчас мы дойдём до четвёртой колонки, и всё станет на свои места. Потому что, четвёртая колонка называется - Объем операций, связанных с пополнением или расходованием Федеральным казначейством средств суверенных фондов.

Вот те самые фонды, куда мы направляем вырученные, в том числе, доллары. Мы их складываем в эти вот фонды. Оказывается, когда ЦБ совершает интервенции, и когда ему не хватает, он может запустить лапу в эти суверенные фонды. И теперь давайте перейдём даже не к марту, а к февралю, потому что, события марта, о которых мы позже скажем, они начались в феврале. И вот тут даты, я вам покажу, восемнадцатое, девятнадцатое, двадцатое число. С чем они у вас ассоциируются?

 

Артём Войтенков: Это украинские… Янукович сбежал двадцать какого-то там.

 

Дмитрий Еньков: Да. И как раз новости есть, что прямо с восемнадцатого по двадцатое, это был пик событий на Майдане. А что у нас происходило? Смотрим, какие интервенции совершал ЦБ в это время.

Восемнадцатого – 731 (семьсот тридцать один) миллион долларов, напоминаю. Девятнадцатого – 400 (четыреста). Это довольно большие цифры.

 

Артём Войтенков: Миллион долларов.

 

Дмитрий Еньков: Да. Семьсот тридцать один плюс четыреста - это уже миллиард сто улетело в никуда за два дня. Двадцатого числа – 300 (триста). Но тут интересно, что, смотрим в правую колонку и видим, что девяносто девять ЦБ ещё взял из суверенных фондов нашего нацблагосостояния, прибавил их и суммарно он пустил, вот как раз по этой третьей колонке, "Объём интервенций, направленных не сглаживание волатильности" - ушло у нас 400 (четыреста) миллионов.

 

Елена Гоголь: Это из резервного фонда он взял, да?

 

Дмитрий Еньков: Вот из резервного он взял вот эти девяносто девять.

 

Артём Войтенков: Из каких-то тут написано фондов. А из какого конкретно, уже сложно сказать. То есть, получается, вот эта третья колонка, это сумма второй и четвёртой.

 

Дмитрий Еньков: Да. Начиная с двадцатого февраля за вот эти десять дней, мы их сейчас посчитали, ЦБ запускал почти каждый день на сто миллионов долларов лапу вот в эти наши суверенные фонды национального благосостояния. Даже суммарно можно сказать, что это миллиард.

 

Артём Войтенков: Почти миллиард.

 

Дмитрий Еньков: Да. Выкачан, за эти десять дней. Кстати говоря, я не могу  сейчас объяснить, я не специалист в фондах наших национального благосостояния. Если кто-то напишет в комментариях,  с удовольствием прочитаем, и потом озвучим. Почему? Где стоит вот эта граница? Почему он не запускает больше ста миллионов долларов?

 

Артём Войтенков: Наверное, у него есть ограничение в сто.

 

Дмитрий Еньков: Наверное, какое-то есть. Но мы с вами, что из этой таблицы видим? Что ЦБ стало так тяжело, потому что, это не его обычные объёмы ежедневных вливаний, явно: 731, 400, 300, что он начинает запускать лапу в суверенные фонды. И, начиная с этих дней февраля, это длится до марта.

 

И вот тут красным кружком в марте, четвёртого марта совершается, я вообще даже не знаю, как это называется - одиннадцать и три миллиарда долларов ЦБ выбрасывает за один день.  И вот как мы тут уже написали - вот это мартовское, общий выброс составил двадцать два миллиарда. И в октябре двадцать семь.

 

Елена Гоголь: Это в поддержку рубля, получается?

 

Дмитрий Еньков: Это просто в поддержку рубля.

 

Елена Гоголь: Иначе бы рубль рухнул, да, получается?

 

Дмитрий Еньков: Как бы он рухнул, считается, но, я в этом месте, что хочу сказать? Что когда нам говорят, что нам все законы в девяностых годах написали американцы, которые сидели, или сшанцы, или фрсцы, даже, которые сидели у нас там прямо на этажах в правительстве, то простой такой вопрос, а могли ли они написать хороший закон о ЦБ?

 

Артём Войтенков: Наверное, нет.

 

Елена Гоголь: А зачем?

 

Дмитрий Еньков: Конечно. Я для чего это всё рассказываю и показываю? Чтобы показать, что ЦБ, как бы он ни делала что-то, ни старался, у него хорошего всё равно ничего не получается. Вот он, как бы, делает такую хорошую вещь, как поддержка рубля.

 

Артём Войтенков: С первых слов так кажется правильно.

 

Дмитрий Еньков: Поддерживает, да. А что мы видим на деле? На этих цифрах, которые мы так бегло сейчас проанализировали?

 

Елена Гоголь: Откачивание средств из любых наших фондов.

 

Дмитрий Еньков: Что он просто выбрасывает. Ещё раз вернёмся к нашей схеме. Получили за них доллары, сложили их в фонды, в том числе, фонд резервирования. А ЦБ взял, и часть отправил в виде покупки Государственных казначейских облигаций, а часть выкинул на поддержку рубля. Причём, есть такая тоже интересная новость. Сейчас я её зачитаю.

- Согласно материалам Банка России, то есть, Центробанка, международные резервы Российской Федерации с начал года сократились на семьдесят с половиной миллиардов долларов. Цифру запоминаем. И по состоянию на двадцать четвёртое октября они составили четыреста тридцать девять миллиардов долларов против пятисот девяти миллиардов на первое января. То есть, сократились на семьдесят миллиардов. При этом, объём валютных интервенций, то есть, выброса Банка России для сглаживания волатильности, это мы прочитали название таблицы ЦБ, курса рубля, накопленный за тот же период, составил семьдесят один миллиард долларов.

 

Смотрите, я вот эти две цифры выписываю отдельно. Семьдесят с половиной - это на столько уменьшились международные резервы. То есть, то, о чём мы тут с вами и говорим как раз.

 

Елена Гоголь: Международные или национальные резервы?

 

Дмитрий Еньков: Международные резервы РФ.  Они просто в разных валютах, поэтому называются международные. Да, и за тот же период ЦБ выбросил семьдесят один миллиард. То есть, семьдесят с половиной, то есть, семьдесят один, практически - это у нас сократились резервы. И ровно столько же ЦБ выбросил на поддержание курса рубля. То есть, здесь знак равенства можно ставить. Миллиардов долларов США. Вот, что у нас происходит. Это вот так надо новости читать на самом деле.

 

Получается, к какому мы выводу-то приходим?

 

Против нас уже давно, как минимум, мы видим отличные просто иллюстрации в марте месяце - ведётся экономическая война на уничтожение. Просто данью нас обложили в 90-е годы, а вот что происходит сейчас. Вот март месяц, а до этого мы смотрели октябрь - вообще рекорд был поставлен в октябре. Ведётся война фактически против нас.

 

Во-вторых, про эту часть нам почему-то никто не рассказывает - про то, что мы часть этих же долларов пускаем не просто в ГКО (о чём, ещё раз говорю, и так все знают), а мы просто выбрасываем на валютный рынок для того, чтобы сгладить как бы курс рубля.

 

Артём Войтенков: Так мы же своё вложение в американские трежерис уменьшаем. Если сравнить их за год, они же у нас уменьшились: на 18 миллиардов получилось, округлённо.

 

Дмитрий Еньков: Да. Тут есть такой интересный момент как раз, давайте на него посмотрим. В тот самый момент - март 22 миллиарда, и в марте же как раз была минимальная сумма, которую мы потратили на вот эти ГКОшки. То есть, смотрите: февраль - 126, март - 100. А мы знаем, что в марте мы 22,3 как раз выкинули просто на поддержание курса.

 

Артём Войтенков: То есть больше всего, когда у нас доля вложений в ГКО уменьшилась.

 

Дмитрий Еньков: Да, мы всё равно добрали  выплату дани.

 

Почему я так смело говорю "выплату дани за счёт того, что поддерживали курс рубля"? Потому что кто скупает эти доллары?

- Те, кто продают ресурсы, они не являются такими игроками, которые ажиотаж на рынке поднимают. Они просто совершили сделку, у них контракты расписаны на годы вперёд. Они сейчас продали, получили, выручку сдали, соответственно, что-то приобрели.

- А вот спекулянты всякие - они усиленно раздувают этот спрос. Что по вот этим дням марта просто воочию видно, как нарастал этот спрос. Это же делалось прямо в эти дни фактически: заставляли ЦБ больше выбрасывать денег на биржу. Это так работает вот эта спекуляция.

 

Когда нам говорят, что у нас есть некая подушка, которая нас спасает, у нас наличных рублей или безналичных рублей столько в экономике, что мы можем запросто удовлетворить весь спрос на вот эти доллары и, мол, ничего особенного не произойдёт... Хотя по снижению этих как раз резервов видно, что на самом деле происходит: они уменьшаются, причём это напрямую связано с тем, что ЦБ проводит интервенции эти, то есть выбрасывает на рынок.

 

Так вот, если мы посмотрим на эту самую валютную биржу, то там кроме торгов по основным валютным парам так называемым (мы сейчас об этом говорим постоянно: рубль к доллару, рубль к евро и курсы нам эти публикуют и мы в результате смотрим, какие там курсы), есть ещё торги (вот здесь у меня такая табличка). Если зайти на сайт Московской валютной биржи, есть такой раздел - называется денежная секция. Здесь показан рынок так называемых фьючерсов. Процитирую: Фьючерсный контракт на курс доллара США - швейцарский франк. ( http://moex.com/a2030 )

 

Что такое фьючерсный контракт? Фьючерс, "future" - это будущее. Давайте будем с птичьего языка переходить на наш. Контракт - это договор. То есть, чтобы совсем по-русски сказать, то это - будущий договор не на курс, а на покупку или продажу долларов за франки или франков за доллары вперёд. В данном случае (сейчас у нас месяц ноябрь) здесь на декабрь идёт. И здесь уже, кстати, курсы стоят.

 

Елена Гоголь: Это какая-то обязаловка, что мы должны.

 

Дмитрий Еньков: Это и есть биржа, то есть игра.

- Я предполагаю сегодня, что курс будет такой-то. Давай мы с тобой договоримся, что я у тебя через месяц куплю франков за доллары по такому-то курсу. (На самом деле контракты и на разные сроки могут заключаться. Тут, например, март 2015-го года.)

Ты так почесал, прикинул: "Ну, давай по такой цене".

 

Я к чему это говорю? Какие пары есть, кроме рубля?

- Швейцарский франк к доллару США.

- Японская иена (это всё на нашей бирже, по фьючерсным контрактам) к доллару США.

- Украинская гривна (сейчас мы подробнее об этом поговорим).

- Австралийский доллар к доллару США.

- Фунт стерлингов к доллару США.

Все эти валюты тоже присутствуют у нас на бирже, и к рублю, как вы понимаете, никакого отношения не имеют.

 

Поэтому когда мы говорим о рублевой только подушке, надо не забывать, что у нас на рынке, на валютной бирже и, соответственно, у банков и спекулянтов существуют суммы вот этих валют, за которые тоже...

Давайте мы это вот как нарисуем, чтобы и зрителям было тоже понятно.

Доллар (оказывается на нашей Межбанковской валютной бирже) по фьючерсным контрактам можно купить не только за рубли, но и за швейцарские франки, за японскую иену, за гривны (украинские - понятное дело), за евро и фунт стерлингов.

 

Артём Войтенков: Так это получается - все резервные валюты.

 

Дмитрий Еньков: Да. Как это понимать? Чтобы совсем просто это объяснить, мы берём сегодняшний день. Допустим, сегодня - рабочий день. ЦБ знает, что сегодня объёмы вот этих... Он же видит, это же фьючерсные контракты, на будущее. То есть он знает, что сегодня срок каких-то контрактов наступил и объёмы торгов по ним будут такие-то. Кстати, объёмы торгов, их правильнее рисовать как обоюдосторонние. Потому что кто-то покупает доллары за франки, а кто-то их продаёт. Это надо сразу сказать. Поэтому вполне может быть так, что кто-то продал швейцарских франков ровно на столько, на сколько другой хочет купить, и тогда ЦБ тут ничего делать не надо.

 

Артём Войтенков: Равновесие.

 

Дмитрий Еньков: Да. И это может по всем произойти.

 

Елена Гоголь: С чем это связано? С экспортом, импортом? Почему такие будущие обязательства?

 

Дмитрий Еньков: Если объяснять без всяких конспирологий, то действительно мы знаем, мы предприятие какое-то, торгуем с японцами. Мы знаем, что через месяц мы хотим что-то у них купить и нам нужны будут там доллары. Сейчас у нас, может быть, и денег нет особо. Мы говорим: "Мы готовы будем через месяц. Нам нужны будут эти иены". А кто-то, наоборот, говорит: "Слушайте, мне японцы как раз заплатят, и я готов иены продать". Может быть, это даже совпадёт на один день. То есть это живой рынок, так всё и происходит.

 

Но вполне возможно, гипотетически предположим, что кто-то захочет играть против рубля, и он возьмёт через эти контракты в швейцарских... Я специально убираю сейчас рубли, вывожу как бы за скобки, и говорю, что эта подушка рублёвая, на которую часто ссылаются, это само по себе. Она у нас действительно большая, у нас действительно резервов хватит, если ажиотажный спрос будет на доллары, чтобы ЦБ его погасить. Но давайте не будем забывать, что у нас есть такая куча валют других, в которых тоже могут идти целенаправленные, скажем так, диверсионные операции. В какой-то момент они могут составить довольно большой объём.

 

Давайте мы просто сейчас возьмём и посчитаем. Я взял, за седьмое ноября у меня есть цифры. Открой, пожалуйста, калькулятор. Давайте сложим.

 

Елена Гоголь: То есть они тоже могут на подавление рубля работать, на уменьшение курса рубля.

 

Дмитрий Еньков: Скажем так, они будут работать на спрос на доллары. А ЦБ придётся из резерва брать доллары тогда, опять выбрасывать на эту биржу, потому что с помощью других валют, не только рубля, а других в том числе валют - можно давить так же.

 

Елена Гоголь: Тоже продавливать.

 

Дмитрий Еньков: Да. И тут рублёвая подушка никакого к этому отношения не имеет. Я хочу, чтобы это понимали. Ежедневно ЦБ смотрит, с одной стороны, на то, сколько этот объём составил (он знает, что на сегодня фьючерсных контрактов вот столько), и, допустим, он видит, что надо будет как раз на рынок выбросить какой-то "Х" долларов, потому что видно, что больше хотят купить в этот день.

 

В то же время уже именно в этот день он смотрит с утра... На самом деле - со вчерашнего дня. Если совсем уж точно говорить, то у ЦБ две торговых сессии: дневная и вечерняя. Поэтому на дневную там те, кто, как правило, за предыдущий день заявки подаёт. ЦБ смотрит, сколько у него заявок. Он понимаете, что опять спрос на доллары будет какой-то большой. Надо будет выбрасывать сколько-то долларов. В результате, он суммарно смотрит:

- "Итого, фьючерсы на сегодня вот это".

А, допустим, банки и прочие подали заявку на столько-то долларов. Здесь, допустим, "Y" долларов. В результате он суммирует и понимает, что ему нужно совершить будет интервенцию такую-то. Но в ходе торгов эта может быть сумма и увеличена. Может быть, вы слышали о таких вещах как остановка торгов. Это как в марте месяце, когда он 11 миллиардов больше не хочет за один день выкладывать. Он просто останавливает технически и говорит: "Стоп, ребята".

 

Елена Гоголь: То есть это колоссальное давление происходит.

 

Дмитрий Еньков: Да. Он не хочет запускать, может быть, руку в эти фонды наши.

 

Елена Гоголь: Резервные фонды.

 

Дмитрий Еньков: Да, благосостояния. Теперь я хотел как раз прочитать вот эту новость (она совершенно недавняя) о том, что Банк России заявил, что теперь будет совершать операции по продаже-покупке иностранной валюты с интенсивностью, равной 350 миллионов долларов США в день. То есть не более. Совершать эту интервенцию не более 350 миллионов долларов США в день.

 

Чисто гипотетически - такого может и не произойти. Но всё-таки, если предположить худший вариант - вдруг по этой системе кто-то вполне может быть целенаправленно, не включая рубль, только этими валютами, которыми по фьючерсам торгуют на Московской бирже. Можно теоретически попасть... Допустим, никто не будет покупать.

 

Артём Войтенков: Допустим, никто не будет продавать франки, иены.

 

Дмитрий Еньков: Да. Все захотят за франки покупать. То есть стрелка односторонняя.

 

Артём Войтенков: Все захотят доллары.

 

Дмитрий Еньков: Да. Теоретически. Просто предположим, мало ли...

 

Елена Гоголь: Такое может быть?

 

Дмитрий Еньков: Всё-таки война у нас идёт. Если предположить, что там выступит некий господин Сорос, захочет поспекулировать. Мы просто пытаемся сейчас предположить такую ситуацию. А если и по рублям будет ажиотажный спрос, а, собственно, рублёвая часть и формирует основной спрос.

 

Возвращаемся к нашей таблице про Украину, вспоминаем третье марта. Это как раз эти цифры...

 

Артём Войтенков: После событий февраля, через неделю.

 

Дмитрий Еньков: ЦБ увеличил объём ежедневного вливания до 1,5 миллиардов долларов. Ежедневно. Он сказал, что "я готов по 1,5 миллиарда долларов вливать". Кстати, с 350. То есть он весь февраль держал 350, хотя мы видели там цифру уже 700. То есть с 28-го февраля было 350. Он увеличил третьего марта до 1,5 миллионов, понимая, что пошёл вот этот ажиотажный спрос и он должен помногу. Потом потихонечку в середине июня (только!) оклемался и понизил до одного миллиарда в день, сказал, что "я не буду не больше 1 миллиарда". И только 18-го августа вернул на уровень 350 миллионов долларов.

 

Так вот, возвращаясь к фьючерсам, я хотел вам показать вот что. Тут ещё одна игра идёт параллельная. На этой страничке, на Московской валютной бирже, видны два графика. Сверху график фьючерса.

 

Артём Войтенков: Зелёный.

