Подписка на RSS - Экономика

Экономика

Русские пенсии американским пенсионерам

Деньги из российского пенсионного фонда летом 2014 года были направлены американским пенсионерам.
Но министр финансов России солгал, сказав, что деньги из пенсионных фондов пошли на помощь присоединённому Крыму. На обмене гривны на рубли было заработано гораздо больше.
полное видео: 

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Евгений Фёдоров

Русские пенсии американским пенсионерам

Видео http://poznavatelnoe.tv/fedorov_rus_pensii_us_pensioner

 

Часть из "Евгений Федоров 26 июня 2014"

Видео http://poznavatelnoe.tv/fedorov_2014-06-26

 

Собеседники:

Евгений Фёдоров - депутат Государственной Думы РФ, http://eafedorov.ru

Аминат Анчокова – пресс-секретарьНародного освободительного движения, http://www.rusnod.ru/

Артём Войтенковhttp://poznavatelnoe.tv познавательное интернет- телевидение

 

Евгений Фёдоров: Министр финансов вдруг заявил о том, что пенсионерам денег не вернут, которые у них отняли в прошлом году. Но обратите внимание - реакция наших СМИ. Для меня очень важно, честно вам скажу, как аналитика. Понятно, что надо глубже разбираться. Но для первого впечатления очень важна простая вещь, вы можете её использовать: если наши СМИ что-то поддерживают, значит, это гадость.

 

Артём Войтенков: Массово поддерживают.

 

Евгений Фёдоров: Да, если видна система поддержки. Вот, как только министр финансов вчера сказал о том, что пенсионные деньги направили на помощь Крыму. Во-первых, он соврал чуть-чуть. В чём чуть-чуть? Потому что, деньги-то направили в Соединённые Штаты Америки на выкуп доллара и евро, те, пенсионные, триста миллиардов. Но чуть-чуть, один процент, действительно достался Крыму. Но он при этом не сказал, что на Крыму мы заработали в тысячу раз больше за счёт эмиссии рубля. Он же это не сказал? То есть, он сказал, что да, часть денег из бюджета направили, но он не сказал, что российская экономика получила порядка за триллион рублей за счёт обмена рубля на гривну. Гривну же потом поменяли на доллары и евро. То есть, напечатали рубли, привезли в Крым, в Крыму поменяли на гривну, гривну изъяла банковская система и потом предъявила Украине, поменяла на доллары и евро, те которые им дал Евросоюз. То есть, мы заработали на этой операции в финансовом отношении несколько триллионов рублей.

 

Артём Войтенков: Да? Это столько гривен было в Крыму?

 

Евгений Фёдоров: Естественно, посчитайте. А как вы хотите? Двухмиллионное население обеспечить наличкой? Наличкой и безналичными расчетами. Это огромная сумма. Посчитайте, сколько у вас за месяц через вас проходит, умножьте на два миллиона, добавьте предприятия и вы получите эту цифру.

 

Артём Войтенков: Предприятия по безналу в основном.

 

Евгений Фёдоров: Это не важно, безнал всё равно гривна, конечно. Поменяли гривну на рубли. И гривну поменяли, получили те самые евросоюзовские транши в обратном обмене. Потому что, гривну же не сожгли. Вы же не видели, чтобы костры горели на улицах Симферополя со сжигаемыми пачками гривны. Не было такого, правильно? Значит, их поменяли. Поменяли, значит, заработали. А чтобы поменять, напечатали бумажки, которые ничего не стоят нашему Гознаку, правильно? Если грубо. И всё. Но сам Минфин про это не сказал. Он сказал, "да, из бюджета дали в Крыму несколько миллиардов". Это правда. Но он не сказал о том, что заработали в тысячу раз больше. А немножко дали. Это первое. Второе. Вообще-то, он второе сказал. Он сказал - Крым (в этом его как бы линия как пятой колонны). А дальше добавил - и антикризисные меры. А наши средства массовой информации это не заметили

 

Артём Войтенков: Да, не было такого.

 

Евгений Фёдоров: А он сказал, министр финансов, можно поднять.

Так вот, пропорция:

- антикризисные меры – девяносто девять процентов,

- Крым – один процент.

 

Он как бы правду сказал. Но наши-то СМИ девяносто девять не заметили. А что это за девяносто девять? Это бюджетное правило прошлого года, куда были мобилизованы деньги пенсионеров. А бюджетное правило прошлого года – это покупка долларов и евро на бирже за счёт правительственных денег, изъятых у пенсионеров, бюджета и так далее, в объёме два триллиона рублей по году. То есть, мы два триллиона добавили дани. Почему дани? Потому что, мы купили доллары и евро, которые были тут же стерилизованы нашим ЦБ в долгосрочные обязательства, и на эту сумму тут же ФРС США напечатало эти доллары, и они, по соглашению ФРС с правительством поступили в бюджет США и были потрачены на американских пенсионеров.

 

То есть, у наших пенсионеров изъяли, американским пенсионерам дали. Крым здесь ни при чём. Об этом министр аккуратненько сказал. Он же не мог не заметить девяносто процентов расходов, да? Не мог не заметить. Он об этом и сказал. Но наши СМИ сделали вид, что это не заметили. Это для меня чёткий индикатор.

 

Понятно, что специалист разберётся. Я показал - как. Но для начала, чтобы искать где разбираться, это сразу видно. Если СМИ начали проводить кампанию, значит врут. Это сразу, автоматически. Потому что, не врать они не умеют.

 

Артём Войтенков: Работа такая.

 

Евгений Фёдоров: У них работа как театр, режиссёр. Производить враньё - работа. Людей подбирали, создавали. Но это отдельный разговор.

 

Артём Войтенков: Кстати, вспоминаю наш разговор о пенсионной реформе в прошлом году. Когда я вас про это спрашивал, вы сразу сказали, что это увеличение дани Соединённым Штатам Америки. Так получается, что сейчас мы к этому пришли, что все эти деньги ушли туда.

 

Евгений Фёдоров: Да. И даже Путин обратил внимание, что это рискованные вложения - международные резервы. В Астрахани. Тоже про это никто не говорит. То есть, там, где Путин говорит о второстепенных вещах, об этом орут на всех углах. А где он говорит главные вещи, об этом молчат. Это вообще революционное заявление, которого никто не заметил, якобы. Потому что, понятно, как это всё суфлируется в информационном пространстве. Так это и есть рискованные вложения. Так в эти рискованные вложения отправили деньги наших пенсионеров. Те самые, о которых сказал министр финансов.

 

Артём Войтенков: Вообще-то, даже смешно. С одной стороны, говорят, давайте деньги пенсионеров положим туда. Потом говорят: "А деньги кончились".

 

Евгений Фёдоров: Да. Ещё обвиняют в этом Путина, обратите внимание. То, что МВФ дал такую команду, никто не сказал. Вообще, вся история с международными резервами, а потом история с бюджетным правилом, которая добавила в международные резервы из правительственных источников, из бюджета. И гроханье пенсий, это тоже требование, следующее, МВФ было. Про это молчат. То, то, что это МВФ скомандовал - молчок. А решили, что это Путин. Потому что работает, начинается идеологическая подготовка к вторжению в Россию.

 

Артём Войтенков: Пенсионерам, конечно, нужно собраться, и взять этого Силуанова. Понятно, что он как бы пешка.

 

Евгений Фёдоров: Его заменят, да и всё.

 

Артём Войтенков: По крайней мере, следующий будет знать, что пенсионеры способны кого-то разорвать.

 

Евгений Фёдоров: Вы не правы. Следующий будет знать, что он идёт на должность, в которой надо носить бронежилет, иметь хорошую охрану, не показываться на улицу, и иметь мощное здание где-нибудь на Лазурном берегу, чтобы в любой момент туда улететь. Заодно ещё и личный самолёт, чтобы это сделать. Вот, что он будет знать. А тот человек, который не сможет это обеспечить, он просто на эту должность не попадёт. То есть, вы получите ещё более худший вариант. Вы получите не просто пятую колонну в министерстве финансов, а вы там получите какую-нибудь военизированную пятую колонну, более жёсткую. Которая изначально идёт на вахтовый метод на пару лет. Такая вот, вахтовым методом прийти тут, поломать всё и спокойно доживать.

 

Артём Войтенков: Выжил – молодец.

 

Евгений Фёдоров: Да, молодец. Либо, идёшь туда, либо, торгуешь семечками. Вот, выбор у человека, который будет министром финансов.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

 

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (102 мб)
Видео MP4 640x360 (38 мб)
Видео MP4 320х180 (20 мб)

Звук:
(2 мб)
Звук 32kbps MP3 (2 мб)
Звук 64kbps MP3 (3 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (7.75 КБ)
FB2 (17.68 КБ)
RTF (86.57 КБ)

Золотой обман Бреттон-Вудса

На Бреттон-Вудской конференции в 1944 году было установлено, что доллар становится равным золоту и принимается по всему миру как резервная валюта.
Позже, на Ямайской конференции в 1973 году США отказались от золотого содержания доллара. Но устроили мировую продажу нефти только за доллары, обеспечив спрос на свою валюту.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Валентин Катасонов

Золотой обман Бреттон-Вудса

Видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_komu_podchinyaytsa_rus_banki

 

Собеседники: 

Валентин Катасонов - доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

 

Валентин Катасонов: Одновременно с открытием Второго фронта и проводилась конференция в Бреттон-Вудсе.

 

Артём Войтенков: То есть сейчас 70 лет в 2014 году вот этой Бреттон-Вудской конференции, которая прошла после Второй мировой войны...

 

Валентин Катасонов: Нет. Ещё она не закончилась. 

 

Артём Войтенков: В 44-ом. 

 

Валентин Катасонов: Сорок четвёртый, да. По-моему, со 2-ого по 23-е июля. В общем, три недели в июле 44-ого года. 

 

Артём Войтенков: И которая закрепила доллар как мировую резервную валюту - основное её достижение. Что мы знаем.

 

Валентин Катасонов: В общем, да. Вы совершенно правильно схватили суть. Потому что говорится много красивых и лукавых слов, а вы схватили суть. Фактически это закрепление роли доллара как ключевой, резервной мировой валюты. Это именно тот самый момент, когда британский фунт стерлингов (Pound sterling) был сдвинут с пьедестала (с первого места). На первое место взошёл американский доллар. 

 

Артём Войтенков: И что там ещё кроме этого произошло? Вы сказали, что вы пишете целую книгу...

 

Валентин Катасонов: Да. 