 

Дмитрий Еньков: Зелёный. То есть то, что некто предположил какое-то время назад, какой будет курс в эту дату. А внизу синий - это фактический курс, который был в этот день, в который ЦБ сказал, что "я буду держать валютный коридор вот в этих границах". Что мы видим на этом графике? Всегда фьючерсный курс выше... Причём я тут два таких указателя сделал. Тут такая полочка небольшая есть - это курс доллара (внизу) ЦБ, реальный, а вот это фьючерсы. Смотрите, какой разрыв: тут цифра 42, а тут была примерно 45 где-то. Разница - три рубля.

 

Артём Войтенков: Ожидаемая и реальная.

 

Дмитрий Еньков: Да, между ожидаемой и реальной. Как у нас курс-то формируется? Не на реальной экономике, не опираясь на то, что мы строим новые заводы, фабрики, а на то, что кто-то где-то выступил, что-то сказал. Сказал, например, что военные действия, санкции России объявили. На этом фоне кто-то начинает говорить: "Ну, всё, нам хана". Начинают формировать вот эти фьючерсы. Именно формировать.

 

Елена Гоголь: Какое-то агентство Moody's.

 

Дмитрий Еньков: Фьючерсы формируют уже игроки этой биржы. Они говорят: "Я думаю, что курс будет такой-то" - на вот этих новостях. Это ещё одна интересная игра. Ладно бы, если бы фьючерс был всегда ниже или хотя бы совпадал. У нас всё стабильно, поэтому мы знаем, тогда бы вообще всё ровно было. А в СССР так и было. Что было в СССР? Чем у нас отличается эта игра на бирже так называемая, сейчас которая происходит здесь, и что было при СССР?

 

Артём Войтенков: Не было никакой биржи. Никто не устанавливал курс от покупок, продаж где-то чего-то. А был установленный...

 

Елена Гоголь: У нас внутренняя экономика не была связана с долларом.

 

Дмитрий Еньков: Курс был. Да. А как курс устанавливался в СССР?

 

Артём Войтенков: Паритет покупательной способности, по-моему, он назывался.

 

Дмитрий Еньков: Так, правильно. А если не на птичьем языке? Паритет - это что такое?

 

Артём Войтенков: Равенство или сравнение.

 

Елена Гоголь: Сколько стоит килограмм нефти или килограмм хлеба.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно верно. Если совсем на пальцах объяснить, то, допустим, хотим мы с Америкой торговать, говорим:

- "США, у вас какие деньги?"

- "У нас доллары".

- "Доллары, да? Вот ты в магазин пошёл, допустим, на доллар сколько купишь сахара, молока?"

Тебе называет вот это сшанец. Говорит: "Смотри: я пошёл с долларом сейчас, купил килограмм сахара, литр молока, масло и что-то такое. Вот я купил на доллар".

Наш говорит: "Ладно. Я тоже пойду схожу".

Действительно бензин, там, всё, но мы так, утрированно. Наш пошёл в магазин, литр молока берёт, килограмм сахара, что-то ещё.

 

Елена Гоголь: Метр ткани.

 

Дмитрий Еньков: Да. То же самое, наборы одинаковые. Идёт на кассу. Кассирша ему пробивает: "С вас 63 копейки". Это и есть вот этот паритет или равенство. То есть этот заплатил за эту некую корзину доллар, а наш за эту же заплатил 63 копейки. И наш Госбанк СССР говорит:

- "Слушайте, у нас-то, смотрите, цены такие. Люди покупают это за вот эти деньги, а у вас за доллар. Поэтому у нас паритет с вами доллар и 63 копейки".

Этот курс помнят все - 63 копейки был. И никаких не надо было вот этих вливаний бешеных ежедневных. Установили паритет вот этот, равенство: 63 копейки. Мы точно так же продавали нефть, например, или газ - не важно, что. И просто по цене за один доллар - 63 копейки они по этому курсу фиксированному ничего ЦБ не вливал. Никакого ажиотажного спроса не было. Есть курс этот, по 63 копейки продал - всё.

 

Я скажу так, что сейчас тоже есть такой курс фиксированный в некоторых странах. Об этом, может, сейчас не будем подробно рассказывать. Это интересно вообще рассказать, как формируется. Потому что курс не только бывает плавающий, фиксированный - он бывает привязанный. Но не будем отвлекаться. Просто, что есть и фиксированные курсы и там не надо никаких вливаний. Зафиксировали и всё, как в СССР было. Но нам навязали именно это. И нам прописали в Конституции, в законе о ЦБ, что надо спасать рубль постоянно, каждый день.

 

Елена Гоголь: Тогда никто бы в банках не покупал доллары. Никому не нужны были доллары.

 

Дмитрий Еньков: Да, потому что у нас был внутренний рубль и внешний рубль, для внешних расчётов. Он назывался переводной. Его можно было переименовать, чтобы не путать. Просто переводный можно было карбованец назвать, например, но он назывался тоже рубль. Он не имел отношения к внутренней экономике. Поэтому все эти перипетии, ажиотажный спрос, люди бегут из рублей перекладывать в доллары. Спрос на доллары увеличивается, он нагнетается. Вот эти фьючерсные контракты заключаются всё выше, по большей цене. Корреспонденты смотрят и, допустим, РБК выдаёт: "Фьючерсные контракты через месяц ещё выросли" - и все смотрят. Вот это постоянное накручивание происходит. Они уже задают рост вот этот. И так по всем валютам можно посмотреть. График это наглядно показывает, он не меняется, так и есть: фьючерсы прямо тянут курс за собой. То есть это очень интересная игра именно идёт.

 

Артём Войтенков: Где эта картинка? Получается, что, как ты сказал, эти все валюты - это валюты стран англосаксонского мира: евро, австралийский доллар, швейцарский франк. Франк - это тоже европейский. Японская иена. Япония - колония США такая же самая.

 

Дмитрий Еньков: Ну и Украина - это вообще прямая колония.

 

Артём Войтенков: Получается так, что с помощью этих стран они же тоже могут ограничить выпуск или количество туда-сюда покупки. Это же банки делают, их банки, международные банки? То есть через вот эти валюты можно легко уронить доллар на нашей бирже, просто ограничив где-то вбросы, где-то, наоборот, выбросы.

 

Елена Гоголь: Уронить рубль.

 

Артём Войтенков: Собственно говоря, это всё - компания друзей.

 

Дмитрий Еньков: Да.

 

Елена Гоголь: Эти все спекулянты набросились на Центральный Банк.

 

Артём Войтенков: Они не просто независимые. Они управляются (вот эти все валюты) из одного фактически центра.

 

Дмитрий Еньков: Из одного центра, да - англосаксонского мира. Мы вначале даже этот центр пальцем показывали.

Я ещё вот что хотел сказать про Украину, чтобы пояснить ещё одну новость. Гривны не зря фигурируют у нас в парах валют. Вы помните, наверное (кстати, это же мы тогда вместе ездили в Крым), нам говорили, что банк Коломойского.

 

Елена Гоголь: "ПриватБанк".

 

Дмитрий Еньков: Да, "ПриватБанк". Его из России, мол, выгоняют. Я помню, даже много писали в соцсетях, что забирайте деньги из "МосКомПриватБанка". Он в Москве, в России называется "МосКомПриватБанк". Кстати, входит в десятку российских банков, хотя это банк Коломойского. По нашему законодательству это формально другое юрлицо. Это не "ПриватБанк", а именно новое юрлицо. Но всё равно у него один и тот же акционер - Коломойский. Почему его закрывали-то? Я так предполагаю. Не просто же закрыть "МосКомПриватБанк", потому что Коломойский там... Хотя в новостях, официально прямо писали, что депутаты...

 

Елена Гоголь: Так его закрыли?

 

Дмитрий Еньков: Сейчас расскажу. Что депутаты подавали даже запрос на то, что "ПриватБанк" финансирует националистов на Украине, и в прокуратуру подавали документы об этом, что акционер этого "ПриватБанка", он же акционер "МосКомПриватБанка", разберитесь. ЦБ отправил проверку. Но официально эта проверка была связана... Естественно, ЦБ не может направлять проверку, потому что там кто-то на Украине кого-то финансирует. Они направляли проверку. Причём в новостях толком не написали, потому что ЦБ не обосновал до конца, почему он направил проверку в "МосКомПриватБанк". Но нарушения он там действительно нашёл. Фактически Коломойского вынудили продать. ЦБ, когда проходит, он всегда находит нарушения, хочу вам сказать, если надо.

 

Почему это вообще надо было делать-то? Потому что (возвращаемся теперь к этой схеме) формально, как ты тоже сейчас заметил правильно, через любую из этих валют можно сформировать, кроме рубля (ещё раз говорю, рублёвая подушка есть, но это рублёвая только подушка, а вот есть франки, иены и прочее), например, через гривны. А гривны - это теперь валюта страны, которая захвачена хунтой в результате переворота.

 

Фактически получался такой прямой коридор. То есть "МосКомПриватБанк" мог прямо на биржу выбрасывать гривен сколько угодно. А что такое гривна сегодняшняя украинская, при том, что управляют наймиты ФРС фактически -  США? Гривна - это фактически доллар. То есть его можно (этих фантиков) печатать на Украине в неограниченном количестве. И они могли сюда накачать "МосКомПриватБанк" (сейчас не буду уделять особо время, как именно, но закачивают с помощью "липовых" контрактов в том числе).

 

Я почему взял эту новость? Потому что за Коломойским наблюдается грешок. Например, Путин даже обратил внимание (помните эту цитату), что Абрамович перевёл ему несколько миллиардов долларов, а тот сделку не довёл, прикарманил. Это Путин о Коломойском рассказывает, что он на несколько миллиардов долларов кинул Абрамовича. Можно ли доверять такому человеку? Просто хочу вот этот вопрос, чтобы вам было понятно.

 

То есть фактически можно было с Украины неограниченно накачивать "МосКомПриватБанк" гривнами, а потом "МосКомПриватБанк" говорил: "Мне нужны доллары, миллиарды, сегодня я хочу или в будущем". Им же всё равно, когда курс ронять: прямо сегодня или в декабре, например. То есть если бы "МосКомПриватБанк" (его в результате просто продали, а купил его "Бинбанк" наш), если бы его не прикрыли, то это получалась прямая лазейка через Украину (нарисуем так) и дальше ФРС. А ФРС может сколько угодно напечатать или дать команду напечатать здесь фантиков. Потом по "липовым" контрактам эти деньги оказываются в российском "МосКомПриватБанке". Он говорит, прямо начинает по фьючерсам: " Мне 350 (которые мы здесь написали) нужны будут 15-го декабря, 16-го декабря, 17-го декабря. Я прямо буду гривны продавать, продавать, а вы мне, кровь из носа - их обязаны будете выдавать". Просто так.

 

В это время остальные будут жать через рубль ещё спекулянты. Поэтому эта новость о закрытии банка это не просто так "у Коломойского отжали банк" - это дырку закрыли, которая вот так сквозила просто напрямую на Украину, на ФРС.

 

Артём Войтенков:Просто рука такая из ФРС через Украину.

 

Дмитрий Еньков: Да. Через Украину, и давай сюда вбрасывать. ЦБ по закону и по Конституции выбрасывал доллары за гривны. Видите, какой теперь минимальный объём гривен? Прикрыли потому что вот это. Это тоже, чтобы зрители понимали: ещё одна такая интересная штука происходит.

 

Елена Гоголь: Слушай, так то же самое может произойти и с франком, и с иеной, и с евро.

 

Елена Гоголь: Я тоже об этом подумала.

 

Артём Войтенков: То есть это не обязательно Украина сейчас.

 

Елена Гоголь: Тут везде дыры, получается

 

Дмитрий Еньков: Я так понимаю, знаете, там, по крайней мере, что-то соблюдается: ещё игра в цивилизованный какой-то мир. А здесь, когда власть захватили... Её для этого и захватывали, чтобы прекратить игру в цивилизацию. Что вы хотите от этих, которые власть захватили силком? Видите, тот же Коломойский, он же вообще оторва от всех, он вообще там никому не подчиняется якобы. То есть там идёт вот такая ещё интересная игра.

 

Артём Войтенков: Да... Слушай, интересно как получается-то. Ты просто рассказал вот этот механизм слива, буквально слива, даже показал ручку, за которую дёргают.

 

Дмитрий Еньков: Да. Мы с вами на самом деле рассмотрели несколько механизмов. Давайте подытожим теперь. Мы с вами понимаем, что через систему валютной биржи денег на самом деле, оказывается, утекает (наших ресурсов), причём напрямую - больше, чем даже мы отправляем в государственные казначейские обязательства. Первое.

 

Артём Войтенков: Я сразу же дополню. Просто для тех, кто слушает, а не смотрит, я зачитаю несколько цифр. Например,

- За апрель 2014-го года Центробанк выбросил 2 миллиарда 401 миллион.

- В марте - 22 миллиарда 296 миллионов долларов.

- В феврале 6 миллиардов 158 миллионов.

- В январе 2014-го 7 миллиардов 816 миллионов долларов.

Вдумайтесь просто: это просто миллиарды ежемесячно долларов выбрасываются просто.

 

Дмитрий Еньков: Кстати, давайте, раз уж на то пошло, сравним эти цифры с национальными нашими проектами. Помните, в июне Путин озвучивал три нацпроекта. Он сказал, что:

- Уу нас первое - это ЦКАД. Москвичи её знают как "бетонка".

- Второе - это высокоскоростная железная дорога Москва - Казань.

- А третье - это Транссиб плюс БАМ и так далее.

Суммарно он сказал, что мы выделяем 450 миллиардов. Но миллиардов чего?

 

Артём Войтенков: Рублей.

 

Дмитрий Еньков: Рублей, да. 450 миллиардов рублей. А по курсу (в июне это было), когда он это называл, если разделить на 35, получается 4.3 миллиарда долларов.

 

Артём Войтенков: Всё вместе или на каждый?

 

Дмитрий Еньков: Берём 450, делим на каждый проект - получается по 150. Давайте так напишем: 150 - на один проект. И вот это у нас 4.3 миллиарда долларов на проект. Теперь возвращаемся. В марте мы выбросили пять проектов, в октябре мы выбросили шесть проектов - вот этих, которые на несколько лет они рассчитаны.

 

Елена Гоголь: Какие же мы богатые!

 

Дмитрий Еньков: Да. Сколько ЦКАД будут - года три, наверное, строить?

 

Артём Войтенков: Получается, что, например, в январе 2013-го года мы выбросили два проекта, в декабре - один, в ноябре - один, в октябре - чуть-чуть не дотянули полпроекта выбросили.

 

Дмитрий Еньков: Да. У нас всего сейчас три нацпроекта объявлено приоритетными, а мы за этот месяц предыдущий, за октябрь, выбросили шесть проектов.

 

Артём Войтенков: В эту дырку слива поддержания курса рубля.

 

Дмитрий Еньков: Да. Почему мы сейчас выступаем все патриоты за то, чтобы изменить Конституцию и переподчинить ЦБ?

- Потому что говорят, что ЦБ - это агент ФРС практически, он не работает на экономику России.

- Второе - то, что он не подчиняется государству, то есть правительству, поэтому надо его переподчинить, чтобы начать управлять.

- А третье - сейчас я хочу, чтобы зрители поняли, что он просто просаживает фонды нашего национального благосостояния, выкидывает их просто.

 

Ещё раз говорю, что так ему прописали в законах. Ему сказали: "Поддерживай". Если бы там написали вот эти умные люди якобы, которые писали эти законы, что "ты должен поддерживать курс". Но там же можно дальше дописать, например, как это было в СССР, как ты правильно сказал, что "путём установления, паритетов валют и всё". Установил этот паритет и по 63 копейки. Может быть, там другое получится. И не надо никаких вливаний ежедневных. Установил, и по нему работаешь. Правда, в СССР это всё была государственная собственность, а сейчас же много всяких товарищей, которые продают.

 

Артём Войтенков: В СССР был "железный занавес", который не давал деньгам утекать. Условно говоря, ты можешь сам продать доллары на бирже, через банк.

 

Дмитрий Еньков: Да. Поэтому я и говорю, что, может быть, напрямую этот механизм не работает, и мы в запасе должны иметь другие механизмы. И всё-таки, можно же было в законе прописать конкретный механизм: как ЦБ должен не выбрасывать. А прописали так, что ЦБ вынужден выбрасывать доллары.

 

Или поддерживать экономику. Написали бы, что поддерживайте экономику путём (допишите) кредитов на уровне 0%. Напишите. Или, например, даже с отрицательной ставкой для проектов вот таких-то: долгосрочных, строительство производства, детские сады и так далее. Напишите это сразу, и ЦБ будет исполнять просто. Но вы даже этого не прописали.

Поэтому это ещё один повод, я хочу сказать, почему мы должны внести изменения в Конституции и почему мы должны ЦБ наконец-то подчинить всё-таки правительству напрямую.

 

Артём Войтенков: Да. Интересно ты рассказал. Я тогда размещу ссылочки на вот эти данные по Центробанку.

 

Дмитрий Еньков: Да, чтобы люди посмотрели.

 

Артём Войтенков: На страничке ролика на Познавательном ТВ и в описании под роликом Ютуба я тоже их помещу, чтобы люди просто сами посмотрели эти цифры, примерили на себя, сколько это мы выбрасываем. Вообще даже ежедневно мы выбрасываем миллионы долларов в эту трубу, которая уходит, соответственно, в Соединённые Штаты, ещё куда-то отсос долларов идёт. Просто поняли, что из нас просто выкачивают деньги. Мы отдаём свои же ресурсы, полезные ископаемые ни за что.

 

Дмитрий Еньков: Ни за что. Даже не за бумажки.

 

Артём Войтенков: Даже не за бумажки. Просто мы их отдаём. Нам дают бумажки, а потом эти же бумажки у нас и отбирают разными путями: вложением в американские ГКО (это стало сейчас сокращаться). Но если не так - тогда это идёт через стабилизацию курса рубля.

 

Дмитрий Еньков: Всё упирается в ЦБ.

 

Артём Войтенков: Да. И всё упирается в ЦБ, с которым надо что-то делать, иначе у нас не будет ничего. Мы каждый месяц будем выбрасывать по нацпроекту.

 

Дмитрий Еньков: Или по пять, по шесть.

 

Артём Войтенков: Да, или по пять, по шесть. Спасибо, Дмитрий, за такой интересный рассказ.

 

Ссылки:

Ежедневные валютные выбросы Центробанка: http://www.cbr.ru/hd_base/?PrtId=valint_day

 

Ежемесячные валютные выбросы Центробанка: http://www.cbr.ru/hd_base/?PrtId=valint

 

Международные резервы РФ:

http://www.cbr.ru/hd_base/?PrtId=mrrf_m

 

Долговые обязательства казначейства США: http://www.treasury.gov/ticdata/Publish/mfh.txt

Архив 2000-2014: http://www.treasury.gov/ticdata/Publish/mfhhis01.txt

 

Набор текста: Наталья Малыгина, Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (940 мб)
Видео MP4 640x360 (350 мб)
Видео MP4 320х180 (190 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (15 мб)
Звук 32kbps MP3 (15 мб)
Звук 64kbps MP3 (29 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (44 мб)

Текст:
EPUB (216.5 КБ)
FB2 (353.16 КБ)
RTF (327.78 КБ)

Ключевая ставка

Скрытые механизмы Центробанка по управлению и сдерживанию российской экономики.
Центробанк имеет два рычага влияния на денежную политику: ставка рефинансирования и ключевая ставка. Это разные инструменты управления.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Банковские тайны: Ключевая ставка

Видео: http://poznavatelnoe.tv/enkov_kluchevaya_stavka

 

Собеседники:

Ирина Волынец - четырежды мама, http://ivolin.ru

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

 

Дмитрий Еньков: Добрый день всем. Сегодня у нас более расширенный состав, чем в предыдущий раз, но мы продолжим предыдущую тему о банках. Мы с Артёмом беседовали о том, как банки действуют по зарабатыванию прибыли на обмане простых людей. Сегодня мы поговорим тоже о банках, но в его высшей, можно сказать ипостаси – это Центробанк. И начнём мы вот с чего. Может быть, вы слышали, что недавно у нас ставка Центробанка опять изменилась. Это первый вопрос: что вы об этом слышали?

 

Артём Войтенков: Ну, я слышал, что ставка стала семь с половиной. Она, по-моему, была ниже, а потом её чуть-чуть подняли. Семь с половиной процентов.

 

Дмитрий Еньков: Да, буквально недавно это произошло - пару месяцев назад. С учётом того, что мы сейчас снимаем в конце лета 2014-го года, то буквально пару месяцев назад все об этом изменении слышали.

 

Но тут все упускают вот какой момент. Изменилась, оказывается, ставка, все думают рефинансирования, а на самом деле изменилась ключевая ставка. Она так и называется "ключевая ставка".

 

Артём Войтенков: Почему она так называется?

 

Дмитрий Еньков: Вы слышали что-нибудь об этом?

 

Ирина Волынец: Нет.

 

Дмитрий Еньков: А ставка рефинансирования? Мы же все как патриоты, представители патриотических движений, боремся за то, чтобы Центробанк работал наконец-то на государство, чтобы у нас изменить принадлежность ЦБ из структуры, которая виртуально управляется...

 

Ирина Волынец: ФРС.

 

Дмитрий Еньков: Да, ФРС. И вдруг выясняем, что ставка рефинансирования уже как-то вдруг и не играет роли. Уже, оказывается, изменения последние – это ключевая ставка, а не ставка рефинансирования. А ставка рефинансирования, оказывается, с 2012-го года остаётся неизменной. По-моему, с декабря. Можно зайти на сайт Центробанка и посмотреть. Мало того, если там посмотреть динамику, то за предыдущие несколько лет эта ставка гуляет вокруг 7.5 – 8%.

 

Артём Войтенков: Подожди, а в чём тогда разница между ключевой ставкой?

 

Дмитрий Еньков: Сейчас к этому подойдём. Просто, раз уж я заговорил про ставку рефинансирования, мы сейчас к ней вернёмся. Можем даже быстренько её нарисовать. Наверное, многие знают, что примерно с начала 2000-ых годов, ставка рефинансирования упала примерно с 25% годовых до этого состояния и держится так последний, довольно большой уже период. То есть она стабильно так держится.

 

Артём Войтенков: От 25 до 7-8%.

 

Дмитрий Еньков: Да, это 2002 год, примерно. Максимальное значение у неё было в 95-ом году - 210% годовых.

 

Ирина Волынец: Тогда было весело очень.

 

Дмитрий Еньков: Это ставка рефинансирования. Банковские кредиты, соответственно, были ещё выше. Какой бизнес выживает при таких условиях - это большой вопрос.

 

Что такое ключевая ставка, которая неожиданно стала меняться? Я и хотел, чтобы ещё кто-то присутствовал. И те, кто сейчас смотрит этот ролик, они могут проверить на своих знакомых и на себе.

Поспрашиваёте: "Ты слышал, когда ставка повысилась?"

- "Слышал".

- "А какая ставка?"

- "Ну, рефинансирования".

Я вам отвечаю, что 99% или почти 100% ответят про ставку рефинансирования.

 

Все забыли, что год назад 13 сентября прошлого года, была введена ключевая ставка. Что такое ключевая ставка и чем она отличается от ставки рефинансирования? Ставка рефинансирования, она уже в своём названии содержит такое понятие, как ре-финансирование.

 

Ирина Волынец: Пересчёт.

 

Дмитрий Еньков: Да. То есть как бы финансирование, но повторное. Если банк кого-то кредитует, то Центробанк может его тоже вроде как прокредитовать. На самом деле Центробанк (это надо всем понять) - он никого не кредитует. У него есть ставки процентные, мы их будем рассматривать, я даже принёс такую табличку.

 

Ставка рефинансирования - она предназначается для финансирования, уже судя по своему определению. Центробанк как бы финансирует банки, хотя суть ставки рефинансирования совсем не в том, мы сейчас к этому вернёмся.

 

Ключевая ставка. Она называется "Ключевая ставка банка России путём унификации процентных ставок по операциям предоставления и абсорбации ликвидности на аукционной основе".

 

Артём Войтенков: Вот это всё не по-русски.

 

Дмитрий Еньков: Да, поэтому с ключевой ставкой нужно немножечко объяснять. Из определения этой ставки, следует, что это - инструмент унификации. Унификации чего? В определении звучит "предоставления и абсорбации". Предоставление – это когда Центробанк предоставляет, то есть это кредиты. И из таблички, которая сейчас должна быть на экране, там и видно, в левой колонке написано "предоставление ликвидности", и чуть ниже написано: "абсорбирование". А абсорбирование – это, знаете, как активированный уголь абсорбирует, то есть собирает. Значит, абсорбирование – это, наоборот, с точки зрения банка, это привлечение. То есть предоставление и привлечение. Это всё на "птичьем языке", поэтому надо это всё пояснять.

 

А почему эта ставка, как написано в определении, унифицированная?

А потому что она содержит одновременно в себе ставку привлечения и выдачи. Сейчас, на текущий момент, с 27-го июля, то, что вы сейчас все слышали, эта ставка была установлена на уровне 8%.

Ставка рефинансирования сейчас 8.25.

8.25, как я уже говорил, держится с декабря 2012 года, а то и раньше. Там она просто гуляла вокруг этой величины.

 

Предоставление ликвидности - 9%.

Абсорбирование или депозиты банковские - 7%.

Тут виден такой момент, который я хотел показать. Если изобразить вот такую шкалу для ключевой ставки. Допустим, это - ключевая ставка, вот это депозитная (не будем пользоваться абсорбацией), а вот это кредитная. Эта разница составляет два процентных пункта это называется. То есть, как в табличке видно, если это - 8%, то здесь должно быть 7, а здесь 9, что мы в таблице и видим.

То есть депозиты Центральный банк будет привлекать под 7, а предоставлять кредиты под 9.

 

Мало того, за время существования этой ставки она поменялась с 5.5. Кстати, она была год назад 5.5 всего лишь, а сейчас уже 8. То есть ставка ликвидности выросла. Если её вот так представить, в виде такого ползунка, то она всегда вот так совместно двигается. То есть она с 5.5 вот так доросла до этой разницы.

 

Ирина Волынец: Соответственно: там было 4.5 и 6.5, а теперь стало 7 и 9.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно правильно, да. Это интересный момент, что ключевая ставка, которая в отличие от ставки рефинансирования (сейчас мы к этому вопросу вернёмся) играет именно роль, непосредственно имеет отношение к финансам напрямую, - она вырастает. То есть как бы финансы Центробанка, они за год существенно выросли.

 

Причём предлагается эту ставку ключевую совсем сделать единственной примерно к 2016-му году. Сейчас 2014-ый - это переходный год от этой ставки рефинансирования к ставке ключевой.

 

Артём Войтенков: А я не понял: в чём разница между ставкой рефинансирования и ключевой ставкой?

 

Дмитрий Еньков: Сейчас мы поговорим про ставку рефинансирования. Ставка рефинансирования - она фактически, как ставка кредитования не работала, потому что под неё деньги не предоставлялись. И вообще Центробанк, как мы знаем, экономику не кредитует нашу. Это известный факт.

 

Ирина Волынец: Да, мы знаем, чью экономику он кредитует.

 

Дмитрий Еньков: Ну, не чью там практически.

 

Ирина Волынец: Даже не кредитует, скажем так, а оплачивает

 

Дмитрий Еньков: Он, как будто денежный мешок, у него горловина есть. Денег как бы много, но горловина перетянута, и ты пытаешься всыпать деньги куда-то, а она перетянута этим Центробанком. Я себе примерно так это представляю.

 

Ирина Волынец: И не вытащишь, соответственно.

 

Дмитрий Еньков: Да, вот функция Центробанка примерно такая. И мешок этот территориально, действительно находится на территории США в виде вот этих государственных казначейских облигаций, которые мы там покупаем. Но экономика у нас как-то развивается, где-то же предприятия получают кредиты, кто-то финансирует всё-таки. Я сам, как сотрудник банковской сферы могу сказать, что приходят предприятия и берут кредиты: и малые предприятия, и большие, и на маленький срок и на большой, и на большие проекты.

 

Получается, что фактически, нашу экономику кредитуют банки - не Центробанк, а просто банки. И вот тут интересный момент, что формально мы можем давить, не столько на ЦБ, изменяя его какие-то вещи, в том числе ставку рефинансирования, а давить на банки и говорить: "Ребята, вы - банкиры, давайте кредитуйте экономику под 1% годовых".

 

Надо немножечко про теорию банков рассказать хотя бы в двух словах.

На чём банки деньги зарабатывают? Мы, по-моему, косвенно этого вопроса прошлый раз касались. Основная банковская деятельность заключается в двух операциях: они привлекают средства, эти самые депозиты, мы с этим все сталкиваемся.

 

Артём Войтенков: То бишь вклады.

 

Дмитрий Еньков: Вклады можно это назвать. И выдают предприятиям или тем же физическим лицам кредиты.

 

Артём Войтенков: То есть процент по вкладам должен быть меньше, чем процент по кредитам.

 

Дмитрий Еньков: Да. Кредиты они должны выдавать под более высокий процент, допустим, под 20%. И вот на этой марже, грубо говоря, на разнице, банки живут. Просто вопрос в том, где эти средства они берут для того, чтобы их выдавать? На самом деле у банка много других операций: они играют на биржах, покупают, продают акции. Правда, чтобы эту функцию у банков немножечко отделить, инвестиционную, с определённого времени ЦБ сказал, что инвестируйте инвестиционный банк, и он будет заниматься этими вещами, а вот именно банковской деятельностью, какую мы знаем в классическом виде, должны заниматься просто банки.

 

Откуда банки берут эти средства?

- Первое - это депозиты.

- Второе – средства акционеров, акционерный капитал. Он, кстати, тоже постоянно (если его график посмотреть) - ЦБ увеличивает требования к уставному капиталу банка. То есть если раньше ты мог придти с десятью тысячами рублей зарегистрировать банк, то сейчас тебе уже надо мешок денег принести, чтобы открыть банк.

 

Ирина Волынец: Сами кредиты, которые банки берут в свою очередь.

 

Дмитрий Еньков: Межбанковские кредиты, совершенно правильно, но не кредиты ЦБ, я обращаю на это внимание. Мы всё-таки считаем, что это Центробанк, он как-то кредитует. Нет. Банки друг у друга занимают. Есть рынок межбанковский, там сидит дилер в банке, смотрит, формируется кредитный портфель. То есть пришли несколько предприятий сегодня и говорят: "Дайте нам кредит". Банк одобрил кредиты, например, на сумму миллион рублей. Банк смотрит: у него сейчас есть восемьсот тысяч, двести не хватает, а они одобрили, надо выдать эти деньги. И они на Межбанке посмотрели: кто-то предлагает. Они у одного взяли пятьдесят, у другого сто, ещё у кого-то и выдали своим заёмщикам. Естественно, на Межбанке та же самая ситуация, только там разница будет - эта маржа меньше. То есть банки будут деньги выставлять, допустим, под 17, и у банка будет меньше разница. Хотя всё зависит от сумм на самом деле.

 

Вот из этих трёх источников банк берёт деньги, предоставляет их предприятиям. И вот тут вылезает как раз вот эта ставка рефинансирования, вот в этом моменте. Потому что: у нас государство не управляется каким-то одним документом, то есть для нас не прописали всё в Конституции. Я имею в виду внешнее управление, под которым, как многие знают, мы сейчас находимся:

- Там пункт первый: "Вы в оккупации".

- Пункт второй: "Гауляйтер такой-то".

- Пункт третий...

Такого у нас нет. А на самом деле, если эти все пункты разобрать - они есть. Но они разложены в разных местах и в совершенно неожиданных законах. Например, про эту вот межбанковскую вещь я нашёл в Налоговом кодексе.

 

Ирина Волынец: В Налоговом?

 

Дмитрий Еньков: Да. Статья 269-ая, она о чём говорит? Тут нужна небольшая вводная, чтобы вы понимали, о чём вообще речь. Это идёт регулятор такой налоговый, и он связан со ставкой рефинансирования. Как он связан со ставкой рефинансирования? Как ставка рефинансирования влияет на людей и на предприятия? Она влияет не столько на банки (хотя мы к этому сейчас вернёмся), сколько на нас напрямую.

 

Смотрите, мы как физические лица, в банках сталкиваемся в основном с двумя операциями: то же кредитование, и те же самые вклады или депозиты. Мы приходим в банк: кто-то берёт кредит, кто-то размещает депозит. Если банк объявил по депозиту ставку, которая существенно высокая, например, 20% годовых, а ставка рефинансирования у нас сейчас 8.5. То Налоговый кодекс говорит:

- "Ребята, если вы разместили кредит по ставке выше, чем ставка рефинансирования, плюс пять процентных пунктов (в нашем случае это будет 13.5), то вы с этой разницы должны уплатить налог на доходы".

Допустим, вы положили 100 рублей. Получили за какой-то период 20 рублей дохода. Вы должны будете с двадцати минус 13.5, то есть 6.5 рублей, заплатить 13% налога на доходы физических лиц.

 

Артём Войтенков: Подожди, а это платит банк или платит вкладчик?

 

Дмитрий Еньков: Это вкладчик - физическое лицо.

 

Ирина Волынец: Но банк это контролирует или вкладчик сам отвечает за это?

 

Дмитрий Еньков: Тут интересная штука. Там на самом деле уплата производится, по-моему, банком напрямую.

 

Ирина Волынец: Это логично было бы.

 

Дмитрий Еньков: То есть вкладчик, по-моему, не ходит в налоговую, не говорит. Хотя, может быть, он должен это в декларации указать. Просто дело в том, что таких случаев практически нет. Банки это сами понимают.

 

И здесь интересная роль ЦБ, как регулятора, выражается в том, что он смотрит, если у кого-то очень высокие процентные ставки. Я сам, как работник именно этой розничной, так называемой, сферы получал письма из ЦБ, где они пишут: "Объясните, пожалуйста, почему у вас в таком-то регионе ставки превышают средний какой-то показатель?"

То есть, если кто-то высовывается, они - бац! по башке тебя.

 

Ирина Волынец: Регулируют таким образом.

 

Дмитрий Еньков: Да. Они могут проверку наслать.

 

Артём Войтенков: Зачем?

 

Дмитрий Еньков: Мотивация, кстати, совершенно правильная. Они говорят: "Вы знаете, мы подозреваем, что у вас там что-то такое... Вы занимаетесь какой-то деятельностью, которая явно выпадает из стандартных, экономических".

 

Ирина Волынец: Повышенные риски, которые приведут к проблемам в дальнейшем.

 

Дмитрий Еньков: Грубо говоря, это всё равно, что вы там пирамиду МММ, по-нашему, создаёте. Потому что не может экономика зарабатывать, предприятия, которых вы кредитуете, - больше, чем эта ставка, которую вы объявляете.

 

Ирина Волынец: Участвуете в сомнительных схемах.

 

Дмитрий Еньков: Да. Поэтому он стучит по голове и поэтому таких вещей не бывает.

А у кредитов тоже есть, оказывается, составляющая такая же, как здесь эти 5 процентных пунктов. Здесь есть такой показатель, как две трети опять той же ставки рефинансирования. Она делится у нас на два. То есть, если кредит был дешевле, чем две трети от 8.5. Допустим, под 4% ты получил, а две трети - это у нас шесть с небольшим. То есть 4 и 6 так, округлённо. С вот этой разницы 2% ты тоже должен будешь, как будто ты получил доход, в виде вот этих.

 

Ирина Волынец: Тоже 13% НДФЛ.

 

Дмитрий Еньков: Да. Но, что я хочу главное сейчас сказать? Мы с вами ушли немножечко от банков и перешли зато к сути понимания, как ставка рефинансирования на самом деле, оказывается, влияет на экономику. Она вовсе не как кредитный инструмент. Ещё раз говорю - ЦБ никого не кредитует. А он вот так зашивает в какие-то: в Налоговый кодекс, ещё куда-то вдруг.

 

Ирина Волынец: Ну, да, удобно.