 

Артём Войтенков: И что? Интересно. Мы-то только это знаем.

 

Валентин Катасонов: Я понял, да. На самом-то деле, конечно, тут для людей, которые хотя бы прочитали несколько статей на эту тему, возникает куча вопросов. Как относился Советский Союз к этому мероприятию? Потому что, в общем-то, уже многие чувствовали, какие будут решения на этой конференции. Ехали туда уже с пониманием того, что американский доллар будет на пьедестале. 

 

Тем не менее, хочу сказать, что советская делегация всё-таки поехала в Бреттон-Вудс. Она возглавлялась заместителем Наркома внешней торговли Михаилом Степановым. Надо сказать, что уровень очень невысокий на фоне того, какие там были фигуры в Бреттон-Вудсе. Руководил всем этим мероприятием министр финансов Соединённых Штатов Моргентау (Henry Morgenthau). Руководителем американской делегации был Гарри Уайт (Harry Dexter White), а со стороны британской делегации, со стороны Британии, это был известный английский экономист Джон Мейнард Кейнс (John Maynard Keynes). 

 

Британия и Соединённые Штаты долго готовились к этому мероприятию, судя по всему, где-то уже с 41-го года. С 41-го года началась эта подготовка, и вот этот период с 41-го по 44-ый год это фактически перетягивание каната между двумя странами: Британией и Соединёнными Штатами. И по мере того, как уже становилось понятным, куда двигается Вторая мировая война, было понятным, что британский фунт теряет всякие шансы, всякие надежды на сохранение первого места на этих самых пьедесталах. 

 

Спрашивается, а почему же всё-таки Сталин послал туда делегацию. Там был чисто прагматический интерес, потому что у Сталина были хорошие, доверительные отношения с американским президентом Рузвельтом. В период войны, как вы знаете, мы получали американскую помощью по программе ленд-лиза.

 

Артём Войтенков: За золото.

 

Валентин Катасонов: Вы знаете, ленд-лиз ("lend-lease") в переводе означает "взаймы" и "в порядке лизинга". То есть, конечно, нам пришлось бы (и пришлось) погашать какие-то свои обязательства по этой программе, но только в той части, в какой мы не могли вернуть что-то назад. Мы, конечно, получили достаточно серьёзную помощь со стороны Соединённых Штатов, но вся эта помощь кончалась в тот момент, когда кончалась Вторая мировая война. А надо же было восстанавливать экономику. Поэтому была предварительная договорённость, что Соединённые Штаты дадут Советскому Союзу кредит на четыре, а, может быть, даже на шесть миллиардов долларов. Это серьёзная сумма, учитывая, что вся помощь по ленд-лизу оценивается в одиннадцать миллиардов долларов. 

 

Дмитрий Еньков: Вот тут интересный момент. Что если сейчас, например, патриотические организации борются за то, что ЦБ опять принадлежал государству. Аа сейчас он (ЦБ) не наш, не понятно, на кого работает и так далее. То во времена-то Сталина Госбанк был в руках Сталина. И зачем при этом нужны тогда зарубежные кредиты? Дал команду банку - он тебе напечатал, сколько надо денег. Ты на них построил трактора, танки, заводы...

 

Артём Войтенков: Нет, Дим, ты на эти деньги в Америке станки не купишь. А у нас полстраны было разбомблено просто вдрызг. 

 

Валентин Катасонов: Речь шла именно не просто о кредитах, а о валютных кредитах, потому что нам нужны были закупки машин и оборудования и, может быть, каких-то жизненно необходимых товаров. А в какой стране это можно было делать? Только в Соединённых Штатах. Европа была в руинах. Япония была в руинах. Практически был долларовый голод, и приобрести что-то можно было только в Соединённых Штатах. Были, конечно, ещё страны Латинской Америки. Там можно было приобрести, может быть, пшеницу, какое-то продовольствие - вот и всё. То есть ситуация была достаточно печальная. Поэтому, конечно, речь шла именно о валютном кредите, конкретно - долларовом кредите. Вот такая была ситуация. 

 

Но хочу сказать, что мы поприсутствовали на этой конференции, активно мы не встревали в дискуссии. Хотел бы сразу сказать, что на 90% были приняты предложения Уайта, только что-то там было принято от Кейнса. Вот такие итоги.

 

В апреле 45-го года умирает американский президент или, вернее, он не умирает, а его убивают, но это интересная тема отдельного разговора. И все договорённости личные, они как-то начинают рушиться. Трумэн занял достаточно жёсткую позицию. И фактически не без участия Трумэна в общем началась "Холодная война". Понятно, что в условиях "Холодной войны" участвовать в работе Международного Валютного Фонда было безумием, потому что это был фактически инструмент Вашингтона, потому что на тот момент контрольный пакет акций в капитале Международного Валютного Фонда принадлежал Соединённым Штатам. 

 

Артём Войтенков: Я думал, Международный Валютный фонд это регулирующая организация, а это - контрольный пакет акций?

 

Валентин Катасонов: Это я так образно выразился. Это, конечно, не частное акционерное общество, но это международный финансовый институт, у которого есть капитал. Этот капитал формируется за счёт взносов стран. Размеры взносов определяются долей страны. Доля страны определяется с учётом экономики, с учётом валового продукта. Соединённые Штаты на тот момент имели долю 27-28% в капитале. России там что-то предлагалось процента три. Понятно, что нас такая ситуация не устраивала. 

 

Сталин, может быть, ещё подумал бы. Может быть, он даже бы и согласился бы на какое-то чисто такое, формальное присутствие в капитале МВФ, если бы что-то реально получил в обмен. Но в обмен он ничего не получал. Более того, получал угрозы: угрозы не только экономические, но и военные угрозы. Поэтому Сталину долго думать не пришлось. Он отказался ратифицировать решения Бреттон-Вудской конференции. 

 

Наши учебники так пишут, что Соединённые Штаты как-то выступили единым фронтом на этой конференции, и никаких возражений не было. Нет, были достаточно серьёзные возражения со стороны части деловых и финансовых кругов Соединённых Штатов, потому что они считали, что вообще-то надо сейчас выстраивать ядро мировой экономики, а не заниматься восстановлением экономик многих десятков стран. 

- "Нечего заниматься благотворительностью. Давайте мы будем лучше выстраивать англо-американский альянс".

И там были конкретные предложения, как выстраивать это англо-американский альянс. А всё остальное - потом, со временем. 

 

Вот поэтому я хочу сказать, что даже в Соединённых Штатах была уже после Бреттон-Вудской конференции достаточно жёсткая рубка. Были многие противники, но Гарри Уайт, Моргентау, они организовали такую, хорошую агитационную пропагандистскую кампанию и к лету 45-го года Конгресс Соединённых Штатов ратифицировал. 

 

А вот Британия упиралась, потому что Британия была лузером. И только осенью 45-го Британия ратифицировала под сильным давлением Вашингтона. Опять-таки, давление на чём основывалось?

- "Не подпишите - никакой помощи не будет". 

Дядя Сэм всем раздавал обещания. Англия получила, конечно, помощь (я сейчас не буду называть конкретных цифр), но гораздо меньше того, что обещал он накануне ратификации. Но это обычный почерк Америки. 

 

Вообще, мне хотелось бы сказать, что наши учебники очень схематично и даже не совсем правильно пишут про Бреттон-Вудс. 

Некоторые говорят: 

- "Вот он существовал с 44-го года до 71-го или, там, 76-го или даже 78-ого". 

71-ый год (для тех, кто не знает) это было закрыто "золотое окошечко" в американском казначействе. То есть Соединённые Штаты сказали: 

- "Мы больше не будем обменивать зелёную бумагу на жёлтый металл". 

То есть вот эта связь между долларом и золотом окончательно оборвалась.

 

Дмитрий Еньков: Это благодаря Де Голлю (фр. Charles André Joseph Marie de Gaulle).

 

Валентин Катасонов: Да. Там не только благодаря де Голлю. Собственно де Голль действовал в рамках правового поля. Были договорённости. В 44-ом году Соединённые Штаты, не заикаясь, и уверенно говорили: "Да, мы будем всем желающим, - естественно, под "желающими" они имели в виду только денежные власти других стран, - будем проводить такой размен". 

 

Естественно, что Дядя Сэм, он не привык вообще выполнять свои обещания, поэтому уже где-то в начале 60-х годов, когда золотой запас американского казначейства стал таять, собрали страны, так называемые "группы десяти" (это костяк Запада), и Дядя Сэм сказал: 

- "Нет. Давайте мы создадим Золотой пул. Теперь поддерживать цену на золото будем не только мы, Вашингтон, но и вы, ребята". 

Ну и куда было деваться? Короче говоря, стали постепенно от своих обязательств отказываться. 

 

Тут появился французский президент Шарль де Голль, который на вполне законных основаниях потребовал обменять зелёную бумагу на жёлтый металл. Он очень, конечно, был настойчивым. Ему угрожали, но Шарль де Голль в ответ сказал: 

- "Я не только заберу золото, я ещё и выведу Францию из военной организации НАТО". 

В общем, он добился результата конкретного. После него уже никому золото не выдавали, поэтому даже с этой формальной точки зрения золотой стандарт, или золотодолларовый стандарт, приказал долго жить не в 71-ом году, а где-то примерно в 67-ом году. Последняя выдача золота произошла в 67-ом году. 

 

Артём Войтенков: Последняя - это кому? 

 

Валентин Катасонов: Вот Шарлю де Голлю. После этого там были немцы, японцы, ещё кто-то, но всем - от ворот поворот. Поэтому я не особенно акцентирую внимание на 15-ом августе 71-го года, когда американский президент Ричард Никсон сказал, что мы больше никому не меняем. А я задаю ему встречный вопрос: 

- "А вы кому меняли в предыдущие пять лет?"

Никому не меняли. Это было такое, я бы сказал, заявление декларативное. 

 

Артём Войтенков: Мы тут разогнались. Это просто вы знаете и мы знаем. А для тех зрителей, кто не знает, наверное, стоит пояснить, что вот эта Бреттон-Вудская конференция, она же устанавливала что? Она устанавливала то, что доллар будет, как золото.

 

Валентин Катасонов: Да, совершенно верно. Главное обязательство, которое американская делегация, Соединённые Штаты брали на себя, они сказали: 

- "Ребята, не волнуйтесь. Связь с золотом сохраняется. Доллар так же надёжен, как золото. Для того, чтобы не было никаких сомнений, мы гарантируем свободный размен долларов на золото". 

Вот это был ключевой момент.

 

Вообще должен сказать, что там три ключевых момента в решениях Бреттон-Вудской конференции. 

- Первый момент - это обязательство Соединённых Штатов разменивать. 

- Второй и, может быть, самый принципиальный момент, который, по-моему, до конца сегодня не все понимают, то, что Бреттон-Вудская конференция единодушно решила, что миру нужны устойчивые фиксированные валютные курсы. 

- И третье решение - это создание международных финансовых институтов: Международный Валютный Фонд и Международный банк реконструкции и развития. 

 

Возвращаясь к тезису об устойчивости, стабильности, о фиксированности валютных курсов. Сегодня, если мы читаем учебники, то там наш бедный студент может понять так, что плавающий валютный курс - это здорово, это хорошо, это рыночная экономика. Но вот в 44-ом году прекрасно понимали, что если будут плавающие курсы, то торговля будет дезорганизована. А если они будут сильно плавать, то страны просто закуклятся: просто не будет единого рынка, и каждый будет заниматься в рамках своих национальных границ или, в лучшем случае, будет создан какой-то валютный блок, скажем, стерлинговый, франковый блок и так далее. 

 

Поэтому делегаты Бреттон-Вудской конференции говорили, что фиксированный валютный курс это гарантия того, что будет единая мировая валютно-финансовая система и это гарантия того, что национальные экономики будут нормально развиваться. Потому что если будет плавающий курс на мировых валютных рынках, то тогда будут неустойчивые денежные единицы внутри стран. А при неустойчивой денежной единице достаточно сложно выстраивать реальную экономику. Это мы как-то сейчас с трудом понимаем, а вот тогда люди понимали. И в России, кстати говоря, на эти "грабли" тоже наступали. 

 

По-моему, мы об этом говорили, но я ещё разочек повторю. 

Что вот когда начались реформы Александра Второго, то обычно вспоминают всегда про отмену крепостного права. Но были же и финансовые реформы. Это очень большой круг вопросов, но я затрагиваю только один пункт этих реформ - свободная конвертация рубля. Рубль фактически вышел за рамки национальных границ и стал "гулять" по Европе. Рублем стали играть спекулянты на Берлинской, на Парижской, на Лондонской биржах. И в результате всё это отражалось на нашей российской экономике и, соответственно, было сложно выстраивать нашу экономику при "гуляющем", плавающем рубле. 

 

Поэтому те люди, которые окружали наших представителей денежной власти - это всякие советники, консультанты или люди, которые обучались в разных Гарвардах и Лондонских школах экономики (я так, утрирую), они стали нашёптывать: 

- "Нам надо золотую валюту вводить". 

Фактически это некая двух-трёхходовка Ротшильдов. Сначала вы конвертируете валюту, валюта должна у вас "гулять". Понятно, что вам это очень быстро надоест, вы её захотите зафиксировать. 

- "Делайте золотую валюту. А, понятно, у вас золота не хватает? Ну, мы вам поможем, мы вам дадим золотые кредиты". 

Ну а дальше 17-ый год и всё остальное (мы с вами уже об этом говорили). 

 

Поэтому, конечно, в 44-ом году на Бреттон-Вудской конференции совершенно правильные мысли озвучивались, что нужна стабильность - валютная стабильность. Для этого нужны фиксированные валютные курсы. И одно за другое цепляется. Чтобы были валютные курсы фиксированные, нужна устойчивая цена на золото, потому что были ещё золотые паритеты. То есть если страна чувствует, что она не может держать этот фиксированный валютный курс, значит, тогда она должна заявить всем о том, что "Ребята, я перехожу на другой уровень: я либо ревальвирую, либо девальвирую свою национальную денежную единицу. Это фиксируется законодательно. И на новом уровне я опять-таки выполняю свои обязательства по Бреттон-Вудсу, я держу эту валюту. Я держу эту валюту с помощью валютных интервенций, с помощью каких-то других мер, которые позволяют стабилизировать платёжный баланс страны". 

 

Артём Войтенков: А валютные курсы из чего рассчитывались? Что было мерилом?

 

Валентин Катасонов: Валютные курсы всё-таки определялись с учётом соотношения цен на товары. Но поскольку Советский Союз имел рубль, который не выходил на мировой рынок, а у других-то стран эти валюты выходили (Deutsche Mark, французский франк, швейцарский франк, японская иена), было примерно понятно по корзинам товаров, какое соотношение должно быть. Через платёжный баланс тоже можно было примерно почувствовать, каким должен быть оптимальный валютный курс и, соответственно, проводили девальвации или ревальвации. Но это не был плавающий, это была фиксация курса на другом уровне. И опять страна должна делать всё возможное для того, чтобы держать эту "линию обороны". 

 

Артём Войтенков: Мне не очень понятно, как можно через цену на товары рассчитать курс валютный? Механизм не понятен.

 

Валентин Катасонов: Это особая тема, слишком специальная. Это и паритет покупательных способностей валют можно сейчас обсуждать. Просто я боюсь, что мы сейчас превратим нашу беседу в слишком специальную. 

 

Безусловно, что какие-то страны фиксировали заведомо завышенный или фиксировали заведомо заниженный валютный курс. Ведь это же не просто, извините, физика. Это же политика со своими интересами. Скажем, Соединённые Штаты были заинтересованы в завышенном курсе американской валюты. И это понятно. 

 

Я вам могу напомнить работу Ленина "Империализм как высшая стадия капитализма", где Ленин совершенно правильно сказал, что на высшей стадии капитализма, на стадии монополистического капитализма, вывоз капитала не может иметь первенства по отношению к вывозу товаров. 

 

Америка фактически начала деиндустриализацию. Зачем вывозить товары? Зачем заниматься вот этой "грязной" экономикой, когда можно вывозить капитал и жить как государство-рантье? Так жила Европа: Франция, Бельгия, Голландия, Британия - они вывозили капитал, а не товары. И вот Америка тоже захотела так же жить, поэтому Америка сознательно поддерживала завышенный курс американского доллара по отношению к другим денежным единицам. 

 

А поскольку, вы знаете, как там у Александра Ивановича Куприна в "Поединке": вся рота шагает не в ногу, только поручик шагает в ногу. В данном случае "поручиком" был американский доллар. А вот все не в ногу шагают. Пусть остальные проводят ревальвации, а лучше - девальвации. Потому что проведут девальвацию, а курс доллара ещё больше повысится - стало быть, легче будет скупать активы в той или иной стране. Благодаря этому Соединённые Штаты, транснациональные корпорации, транснациональные банки фактически скупали Европу - задёшево скупали, потому что курсы европейских денежных единиц были заниженными. 

Эта тема очень интересная и бесконечная насчёт курсов валют. 

 

Артём Войтенков: Да. Я про это и не знал. Получается, помимо того, что они утвердили свой доллар вместо золота, они ещё и вот это навязали.

 

Валентин Катасонов: Конечно. В принципе, люди, которые разобрались в том, что такое Бреттон-Вудские соглашения, они уже сразу же начали кричать: "Ребята, эта система не работает. Она обречена". 

 

Где-то в начале 60-ых годов один экономист Триффин (Robert Triffin), он сформулировал даже "дилемму Триффина" (Triffin Dilemma). Он сказал: "Поймите, что эта Бреттон-Вудская система содержала такие внутренние противоречия, что она не могла и не может долго существовать". 

 

Действительно, парадокс или дилемма Триффина заключается в том, что если Америка хочет облагодетельствовать своим долларом весь мир, тогда Америка должна иметь дефицитный платёжный баланс. Понимаете?

 

Артём Войтенков: Нет, не очень.

 

Валентин Катасонов: Не очень понятно, да? 

 

Артём Войтенков: Да. 

 

Валентин Катасонов: Понимаете, что такое доллар? Доллар это фактически вексель.

 

Артём Войтенков: Да. На золото.

 

Валентин Катасонов: Долговая расписка. А долги когда возникают? Когда дефицит платёжного баланса. А дефицит платёжного баланса когда возникает? Когда у страны дефицит торгового баланса или когда она имеет отрицательное сальдо по движению капитала. 

 

Артём Войтенков: То есть расходы больше чем...

 

Валентин Катасонов: То есть она не торгует товарами, она не экспортирует товары. Она не в состоянии уже экспортировать. 

 

Артём Войтенков: То есть она больше уже покупает, чем продаёт. 

 

Валентин Катасонов: Конечно, да. Джон Кеннеди (John Kennedy), когда пришёл к власти в Белый дом, он ужаснулся, он понял, что Америка деиндустриализируется, потому что американский капитал рвётся за пределы американской экономики. Американская экономика обескровливается. Спрашивается - зачем получать какие-то 5% прибыли, когда даже в реальном секторе Европы можно было получать 15%?

 

Капитал было невозможно удержать. А ещё учитывая, что там заниженные валютные курсы... Ну, так, извините, там можно было за копейки покупать очень хорошие активы, что, естественно, транснациональные корпорации и транснациональные банки Соединённых Штатов делали. 

 

И поэтому американский президент Кеннеди пытался хоть какие-то барьеры выставить для того, чтобы остановить бегство капитала. Хотя бы, скажем, специальный налог на сверхприбыли от иностранных инвестиций. Уже после убийства Кеннеди в 64-ом году всё-таки Конгресс принял такой закон о выравнивающем налоге, который вводил дополнительное налогообложение на сверхприбыли на зарубежные инвестиции американских транснациональных корпораций и банков. 

 

Но опять-таки в этом законе были же "лазейки". И одна из главных "лазеек" это была Канада. На инвестиции в Канаде этот закон не распространялся. Понятно, через Канаду американский капитал выходил в любую, нужную ему страну.

 

Мы с вами обсуждаем мир финансов. Мир финансов - это мир жуликов, мир шулеров, по-другому там быть не может. Сталин это прекрасно понимал, поэтому он быстро стал выстраивать свою денежную систему, которая построена действительно на справедливых принципах, на эффективных принципах. И, конечно, это очень раздражало Дядю Сэма. Но мы выстраивали свою систему. 

 

Дмитрий Еньков: Сталина тоже подталкивали к золотому рублю?