 

Дмитрий Еньков: Да, в какие-то такие вещи. Вдруг мы выясняем, что если кто-то тебе слишком высокую ставку по депозиту - ты попадёшь на налог. Вроде бы ничего странного нет: заплатить подоходный налог с суммы процентов, которые превышают .Это не такая большая сумма, как кажется. И всё-таки люди там: "А я не должен буду платить? Я не засвечусь в налоговой?" То есть лишний раз никто не хочет всё равно.

Вкладчики приходят и говорят: "А у вас ставка"

Им говорят: "Нет, это вот разрешённая, это не превышает этого порога".

То же самое и с кредитами, но другое дело, что дешёвых кредитов вы не встретите.

 

Ирина Волынец: К сожалению.

 

Дмитрий Еньков: У юридических лиц тоже существует инструмент воздействия на них ставки рефинансирования, но он немножечко по-другому выражается. Про юридических лиц речь идёт о том, что полученные кредиты в банке, когда юрлицо (предприятие) выплачивает по нему проценты, оно может эти проценты отнести на расходы.

 

Тоже немножечко надо объяснить: почему все стремятся побольше отнести на расходы? То есть, например, я закупил продукцию по такой-то цене, она была дорогая, я купил машину в этом месяце, я плачу аренду за помещение, зарплату и побольше, - побольше на расходы.

 

Ирина Волынец: Показывать меньше прибыли - соответственно, меньше налогов.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно верно, потому что налог уплачивается с прибыли. Чем ты её меньше покажешь, увеличив эту часть... Поэтому даже расходы по процентам, по кредиту, желательно отнести на расходы. Проценты по кредиту отнести на расходы.

 

Так вот, что нам законодательство говорит. Оно говорит так, что "Проценты, если они не превышают ставку рефинансирования, вы можете отнести на расходы". Но никто же из банков не даёт кредит по ставке рефинансирования - такого же не бывает, бывает 20% годовых. Как мы только что выяснили, обычно проценты, они вообще выше, чем сумма по вкладу. Если у нас вклады сейчас проценты 10, 11, то кредиты, соответственно - 14, 15. А ставка рефинансирования (пока ещё она всё-таки играет роль в законодательстве), несмотря на то, что нам ключевую ставку объявляют, но в законах везде прописана ставка рефинансирования. У нас возникает сразу разница между вот этой ставкой рефинансирования 8.25 по табличке и, допустим, 15, под которые предприятие взяло кредит. Это существенная разница. И получается, что всё: у юридического лица 8.5 - 20. Разница получается 11.5%. Вот с этих 11.5% нужно будет уплачивать налог предприятию.

 

Такие хитрые вещи заложены в Налоговом Кодексе, это разные статьи: одна статья для физических лиц, для юридических - 269-ая.

 

Теперь, когда я вам объяснил механику действия ставки рефинансирования на физических и юридических лиц, вернёмся к банкам. Оказывается, банки, как и обычные предприятия, прописаны в этой 269-ой статье - и написан второй пункт взимания налога при кредитовании. А второй пункт, второй вариант, как предприятие может уплатить этот налог, это он может сказать: "Вы знаете, я в этом месяце, или в этом квартале брал несколько кредитов: первый кредит, второй, третий. Но они все были примерно на один срок, под один и тот же залог, в одной и той же валюте. Но у них была ставка, допустим, 20%. Поэтому прошу отнести вот эту ставку на расходы".

 

Налоговая может пойти на встречу, потому что так прописано в Налоговом Кодексе. Если ты брал несколько кредитов за какой-то срок, и они, тут вот чётко написано: они должны быть все на сопоставимых условиях - в той же валюте, в те же сроки, в сопоставимых объёмах под аналогичное обеспечение. Причём все четыре пункта должны выполняться. Что-то не выполнено, то есть один взял в рублях, другой в долларах - уже не работает. У тебя уже не получится вот эти отнести. А если не получается, ты только можешь отнести 8,5%.

 

Так вот, почему я вам рассказывал про эту часть, потому что здесь же, в этой статье 269-ой написано, что и межбанковские кредиты, они облагаются налогом, так же как и предприятия. Сейчас, кстати, банки отнесли к предприятиям в части уплаты налогов. Раньше у них были безумные налоги: в 90-ых они 30% платили налог на прибыль, 42%. Потом их стали уменьшать, в 2009 году - 24%. Сейчас они платят, как все - 20%

 

Ирина Волынец: Коммерческое предприятие.

 

Дмитрий Еньков: Да, просто коммерческое предприятие. Мы же говорили о чём? О том, что фактически экономику кредитуют банки. Получается, чем лучше живёт банк, тем лучше должно быть предприятиям. То есть, если банк ты меньше облагаешь налогом, если ты ему какие-то ставишь дополнительные преференции... Например, у нас действовал когда-то (это давно было в 1994-ом году), что если ты кредитуешь более 50% из всех выделенных кредитов на потребности сельского хозяйства, предприятий с этим связанных, то ты платишь ставку налога 8% всего лишь, когда она была 30 и 40. Но потом это убрали, обращаю ваше внимание, это интересный момент.

 

Когда ты понимаешь, что у нас на банках сосредоточено многое, и видишь, как на самом деле начинают мешать уже банкам и так же их через ставку рефинансирования держат, не давая им просто понизить вот эту ставку кредитную... Мы могли бы обратиться к банкам и сказать: "Ребята, вы знаете, если вы живёте на разницу в процентах, грубо говоря, то давайте вы будете, допустим, депозиты привлекать под 1% годовых, а выдавать под 3%. У вас будет разница 2%, вы будете зарабатывать".

Но у нас здесь есть такой фактор как инфляция - она сейчас даже по официальным меркам составляет 6-7%.

 

Другое дело, что надо разбираться в том, что следствие чего: инфляция - следствие высоких процентов или, наоборот: проценты - следствие инфляции. Может быть, надо провести эксперимент. Сбербанк, ВТБ, например, тот же Россельхозбанк - три ведущих банка, у них львиная доля кредитов, и сказать: "Ребята, давайте-ка выдайте под 3% годовых, а депозиты привлекайте под 1%. А мы по итогам года посмотрим, какая будет инфляция".

 

Почему бы нет? Законодательно. Сбербанк - там доля государства размыта уже, по-моему, сильно К тому же у нас в этих банках, особенно в ВТБ - это практически государственный, и он очень большой банк. Давайте попробуем на таком законодательном уровне установить вот такие процентные ставки у банка. Если мы боимся, что у нас в стране, допустим, около тысячи пока ещё других банков... Кстати, ЦБ буквально вчера закрыл ещё три банка: вчера в новостях было, и он их так активно всё закрывает. Я, когда учился, мы прямо проходили, что у нас сейчас в России, по-моему, три тысячи тогда было банков. Я учился как раз в 90-е. Потом их стало уже две тысячи, сейчас уже меньше тысячи. На мой взгляд, это хорошо.

 

Но вот такой монстр даже как ВТБ, он может не бояться, что он один сейчас объявит вот эту ставку 3% годовых, а все остальные банки не снизят, мол. Вот вы представьте себя на месте заёмщика: куда вы пойдёте? Где кредит под 3% или под 20%? Поэтому тут не надо бояться, что в стране ещё 800 других банков. К тому же у ВТБ филиальная сеть очень большая.

 

Ирина Волынец: Да. Но они будут брать кредит в одном банке, а депозит оформлять в другом банке. И тогда эксперимент не удастся.

 

Дмитрий Еньков: Эксперимент не удастся и по другой причине. Сейчас объясню, по какой. На самом деле, смотрите: все ломанутся и физические лица, и предприятия в ВТБ, когда он объявит вот эту ставку. А, может быть, и 2% объявит, а, может быть, надо 1% объявить, а привлекать под 0,5%. Вот в этот момент нужно просто помочь банку наличностью: не важно, наличностью или безналом, но деньгами. И вот тут как раз вступает в действие Центробанк, который у нас вроде как эти деньги и должен будет представить, а на самом деле он никому их не предоставляет. Он, как мы говорили, как вот этот мешок, у которого завязана вот эта вот горловина, а тут эти деньги лежат пачками - он не захочет, наверняка, так как мы знаем, кто им управляет на самом деле, выдавать эти деньги.

 

Какое здесь может быть интересное решение?

Мы вчера с Артёмом были на встрече у Валентина Юрьевича Катасонова. Он там упоминал такую вещь, что на самом деле неоднократно уже это происходило в мире. Например, Линкольн в США, а потом и Кеннеди - они пытались вопрос денежной эмиссии передать из рук ФРС. А ФРС была и при Линкольне, её неоднократно вводили. 1913 год - это просто год последней победы ФРС. А на самом деле она неоднократно...

 

Ирина Волынец: Надо передать в ведение государства печатную машинку.

 

Артём Войтенков: Второй банк.

 

Дмитрий Еньков: Да. Они ещё не назывались ФРС. И вот Линкольн как он боролся, и Кеннеди то же самое, - что они делали? Они передавали функцию эмиссии денег казначейству. То есть вот эту стрелочку, я её рисую не из воздуха, а из казначейства.

 

То есть мы вообще исключаем, говорим: "Знаете, пусть наши деньги лежат в этих стабфондах. Мы их потом заберём. А пока мы вот тут ещё нарисуем, сколько надо. Сколько людей пришло в ВТБ под 3%, столько мы казначейству скажем их эмитировать".

Просто вопрос в том, что судьба Линкольна и Кеннеди...

 

Ирина Волынец: Да, мы всё помним, что сделали с Кеннеди.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот, собственно, к такому выводу мы приходим.

 

Артём Войтенков: У нас же в Конституции написано, что только Центробанк имеет право выпускать рубль.

 

Дмитрий Еньков: Отсюда вывод какой? Что нам надо поменять Конституцию.

 

Ирина Волынец: И не только в этом пункте.

 

Дмитрий Еньков: Да. Чтобы у нас не устранили нашего "Кеннеди и Линкольна" в одном лице, нам нужно, чтобы это шло не от одного человека. Мы уже знаем, что с людьми происходит, когда он лично выходит кто-то на трибуну и говорит: "Вы знаете (как Кеннеди говорил в последней своей речи), что вот они, эти силы, они мешают. Мы должны..."

И через два дня у него полчерепа отлетает на багажник.

 

Если это скажет не кто-то один сверху, а если это скажут миллионы снизу:

- Давайте мы так изменим Конституцию, что у нас центр эмиссии вообще вот не этот. И даже не новый какой-нибудь банк Евразийского Союза или Таможенного союза.

 

Ирина Волынец: А наше собственное казначейство.

 

Дмитрий Еньков: А наше казначейство, да. Мы это пропишем в Конституции. Проведём референдум всенародный. Инициатором тут тоже должны быть много либо людей, либо организаций патриотических, которые все вместе скажут: "Давайте мы казначейство пропишем в Конституции".

 

Ирина Волынец: И уполномочим.

 

Дмитрий Еньков: Да. Кого тут, извините, расстреливать или как-то убивать в подъезде? Всю страну только, получается, остаётся. То есть такое решение проблемы для нашей экономики напрашивается из такого, может быть, немножко сумбурного рассказа о ставке рефинансирования и ключевой ставке.

 

Артём Войтенков: Дима, правильно ли я тебя понял, что ключевая ставка - это та ставка, по которой Центробанк даёт деньги банкам, так?

 

Дмитрий Еньков: Формально да. Ещё раз возвращаясь к таблице, давайте мы её тогда разберём немножечко поподробнее. Здесь указано несколько видов кредитов: РЕПО, кредиты Овернайт, ломбардные, обеспеченные золотом, обеспеченные нерыночными активами и поручительствами, сделки, валютные свопы, рублевая часть. Это довольно сложная вещь.

 

Артём Войтенков: Ой, это уже всё.

 

Дмитрий Еньков: Я хочу вам сказать другой момент.

Я обращаю внимание на другую совсем колоночку - на срок. Здесь написано: один день или три месяца. Вот понимаете, сейчас в Казахстане, например, они очень хорошо орошают свои поля и там богатый урожай персиков. Сейчас они это всё нам начинают везти в связи с тем, что Россия ввела санкции против продукции из Европы и так далее. Они нам будут везти оттуда это всё. Почему они это могут делать? Потому что там СССР построил огромную плотину, очень большую. Её мог построить только СССР. Вот так же, как порт, например, в Клайпеде нефтеналивной мог построить только СССР или вот такие вот плотины. Там срок окупаемости таких вещей тридцать лет. То есть ни один из банкиров...

 

К тому же, знаете, большинство банкиров - это просто наёмные менеджеры. Их наняли, у них контракт подписан на год, на два, на четыре. Вот ему надо, чтобы четыре года банк приносил акционерам прибыль. Он, как президент, всё для этого сделает. Что там дальше после него...

 

Ирина Волынец: Хоть трава не расти.

 

Дмитрий Еньков: Он себе заработал на яхту и ушёл. Или дальше ещё.

 

Ирина Волынец: Не ушёл, а улетел в "золотом парашюте".

 

Дмитрий Еньков: Да, ещё и "золотые парашюты" - это отдельная тема. Сейчас не будем на это отвлекаться. Я к чему это говорю? К тому, что нормальный проект... Вот фермеру дай кредит на комбайн. Он получил этот кредит на комбайн. Ему его возвращать года три, четыре, пять, наверное. То есть, если от него через три месяца... Смотрите: максимальный срок три месяца здесь у Центробанка написано. Если ему дать кредит на комбайн на три месяца, то он успеет, конечно, собрать урожай этим комбайном. Потом продаст весь урожай.

 

Ирина Волынец: Свой дом.

 

Дмитрий Еньков: Да. Комбайн этот. Он останётся в прибытке в результате, но потом ему надо опять брать кредит, чтобы в следующем году опять сажать, покупать комбайн.

 

То есть это не сроки. Это совершенно какая-то ерунда. Нормальный любой проект - это несколько лет. Даже строительство завода, там только построить его год надо. Потом, пока он выйдет (даже небольшой завод) на окупаемость.

 

Артём Войтенков: Его спроектировать несколько лет. Ещё построить.

 

Дмитрий Еньков: Кстати, стоимость проекта - это отдельная тема, и срок. Это ты ещё не построил завод, а тебе уже нужны деньги, чтобы тебе сделали проект, начали строить его и так далее. Тут минимум лет пять нужны кредиты. А Центробанк, как ведущий банк, вообще должен давать, там, лет, допустим, на двадцать. Тогда банк понимает: ему на двадцать лет дали под 1%. Он уже что-то может планировать. А тут вот, возвращаясь, ты спросил про ставку ключевую, она вот на эти кредитики.

 

Ирина Волынец: Она рассчитана только на торговые операции, не на производство.

 

Дмитрий Еньков: Да. Ещё раз говорю, банки на самом деле не рассчитывают на Центробанк. Ещё раз посмотрите на вот эту часть. Мы выясняли, откуда они деньги привлекают. Они не рассчитывают на ЦБ совершенно. Они знают, что он им деньги не даст ни под какой процент.

 

Ирина Волынец: Да, он как регулятор здесь выступает.

 

Дмитрий Еньков: Совершенно верно. Я скажу такую вещь. Когда физическое лицо, размещая депозит, интересуется, а не попадет ли он под око налоговой инспекции, если там высокая процентная ставка, у банков точно такая же мысль возникает. Он думает: "Сейчас если я попробую у ЦБ хотя бы на неделю или на три месяца через РЕПО прокредитоваться, например".

 

Артём Войтенков: Под 7%, да?

 

Дмитрий Еньков: Да. Но я как бы просигналю ЦБ, что у меня вообще-то с ликвидностью не всё хорошо, то есть с деньгами - мне не хватает на самом деле.

 

Ирина Волынец: Опять-таки, попадет на эти выплаты.

 

Дмитрий Еньков: Ну, выплаты, не выплаты, но это - сигнал ЦБ, что у этого банка там то ли капитала не хватает, что-то он к нам обращается - это не очень хорошо, занял бы на Межбанке. Может быть, у него не хватает клиентов, вкладчиков, акционеры, может быть, выводят средства свои из банка, поэтому он к нам пришёл за деньгами. Поэтому банк, он сто раз подумает. Он лучше на Межбанке.

 

Артём Войтенков: Под больший процент.

 

Дмитрий Еньков: Под больший, да.

Или вот ещё, как банки экономику пытаются сейчас кредитовать, тоже скажу. Такие монстры, конечно, как ВТБ, они позволяют себе и крупные проекты. Но и то, бывает денег не хватает, потому что у нас сейчас такие стройки грандиозные: к саммиту АТЭС, Олимпиада, чемпионат мира и так далее. Что делают банки? Они привлекают синдицированные кредиты. Тут дурацкое слово, но это...

 

Ирина Волынец: От слова "синдикат".

 

Дмитрий Еньков: Совместные, да. Синдикат. Всё правильно. Когда нужна крупная сума, у банков нет – даже у крупных банков не хватает.

Ещё раз говорю: это СССР строил плотины, БАМ и вот это всё. А банк один, вот современный, даже крупный, если он профинансирует какую-то сделку - значит, всё. Он скажет: "Ребята, пять лет ко мне не приходить! Я всё отдал на АТЭС, на стройку". У него не будет столько денег. Поэтому банки объединяются, несколько штук, и выдают под одну крупную сделку совместно каждый какую-то часть.

 

Ирина Волынец: Тогда делят прибыль, и всё.

 

Дмитрий Еньков: Но это не выход из ситуации. По-моему, выход из ситуации - это когда государство берёт и ставит цель какую-то генеральную: через тридцать лет мы должны жить так-то, для этого нужно то-то, там, дороги, мосты, скоростное сообщение, чтобы люди могли спокойно ехать на море отдыхать. Работать полгода на Севере, а потом полгода жить на берегу моря. Поэтому нужно строить жильё, допустим, не в Тынде. В Тынде должны быть, например, хорошие комфортные бараки для тех, кто там действительно нефтью занимается. А семья должна в это время на море жить.

 

Артём Войтенков: Дима, давай просто разберёмся. Я так понимаю, что ключевая ставка, это деньги, которые даёт Центробанк банкам. И это проценты.

 

Дмитрий Еньков: Не только. Видишь, она состоит из двух всё-таки: и которая даёт и которая абсорбирует. А рефинансирование, это больше ставка контроля, регуляторно-контрольная.