 

Валентин Катасонов: Нет. Это апокриф. Сталин никогда не мог согласиться на золотой рубль, даже хотя бы потому, что Сталин в 20-е годы был активным участником не просто каких-то дискуссий, а серьёзных баталий, связанных с возможностью введения золотого червонца. И только благодаря Сталину не появилось золотого червонца. Вернее, у нас пишут, что был золотой червонец, но в каком смысле он был "золотой"? В том смысле, что на этих бумагах писалось о том, что он обеспечен золотым запасом. Обеспечен-то, обеспечен, но свободного размена не было. Потому что если бы начался свободный размен, мы бы тогда на коленях приползли к Ротшильдам. Сталин эту азбуку финансовую прекрасно понимал, поэтому ему приписывают, что он якобы после войны хотел ввести золотой рубль. Там было другое. 

 

Там было постановление ЦК КПСС и Правительства СССР относительно того, что советский рубль с 1-ого, по-моему, марта 1950 года будет привязываться не к доллару, а к золоту. Понятно, если у доллара был золотой паритет, то это чисто пропагандистский шаг для того, чтобы показать, что мы от вас, ребята, дистанцируемся. Но никакого особо экономического смысла в этом постановлении не было. Но, тем не менее, советские люди были горды, тем, что вот мы отвязались от американского доллара. 

 

Дмитрий Еньков: А вот эта защита от как раз плавающего курса это и была привязка этого внешнего рубля к внутреннему (по курсу какому-то определённому), и мы пытались этот внешний рубль. У нас же фактически два было: внутренний рубль и внешний...

 

Валентин Катасонов: Внешнего рубля как такового не было. Я хотел объяснить, что здесь некоторая путаница возникает из-за того, что внешним рублём называют переводной рубль. Переводной рубль не имеет никакого отношения к Советскому Союзу. Переводной рубль это наднациональная денежная единица. 

Более того, даже наши товарищи из ЦК и Политбюро говорили своим товарищам из Восточной Европы:

- "Давайте мы создадим наднациональную региональную денежную единицу, но только вы её не называйте рублём, потому что опять будет нехорошее ощущение, что Советский Союз тут доминирует. Давайте как-то иначе назовём". 

Но наши восточноевропейские друзья настояли, чтобы эта единица называлась переводным рублём, хотя у переводного рубля была обменный курс по отношению к советскому рублю. 

 

Артём Войтенков: Назвали бы "гривна" или ещё как.

 

Валентин Катасонов: Да. Хоть как-то назвали бы. Я уж не знаю, как. 

Конечно, у нас был курс по отношению к доллару и другим денежным единицам западных стран. Я это прекрасно помню, потому что регулярно эти валютные котировки публиковались в газете "Известия" на последней странице. Кстати говоря, многие язвили по поводу этих валютных котировок. Говорили, что они не имеют ничего общего с реальным обменным курсом. Я с этим не согласен. Причём ещё в советское время я уже спорил с такими критиками. 

Я говорил: "Поймите, что вы-то судите об обменном курсе рубля и доллара по "чёрному" рынку. Понятно, что на "чёрном" рынке джинсы стоят столько - не больше, не меньше. Но, извините, жизнь состоит не из одних джинсов - вот в чём дело". 

 

Поэтому если мы берём весь набор товаров в корзине... А я считал эти корзины ещё в советское время, я занимался некоторыми советско-американскими экономическими сопоставлениями. Я, в общем, приходил к выводу, что котировки Госбанка СССР были очень близки к паритету покупательной способности. Они были близки действительно. 

 

Дмитрий Еньков: Там же было сколько? 0,64?

 

Валентин Катасонов: Там они менялись: были 0,64, были 0,75 уже ближе где-то к концу советского периода. Но в целом наш рубль был действительно не деревянным. Вот это совершенно неправильно: он не был деревянным. Другое дело, что он не был конвертируемым. Когда говорили "деревянный", имелось в виду, что у него такой завышенный курс. А то, что он неконвертируемым был - и Слава Богу. Если бы он был конвертируемым, то, наверное, и Советского Союза бы не было. 

 

Поэтому мысль очень простая, которую, к сожалению, сегодня приходится даже объяснять в достаточно квалифицированных аудиториях, что нам нельзя иметь единый рубль для внутренних и внешних расчётов. Потому что сегодня наши патриоты повторяют этот лозунг (бездумно повторяют), что "давайте переведём экспорт Российской Федерации на рубли". Ну, нельзя смешивать. Я так грубовато иногда сравниваю: 

- "Вот вы заходите в ванную комнату, в санузел. Есть рукомойник, есть унитаз - разные системы. Представьте себе, если это будет единая система?"

Ну, мы же не чукчи, понимаете? До каких пор нас будут держать за чукчей? Это совершенно две разные денежные системы. 

 

Я уж не говорю о том, что внутри денежной системы, внутри страны денежная система тоже должна быть двухсекторальной, если так можно выразиться: есть наличные рубли, а есть безналичные рубли. В советской экономике эти два контура между собой очень слабо сообщались. 

 

Ведь чем сегодня заняты наши банки? Они занимаются увлекательным бизнесом под названием окэшивание. Почему только это называется отмывание "грязных" денег? У них там на Западе, наоборот, "грязные" деньги загружаются и переводятся в безнальную форму. А у нас безнальные переводятся в нальную - это называется отмывание денег. Ну, да ладно. Это будет на совести чиновников ЦБ, которые используют такую терминологию. 

 

Но я хочу сказать, что в Советском Союзе ничего подобного быть не могло, потому что наличные деньги, они имели вполне конкретный контур обращения: это была розничная торговля. Наличные деньги человек мог получить через окошечко кассы: это зарплата, это отпускные, это какие-то социальные пособия, это премия, государственную или Ленинскую премию ты мог получить налом. И всё. Командировочные мог получить налом, а всё остальное - безнал. Это особая тоже интересная тема относительно двухконтурной денежной системы. Я уже говорю про внутреннюю денежную систему. 

 

Артём Войтенков: Если возвратиться к Бреттон-Вудсу, какие ещё последствия мы получили после этой конференции?

 

Валентин Катасонов: Слава Богу, что мы дистанцировались от Бреттон-Вудской системы. Слава Богу, что нас туда не втянули. Не надо только думать, что Рузвельт был таким большим другом Советского Союза. Рузвельт применял просто другую совершенно тактику. Эта тактика называется на языке политологии "конвергенция": тихо, мирно и постепенно поглотить Советский Союз, в том числе через втягивание Советского Союза в Бреттон-Вудскую валютную систему. 

 

И одним из людей, которые активно проводил эту линию на конвергенцию, был Гарри Уайт. Достаточно часто сегодня вспоминают это имя, даже чаще, чем Генри Моргентау, хотя Генри Моргентау был министром финансов. Он тоже был человек из команды Рузвельта, но Гарри Уайт, наверное, был даже более важным человеком, хотя формально он был только помощником министра финансов. 

 

Гарри Уайт, безусловно, имел симпатии к Советскому Союзу. Гарри Уайт, видимо, хотел внутренней перестройки Советского Союза. Гарри Уайт считал совершенно трезво, что без Советского Союза выстроить мир на земле невозможно. Такой своеобразный был человек. 

 

Я его не идеализирую, потому что тот же самый Гарри Уайт был, например, автором "плана Моргентау". Слышали, наверное: "План Моргентау". Немцы сейчас начинают узнавать свою собственную историю. "План Моргентау" родился в недрах американского казначейства. Автором этого плана был Гарри Уайт, а Моргентау одобрил этот план. Именем Моргентау был назван этот самый план - фактически сравнять Германию с землёй, ничего не оставить. 

 

Артём Войтенков: Финансово или....?

 

Валентин Катасонов: Вообще, экономически. Как там выражались некоторые комментаторы этого проекта, этого плана: "Это должно быть распаханное поле или просто поле, на котором пасутся козы и овцы". Не должно быть Германии. Один раз сказали: "Германия стала источником Мировой войны. Мы не допустим, чтобы Германия стала второй раз источником войны". Там, если почитаешь документы, это, вы знаете, каннибализм в чистом виде. Там просто предлагалось уничтожать немцев - просто уничтожать. С этим, по крайней мере, соглашался Гарри Уайт и Моргентау. То есть в данном случае он даже не столько как финансист выступал, а как некий такой геополитик. 

 

Артём Войтенков: Но этого же не произошло.

 

Валентин Катасонов: Этого не произошло. Очень интересный момент. Гарри Уайт решил пожертвовать своим документом, потому что Гарри Уайт очень тяжёло переживал, что определённые правящие круги Соединённых Штатов начали сепаратные переговоры с Гитлером в 43-ем - 44-ом годах. 

 

Вот такой он, своеобразный человек. Он симпатизировал Советскому Союзу и люто ненавидел Германию, и ненавидел люто тех людей в американском истэблишменте, которые шли на сепаратные переговоры с Гитлером, поэтому он использовал документ. Он его подбросил в Москву. Москва по каналам своей разведки подбросила Германии. И вот когда Германия прочитала и увидела, что хотят с ней сделать, после этого эти переговоры сепаратные были расстроены. Вот такой был интересный человек Гарри Уайт, которого считают агентом советской разведки. Не знаю, был ли он агентом советской разведки (это не так важно). Может быть, он был просто доверительной связью. То, что он, безусловно, снабжал Москву очень интересными документами, это, как говорится, медицинский факт. Достаточно много таких документов сегодня уже рассекречено в архивах ФСБ. 

Относительно того, каков его статус, я не берусь говорить: я не специалист. То ли он был агент, то ли он был просто другом Советского Союза, то ли он был доверительной связью - это не так важно. Если даже он был агент, понятно, что это агент, завербованный не на материальной основе, а на идейной основе. Так что мне это не очень интересно. Главное, что был такой человек: Гарри Уайт. 

 

Кстати говоря, Федеральное Бюро Расследования (ФБР), другие внутренние спецслужбы, они сигнализировали американскому президенту, они сигнализировали Генри Моргентау, что в министерстве финансов есть такой интересный человечек, который почти в открытую работает на Москву, и работает с Москвой. Надо сказать, что и Рузвельт, и Моргентау все эти сигналы игнорировали. 

 

Более того, ещё раз повторюсь, что Гарри Уайт был руководителем американской делегации на Бреттон-Вудской конференции. И уже после того, как был создан Международный Валютный Фонд, он стал первым директором от Соединённых Штатов Международного Валютного Фонда. Но его карьера закатилась в 47-ом году. В 47-ом году уже начались чистки, уже пришла другая "метла". Я называю это "трумэнизмом" (это ещё не "маккартизм", это "трумэнизм"). Но, тем не менее, уже в рамках кампании "трумэнизма" стали зачищать отдельных людей. Достаточно быстро Гарри Уайт скончался. Видимо, был сильный прессинг. Диагноз такой, что он умер от сердечного приступа. 