 

Артём Войтенков: Ползунок такой, который уровень определяет для банков.

 

Дмитрий Еньков: Как бы и уровень. Но, я бы сказал, что это такая ставка закладочек, как мы рассмотрели, в налоговый кодекс, ещё куда-то она неожиданно вдруг вылезает в каких-то местах, которые не напрямую, но, в результате регулируют. Где здесь прямая регулировка, когда банк просто не устанавливает двадцать процентов по депозиту? Прямой же регулировки нет. Устанавливают тридцать, пожалуйста. Только, у тебя приходит физическое лицо, и говорит: "А тридцать процентов - я попаду?"

- " Да, попадёте"

- "Нет, тогда я лучше размещу. Перед налоговой светиться не хочу".

И так говорят большинство вкладчиков.

 

Ирина Волынец: Они такие наивные. Они полагают, что если нет заявления налоговой инспекции, то эти данные остались в банке. Это же не так.

 

Дмитрий Еньков: Знаете, я на это что скажу? Если бы мы с вами работали в налоговой, то для нас вот это были бы звоночки. То есть, видите, прямого регулирования нет у ставки рефинансирования, но в то же время, она вот так, как бы почти бесструктурно управляет.

 

Артём Войтенков: Это называется косвенное, или бесструктурное управление.

 

Дмитрий Еньков: Да. Но это мы депозит разобрали, а помните, что ещё и про кредит. Может быть, вот этот момент я не очень хорошо рассказал про кредитование под низкую процентную ставку - его не бывает практически.

 

Артём Войтенков: Я понял, что ставка рефинансирования, она определяет коридор. Если ты вылезаешь за этот коридор и как с кредитом и как со вкладом, то могут быть неприятности.

 

Дмитрий Еньков: Причём, неприятности, не столько у банков, сколько у их клиентов. И эти клиенты, что физические лица, что юридические предприятия, они начинают шарахаться либо от высоких ставок по депозитам, либо, от слишком низких по кредитам. И поэтому, банки невольно придерживаются.

 

Ирина Волынец: Для самих банков это также плохо, потому что, они так же попадают на все эти налоги. Ставки отличаются от ключевой ставки.

 

Дмитрий Еньков: Да, через банковский кредит они попадают тоже на это. То есть, как вот

 

Ирина Волынец: Неизвестно, чего они больше боятся.

 

Дмитрий Еньков: Исподволь, незаметно, регулировка происходит.

 

Артём Войтенков: А вот ты знаешь, в других странах есть такое? Ключевая ставка рефинансирования?

 

Дмитрий Еньков: В других странах, там, где прямой контроль, прямое подчинение ФРС, там ставка ФРС играет не контролирующе-регулирующую функцию, а функцию прямого действия. То есть, вот там происходит прямое кредитование как раз. Когда просто ФРС даёт вот этим банкам федеральной системы деньги, а те уже кредитуют кучу других банков. И то же самое происходит в Европе, Германии и так далее. Там не столько в законах это прописано, сколько просто…Банки, это знаете, грубо говоря: человек сидит, у него как бы денег нет - он просто взял у ФРС под два процента, а выдал под три. На марже заработал.

 

Ирина Волынец: Этот процент для него зависит от суммы привлекаемых средств, либо размещаемых.

 

Дмитрий Еньков: А самое главное, что он зависит от процента, под которые ФРС ему эти деньги даст.

 

Артём Войтенков: Получается, у них работает только ключевая ставка. Ставка рефинансирования, может быть, она где-то есть, но она не так.

 

Дмитрий Еньков: Вот тут ты правильно совершенно суть увидел. Я как раз к этому и хотел свести. То есть, если мы рассмотрели схему, что у нас банки должны, так как ЦБ через ставку рефинансирования как-то не очень кредитует, скорее, больше регулирует, а мы с вами решили, что давайте, мы через казначейство попробуем, как вариант. А чтобы казначейство выполняло роль ЦБ, мы конституцию… Конституцию перепишет народ в лице каких-то организаций. Потому что, один ты не перепишешь - тебе надо куда-то там влиться. А сейчас все патриотически настроенные организации, они примерно об одном и том же говорят. То есть, мы такую схему обсуждали, вот эту часть.

 

Но действительно, так как появилась ключевая ставка, которая, возможно, действительно, возьмёт на себя потихонечку роль ставки прямого финансирования банков Центробанком, может быть. Поэтому, кстати, можно объяснить то, что введённая в 2013-м году вот эта ставка на уровне пяти с половиной сейчас доросла, к текущему времени, до вот этой вот цифры восемь процентов. То есть, почти до ставки рефинансирования - ставка рефинансирования 8.25, они почти сравнялись. То есть, она как бы её начинает размывать, замещать даже уже по цифрам. А потом, может быть, - это как предположение, всё, что я рассказываю. А потом она начнёт перехватывать на себя роль реальной ставки, как у ФРС, как ты правильно сейчас сказал. И ЦБ начнёт под эту ставку выдавать вот эти вот реальные кредиты. А потом, постепенно, может быть, начиная её понижать к каким-то цифрам: те же два-три процента годовых.

 

Артём Войтенков: Сейчас ты рассказал такое предположение. Я думаю, что Центробанк по доброй воле это делать сам не будет.

 

Ирина Волынец: Если бы это было возможно, то тогда не нужна была бы ключевая ставка. То же самое сделали бы со ставкой рефинансирования.

 

Дмитрий Еньков: А зачем её тогда вводили? Понимаете? Другого разумного объяснения как-то нет.

 

Артём Войтенков: Она же была давно?

 

Дмитрий Еньков: Нет, она с 2013-го года, ключевая ставка. Ей всего лишь год. Это очень интересный момент.

 

Артём Войтенков: Что же получается? У нас до 2013-го года ключевой ставки не было, и получается, что Центробанк вообще деньги под проценты и не давал?

 

Дмитрий Еньков: Не давал. Я об этом сразу сказал.

 

Артём Войтенков: То есть, получается, Центробанк, этакий мешок с деньгами, у него даже не было инструмента, как переправить деньги банкам.

 

Ирина Волынец: То есть, народу.

 

Дмитрий Еньков: Формальный инструмент был. Вот эта табличка, которую ты видишь, она всегда была.

 

Артём Войтенков: Кредиты: один день, три месяца. Замечательно.

 

Дмитрий Еньков: Мы об этом говорили. Ещё раз повторю, что банки и не стремились даже это брать у Центробанка.

 

Ирина Волынец: Где тогда брали деньги вот в этих межбанковских кредитах?

 

Артём Войтенков: Кто давал деньги банкам, если не наш ЦБ?

 

Дмитрий Еньков: Изначально, откуда деньги брались?

 

Ирина Волынец: Мы же брали деньги в кредит у Штатов. Мы же размещали свои деньги в облигациях, и у них кредитовались.

 

Дмитрий Еньков: Вы прямо как-то сразу… Я где-то с вами соглашусь. На самом деле, это надо вам немножечко историю банков рассказывать. Откуда взялись вообще банки? Оттуда, откуда и олигархи. По большому счёту, Ирина совершенно права. Олигархи же, они все, как бы, наймиты Запада, что называется. Но именно у них появились деньги сначала на их огромные империи. То есть, кто-то выстраивал металлургические холдинги.

 

Ирина Волынец: Такие талантливые бизнесмены…

 

Артём Войтенков: Что значит, выстраивал? Они взяли советское.

 

Ирина Волынец: Почему именно они взяли, а не другие?

 

Дмитрий Еньков: Выстраивал вот почему, потому что, ему как-то вот доставался в результате приватизации металлургический комбинат. А он выстраивал холдинг как? Он говорил, что надо бы вот этот рудничок, чтобы он тоже мне принадлежал. А то я пока закупаю у него руду по одной цене, а если это будет мой, то это будет моя руда. Потом он понимал, когда отжимал этот рудник, что, блин, я же вожу от этого рудника триста километров по железной дороге, они мне такой тариф выставляют. А ну-ка, я эту часть сам лучше выкуплю у железки. И потом, куда я поставляю это железо? Я поставляю на автозавод, или куда-то там. А давай-ка я и завод. И получался вертикальный интегрированный: то есть, завод, рудник, железная дорога, всё. Но для финансирования всего этого нужны были банки. Банки первые - они создавались при этих вот. То есть, какие-то перерастали из государственных, как Сбербанк, он как был, так и оставался. А множество появлялось именно при каких-то финансово-промышленных олигархических структурах.

 

Ирина Волынец: Как кошелёк.

 

Дмитрий Еньков: Да. Многие появлялись при строительных каких-то. Все вот эти, вы же знаете: Гусинский, Абрамович, у Березовского было сколько банков, Фридманы вот эти все, при которых там куча…

 

Ирина Волынец: Персональные карманные банки, которые обслуживают интересы вот этого данного холдинга.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот отсюда появлялись банки. То есть, средства у них были изначально. Потом акционеры сбрасывались, был акционерный капитал. Потом им приносили деньги: и мы, приносили, как вкладчики. Ещё одну схему хотел нарисовать, пользуясь случаем.

 

Артём Войтенков: А акционеры откуда деньги брали?

 

Дмитрий Еньков: Откуда… Были цеховики, подпольные миллионеры ещё в СССР. На самом деле вы же ответили на этот вопрос: действительно, им видимо давали, кто-то из-за бугра, и у них всё появлялось.

 

Ирина Волынец: И поэтому понятно, кому давали развиваться. Кому эти банки выдавали кредиты? Почему одним предприятиям давали кредиты, а другим предприятиям не давали кредит? Тем, кого можно было контролировать, тому и давали деньги. Поэтому весь наш бизнес крупный, у кого есть деньги, - понятно, откуда растут ноги.

 

Дмитрий Еньков: Вот у нас семья три человека, у нас было три ваучера. Мы вложили, купили акции. А кто-то почему-то мешками ваучеры приносил. Их скупали, все знают. И у меня отец тоже купил два ваучера у своих, за какие-то смешные деньги. И у нас стало пять ваучеров. А кто-то точно также покупал эти ваучеры. Но это надо было, сколько денег, чтобы вложить, и получить эти ваучеры, и потом получить комбинат, предприятие, фабрику.

 

Я вам хотел ещё одну схему нарисовать по поводу того, как в банках работают деньги, чтобы люди тоже немножечко представляли. Я это себе представляю, как некий такой бункер со множеством окошечек индивидуальных. Человек подходит, и приносит сюда свои деньги. Вот в это окошечко вкладывает, кладёт на свой счёт, как он думает. На самом деле, внутри бункера, тут как бы такие дырки со всех сторон, а здесь воронка находится. И всё это так высыпается, и вот такой кучей этих денег лежит. И банк эти деньги предприятию какому-нибудь… На самом деле, если деньги у банка лежат, это плохо. Они на самом деле не лежат у банка. Тут нарисуем грузовик, который должен эти деньги быстренько - куда-то на предприятие, ещё куда-то. Такого быть не должно. Поэтому, кстати, вы сталкиваетесь бывает с тем (кто с банками общается), что вклад досрочно изъять тяжело. Когда у вас срок подходит, тогда он привозит на другой маленькой машинке маленький мешочек такой. И он так вот: сегодня надо Иванову отдать пятьдесят рублей, и ему пятьдесят рублей выдают. А если Иванов пришёл на три дня раньше, то машинка ещё не приехала, а кучи здесь вот нет. Это просто к вопросу о том, что вот эта куча денег, которую акционеры накладывают, она должна постоянно работать.

 

Ирина Волынец: Все приносят свои вклады. Они думают, что эти деньги лежат у них в окошечке. А это на самом деле не так.

 

Дмитрий Еньков: Деньги постоянно работают.

 

Ирина Волынец: Они становятся общими.

 

Дмитрий Еньков: Откуда они берутся? Сначала акционеры сами эту кучу начали складывать, свои деньги, первые. Откуда у акционеров - это другой вопрос. Пока его так оставим. Потом люди начинают приносить. С другой стороны, есть предприятия, нарисуем в виде таких фабрик с трубами, там заводы какие-то. С этой стороны - у них счета в банках. Деньги там большие, потому что, они между собой рассчитываются, множество предприятий. Какие-то расчёты - они всегда через банк проходят. Поэтому, на счетах всегда тоже деньги лежат, но это не значит, что они вот здесь всегда: сейчас на счёте у крупного завода пять миллионов рублей. Они не вот здесь вот, они в этой же куче.

 

Когда предприятие, зачем ему деньги? Надо, либо перечислить кому-то, либо выдать зарплату, либо на какую-то покупку он аккумулирует. Если день зарплаты, банк уже знает, что у него в конце месяца зарплата. Он подвозит, машиной там, и ему переводит. Если он сам кому-то переводит, то, тоже, кстати, банки просят политику предоставить: кому они когда чего собираются делать - на год, причём, и предприятие там прописывает. Именно потому, чтобы банк знал, когда какую сумму подвезти, в основном. Потому что, когда увезти, он и так понимает: вот за день собралось - увозите. А вот, когда выдавать - ему это очень важно как раз знать.

 

Просто хочу сказать, что даже деньги на счетах (не только то, что люди принесли), предприятий - это не значит, что они лежат. Они вот здесь вот, на самом деле, в этой куче, которая куда-то там уехала, и где-то там работает.

 

Ирина Волынец: По-моему, очень интересно.

 

Артём Войтенков: Да. На самом деле, Дима, ты интересно рассказал. Я даже не подозревал, что у ЦБ две ставки. И для меня слова "ключевая ставка" и "ставка рефинансирования" были одно и то же. Я их как-то сливал в одно понятие.

 

Дмитрий Еньков: Вопрос в том, к чему это всё ведёт. Либо, мы сейчас все вот здесь должны быть -выступать за то, чтобы как-то изменить конституцию. Причём, на самом деле, чтобы не вводить в заблуждение совсем, потому что, патриоты посмотрят ролик и скажут: "Ну как же, мы же выступаем за то, чтобы через конституцию изменить роль ЦБ, переподчинить?" Я не против. Давайте.

 

Ирина Волынец: От перемены мест слагаемых сумма не меняется.

 

Дмитрий Еньков: Да. На самом деле, я просто описываю, что у нас есть много разных вариантов. И почему бы, вот этот наш главный удар, не является прикрытием для вот этого. Но на самом деле, иметь план удара, просто тупо вот в эту точку, это очень плохо. На самом деле, надо где-то отвлекающий удар нанести. Где-то, попробовать с другого фланга обойти и отсюда в эту точку ударить. То есть, когда ты вот так вот идёшь, это очень плохо. Должно быть всегда несколько.

 

В данном случае, может, это отвлекающий манёвр, а надо казначейство в это время включать, а где-то надо ключевую ставку в это время подключать. То есть, это совершенно правильные шаги, которые все вместе и удерживать сложнее. То есть, тот, кто нам формирует пока что, вот эту всю систему, он вот сейчас держится за ЦБ.

- И вдруг, раз - казначейство всплывает.

- Либо, раз - мы через конституцию роль ЦБ меняем.

- Либо, раз - ключевая ставка вдруг становится ставкой реального кредитования, и понижается.

И всё это вместе удержать уже гораздо тяжелее, чем вот ты сейчас всё на ЦБ замкнул, на ставку рефинансирования, и в кулаке так вот держишь. Так что, вот такие интересные пути у нас есть - выходы из сложившейся ситуации.

 

Артём Войтенков: Да, положение достаточно интересное. Что помимо основных инструментов, которые нам сейчас начинают объяснять: Центробанк, Конституция - оказывается, есть ещё куча дополнительных инструментов, которые прошиты в разных местах, и которые являются как бы не прямым, а косвенным управлением.

 

Дмитрий Еньков: Да, ты совершенно прав. Почему я решил об этом рассказать? Потому что все представляют очень просто: вот ЦБ, мы сделаем его государственным, мы ставку рефинансирования поменяем, и всё - экономика России сразу выстрельнет. А на самом деле, когда начинаешь разбираться, всё оказывается не так просто. И вот эта ставка рефинансирования, она оказывается, прямой роли фактически не играет. Она где-то там завязана, через что-то, через какие-то вещи странные.

 

Артём Войтенков: Она очень хорошо играет на выдачу кредитов тем

же самым предприятиям, правильно?

 

Дмитрий Еньков: Совершенно верно. Но всё не так банально, как мы это видим, и прямолинейно. На самом деле - там система оказывается довольно запутанная и не такая простая, как мы её себе представляем. Мы просто думаем, что вот сейчас ЦБ понизит ставку рефинансирования, и всё сразу заработает. На самом деле нет. И ЦБ мы пока что не заставляем, и через ставку рефинансирования не так уж просто напрямую - она зашита законодательно в другие совершенно акты. Вот, есть с чем работать и с чем разбираться, самое главное.

 

Артём Войтенков: Да. Спасибо тебе за беседу. Вообще, экономика - страшно запутанная наука. Особенно на том птичьем языке, кредиты, РЕПО, что-то там.

 

Ирина Волынец: Они специально так пишут, чтобы сломали все голову.

 

Артём Войтенков: Да, это попробуй объяснить человеку, который не разбирается. Скажешь: "ставка по абсорбированию ликвидности, операций на аукционной основе равна…"

- "Чего?"

 

Ирина Волынец: "Что? Вы сейчас с кем разговариваете?"

 

Артём Войтенков: "Чего вы вообще имели в виду? Не понятно".

 

Дмитрий Еньков: Совершенно верно, да.

 

Артём Войтенков: Надо, наверное, какой-то закон издавать про то, чтобы все документы были написаны на русском языке, а не на вот этих…

 

Ирина Волынец: Более того, специалисты, которые вот в этом разбираются, как правило, каждый знает свой определённый отрезок. А вот так вот, чтобы взять всю таблицу умножения перевести на человеческий язык, и в этом разобраться… Скажем спасибо Дмитрию за это, за то, что он до нас так доступно эту информацию донёс.

 

Дмитрий Еньков: Мне просто повезло, потому что, я в своё время достиг высот в банковской сфере. Поэтому, я видел картину целиком, а не то, что, если бы я был просто менеджером. А я был и менеджером, я со студента поднимался…

 

Ирина Волынец: Да, сидел бы на раздаче кредитов.