 

А вот некоторые другие люди, которые не менее активно сотрудничали с советской разведкой и с Москвой, у них, конечно, судьба была немножко другая. Например, Алджер Хисс (Alger Hiss) тоже имел примерно такой же статус в Госдепе: помощник госсекретаря. Между прочим, Алджер Хисс был генеральным секретарем на конференции в Сан-Франциско по созданию Организации Объединённых Наций. Алджер Хисс представлял Соединённые Штаты в уже созданной Организации Объединённых Наций. Где-то в конце 40-ых годов началась зачистка: Алджер Хисс попал под эту зачистку, четыре года он отсидел. Умер он уже в преклонном возрасте, где-то в 90-е годы. И до последнего дня он говорил, что он не был агентом советской разведки. Я допускаю, что он не был агентом. Но это о чём говорит? Что было достаточно много людей в американском истэблишменте, которые искренне хотели выстраивания нормальных отношений с Советским Союзом, но победила другая линия, другая партия.

 

Артём Войтенков: Пошла "Холодная война".

 

Валентин Катасонов: Пошла "Холодная война", да. Безусловно, что Черчилль, он свою известную речь в Фултоне произнёс не просто так: не за просто так, не за бесплатно. Потому что Англия в это время получила достаточно серьёзный кредит от Соединённых Штатов и, безусловно, этот кредит надо было отрабатывать. 

Черчилль отрабатывал его по многим направлениям. 

- Во-первых, это Фултоновская речь. 

- А во-вторых, Британию заставили снимать, как сейчас говорят, торговые барьеры в отношениях с Соединёнными Штатами. То есть деньги давали, но эти деньги тут же уходили опять в Соединённые Штаты. 

- Ну и, естественно, ввести конвертируемость фунта. Ввели на несколько месяцев конвертируемость фунта - и фунт просто рухнул. После этого опять ввели ограничения - жёсткие ограничения, даже более жёсткие ограничения, чем те, которые были накануне Второй мировой войны. 

 

Эти валютные ограничения существовали в Англии, во Франции, во всей Западной Европе до конца 50-х годов. Ведь как между собой торговала Европа? У них у всех были дефицитные платежные балансы. Долларов негде было взять. Они быстро съели те доллары, которые получили по линии плана Маршалла. Потом они начали между собой торговать - это Европейский платежный союз. Когда они уже встали на ноги, с 1 января 1959 года Европейский платежный союз прекратил сове существование и западноевропейские страны стали вводить частичную конвертируемость своих валют. То есть это конвертируемость только по текущим операциям, по внешней торговле, но не по движению капитала - это надо иметь в виду. 

 

Те решения, которые были приняты в 1944 году, были реализованы только в конце 50-х годов. Уже где-то в 1961 году выяснилось, что зеленой бумаги за пределами Соединённых Штатов больше, чем жёлтого металла в сейфах Форт Нокса. То есть, получается, вся эта Бреттон-Вудская система существовала более-менее нормально год-два. До этого её не было, потому что были ограничения и запреты на свободные операции с валютой, а после этого золото стало так таять, что баланс между зелёной бумагой и золотом стал изменяться резко в пользу зелёной бумаги. 

 

Артём Войтенков: Ну, конечно, это такой соблазн – напечатать больше долларов…

 

Валентин Катасонов: В том-то всё и дело. Это как раз парадокс Триффина (Robert Triffin).

 

Артём Войтенков: Это не парадокс, это закономерность. 

 

Валентин Катасонов: Это закономерность, но вы понимаете, умные люди ещё где-то в 1944-1945 году говорили о том, что это произойдет. Но тогда никто не слушал умных людей. 

Тогда главным аргументом у Соединённых Штатов был какой аргумент: "У нас много золота, не волнуйтесь, ребята". 

А второй аргумент при голосовании: "Ребята, мы вам всем дадим кредиты, вы только голосуйте за наш вариант".

 

Артём Войтенков: Да, но получается что Бреттон-Вудское соглашение было принято только из-за войны. Если бы войны не было, никто бы в Европе в твёрдом уме, скажем так, на это не пошёл бы.

 

Валентин Катасонов: Естественно. Так война это проект тех же самых банкиров с Уолл-стрит. Это была попытка изменить баланс в пользу американского доллара, в пользу Рокфеллеров. Не надо думать, что война произошла случайно. Это такой хорошо подготовленный проект. Я вам могу сказать, как шла подготовка. Я не буду даже сейчас брать военные моменты, политические моменты, возьму только один финансовый момент. Мы сейчас говорим 70 лет Бреттон-Вудсу. Но есть ещё другая круглая дата - 80 лет назад в Америке произошла конфискация золота. 

 

Артём Войтенков: Это когда их обязали сдать золото – либо штраф, либо вообще тюремный срок. И разрешалось только какие-то серёжки, кольца обручальные.

 

Валентин Катасонов: Это всё мелочёвка. Главное, что американские банки сдали в казначейство свое золото – вот это по-крупному. В результате они получили так называемые золотые сертификаты. Тоже очень интересно. Вроде как нет у них золота на балансе, но зато есть золотые сертификаты. Американская делегация на Бреттон-Вудсе говорит: "Ребята, у нас очень много золота. У нас 20 тысяч тонн золота". Но, извините, кому принадлежит это золото? Формально оно принадлежит американским банкам. То есть, опять мы видим как два, три, четыре раза одним и тем же товаром можно торгануть. Но это на совести хозяев Уолл-стрит. Мы просто должны понимать, что мир банкиров он такой, другим он быть не может. Я вам задам риторический вопрос: мог бы состояться Бреттон-Вудс без золотых запасов Форта Нокс?

 

Артём Войтенков: Не мог бы. 

 

Валентин Катасонов: Нет. Откуда взялся Форт Нокс? 

 

Артём Войтенков: Вот они сгребли золото.

 

Валентин Катасонов: Вот. Так что, получается за 10 лет до Бреттон-Вудса они уже знали, что это золото потребуется как аргумент?

 

Артём Войтенков: В каком году они это объявили?

 

Валентин Катасонов: 1933-1934 год. Начало – это конфискация золота физических лиц, а потом конфискация золота юридических лиц.

 

Артём Войтенков: А когда у нас первая пятилетка?

 

Валентин Катасонов: Первая пятилетка – 1929 год. 

 

Артём Войтенков: 1929 год. Ну, всё совпадает. Начинается подготовка к войне. В Советском Союзе начинается индустриализация. Вы сами про это рассказывали, у нас есть ролик "Загадки индустриализации Сталина". 

 

Валентин Катасонов: Сталин прекрасно понимал, что война будет. 

 

Артём Войтенков: На самом деле, индустриализация Советского Союза – это просто подготовка к войне. Те же самые американцы строили нам предприятия. Вот тот же самый Альберт Кан (Albert Kahn).

 

Валентин Катасонов: 540 предприятий, да. 

 

Артём Войтенков: Тоже самое, американцы строили и Гитлеру предприятия – Форд и другие.

 

Валентин Катасонов: Извините, я не хотел бы, чтобы вы проводили параллели между Сталиным и Гитлером. Дело в том, что Гитлеру предприятия строили на деньги американских инвесторов. Эти инвесторы и банкиры все известны. А Сталин строил… Да, ему строил Кан, но Кан на этом деньги зарабатывал. Он не принёс свои деньги. Он был подрядчиком.

 

Артём Войтенков: На деньги других американских инвесторов. Какая разница?

 

Валентин Катасонов: Я не знаю ни одного американского инвестора. 

 

Артём Войтенков: Ну, деньги-то откуда-то взялись?

 

Валентин Катасонов: Откуда-то взялись. Но ни одного инвестора я не знаю. И никто их не знает. Потому что их нет. Вот в Германии, да, были инвесторы, были кредиторы.

 

Артём Войтенков: Ну, просто разные пути финансирования. Германия более открыта.

 

Валентин Катасонов: Нет, совершенно. Я не хотел бы, чтобы мы это сравнивали даже, хоть как-то сравнивали то, что было в Союзе и то, что было в Германии. В Германии, ещё раз повторю, это же ещё план Юнга. Это фактически деньги пошли в другую сторону. План Юнга, это… Кстати, после плана Юнга и был создан банк международных расчётов, который контролировал эти финансовые потоки. Деньги пошли не из Германии в порядке репарации, а в обратную сторону - в Германию. Это была помощь. Всё фиксировано, всё документировано. Книга написана, даже не одна книга написана. Я вспоминаю книгу Энтони Саттона (Anthony Sutton) "Wall Street and the Rise of Hitler", где всё прописано, документировано, откуда это были деньги. У нас всё было по-другому. 

 

Артём Войтенков: Но, тем не менее, мы видим, что вырастает Советский Союз, его строят американцы, мы видим, что Германию финансируют американцы.

 

Валентин Катасонов: Если американцам посулишь деньги, они найдут тысячу и один способ обойти любые запреты и санкции. 

 

Артём Войтенков: Это понятно, другой вопрос…

 

Валентин Катасонов: Они не приходили со своими деньгами, вот что мне хотелось бы подчеркнуть. Они приходили осваивать деньги. Альберт Кан осваивал деньги, а не приносил деньги. Это принципиально разные вещи. Откуда деньги? Мы с вами обсуждали эту тему. Это и экспорт наш, это и, будем так говорить операция "Эрмитаж", хотя это копейки.

 

Артём Войтенков: И экспорт копейки, вы сами говорили. 

 

Валентин Катасонов: Нет, это не копейки всё-таки. Эрмитаж и экспорт зерна это два порядка. 

 

Артём Войтенков: Не хватает на предприятия всё равно. 

 

Валентин Катасонов: Я не сказал, что я знаю ответ. Я сказал, что я не знаю как раз ответ. Дальше - это и конфискация пламенных революционеров, мы с вами об этом уже говорили.

 

Артём Войтенков: Ну, российское золото вы имеете в виду?

 

Валентин Катасонов: Нет, я имею в виду совсем другое. Может, я не дошёл до этого пункт, тогда я готов этот пункт тоже сейчас озвучить. 

 

Артём Войтенков: Мы не будем уходить в сторону. Но, тем не менее, всё равно получаются шаги одного плана – конфискация золота в США и подготовка к войне и индустриализация в Германии и СССР. Уж очень хорошо это всё в одну линеечку укладывается. 