 

Дмитрий Еньков: Я ничего бы не понимал. Сидя за кассой…

 

Ирина Волынец: Имел бы формулу, по ней бы тупо подсчитывал, и всё. Кому сколько дать, и с кого сколько взять.

 

Дмитрий Еньков: Или каким-то менеджером, ты не видишь всей картины, не понимаешь. Я занимался каким-то узким направлением - физическими лицами. Другое дело, что там очень много продуктов сразу: это были и кредитные, и депозитные (я в предыдущем ролике рассказывал). Поэтому, вот тогда уже начала картина срастаться. Что кредиты вот так, депозиты вот так, ты начинаешь понимать, как это завязано, откуда деньги берутся, откуда они поступают, как мы их выдаём. И после этого складывается общее. А на самом деле, даже у большинства работников в банках, хотя их учат… Почему, откуда деньги берутся, почему по этой ставке - никто об этом не задумывается.

 

Ирина Волынец: Знать они это не обязаны.

 

Артём Войтенков: Ладно, всё, Дима, благодарю.

 

Ирина Волынец: Спасибо. Очень было интересно.

 

Дмитрий Еньков: Вам спасибо.

 

Набор текста: Маргарита Надточиева, Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (814 мб)
Видео MP4 640x360 (303 мб)
Видео MP4 320х180 (6 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (13 мб)
Звук 32kbps MP3 (13 мб)
Звук 64kbps MP3 (26 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (39 мб)

Текст:
EPUB (197.74 КБ)
FB2 (324.38 КБ)
RTF (359.27 КБ)

Кредитная ловушка

Как банки расставляют свои сети для извлечения денег из населения.
Задача банка - раскрутить своих клиентов на кредиты. Чем больше кредитов, тем больше прибыль. Так человек постепенно и незаметно попадает в кредитное рабство.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Кредитная ловушка

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_bankovskaya_lovushka

 

Собеседники: 

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артём Войтенков: Дмитрий, ты долгое время работал в банковских структурах. 

 

Дмитрий Еньков: Раскрыл.

 

Артём Войтенков: Так или иначе, с банками сейчас соприкасаются многие. То есть, если раньше в Советском Союзе мы только ходили зарплату в Сберкассу получать, то сейчас банки дают кредиты, дают какие-то ипотечные кредиты, какие-то программы, то есть всё это накручено. То есть, с банками сейчас соприкасается гораздо больше людей по гораздо более разнообразным делам. Но, в то же время существует (я просто сам сталкивался) какой-то тоже такой, так скажем, банковский развод небольшой. То есть, каждый банк, он же коммерческая структура, по сути, и ему выгодно своих заказчиков, клиентов, раскрутить на определённые деньги. То же самое, как в автосервисе. Хотелось бы знать, какие приёмы используют банки, чтобы не попадать.

 

Дмитрий Еньков: В автосервисе, это ещё мягко сказано. У тебя ассоциации с автосервисом. Вначале я бы хотел две вещи сказать. 

Во-первых, так как мы с тобой друг друга давно знаем, чтобы твои зрители не удивлялись, что мы на "ты", а не по имени-отчеству, они нас не раз, наверное, уже видели. 

Во-вторых, почему я в таком виде сижу? У тебя серьёзный, я считаю, уже проект Познавательное ТВ. У нас сейчас в СМИ, как мне кажется, не достаёт русскости. Потому что, у нас все потеряли какую-то идентичность собственную нашу, национальную. Буквально в эти выходные в парке Коломенское был такой фестиваль реконструкторов, и там люди ходили, в том числе и в русских рубахах, в одежде начала прошлого века.

 

Артём Войтенков: По эпохе Первой Мировой войны, я дополню.

 

Дмитрий Еньков: Да. Приятно было посмотреть. Там продавались вот эти рубахи. Я себе купил, и подумал, почему бы в кадре в этой рубахе не оказаться? Русская народная рубаха, так ходили ещё наши дедушки, между прочим. 

 

Но мы вернёмся всё-таки, к нашему вопросу про банки. Люди думают, что банки где-то далеко находятся. Ходят мимо, вот банк и банк, я туда не попадусь никогда, в эти сети банковские расставленные. А при этом выясняется, что если заглянуть в собственный кошелёк, там лежит карточка, как правило.

 

Артём Войтенков: И не одна.

 

Дмитрий Еньков: К этому мы ещё тоже вернёмся, но карточка практически у всех, банковская есть. Когда успел, вроде бы и не заходил специально, а карточка есть. Да и так, когда-то там валюту активно меняли. Оказывается, общаются люди с банками. Вот давайте попробуем понять, как же так получается, что мы вроде так не особо-то с ними сталкиваемся, и вдруг выясняется, что, а банки-то нас уже и захватили. Оказывается, банки расставляют невидимые сети на людей, как пауки на мух. Муха же, она тоже не замечает сети. Однако же, раз и попалась. Вот уже паук налетает на неё, использует в своих корыстных целях. Точно так же и банки. 

 

Давайте, мы разберёмся, как же банки выставляют эти самые сети. Оказывается, что в банках есть такие структуры, которые придумывают вот эти услуги, которые мы называем услугами банковскими. Мы называем, что пришли получить какую-то банковскую услугу в банк. В банке на внутреннем сленге это называется банковский продукт. А раз продукт, то встаёт уже другая ассоциация. Не с автосервисом, а как с магазином, где зашёл, а там продукты на витринах. 

 

А банкиры придумывают, что там на витрину выложить, и как так выложить, чтобы человека привлечь. И в банке подразделения главные, это не какие-то там бухгалтера или юристы, например, которые договоры составляют, а это как раз люди, которых где-то так и называют продуктологи, где-то бизнесменами, одна структура. А другая структура, это те, кто занимаются продажами. Это очень большие структуры. Практически, крупнейшие структуры в банках, это те, кто занимаются продажами или разработкой этих продуктов. Казалось бы, что там сложного? Пришёл, либо деньги положил на счёт, либо взял кредит. Ан нет, оказывается, там целые существуют продуктовые линейки, это называется на банковском языке. 

 

Вот эти два подразделения, а иногда их сливают в одно, но чаще разделяют. Они между собой, кстати, конкурируют, борются за власть. Те, кто продают эти продукты, говорят, что мы ходим по рынку, мы видим, что надо, мы вам скажем, вы только сделайте. А те, кто разрабатывает, говорят, мы изучаем, маркетинговые исследования сложнейшие проводим, мы знаем, что людям надо. Мы вам дали продукт, вы его продайте. Не умеете продавать, так не беритесь, и так далее. Там внутренняя своя есть кухня. И слово кухня тоже здесь не зря. Получается, там некая есть банковская кухня, где готовятся вот эти банковские продуты. 

 

И вот там придумывают, как же так человеку продать продукт, чтобы он на что-то купился, на красивую обёртку, и стал клиентом этого банка, то есть, взял кредит, или положил вклад.

 

Давайте, мы разделим сначала банковский продукт на две категории, они так и делятся внутри. 

- Так называемые розничные продукты, то есть, для нас, для обычных обывателей, физических лиц. 

- И вторую категорию по аналогии с магазином или с продажами, хочется назвать оптовые, но оно называется корпоративные продукты. 

 

То есть, продукты для организаций и продукты для физических лиц, они отличаются между собой. Но мы сейчас не будем про предприятия, мы говорим только про те, чем пользуются люди в повседневной жизни. 

 

Что вы знаете из банковских услуг? Можно прийти, счёт открыть. Карточка, она привязана к счёту. Все говорят: "У меня есть банковская карточка. Я расплачусь карточкой". На самом деле, карточка, это кусок пластика, который, всего лишь, код доступа к твоему счёту, который находится в банке. С помощью карточки мы просто даём распоряжение: "Спишите с моего счёта столько-то денег и дайте мне их сейчас через вот этот вот банкомат, например. Или в кафе, вот этому ресторану перечислите за то, что я тут пообедал". Так что, сама карточка, она ключ электронный, назовём это так. Вот карточка. 

 

Есть валютообмен. Там ничего особого придумывать не надо, новые продукты, хотя там есть свои небольшие нюансы. Например, если у банка отделение ближе к метро находится, то можно курс повыше поднять. А если не такое бойкое место, где-то вдалеке, то там курс может быть и меньше. Сейчас это стало не так актуально уже, обмен валюты. И, слава Богу, сейчас все переходят в основном уже на рублёвые расчёты: и вклады открывают, и кредиты берут. 

 

А вот самые интересные для людей продукты, это конечно вклады и кредиты. Вот этим занимаются, конечно, больше всего в банках. Сначала мы поговорим о вкладах, а потом большую часть уделим кредитам. Потому что, вклады, это, скажем так, ненужные деньги, которые девать некуда, и надо пойти и положить их в банк. Поэтому, сейчас об этом недолго поговорим, но всё-таки, интересный нюанс. 

 

Наверное, все сталкивались с такими вещами. Вот едешь в метро, или смотришь на какой-нибудь плакат, там написано: "У нас вклад такой-то двенадцать с половиной процентов годовых в рублях". Интересно - двенадцать с половиной на сегодняшний день. Допустим, что это такой хороший процент, потому что, процент меняется, мы знаем, сейчас двенадцать процентов – это хорошие проценты по рублёвым вкладам. Человек видит такой баннер, плакат, рекламу, идёт в банк, и тут он с удивлением узнаёт, что да, двенадцать процентов в рублях. 

 

Да, действительно, мы вас не обманываем ни капельки. Поэтому, если вы сейчас нам положите два миллиона рублей на два года, тогда мы вам заплатим двенадцать процентов, как и было написано. Но вы там видели, что звёздочка стояла, и там было написано, что условия вклада могут отличаться и так далее. А у вас сколько денег? Пятьдесят тысяч? Да, на этот вклад тоже можно положить, но видите, тут такая табличка, тут написано, что если два миллиона на два года, то двенадцать процентов, а ваши пятьдесят тысяч, это семь с половиной процентов. На сколько, вы там хотите? Да, вот на шесть месяцев ваши пятьдесят тысяч, это семь с половиной процентов, хороший, кстати, процент. А человек уже он пришёл в банк, ну что ему сейчас ходить, искать другой? Как бы и деньги с собой, сейчас куда-то переносить? Главное, что он уже попался в эту сеть.

 

Артём Войтенков: Он пришёл.

 

Дмитрий Еньков: И бегать в другой банк уже как-то. Вот он и попал в эту сеть. 

 

Бывают другие заманухи на вклады. Они, например, заключаются в таких вещах: айпад в подарок. Я сейчас не шучу. У меня у самого айпад, полученный по такому, например, вкладу. Но там такие же условия. Айпад в подарок, действительно. Только деньги надо было положить на два года и не меньше определённой суммы. И вот айпад через полгода мы вам его выдадим. Правда, я думал мне сразу дадут, я положил деньги – дайте айпад. Нет, мы должны его закупить, мы даже не закупали, вы должны столько-то месяцев продержать вклад - начинается, мелкими шрифтами вот эти списки. Потом, эта акция была, допустим, до конца лета позапрошлого года, и если бы я, допустим, снял весь свой вклад до конца этого года, то я должен был бы вернуть сумму, эквивалентную стоимости этого айпада. То есть, вот такие интересные нюансы возникают, оказывается, по ходу.

 

И несколько рекомендаций вкладчикам хотел бы дать. Банки придумывают очень большую линейку. То есть, так же, как вы приходите в большой магазин, и там видите много полок, и там заставлено всё, допустим, хлебом: чёрный, белый, серый, зерновой, такой, сякой. Вот так же и банки готовят линейки своих продуктов, например, тех же вкладов. Они очень большие линейки выставляют. Это может быть отпускной какой-то, сезонный, новогодний, на Восьмое марта, детский, школьный - названий может быть сколько угодно. Надо смотреть на другую вещь. У вас есть какая-то сумма денег, и вы хотите её положить на какой-то срок. Смотрите из всей вот этой большой линейки, а я сталкивался в некоторых банках, у них там стоишь, и листаешь просто такую тетрадочку, где в строчки вклады записаны, просто выбираете тот срок, который вам нужен, и ищите максимальную процентную ставку. На названия не надо вестись, на акции эти. Могут дать зонтик, допустим, но там ставка на один процент ниже. А если у вас сумма довольно большая, можно найти какой-то вклад в этом же банке, где без зонтика вы заработаете на двадцать этих зонтиков из-за того, что на один на пол процентных пункта ставка будет ниже. 

 

Подарки, это там отдельная тема. Кстати, когда банки дают подарки, казалось бы, вот вы взяли, бейсболку там получили, зонтик, какие-то бывают курточки, дождевики, плащи и так далее, магнитик на холодильник. Просто, если у вас есть какая-то сумма, то не смотрите на названия, на сезоны, какой-то вклад, на призы, смотрите на оптимальную процентную ставку, причём в рублях. 

 

Тогда уж скажу два слова про рубли, доллары и евро, потому что, например, банк, в котором у меня сейчас вклад, он мне настойчиво предлагает, если я какие-то операции по вкладу совершаю, он говорит: "А вы не желаете ли перевести сумму в доллары или евро, у нас это бесплатная операция?" Почему они это делают? Потому что, по рублёвому вкладу им приходится платить большую ставку, допустим, десять, одиннадцать процентов годовых. А доллары и евро, там ставки гораздо ниже - пять-шесть процентов на ту же сумму. То есть, если мы сконвертируем сто тысяч рублей в евро, например, там получится две с чем-то тысячи евро. И положим эту сумму под пять-семь процентов годовых в евро, а то может быть даже под четыре. Что интересно, что в рублях мы заработаем больше. Нам-то говорят, что у нас инфляция - рублёвая же инфляция, вы же знаете. 

 

Предположим, что мы решили через год купить телевизор. У нас есть десять тысяч рублей, а телевизор стоит пятнадцать, например. Через год у нас появится по ставке одиннадцать процентов тысяча сто рублей дополнительно к десяти тысячам по вкладу. А если мы эти десять тысяч конвертируем в евро, и по ставке семь процентов положим, то мы заработаем в евро гораздо меньшую сумму, в два раза почти меньше, семь процентов и одиннадцать-двенадцать в рублях. Но потом нам придётся эту сумму в евро опять сконвертировать в рубли. В рублях мы заработаем реально одиннадцать процентов и купим телевизор, который мы хотели. А вот в евро или в долларах мы не сможем купить, потому что, у нас только семь процентов. А мы сконвертировали опять, кстати, курс конвертации тоже меняется, и он увеличивается, как мы видим, сейчас стал падать, на самом деле только растёт. То есть, грубо говоря, мы сконвертируем в те же самые десять тысяч, на которые нам начислили семь процентов всего лишь годовых. И банки это знают, обратите внимание, и предлагают сейчас конвертировать, потому что, им гораздо лучше платить меньшие проценты по долларам и евро. Поэтому, если уж деньги сберегать, то сберегать лучше в рублях.

 

Артём Войтенков: Подожди, а почему они делают проценты по долларам и евро меньше? Это более надёжно?

 

Дмитрий Еньков: Это пережиток, который у нас сидит ещё с девяностых годов, когда курс рубля рос действительно бешеный был. Это конечно не как в Германии было, в Веймарской республике, когда если ты зарплату получил, то надо было до обеда постараться что-то купить, потому, что вечером уже можно было не купить и батон хлеба на неё. Но росло у нас. С пачками денег я сам в магазин ходил. Приходишь с пачкой, набираешь хлеба, молока, колбасы, платишь, потому что, инфляция действительно была большая. Скачки курсов были. И вот у людей это сидит в голове, они до сих пор считают, что да ладно, вот положу спокойно в доллары или в евро, и никаких скачков не будет, всё будет нормально, а тут кризисами опять же пугают, ещё чем-то.

 

Артём Войтенков: Курс доллара и евро, он же вырос у нас за последние полгода.

 

Дмитрий Еньков: Курс доллара и евро вырос. Значит, ты, когда сконвертируешь, допустим, ты из рублей перевёл в доллары и евро, думая, что там лучше сбережёшь, но под меньший процент, под четыре-пять процентов. Проходит шесть месяцев, год, тебе начислили вот эти проценты, честно, вот на тебе пять процентов на твой вклад в евро. А курс вырос, ты уже по новому курсу сконвертировал опять в рубли, потому что за покупки мы в рублях за всё платим, и выясняется, что ты когда сконвертируешь, у тебя денег…

 

Артём Войтенков: Потерял. 

 

Дмитрий Еньков: Ты почти потерял. Может и не потерял уж совсем, но в рублях ты явно заработал и купил то, что ты хотел, а здесь у тебя, дай Бог, те же самые деньги остались. Можно мне верить или нет, но в банках это знают гораздо лучше, поэтому настойчиво вам будут предлагать именно доллары и евро, лишь бы меньше платить процентов. Потому что, эти проценты они платят своими деньгами. А что-то они там делают, деньги у них работают, как они нам рассказывают. Вот они поработали, и они нам заплатили. Соответственно, по рублям им надо заплатить одиннадцать процентов, а по евро, например, четыре. Конечно, открывайте все вклады в евро, а там же страшно, там всё будет расти, курсы будут меняться, всё очень…, ужас и прочее, вспомните девяностые лихие. 

 

Тут по опыту могу сказать, что мультивалютными счетами пользуются единицы. Никто на самом деле не отслеживает вот эти скачки. Люди любят положить, знаете, как это называется, включил и забыл. Или вот как сейчас говорят, выстрелил и забыл, самое лучшее оружие. Никто не любит следить. Есть отдельные люди, которые готовы следить, конвертировать, вовремя менять, но такие люди, как правило, они переходят в другую категорию. Они переходят в категорию инвесторов, которые любят уже на Форексе играть, и так далее. Они же за этим следят, начинают разбираться. Им не интересно, вот этот вклад, когда за тебя кто-то думает, ты лучше сам займёшь. Так что, на самом деле эти мультивалютные, это очень мало людей. Ну да, есть такие индивиды, как правило, пенсионеры, которые начинают утро с новостей: что там доллар, надо срочно перевести. Но это ещё раз говорю, какие-то десятые доли процента вкладчиков, по моему опыту, которые этим пользуются. 

 

Но мы вернёмся к нашей накатанной линии и перейдём от вкладов к более интересному продукту банковскому, это кредиты. Опять же, для всех обывателей кредиты выглядят как-то единообразно. Ну, пойду в банк за кредитом, на что-то нужное, например. А у банка, как я уже говорил, там заготовлена целая линеечка. Если нужно просто взять денег, пять тысяч, десять тысяч, давайте, счёт у нас откройте, вот вам карточка, многие её называют кредитная карточка. Ещё раз говорю, карточка, она не кредитная, никакая сама по себе. Карточка – это ключ. Её правильно называть банковская карта. А всё остальное привязано к счёту. То есть, на счёт можно просто денег положить, а можно с этого счёта брать деньги банковские, тогда это будет кредит, который тебе банк туда положил. Если нужно просто деньги, то банк, как правило, предлагает вот эту вот карточку, которую обыватели называют кредитная. На самом деле банк даёт эти деньги, а с помощью карты можно снять эти деньги, или расплатиться прямо картой.

 

Если нужно на какую-то вещь, например, на покупку автомобиля, у банка, как правило, есть такой продукт – автокредит: знаете, мы работаем вот с такими-то салонами, как правило, начинается. Где попало, уже машину не купишь. Хотя, сейчас банки стараются быть более универсальными, и можно покупать в любом месте. Но, как правило, есть договорённости с автосалонами. Почему эти договорённости есть, тоже могу объяснить. Потому что, когда банк договаривается с каким-то автосалоном, салон может банку предоставлять скидки. Скидки, которые покрывают проценты по кредиту. И есть такие акции сейчас, и можно их в автосалонах находить, что машина продаётся, допустим, без переплаты. Вот она стоила двадцать тысяч долларов, или восемьсот тысяч рублей, она так и будет стоить, но для банка дилер сделает скидку, которая компенсирует проценты клиенту банка, который возьмёт кредит в размере этих процентов. То есть, скидка будет в размере этих процентов. Если человек должен был банку заплатить пятнадцать процентов годовых, например, за два года, то дилер скажет, ну давайте, я сделаю скидку. Вы-то свои проценты получите, но оставим стоимость машины ту же самую. То есть, она не увеличится для клиента на эти пятнадцать процентов. Такие вещи есть. И, как правило, любят такие скидки делать на машины прошлого года. Вот сейчас, например, распродажа, а можно вместо распродажи сказать: "Слушайте, вот эта же машина, цена та же самая, покупайте только в кредит, а проценты платить практически не будете". Хотя в договоре будет записана процентная ставка. Но стоимость машины, действительно, сохранится, с учётом того, что вы её покупаете в кредит. 

 

А если человек хочет взять ипотечный кредит (купить квартиру), то у банка есть такой отдельный продукт. То есть, мы уже насчитали, можем просто денег у банка одолжить, купить машину, для этого отдельный автопродукт, ради которого банки договариваются с автодилерами и так далее. А есть ипотечное кредитование, так называемое. Для человека это всё кажется кредитом, а это отдельные виды кредита и каждый из них банк упаковывает в свою интересную упаковку. 

 

Что интересное у нас происходит по кредитам? Вот тут начинает активно работать отдел продаж, или какая-то структура продаж. Потому что, это крупная структура: это управление, департамент продаж может быть. Ведь, человек, когда идёт по улице, ему деньги не нужны. Он думает о чём-то своём. Вот как его заставить взять кредит? Или дождаться, пока вдруг ему деньги понадобятся? Лучше прийти туда, куда человек приходит именно за покупками. Пришёл ли он в автосалон, пришёл ли он в магазин, пришёл ли он в компанию, которая дома строит, и там, как правило, мы увидим, в углу стоит столик – там какой-нибудь банк с его фирменной эмблемой, раньше их было по нескольку. Потом конкуренция, друг дружку они вытеснили. Доходило до того, что банки становились акционерами торговых сетей, сейчас не буду их называть, чтобы там сидели только их люди, которые предлагают кредиты. 

 

Поэтому, сейчас мы видим, что сидят только по одному банку в каком-нибудь определённом сетевом магазине, или в каком-нибудь автосалоне. Хотя, конечно, например автосалону выгоднее, чтобы там было несколько, чтобы клиент точно уже купил: если в одном банке откажут, то он пойдёт в другой. Банки стараются минимизировать сейчас отказы, повышая процентную ставку продукта. Так они разбрасывают сети. Ты пришёл в магазин, а тебя уже там поджидают. В углу сидит вот этот вот паук, который говорит: "Что вы там, холодильничек вот этот маленький, хотите купить? А вот трёхкамерный, не желаете? Пожалуйста. Сколько у вас там денег? Три тысячи? Пожалуйста, это вполне. Вы хотели купить "Саратов" на три тысячи? Что там, "Саратов", а вот стоит классный "Бош", сайт бай сайт, отделение для соков там, десять тысяч. Ну да, у вас всего три тысячи, но это первый взнос у вас как раз, почти тридцать процентов, давайте, сейчас мы вам…" 

 

У человека действительно, он об этом не думал, сейчас такой здоровенный, ну, к примеру, потому что так всё измеряется. Хотел купить маленький магнитофончик, а можно купить музыкальный центр, оказывается, уже. Вот так вот людям предлагают. Можно купить дешёвенький фотоаппарат, а можно уже, оказывается, вон какой купить. Действительно, удобная штука, вроде бы как. Но к этому мы ещё вернёмся на самом деле. Действительно ли так хорошо покупать в кредит, или нет - это я в конце беседы об этом ещё скажу.

 

Итак, человек попался в эту сетку. Допустим, перед Новым годом он пришёл, и согласился купить какую-то дорогую вещь, совсем не ту, которую он планировал купить. Банк объявил ему условия, что давайте, допустим, на год берём кредит. Сейчас у нас тридцатое декабря. Вот вы тридцатого января нам заплатите первый взнос, погашение кредита тридцатого февраля следующий, так весь год разбивается на равные платежи. В общем-то, удобно, и человек весь год погашает. В принципе, он этим зарабатывает себе кредитную историю. Если человек взял уже кредит, вовремя его погашал, вернул все деньги, то в следующий раз можно дать ему в кредит и большую сумму и на более выгодных условиях, и так банкиры раньше и поступали. Но, как бы, алчность и корысть, а также конкуренция, они заставляют их шевелиться. 

 

И банки стали что делать? Они стали не дожидаться полного срока погашения кредита. Они ждут, первое погашение, второе, третье, и вот там есть в банках отдел рисков, он говорит: "Слушайте, если три месяца человек нормально погашал, мы так смотрим по статистике, он, как правило, девяносто восемь процентов из них, они так нормально погасят. Давайте уже через три месяца объявляйте ему, что он хороший клиент, и мы можем ему предложить что-то новое, более интересное". И вот, человек, он купил этот холодильник, он забыл вообще про банк, раз в месяц переводит эти деньги, погашение, главное, что холодильник стоит, работает. 

 

И вдруг, спустя три месяца он получает письмо, где ему говорят: "Знаете, уважаемый такой-то, такой-то, вы у нас такой хороший клиент, вы у нас брали кредит на покупку холодильника, а теперь мы вам хотели предложить просто карточку нашу. Вот возьмите нашу карточку банковскую, там просто мы вам установили лимит, тоже на десять тысяч рублей. Придите, заберите, она уже лежит изготовленная в банке. Десять тысяч рублей, пользуйтесь, как хотите, проценты такие-то. С точки зрения банковской кухни это выглядит очень интересно. 

 

Банк сразу, оказывается, вот этот продукт (карточка), делает в двух экземплярах. Первый, который он прислал через три месяца. Но на самом деле у него заготовлен второй продукт, который всё то же самое, только вот если тут была карточка, например, пятнадцать тысяч рублей с процентной ставкой, допустим, пятнадцать процентов годовых, то вот этот отдел, который разрабатывает банковский продукт, он уже тут же приготовил другую карточку, на которой может быть либо те же пятнадцать тысяч, а лучше, например, семнадцать тысяч рублей, и ставка четырнадцать с половиной процентов. Они уже сразу заготовлены, даже письма заготовлены. Потому что, как правило, здесь откликается на эту рассылку три-пять процентов людей, на эти карты. 

 

А вот оставшимся девяносто пяти, девяносто семи процентам, ещё примерно через два-три месяца приходит письмо номер два, в которое вложено предложение вот этой карточки, где говорится: "Слушайте, (там уже можно ставить подпись президента банка ) уважаемый Виталий Игнатьевич, я, как правило, звучит сейчас часто нерусское имя, какой-нибудь, Георг Ульрих Шмидт, лично хотел поблагодарить, что вы такой клиент. Я смотрю, как вы погашаете кредит, и думаю сделать вам самое лучшее предложение, как одному из лучших клиентов нашего банка. Мы предлагаем вам… Вот тогда предлагал начальник отдела, пятнадцать тысяч, под пятнадцать процентов, а вот я предлагаю вам семнадцать тысяч под четырнадцать с половиной" 

 

И тут ещё соглашаются один-два процента. Действительно, сам президент банка. Хотя президент в жизни, не видел никакого письма. Действительно, предложение классное, тут пятнадцать, тут четырнадцать с половиной. Как правило, ещё какая-то часть людей соглашается. Уже пять-семь процентов людей окучено.

 

Дальше у отдела продаж заготовлено предложение и на следующие сроки. Если человек не откликнулся на первое, то начинают ему предлагаться вся линейка продуктов. Если человек не откликнулся, то ему придёт спустя два-три месяца ещё письмо, где будет сказано: "Вы знаете, именно сейчас…" А это срок, если мы с нового года смотрим, когда уже пора распродавать авто прошлого года. То есть, их уже весной продавали, никак не могли продать, в начале лета опять скидки. И тут говорят: "Слушайте, вы такой классный клиент, а у нас, специально для вас есть предложение. Вот специально для вас мы разработали такой новый наш продукт, где кредит на покупку машины такой-то, или может быть нескольких, только для вас сейчас по ставке девять с половиной процентов. А если вы покупаете в салоне таком-то, то машина Х для вас без переплаты. Вот как она стоила"

 

Артём Войтенков: То есть, указывают просто конкретную машину.

 

Дмитрий Еньков: Да, вот сейчас, вот эта машина, берите, для вас. Тут какой-то ещё процент, возможно, откликается небольшой. Дальше, всё те же самые люди, которые здесь купили холодильник, ещё через месяца три-четыре, получают очередное письмо счастья, номер четыре уже. Где говорится: "Слушайте, вот сейчас мы с компанией ипотечной такой-то вот, которая сейчас построила в ближнем Подмосковье, например, какой-то небольшой посёлочек, или дом в Мытищах, или что-то ещё, вот, только для вас, классное предложение по квартирам. С помощью нашего кредита однокомнатная квартира там-то стоит столько-то. Пожалуйста, покупайте".

 

То есть, что я хотел вот этой схемой нарисовать? Что человек попадает. Он думает, что банк, это стоящее где-то в стороне учреждение, мимо которого, он, дай Бог раз в день проходит на работу, там написано Банк такой-то. На самом деле, выясняется, что у него уже лежит карточка, как минимум, в кармане. Как максимум, банк уже повсюду расставил своих агентов в тех местах, где человек вынимает деньги из кармана. Потому что, на улице, что там делать банкиру? А вот как вы только заходите куда-то, где совершаете покупку, там обязательно увидите вот этого паука в углу, который уже сидит и вас поджидает. А там не просто так всё устроено, а по вот этой программе. То есть, вы попали один раз в эту сеть, и вы будете всё время получать вот такие предложения. Наверное, многие получают СМС на телефоны, где им говорят, что только для вас, уже одобренный кредит, четыреста пятьдесят тысяч, всё, оформление один час, только принесите с собой паспорт, и вы сразу же там получите. 

 

Кстати, иногда это удивительный факт. А как они узнали? Вот хорошо, банк Х, с помощью которого человек купил холодильник. А потом начинают приходить смс из банка Y, Z.

 

Артём Войтенков: Вообще ни пойми откуда уже.

 

Дмитрий Еньков: Да. Я расскажу в двух словах. На самом деле, банки ищут всеми способами базы данных клиентов, где угодно: у мобильных операторов, у страховых компаний, у поликлиник и каких-то учреждений. Платятся за это определённые деньги. Где-то там вплоть до того, что покупают диски, как это раньше говорили, на Горбушке. Вот база данных какая-то есть, и всем начинаются рассылки там, письма на почту, сейчас вот смс, ищут базы данных телефонов, рассылают смс-предложения. То есть, когда люди думают, что банки где-то далеко, и им дела нет до вас, на самом деле, банки продолжают вот эту работу вести. 

 

И вот, возвращаясь к одной карте. Мы думаем, что одна карта есть у меня, она есть, я ей пользуюсь, мне больше не надо. Вот интересная штука. Статистика показывает, что в Европе, или в Америке, этих карт у человека три-четыре. То есть, когда человек думает, что у меня есть банковская карта, и на этом как бы мне банковские услуги больше не нужны, банкир рассуждает по-другому. Вот Иванов мой клиент, или клиент другого банка, а мне попала его база, у него карта уже есть, но статистика показывает, что в мире спокойно по три-четыре карты у людей есть. Это значит, что я спокойно ему и вторую ещё могу предложить карту, а там и третью, глядишь, вот с четвёртой будет сложнее: то ли возьмёт, то ли нет уже. Но пока одна, это значит, ещё непаханое поле. Ещё раз говорю, мы думаем, что одна карта и всё как бы. А банк думает по-другому: я ещё одну-две ему впарю запросто.

 

Артём Войтенков: Мы ещё не цивилизованные.

 

Дмитрий Еньков: Почему, действительно, впаривается? Потому что, людей подсадили на кредиты действительно, уже хорошенько, многих. Им уже частенько не хватает денег, чтобы погашать вовремя кредит. И в этот момент ему приходит смс-ка вот эта вот, или он просто обращается в другой банк и говорит: "Слушайте, а вы можете дать мне какой-то кредит?" Ему с удовольствием дают карточку своего банка с каким-то тоже лимитом, например. Он из того банка берёт деньги, погашает, влазит уже в долги ко второму банку. Потом получает зарплату, расплачивается с тем частично, пытается с этим. Он как бы в двойную сеть уже запутывается, на самом деле уже, действительно две карточки. Потом ему приходит напоминание: "У вас по этой карточке платёж" 

- Да, блин, у меня же там вторая карта, надо ещё по ней погасить. 

Начинаются вот такие спонтанные… И люди начинают метаться уже между этими банковскими продуктами, так называемыми.

 

Артём Войтенков: Если человек взял кредит в одном банке, потом взял кредит в другом банке, частично погасил первый кредит за счёт него. Но это же показывает, что он не платёжеспособен, и на самом деле, для банка это опасный клиент. То есть, он может где-то не заплатить вообще, в какой-то момент. Это как, банками оценивается как-то?

 

Дмитрий Еньков: Да, банками это оценивается. Они, конечно, пытаются как-то кредитную историю отслеживать. Есть такая структура, орган, называется БКИ, банкиры его на своём языке так называют, это Бюро кредитных историй, куда банки обязаны подавать информацию о каждом выданном кредите. 

Банки обращаются в БКИ и спрашивают: "Вот этот человек брал кредиты?" 

Ему говорят: "Да, брал, погашал так-то" 

И в принципе, если он нормально вот эти платежи совершает, у него же просрочек не было, раз он обратился в этот другой банк. Значит, до этого у него просрочек ещё не было. Просто сейчас вот денег в данный момент у него по какому-то поводу нет, и в принципе, вторую карту ему можно дать запросто. Ничего в этом страшного нет. Если он особенно работает, получает зарплату. Ну, мало ли просто потратил, купил телевизор, и действительно не осталось денег. Просто банально внести ежемесячный платёж тысячу, или полторы тысячи рублей. 

 

Люди же, как действуют? Вот модель поведения человека, она в этом смысле очень интересна. Есть такой кредит, он называется, так называемый овердрафт по счёту. С ним, как правило, сталкиваются те, кто получает зарплату в банке. Что означает овердрафт, и чем он отличается от обычного кредита? Само понятие овердрафт значит, что человек потихонечку расходует: получил зарплату сто рублей, тридцать рублей в магазине оставил, осталось семьдесят, потом ещё на что-то потратил тридцать рублей, осталось пять рублей. Как правило, зарплатным клиентам, тем, кто в банках получает зарплату, но это уже не розничный продукт, это корпоративный считается. Потому что, с этим продуктом, зарплатная карточка, отделы продаж идут на предприятия. 

 

Говорят: 

- "Ну что у вас там бухгалтер, очереди в кассах, туда-сюда, а так, вы нам кинули денег, и ведомость, кому сколько денег надо начислить на счёт. То есть, вот у вас работает десять человек, каждый получает по сто рублей, вот вы нам тысячу рублей перечислили, и сказали, что Иванову надо сто, этому сто, этому девяносто, этому сто десять. И мы раскидаем по их счетам, у вас очереди в кассу не будет, кассир уже практически не нужен, всё быстро. Не надо к нам ездить, брать деньги, везти сюда, выдавать клиентам. Очень удобная штука. А нам заплатили один процент комиссионных и всё, за то, что мы раскидали". 

 

Раньше так и было, а потом, так как все в банки наперебой стали бегать на предприятия, они стали придумывать интересные какие-то вещи для зарплатных проектов. Если вы у нас откроете зарплатный проект, то мы, например, директору и главному бухгалтеру дадим золотые карточки. Всем дадим обычные, бизнес карточки, или какие-нибудь, а вот вам дадим Голд-карту, золотую. Потом Платинум стали предлагать. У директора будет Платиновая, а у бухгалтера золотая. И вот женщина бухгалтер сидит: "Золотая карта у меня будет" 

 

Хотя они ничем не отличаются, хочу сказать, Они отличаются по большому счёту тем, что по золотой, по серебряной карте можно забронировать машину у гостиницы. На самом деле, выясняется, когда люди сами уже поездили по заграницам, что дешевле приехать в эту страну, найти там прокатную контору и там забронировать машину. Получается процентов на тридцать, а то и на пятьдесят дешевле, чем в этой фирме, которая при гостинице, зато с карточкой забронировать. Но, у тех, у кого Голд-карта, они на такие нюансы, конечно, внимание не обращают. Но разницы практически никакой нет. Так вот, зарплатникам стали предлагать такую вещь: "А вот мы вам овердрафт установим, лимит овердрафта, например, в размере зарплаты".