 

Валентин Катасонов: Мне не хотелось бы, чтобы вы уподобились нашему перебежчику Резуну, который ставит на одну доску Гитлера и Сталина. Знаете такого, да? 

 

Артём Войтенков: Знаем. Мы не ставим, но, тем не менее…

 

Валентин Катасонов: Нет, это чисто внешне. Сталин, между прочим, заговорил об индустриализации, когда уже был озвучен план Дауэса, который предшествовал плану Юнга. Сталин умел расшифровывать эти сигналы. Он понял, что готовится милитаризация Германии. понятно, ради чего идёт эта милитаризация План Дауэса – это ещё 1924 год, а в 1925 году впервые Сталин произнёс слово "индустриализация". Гитлер ещё не пришёл к власти, а Сталин уже с опережением начал проводить индустриализацию. Но понятно, что Гитлер должен прийти не сегодня завтра. Здесь полная синхронизация. 

 

Артём Войтенков: Там сложно было понять, если честно. Ладно, давайте вернёмся к Бреттон-Вудсу. Мы же потом, после смерти Сталина, признали доллар мировой валютой?

 

Валентин Катасонов: Что значит – признали? Что необходимо для того, чтобы ещё как-то признать доллар?

 

Артём Войтенков: Тем не менее, у нас же был свой какой-то рубль?

 

Валентин Катасонов: Переводной рубль. 

 

Артём Войтенков: Да, а потом мы стали сразу торговать за доллары. 

 

Валентин Катасонов: Примерно картинка так выглядит. Страны СЭВ две трети своей внешней торговли обеспечивали за счёт взаимного обмена. Взаимный обмен осуществлялся с помощью переводного рубля. На одну треть, грубо говоря, это была торговля с внешним миром. Торговля с внешним миром шла по разным схемам на основании разных способов: бартер, клиринговые схемы. Взять, например, двухсторонний клиринг Советский Союз – Финляндия. Мы, между прочим, с Финляндией клирингом обеспечивали торговлю.

 

Артём Войтенков: Клиринг – это что?

 

Валентин Катасонов: Клиринг – это фактически значит, встречая торговля без использования валюты. Валюта используется только для погашения сальдо.

 

Артём Войтенков: То есть мы с вами поменяли яблоки на нефть, сколько разница осталась, мы доплатили. 

 

Валентин Катасонов: Совершенно верно. Валюта клиринга была разная. Где-то это был тот же самый переводной рубль, где-то это были национальные денежные единицы, где-то это была свободно конвертируемая валюта, ну, это отдельная тема. То, что уже нельзя было обеспечить ни бартером, ни клирингом, для этого использовалась свободно конвертируемая валюта: или американский доллар, или европейские валюты. Мы тоже торговали на доллары, на дойчемарки.

 

Артём Войтенков: А как же разговоры эти, что при Хрущёве признали доллар, отказались от рубля. Это имеет какую-то…?

 

Валентин Катасонов: Я не очень понимаю даже…

 

Артём Войтенков: Ничего не поменялось после смерти Сталина? 

 

Валентин Катасонов: Принципиально ничего не поменялось. В плане международно-правовом ничего не поменялось. 

 

Артём Войтенков: В финансовом, я имею в виду. 

 

Валентин Катасонов: Я понимаю. Многие изменения в мире финансов требуют какого-то международно-правового оформления. Единственное, что поменялось после смерти Сталина – появился переводной рубль. Но идея переводного рубля озвучивалась ещё Сталиным. В 1952 году было проведено Международное экономическое совещание в Москве. На этом совещании присутствовали делегации от многих стран мира: и западные делегации, и развивающиеся страны. Обсуждалась идея многостороннего клиринга. Но она была очень абстрактная, не очень было понятно, кто войдёт в этот многосторонний клиринг. Но, тем не менее, ходили кругами вокруг этой идеи многостороннего клиринга. Переводной рубль - это инструмент многостороннего клиринга. Клиринговой палатой выступал Банк международного экономического сотрудничества, СЭВовский Банк международного экономического сотрудничества МБЭС. Между прочим, переводной рубль достаточно активно использовался. Я подсчитывал, на пике – восемь процентов мировой торговли обслуживалось переводным рублём.

 

Артём Войтенков: Восемь – это не много.

 

Валентин Катасонов: Ну, извините, восемь процентов мировой торговли.

 

Артём Войтенков: Для примера другую цифру приведите, у США сколько было в это время?

 

Валентин Катасонов: Я понимаю, но всё-таки, наверное, восемь процентов ни дойчемарк, ни японская йена, ни французский франк. Может быть, только британский фунт мог обеспечивать примерно сопоставимую долю мировой торговли, как наш переводной рубль. Это очень серьёзно. Вы имейте в виду, что всё-таки Британское Содружество наций до сих пор существует, и существуют какие-то неформальные отношения в рамках Британского Содружества. Формально даже, по-моему, не отменяли эту фунтовую зону валютную. Понятно, что она, может быть, только на бумаге существует. Поэтому, конечно, фунт до конца 60-х годов он сохранял определённые позиции. Я бы сказал так – переводной рубль был сопоставим с британским фунтом.

 

Артём Войтенков: Хорошо, тогда вернёмся к Бреттон-Вудс. Он прошёл, совершился и дальше пошло его развитие, выплата золотом де Голлю, очередь в кассу за золотом, американцы это всё прикрывают и что дальше? Дальше, насколько я понял, это стало называться Ямайской системой.

 

Валентин Катасонов: Это очень интересная тема тоже. Если в 1944 году в Бреттон-Вудсе прияты были какие-то решения, а потом они на протяжении очень многих лет выполнялись или не выполнялись (мы с вами сказали, что фактически только с конца 50-х годов Бреттон-Вудская система заработала), то в 70-е годы произошла обратная ситуация. Фактически Ямайская конференция, которая проходила в 1976 году, она уже просто проштамповала ту систему, которая де факто была создана. То есть, сначала создавали систему, а потом её уже просто проштамповали. Собрали всех ребят, это называлось Международная конференция по валютно-финансовым вопросам, это страны-члены МВФ, они всё это дело проштамповали. Так вот, последнее видимое событие – это закрылось золотое окошечко 15 августа 1971 года. Дальше это так называемое соглашение института Смитсона, Смитсоновские соглашения.

 

Артём Войтенков: Это что такое?

 

Валентин Катасонов: Собрались страны, входящие в Группу десяти, это ядро Запада. На самом деле там даже 11 стран, просто одиннадцатая страна подошла, а название оставили прежнее - "десятка". Она, кстати, не умирала, эта "десятка", просто о ней редко вспоминают. Это такая закулисная "десятка". Там сидели, колдовали, и в конце декабря 1971 года было подписано так называемое Смитсоновское соглашение. Фактически Соединённые Штаты там пошли на какие-то уступки, но они отказались от одного, они сказали: "Мы не собираемся в ближайшее время восстанавливать размен золота на доллары и долларов на золото". Это принципиально. Все сразу поняли, что, судя по всему, уже никогда это золотое окошечко не откроется. 

 

Дальше какая-то наступила пауза. Создали в Международном валютном фонде какую-то специальную комиссию, где сидели чиновники и что-то там сочиняли. Чиновники могут что угодно сочинять, а в это время крутые ребята занимались конкретным делом. Я назову некие вехи этих событий, которые не очень афишируют. 

 

Май 1973 года, собирается Билдербергская группа в Швеции. Обсуждается один вопрос – как реформировать международную валютно-финансовую систему. Естественно, в те времена это была совершенно секретная информация, сейчас она уже более-менее известна. Формально вроде бы там обсуждали как нам адаптировать к новым условиям. Новые условия касались не только этих неопределённостей, связанных с Бреттон-Вудсом, но и там было сказано, что в этом, 1973 году, ожидается резкий рост цен на чёрное золото. 

 

Артём Войтенков: Откуда они знали? Или они это просто…

 

Валентин Катасонов: Это уже было планированием. Кто выполнял решения этого, будем так говорить, Коминтерна под названием Билдербергский клуб? Эти решения выполнял Генри Киссинджер (Henry Kissinger). Генри Киссинджер на тот момент занимал две важнейшие должности. Во-первых, он был советником президента по национальной безопасности, во-вторых, он был Госсекретарь. Учитывая, что в это время уже началась история под названием Уотергейт, Никсону (Richard Nixon) было ни до чего.

 

Артём Войтенков: Уотергейт – это что?

 

 

Валентин Катасонов: Уотергейт, слышали? Фактически это процедура подготовки импичмента американского президента. Это известная история Уотергейт. Всплыли факты, что в период предвыборной кампании республиканцы использовали подслушивающие устройства, и что это нарушение этики и результаты выборов искажены. Это называется Уотергейт. Я в это время в Соединённых Штатах был и перед моими глазами вся эта сцена под названием Уотергейт разворачивалась. Более того, я даже видел живого Ричарда Никсона, который выглядел в это время очень бледно. Ему действительно ни до чего было. Поэтому на хозяйстве остался Генри Киссинджер.

 

Артём Войтенков: Внешнеполитическом.

 

Валентин Катасонов: Прежде всего – внешнеполитическом, да. Вы совершенно правильно сказали. На внутреннем другие сидели ребята, а на внешнеполитическом вожжи в свои руки взял Генри Киссинджер. Он прежде всего решал вопросы на Ближнем и Среднем Востоке. Генри Киссинджер как госсекретарь и советник по национальной безопасности курировал и разведку США. Безусловно, разведка не только добывает информацию, а ещё и подбрасывает дезинформацию. Генри Киссинджер как раз использовал разведку для второго. Он подбрасывал регулярно дезинформацию Израилю и арабским странам. Фактически эта дезинформация поощряла и подталкивала арабские страны к тому, чтобы начать арабо-израильскую войну. Эта война была начата осенью 1973 года. Генри Киссинджер выступил в роли такого козла-провокатора. Кстати, потом даже израильские евреи объявили Генри Киссинджеру херем. Херем - это проклятье. Потом, когда они уже во всём разобрались, они этот херем с него сняли. 

 

Генри Киссинджер фактически спровоцировал эту войну. Дальше всё развивалось как по нотам. 

- Соединённые Штаты были обвинены в пособничестве Израилю.

- Европа и особенно Голландия была обвинена в пособничестве Израилю.

- Были объявлены, будем так говорить, блокады, ограничение даже запретов на экспорт нефти и нефтепродуктов в указанные страны. 