 

Артём Войтенков: То есть, это кредит получается?

 

Дмитрий Еньков: Да. Фактически, это кредит. Но сам овердрафт, термин, означает, что можно уйти за ноль. То есть, когда вы выберете последние пять рублей, вы помните, что у вас есть всегда в запасе ещё сто рублей, но только если у вас пять рублей было, и вы совершили покупку ещё на пять рублей. На десять рублей он купил: пять рублей своих было, и на пять рублей ушёл в овердрафт. Вот на эти пять рублей ему начинают начисляться проценты. И, казалось бы, обычная карточка, просто туда зарплата падает, но она тоже вот такими интересными вещами превращается в кредитную, а была обычная зарплатная. Ты уже на кредите. 

 

Так вот, модель поведения людей, как правило, такая, что очень большая часть, я сейчас не буду называть точные проценты, они находятся в основном, процентов на восемьдесят, на девяносто в зоне овердрафта. Это значит, что он раз залез на пять рублей, как-то попробовал, быстренько погасил со следующей зарплаты: "Не, не буду, там проценты какие-то платить надо".

 

- А потом как-то с друзьями зашли в ресторан, или куда-то ещё и не хватало уже какой-то суммы двадцать пять рублей. Ну, у меня-то сто всегда в запасе, ну ладно. А двадцать пять рублей-то и негде взять уже было до зарплаты, двадцать пять тысяч, например. 

 

Вот он висел, висел в этих двадцати пяти тысячах, в овердрафте, получил зарплату, сто рублей, но из них двадцать пять рублей ушло вот сюда, в погашение овердрафта, автоматически. Все деньги, которые на счёт падают, если ты уже ушёл в минус, они идут в погашение вот этого минуса. То есть, если ты получил свою зарплату, сто рублей, это значит, что двадцать пять идут в овердрафт, остаётся семьдесят пять. Проценты там действительно копеечные, но я ещё, что хочу сказать, он-то привык жить на сто рублей в месяц, ну так планировать расходы, а в этом месяце оказалось, что семьдесят пять. Но он как-то там поужимался, постарался, может даже выбрался в сто рублей, но на самом деле, чаще люди не выбираются. Они по-прежнему эти сто рублей расходуют. Мало того, у них уже остаётся вот эта память, что у меня же в запасе есть, если что. В следующий раз он уйдёт на минус тридцать пять рублей. Что-нибудь тоже купит. 

 

Фактически, он уже начинает вдруг с какого-то месяца осознавать, что у него зарплата не сто рублей, а он себе представляет, что она как будто бы уже двести рублей, хотя их у него нет. И он начинает жить на двести рублей, пытаться. А с зарплаты у него погашается сто, всего лишь. И он, как бы ничего банку не должен, но и денег ни копейки нет. Он с каждой зарплаты, фактически уходит до конца, до ста рублей. Получает зарплату, он банку ничего не должен, но и денег ноль. На что-то жить надо, и он начинает, раз в магазин сходил заплатил, ещё, и фактически, эти люди начинают жить вот в этой части, в отрицательной - они всё время банку должны. То есть, может быть, какая-то сумма небольшая может быть, и проценты небольшие, потому что с каждой зарплаты новая модель овердрафта, она полностью его погашает. И больше, чем сто рублей ты не займёшь, потому что, тебе установили в размере зарплаты. Но ты всегда должен какую-то сумму банку. Пусть это проценты небольшие, и они погашаются постоянно, но…

 

Артём Войтенков: Но зато они постоянно капают.

 

Дмитрий Еньков: Они постоянные, да.

 

Артём Войтенков: А когда это целое предприятие, то это вообще замечательно.

 

Дмитрий Еньков: Вот я что и хотел сказать. Если это умножить на сто человек, то это какой доход уже получатся. Мало того, у банков существует в кредитной линейке такая схема прибыльности. Вот ипотечные кредиты, у них ставка самая низкая, допустим.

 

Артём Войтенков: Потому что, они длинные.

 

Дмитрий Еньков: Допустим, девять процентов годовых. Автокредиты, они чуть подороже, допустим, десять процентов годовых. Кредиты, которые человек берёт в магазине, вещи покупает, бытовую технику, они ещё подороже, они уже двенадцать процентов годовых.

 

Артём Войтенков: То есть, чем меньше сумма, чем меньше срок, тем больше проценты.

 

Дмитрий Еньков: А вот овердрафты, почему я именно сейчас об этом вспомнил, это самый дорогой кредитный продукт. Допустим, пятнадцать процентов. Просто человек не замечает этих процентов, потому что, он очень маленький срок пользуется. Пятнадцать процентов годовых надо же делить на двенадцать месяцев, там очень низкая ставка получается. Там один процент в месяц, ну и залез я на десять рублей, что там на десять рублей один процент, копейки, ничего страшного. Но годовые-то, это пятнадцать, и он, ещё раз говорю, он примерно будет сидеть всё время в какой-то сумме. 

 

Вот ко мне мой коллега, банковский сотрудник приходил и говорил: "Дмитрий, закрой мне овердрафт, я всё время там сижу, и мне надоело, просто вот закрой, чтобы я вот какую-то часть там погасил, пусть у меня будет пятьдесят рублей в этом месяце, я напрягусь, но не залезу в овердрафт". То есть, сами сотрудники банков они понимают, что жить всё время вот здесь вот, это плохо. Ты всё время банку должен платить. А клиенты, они пользуются: было сто рублей, а на самом деле могу купить на двести, фактически. Удобно, здорово. 

А сидят они вот здесь, на очень дорогом проценте. 

 

Так вот, возвращаемся к тому, что это тоже технология банковской сети. Если удаётся человека не на холодильник подсадить, а сразу на дешёвый, но длинный ипотечный кредит, который, мы говорили, самый длинный может быть по времени, может быть десять лет, например. В Европе, там тридцать лет, например, двадцать пять, двадцать лет. У нас вот сроки небольшие. Люди стараются за пять-семь лет в среднем расплатиться, действительно, за ипотечный кредит. Если человека сажают на такой длинный кредит на десять лет, это просто замечательно. Почему? Потому что, у человека есть ежемесячный платёж по этому кредиту. Он соответствует его доходу. То есть, если человек получает сто рублей, ему не более, допустим, тридцати, максимум, пятидесяти процентов ежемесячный взнос. Тридцать, сорок рублей будет платить в месяц. Но это значит, что до того, как он брал кредит, он привык жить на сто рублей, как мы уже говорили. И вот, он взял эту ипотеку. А теперь реально на жизнь посмотрим, Человек жил на сто рублей. Тридцать рублей урезали ежемесячно, лет десять он так должен, а он уже привык, года три-пять он получал сто рублей, и вдруг ему надо жить на семьдесят, всего лишь, во-первых. Во-вторых, он купил квартиру, это что значит?

 

Артём Войтенков: Это значит, новая квартира, ремонт, мебель, холодильники…

 

Дмитрий Еньков: Да. Траты возрастают, а доход у тебя вдруг уменьшился, причём на тридцать процентов, а то может и на пятьдесят. Значит, опять нужны деньги. И тут банк, вот, по-дружески, понимая твои проблемы, говорит: "Ну, вот же, карточку возьмите нашу банковскую. А там лимит-то мы вам уже открыли, двести тысяч. Мы говорим, допустим, в других суммах, если он взял сто рублей, тут десять рублей на карте - пожалуйста, тоже пользуйтесь, расходуйте. Ну и не забывайте, что можно купить холодильник у нас в кредит".

 

Получается, что у человека из ста рублей всегда будет уходить тридцать рублей, вот эти длинные на десять, вычёркиваются. Потом, действительно, вы обставляете, давайте мебельный гарнитур, а там ещё платёжи. Они не такие большие, допустим, на год он берёт, или на полтора: холодильник, гарнитур, ещё что-то такое. Холодильник ещё десять рублей у него в наших единицах измерения. Гарнитур отнял ещё там десять рублей. Мало того, ему дали ещё банковскую карточку, понимая, что на текущие расходы тоже он и с карточки начинает снимать. То есть, у него уже уходит пятьдесят рублей в погашение вот этого всего, что нужно для квартиры. Может быть, здесь не такие большие сроки. Может быть, он купит сначала гарнитур, а потом телевизор, а потом стиральную машину, это же тоже такие вещи. А потом сломается уже первый телевизор, грубо говоря, надо второй покупать, и так далее. И так по-дружески, ему навешают всю вот эту линейку, о которой мы говорили, на один ипотечный кредит. 

 

А к чему мы теперь приходим? Помните, во времена СССР, вот, мои родители по своему опыту рассказываю, они были лимитчиками, так называемыми. Приехали в Москву по лимиту. А что такое лимит? Это значит, что как попало приехать в Москву, и тут жить и работать было нельзя. 

 

Артём Войтенков: И не только в Москву.

 

Дмитрий Еньков: Да. Москва не резиновая была. Маргинальные элементы выставлялись за сто первый километр. Особенно перед олимпиадой, например. Ну а те, кто попадал по лимиту, объявлялось, вот кирпичному заводу нужно пятьдесят человек. Значит, пятьдесят человек может приехать, и работать на этом кирпичном заводе. Вот кстати, они у меня и работали на кирпичном заводе, там познакомились, поженились, им дали жильё в общежитии, потом они поженились, дали семейное общежитие. Потом они встали в очередь на квартиру, и мне было четыре года, и им дали двухкомнатную квартиру. Вот так было в СССР. 

 

То есть, смотрите, из нынешнего времени мы вот эту нижнюю часть, самую тяжёлую плиту, можно сказать, удаляем. То есть, человек уже не сидит на вот этой вот полужизненной плите, потому что, человек в двадцать пять, тридцать лет берёт на десять лет. То есть, он от тридцати до сорока живёт с такой вот ношей сейчас. А раньше люди так не жили. Вот, мы её убрали. Значит, что там, телевизор, серванты раньше покупали. И тоже, выясняется, что мои родители не ходили в банк для этого. А что они делали? А было две вещи таких интересных. Первая называлась КВП - касса взаимопомощи, она была прямо на работе. Что это такое? Это люди получали зарплату сто двадцать рублей, и, допустим, по рублю, а то и по три, кто как, вёлся журнал, договаривались, что все с зарплаты кладём по три рубля в эту коробочку. Положили в коробочку, она у кого-то хранилась, там на ключ её закрывали в ящик на работе, и там была какая-то сумма. 

 

И когда кому-то нужно было купить телевизор, он мог подойти и сказать: "Слушай, пятьдесят рублей я возьму из КВП" 

Запись так - Иванов пятьдесят рублей взял. 

И со следующей зарплаты он клал не только три рубля, которые надо было в КВП, но и, допустим, три рубля вот за эти пятьдесят, пять рублей он клал. И это всё записывалось, пока он эти пятьдесят рублей не возвращал, которые он брал на телевизор, или четырнадцать рублей на гардероб. Никаких процентов нет. Никакого банка для этого, как мы видим, тоже не надо. Просто сидит Васька в углу, или какая-нибудь женщина-бухгалтер, сидит Марья Ивановна, она мне записала, что я пятнадцать рублей на сервант взял. Я за три месяца по пятёрке ей всё вернул. Значит, мы ещё вычёркиваем одну тяжеленную плиту, которая сейчас висит там.

 

Мало того, пришли вот раньше в магазин, в СССР, и видят диван. 

- Слушай, давай диван раскладной купим, ну что мы на кровати на полуторной мучаемся, а тут гости придут, родственники приедут в гости, хоть разложим диван, можем двоих человек положить спать.

 

А там говорят: "Ну да, вот оно стоит двадцать пять, раскладушка, в рассрочку можете купить, будете платить по три рубля". 

В рассрочку - что это значит? Это значит, что вы с магазином подписываете договор о покупке в рассрочку. Никакого банка для этого не надо. Двадцать пять рублей стоит диван, и вы двадцать пять рублей должны, например, за год принести, магазину заплатить. 

 

Мало того, я изучал документы специально, оказывается, вот эта рассрочка у нас несколько лет назад, во всяком случае, когда я этот вопрос изучал, она тоже работала. То есть, она предусмотрена законодательством. Есть даже формы документов для магазина, которые можно брать и использовать. Я предлагал нашему одному автосалону, давайте рассрочку сделаем, и не будем банк привлекать. Они говорят: "Да ну, зачем нам мучиться. Это надо самим оценивать клиента". 

 

А сейчас, я смотрю, на той неделе мне попалось – рассрочка. Уже начинают сами продавцы пытаться в эту рассрочку переходить от банка. Потому что, рассрочка, это ты сам. Люди у нас живут, как правило, если он где-то живёт в этой местности, ты посмотрел паспорт, у него там прописка есть, работать он работает, можно справку с места работы попросить. 

 

Особенно я хочу, раз уж мы на широкую публику об этом говорим, порекомендовать её производителям типа, например, Автоваза. Вот дилер, он вряд ли пойдёт на рассрочку, а например, Автоваз, он сможет сказать дилеру: "Слушай, ну если у тебя там человек живёт в твоём городе, давай, там служба безопасности у нас есть, в конце концов, проверить человека, чтобы он не был мошенником во всяком случае. Законодательство нам позволяет, давай мы будем машины наши в рассрочку продавать сами". 

 

Вот эта такая штука, она позволяет вообще убрать, в принципе, банки из жизни. Единственное, остаётся, конечно, бухгалтера, которых посадили уже на зарплатные проекты, которым действительно удобно сформировать один раз в месяц ведомость, и там только менять. Хотя зарплаты каждый месяц не меняются, и в основном ты в банк отправляешь одну и ту же ведомость каждый раз, что Иванов сто рублей, Петров триста, и сумма на счёте, она, как правило, уже есть. Там деньги специально не надо. Просто, с нашего счёта перечислите им вот такую зарплату. Ну и потом такой вот овердрафт, там удобная штука. То есть, вот это вот из жизни вычеркнуть, из нынешней, трудно. А вот такие вот тяжёлые вещи в принципе можно. А мы в эту сторону уже разворачиваемся: военным у нас квартиры уже дают, обеспечивают жильём.

 

Артём Войтенков: Им всегда должны были давать.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот у нас был, к сожалению, провал, из-за чего потом скандалы были. Если сейчас бюджетников начать переводить на ту же самую схему, как военных. Кстати, депутатов у нас обеспечивают квартирами в Москве, по крайней мере, на срок депутатства. То есть, есть люди, оказывается, категории. То есть, у нас не всё как бы забыто, вычеркнуто начисто. Мы можем на чём-то строить вот этот вот фундамент. Вот, пожалуй, для первого раза всё.

 

Артём Войтенков: Спасибо Дима, что ты нашёл время, несмотря на занятость в партии, рассказать вот эти вот полезные вещи. Я вот, кстати, про овердрафт не знал. Оказалось познавательно. Потому что, реклама идёт, овердрафт-карта, а что это такое, не понятно.

 

Дмитрий Еньков: Это как болото. Можно с болотом, кстати, сравнить.

 

Артём Войтенков: Банковское болото, один раз вступил, и всё.

 

Дмитрий Еньков: Да. Банки надо стараться исключать. И, не потому их надо исключать, что я как-то предвзято к ним отношусь. Во-первых, у нас есть опыт такой жизни.

 

Артём Войтенков: Советский.

 

Дмитрий Еньков: Да. И он показывает, что, оказывается, можно было жить. Ещё раз говорю, вот тут очень важное звено, конечно, ипотека. Она очень сильно подкашивает. Очень сильно.

 

Артём Войтенков: Потому что, жильё, это очень важно. Очень важный момент, он влияет вообще на всё. Когда-нибудь потом ещё будем говорить, жильё можно поместить в центр. Ещё, когда Воланд говорил, что москвичи люди-то хорошие, но квартирный вопрос их испортил. Если человеку, особенно семье давать жильё, то сразу решаются многие вопросы, и демографические, и даже разводы. Потому что, молодая семья ютится в коммуналке с пьяным соседом, сколько я знаю таких случаев, который к молодой жене начинает приставать, муж психует, жена - да ты не можешь обеспечить… Люди разводятся из-за ерунды на самом деле. Откуда у парня действительно, сразу…

 

Артём Войтенков: Тем более молодой, и опыта нет.

 

Дмитрий Еньков: Да. И опыта нет, и он ещё даже не успел первоначальный взнос накопить, ему банки не дают денег. 

Они говорят: "Ну ты сам хотя бы тысяч двести принеси, тогда мы тебе дадим ещё восемьсот, например".

А он говорит: "Ну откуда у меня двести тысяч, я вот получаю тридцать, да жене надо было это купить, да на еду, да сейчас ребёнок родился".

 

Артём Войтенков: Да квартиру снимаю.

 

Дмитрий Еньков: Да снимаю квартиру, да. И опять же, мы же уже говорили о том, что купил ты квартиру, это ещё только начало, надо ремонт делать и прочее. Так что, вот жильё я бы поставил вообще в центр. Нашему государству нужно думать в первую очередь об этом. А на Западе, там все давно живут в кредит именно поэтому. Потому что, тебя сразу посадили на жильё, дали тебе на машину, на холодильник на телевизор - овердрафт, и всё. И ты фактически на эти сроки, а тридцать лет, это вся сознательная жизнь. С тридцати, двадцать пять, у них сейчас это ещё дети считаются, а вот тридцать, это уже наконец-то мальчик оторвался от мамы и может как-то самостоятельно жить. И вот он до шестидесяти будет.

 

Артём Войтенков: Кредитный раб.

 

Дмитрий Еньков: Да, как минимум. А потом он уже привыкает к этому. Вот и всё.

 

Артём Войтенков: Ну что ж, хорошо, благодарю за рассказ.

 

Дмитрий Еньков: Спасибо.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (577 мб)
Видео MP4 640x360 (222 мб)
Видео MP4 320х180 (123 мб)

Звук:
(13 мб)
Звук 32kbps MP3 (13 мб)
Звук 64kbps MP3 (26 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (168.23 КБ)
FB2 (286.61 КБ)
RTF (303.67 КБ)