 

Естественно, что цены на рынке чёрного золота стали быстро расти. Это называется энергетическим кризисом. За несколько месяцев цена на энергоносители, на чёрное золото выросла аж в четыре раза. За всё время существования чёрного золота, это примерно один век, ничего подобного не было. Были какие-то небольшие флюктуации, связанные с сезонными факторами, с какими-то спекуляциями мелокотравчатыми, но чтобы в четыре раза…

 

Артём Войтенков: После этого американцы вместо больших таких огромных автомобилей стали делать маленькие, которые едят мало бензина, это после этого нефтяного кризиса.

 

Валентин Катасонов: Да, я помню эти времена, иногда до перестрелок на американских бензоколонках доходило, всем не хватало бензина. Естественно, всех собак спустили на кого? На страны ОПЕК. Вот такие нехорошие страны ОПЕК. Безусловно, страны ОПЕК действовали по подсказке Генри Киссинджера. 

 

Понятно, что фактически золотой тормоз был снят с печатного станка, зелёную бумагу стали печатать без каких-либо ограничений. Но ведь предложение должно находить свой спрос. Вот рассчитали, что самый главный спрос зелёная бумага может найти именно на рынке чёрного золота. Ещё учитывая, что через чёрное золото, через межотраслевые связи многие другие отрасли тоже поднимут цены на свою продукцию, если поднимутся цены на чёрное золото, то там был просто бешеный эффект. Продукция печатного станка стала находить свой спрос благодаря вот этому энергетическому кризису. 

 

Артём Войтенков: Это надо было, чтобы местные ребята продавали нефть только за доллары. 

 

Валентин Катасонов: Естественно. Не переводя дыхание, Генри Киссинджер начал переговоры о том, чтобы экспорт чёрного золота происходил исключительно на доллары. Дело в том, что торговля на доллары доминировала в послевоенном мире, в 40-е годы, когда был долларовый голод. Потом уже началось бегство от доллара. Надо было опять как-то приучить людей к доллару, восстановить спрос на доллары. Начал Генри Киссинджер с переговоров с саудовским королём. В то время Саудовская Аравия из себя ничего особого не представляла. Не буду живописать, что она из себя представляла. Генри Киссинджер пообещал светлое будущее Саудовской Аравии. Прежде всего, поставки оружия, обещал, что Саудовская Аравия станет региональной державой на Ближнем и Среднем Востоке. 

Естественно, саудовский король сказал: "Мы будем вооружаться, но тут же Израиль!" 

На что Генри Киссинджер сказал: "Не волнуйтесь, мы гарантируем, что с Израилем всё будет в порядке. Вы будете вооружаться, но Израиль не будет на это болезненно реагировать, это наша проблема". 

 

Короче говоря, была такая сделка. Эта сделка понравилась саудовскому королю. Ещё был один пункт. Естественно, королю говорил Генри Киссинджер: "У вас появится много американской валюты. Поэтому эту американскую валюту, пожалуйста, размещайте в американских банках". 

На языке финансистов это называется рециклирование американской валюты.

 

Артём Войтенков: Мы вам заплатили…

 

Валентин Катасонов: Да, а вы тут же разместите. Естественно, что на депозитах будут доллары, под каждый депозитный доллар можно ещё сделать несколько кредитных долларов и будем так говорить, произойдёт реанимация мировой финансовой системы под эгидой американского доллара. 

 

Дмитрий Еньков: А потом неожиданно США в любой момент показывают счета Каддафи, счета того, счета того у нас в стране. Видимо, договорённости были не только с Саудовской Аравией. 

 

Валентин Катасонов: Безусловно, Генри Киссинджер окучивал все арабские страны и все страны ОПЕК. Там, конечно были свои нюансы в окучивании. Скажем с иранским шахом он говорил: "Ребят, а вот вы, пожалуйста, цены на чёрное золото не повышайте. Мы вам будем исправно поставлять оружие". 

 

Потому что понятно, что без иранской дешёвой нефти Америка просто бы загнулась. То есть, у них были некие такие зелёные коридоры, через которые нефть всё равно поступала в Америку. Там много интересного, это надо отдельную книгу писать - как формировался нефтедоллар. Уже когда всё это было выстроено, вот тогда, потирая руки, Генри Киссинджер сказал: "Ребят, а теперь вы можете собирать международную валютно-финансовую конференцию". Потом в наших учебниках уже стали писать – вот была такая Ямайская конференция, которая фактически демонетизировала золото, то есть из Устава Международного валютного фонда были изъяты все упоминания золота. Фактически вместо золотого доллара появился нефтедоллар

 

Многие события сегодняшнего дня на Ближнем и Среднем Востоке нельзя понять, не учитывая того, что всё-таки нынешняя Ямайская система, хоть она и скрипит, хоть там и трещины идут, но это всё-таки нефтедолларовая система. Это надо иметь в виду. 

 

Я упомянул рециклирование. В 1978 году, когда энное количество стран членов МВФ ратифицировало поправки к Уставу Международного валютного фонда, заработала эта Ямайская валютная система. Мне хотелось бы сказать, что в наших учебниках как-то одновариантно всегда пишут, что в силу каких-то объективных процессов, что других вариантов не было. Вариантов была куча. Почему четыре года вот такое безвременье? Потому что обсуждали, какие варианты и каждый применял свои аргументы. Генри Киссинджер прорабатывал свой вариант, у французов был свой вариант. 

 

Французы сразу сказали: "Не надо ломать Бреттон-Вудскую систему". 

Да, у нее много минусов, но, посмотрите, к началу 70-х годов американский доллар внутри Соединённых Штатов по сравнению с 1944 годом, обесценился в два раза. По-прежнему один доллар содержит то же количество золота, цена на золото одна и та же. То есть, давайте мы проведём девальвацию доллара, вернее, не мы проведём, а вы проведёте и одновременно повысите цену на золото в два раза. Цена на золото была объявлена в 1944 году 35 долларов за тройскую унцию, давайте с учётом сегодняшних реальных цен сделаем 70 долларов. Тогда и золота будет достаточно, и не будете вы тогда прибегать к аргументу, что у нас золото кончается. Будет достаточно золота. По крайней мере, на ближайшие несколько лет хватит. 

 

Артём Войтенков: Золото здесь при чём? Здесь же смысл – товарооборот, а золото…

 

Валентин Катасонов: Американцы-то что говорили? Они говорили: "Мы не можем больше продолжать обмен золота на…"

 

Артём Войтенков: Типа, у нас золото кончилось. 

 

Валентин Катасонов: У нас золота мало. Хотя золота было ещё много. На момент Бреттон-Вудса было порядка 20 тысяч тонн, а на момент, когда захлопнулось окошко, было 9 тысяч тонн. Немного больше, чем в два раза уменьшилось количество золота. Повысьте цену. На самом деле, это всё условно. Можно сделать золото и 70 и 200 долларов за тройскую унцию.

 

Артём Войтенков: Так оно уже так и есть. 

 

Валентин Катасонов: Речь-то идёт не о рыночной цене, а об официальной цене. Это разные вещи. Это была официальная цена. Фактически во времена Бреттон-Вудса свободный рынок золота подавлялся, это был серый рынок. Потому что, конечно у каждого Центрального банка появлялся соблазн толкнуть золото на сером рынке. Это особая тема. 

 

Была ещё одна интересная версия или ещё один убедительный вариант, как можно было выходить из этого тупика начала 70-х годов – создать наднациональную денежную единицу. И не какой-то там банкор, как предлагал Джон Кейнс (John Keynes) в 1944 году, а уже денежную единицу даже не создавать, а просто увеличить её эмиссию. Речь шла о SDR - Special Drawing Rights, специальные права заимствования. SDR ещё называют бумажным золотом. Это некие наднациональные деньги, естественно, безналичные, которые в 1970 году впервые выпустил Международный валютный фонд. Уже тогда была некая проба пера, уже готовились к этому варианту. 

 

Можно было напечатать достаточное количество SDR для того, чтобы обеспечить мировую экономику достаточной ликвидностью. Но дело в том, что Америка и главные акционеры ФРС не были готовы к этому варианту. Ведь если некая наднациональная валюта, значит должен быть некий наднациональный орган или международный орган, в котором будет заседать 100 или 200 стран и, не дай бог, по какому-то вопросу… А тут мы хозяева. Я первый парень на деревне, я сам всё решаю. Я ни с кем не советуюсь. А если наднациональная единица – SDR, значит, опять эта бодяга. Не дай бог, у Америки уменьшится валовой внутренний продукт и они потеряют контрольный пакет голосов. Поэтому они не хотели рисковать, они не пошли на этот вариант. 

 

И как всегда бывает в мире финансов из энного количества вариантов выбирается самый плохой. Самый плохой для общества, для народа, но самый хороший для финансовой олигархии. Понятно, что финансовая олигархия неоднородна, поэтому тот вариант, который был выбран, он для человечества был плохим, даже ужасным. Но для финансовой олигархии, для кого-то он был очень хороший, для кого-то хорошим, для кого-то не очень хорошим, потому что никто из главных акционеров не обанкротился в результате этих событий 70-х годов. 

 

Так, коротенечко история Бреттон-Вудса. Я почему об этом говорю – сегодня мировая финансовая система тоже на грани изменений. Эти изменения, безусловно, кем-то планируются и, безусловно, надо быть предельно внимательным и осторожным для того, чтобы понимать, какую очередную дохлую кошку нам, России, могут подбросить. Тогда был Сталин, который прекрасно видел этих дохлых кошек на расстоянии километра. Сегодня, к сожалению, можно под нос нашим руководителям этих дохлых кошек подсовывать, они будут говорить: "Прекрасная кошка! Берём!"

 

Артём Войтенков: Какая шерсть! Это настоящий соболь!

 

Валентин Катасонов: Я поэтому и рассказываю эту историю. В мире финансов ничего принципиально нового не придумывается. Ничего нового не придумывается. Вот мы, например, говорим, смена одной валютной финансовой системы на другую. С тех пор, как некие люди, ростовщики, завладели печатным станком, их политика предельно проста, для этого не надо кончать никаких университетов. Они работают на сжатие денежной массы и её раздувание – вот и всё. Сжали – раздули, раздули – сжали и так далее. До бесконечности. В результате вокруг – куча трупов. 

 

Артём Войтенков: То есть, они, когда разувают всё это - кредиты, народ набирает кредиты, а потом, когда они её сжимают, денег не хватает…

 

Валентин Катасонов: На этом всё и построено. Есть обычные циклы сжатия и раздувания, благодаря этому создаётся экономический кризис. А есть длинные циклы сжатия и раздутия. Эти циклы кончаются войнами. 

- Поэтому золотой стандарт – это игра на сжатие. 

- Бумажно-денежный – это на расширение. 

Но и тот, и другой вариант кончается войной. 

 

Артём Войтенков: Так. То есть, что нас ждёт? Война, получается?

 

Валентин Катасонов: А что, вы разве это не чувствуете?

 

Артём Войтенков: Ну, она уже на Украине началась.

 

Валентин Катасонов: Ну, вы понимаете причинно-следственные связи? 

 

Артём Войтенков: Теперь, в принципе, да. Теперь понятно. 

 

Валентин Катасонов: С чего-то надо начинать. Первая мировая война началась с Сербии, Вторая мировая война даже трудно сказать, с чего началась.

 

Артём Войтенков: Она какая-то тлеющая была.

 

Валентин Катасонов: Она тлеющая была. Потому что на Дальнем Востоке война уже велась в 30-е годы, а в Европе тоже. Испания – это тоже репетиция Второй мировой войны. Кстати, в Испании тысячи наших добровольцев воевали.

 

Артём Войтенков: Там воевали не тысячи, там больше.

 

Валентин Катасонов: По крайней мере, официальные данные – несколько тысяч. Но эти несколько тысяч, между прочим, Испания находилась гораздо дальше от нас, чем сегодня Украина. И если на Украине наши братья воюют с какими-то берданками или, в лучшем случае, Калашниковыми, то в Испании наши добровольцы воевали на самолётах и были даже танки. 

 

Артём Войтенков: То есть, получается, что эта денежная система нынешняя, Ямайская, мы всё-таки в Ямайской системе…

 

Валентин Катасонов: Условно – Ямайская.

 

Артём Войтенков: Когда доллар не обеспечен вообще ничем, а он – мировая резервная валюта. То есть, она должна, по идее, тоже схлопнуться опять-таки, потому что ей ничего не остаётся.

 

Валентин Катасонов: Обязательно. Даже чисто формально сейчас многие макроэкономические финансовые показатели хуже, чем были накануне того финансового кризиса, который датируется обычно периодом 2007-2009 года. Сегодня ситуация по показателям хуже, чем в середине 2007 года. 

 

Артём Войтенков: Нам уже навязываются некоторые выходы. Мы слышим о том, что надо вернуться к золотому стандарту, а потом что это биткоин тут вылез.

 

Валентин Катасонов: Ну, это не хочу даже обсуждать. Мелочёвка это. 

 

Артём Войтенков: Это мелочёвка, но когда она рекламируется американскими миллиардерами, и когда за эти деньги продаются билеты на международную космическую станцию и всякие полёты, это уже перестаёт быть мелочёвкой. 

 

Валентин Катасонов: Это бизнес.

 

Артём Войтенков: Почему не за доллары? Почему за биткоины?

 

Валентин Катасонов: Я думаю, что это просто какая-то мелкая пакость со стороны Ротшильдов (Rothschild) и Соросов (Soros). Ну, Сорос вообще эпатажник. Все его эпатажи в общем антидолларовые, антиамериканские, антирокфеллеровские, потому что он, грубо говоря, на службе у Ротшильдов. Тут трудно сказать. Вообще я хочу сказать, что средства массовой информации так устроены, что обыватель не должен думать о главном. Его можно развлекать биткоинами, какими-нибудь секс-парадами, гей-парадами, лишь бы он не думал о главных вещах. 

 

Артём Войтенков: Правильно, главные вещи делаются в тишине и подальше. 

 

Валентин Катасонов: Слава Богу, что вы так обсуждаете ключевые вопросы. Мне кажется, что мы всё-таки подходим к каким-то ключевым вопросам. 

 

Артём Войтенков: Да, но получается, что тогда война и переформатирование уже всего мирового сообщества и капитализма, в том числе, и мирового устройства, и вообще всего. Если раньше это были одни технологии, то сейчас электронные технологии позволяют вообще всё контролировать. 

 

Валентин Катасонов: Вы знаете, в данном случае всё может быть построено на контрастах. Сегодня мы как-то живём в условиях такого электронного комфорта, но, может быть, те люди, которые выстраивают этот электронный мир или электронный концлагерь в один прекрасный моменты вырубят рубильник и посмотрим, как мы тогда будем себя чувствовать. Мы даже себя начали плохо чувствовать, когда всего несколько банков отрубили от систем платежей MasterCard и Visa, и то уже началась мелкая паника. Можете себе представить, что может начаться, если отрубят все электронные платежи. Даже не электронные платежи через банкоматы, а я имею в виду электронные платежи между предприятиями, между странами. Это посерьёзнее. Здесь-то мы можем быстро перейти на наличку, буквально за месяц. 

 

Артём Войтенков: У нас, когда я расплачиваюсь картой в магазине, оно идёт через американские центры? 

 

Валентин Катасонов: А вы долларами?

 

Артём Войтенков: Нет, рублями.

 

Валентин Катасонов: Ну, рублями, я думаю, что до Соединённых Штатов не доходит.

 

Артём Войтенков: Это у нас обрабатывается? 

 

Валентин Катасонов: Да, это у нас обрабатывается. Хотя, безусловно, что на обработке могут сидеть непростые ребята. Они могут выполнять спецзадание. 

 

Артём Войтенков: Ну, всё равно, системы Visa и MasterCard не наши изначально. Как бы ни крутились в ней…

 

Валентин Катасонов: Не наша. Да, говорят, вот, мы операционные центры перенесём на территорию Российской Федерации, будем использовать MasterCard и Visa как консультантов и специалистов. Но пусти козла в огород – он всю капусту сожрёт. Это же компании, которые работают в тесном тандеме со спецслужбами. Зачем нам? Это вопрос национальной безопасности. 

 

Артём Войтенков: Нет, сейчас мы всё равно в этой системе уже находимся. 

 

Валентин Катасонов: Что значит – уже. Тогда закажите себе гроб, если уже. Я лично не хочу этого делать. 

 

Артём Войтенков: К чему мы тогда приходим? К грустному выводу, что нас ждёт война, и, соответственно, сжатие денежной массы. 

 

Валентин Катасонов: Нет, я думаю, что надо кончать наш разговор на более оптимистичной ноте.

 

Артём Войтенков: Ну, хотелось бы. 

 

Валентин Катасонов: Я думаю, что всё-таки необходимо везде, где это только можно, говорить о том, что нам нужна суверенная денежная система. Уроки Бреттон-Вудса как раз нас подводят к этому выводу. Опять-таки, изобретать что-то, изобретать какой-то велосипед? У нас сегодня мало осталось изобретателей. Поэтому давайте хотя бы изучим чертежи той денежно-кредитной системы, которая была создана во времена Сталина. 

 

Артём Войтенков: И брать с неё пример и строить?

 

Валентин Катасонов: Хотя бы какие-то отдельные конструкционные идеи, решения, они нам помогут. 

 

Артём Войтенков: Да, но для этого нам нужно, условно говоря, перестать быть колонией Соединённых Штатов. Потому что мы всё делаем…

 

Валентин Катасонов: Первичен дух, понимаете. Если человек духовно чувствует, что он свободен, тогда всё остальное уже само собой. А если он чувствует, что он действительно духовно закабалён, тут тогда действительно все наши слова и разговоры совершенно бесполезны. 

 

Артём Войтенков: Будем надеяться, что ваше объяснение для многих разъяснит, разгонит туман, покажет что-то…

 

Дмитрий Еньков: Камешек в фундамент строительства нашей собственной национальной денежной системы. 

 

Валентин Катасонов: Ну, и вообще независимой России, самобытной. Это же фактически отдельная цивилизация. Но это отдельный разговор. Мы должны учитывать, в какой мы цивилизации живём, поэтому под каждую цивилизацию и свои решения, и своя модель денежно-кредитной системы. 

 

Артём Войтенков: Благодарю вас за беседу. 

 

Валентин Катасонов: Всего доброго. Спасибо.

 

Набор текста: Наталья Альшаева, Елена Залыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (1160 мб)
Видео MP4 640x360 (440 мб)
Видео MP4 320х180 (238 мб)

Звук:
(19 мб)
Звук 32kbps MP3 (19 мб)
Звук 64kbps MP3 (37 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (38.19 КБ)
FB2 (128.96 КБ)
RTF (403.31 КБ)

Кредитная ловушка

Как банки расставляют свои сети для извлечения денег из населения.
Задача банка - раскрутить своих клиентов на кредиты. Чем больше кредитов, тем больше прибыль. Так человек постепенно и незаметно попадает в кредитное рабство.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Дмитрий Еньков

Кредитная ловушка

Видео http://poznavatelnoe.tv/enkov_bankovskaya_lovushka

 

Собеседники: 

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Артём Войтенков: Дмитрий, ты долгое время работал в банковских структурах. 

 

Дмитрий Еньков: Раскрыл.

 

Артём Войтенков: Так или иначе, с банками сейчас соприкасаются многие. То есть, если раньше в Советском Союзе мы только ходили зарплату в Сберкассу получать, то сейчас банки дают кредиты, дают какие-то ипотечные кредиты, какие-то программы, то есть всё это накручено. То есть, с банками сейчас соприкасается гораздо больше людей по гораздо более разнообразным делам. Но, в то же время существует (я просто сам сталкивался) какой-то тоже такой, так скажем, банковский развод небольшой. То есть, каждый банк, он же коммерческая структура, по сути, и ему выгодно своих заказчиков, клиентов, раскрутить на определённые деньги. То же самое, как в автосервисе. Хотелось бы знать, какие приёмы используют банки, чтобы не попадать.

 

Дмитрий Еньков: В автосервисе, это ещё мягко сказано. У тебя ассоциации с автосервисом. Вначале я бы хотел две вещи сказать. 

Во-первых, так как мы с тобой друг друга давно знаем, чтобы твои зрители не удивлялись, что мы на "ты", а не по имени-отчеству, они нас не раз, наверное, уже видели. 

Во-вторых, почему я в таком виде сижу? У тебя серьёзный, я считаю, уже проект Познавательное ТВ. У нас сейчас в СМИ, как мне кажется, не достаёт русскости. Потому что, у нас все потеряли какую-то идентичность собственную нашу, национальную. Буквально в эти выходные в парке Коломенское был такой фестиваль реконструкторов, и там люди ходили, в том числе и в русских рубахах, в одежде начала прошлого века.

 

Артём Войтенков: По эпохе Первой Мировой войны, я дополню.

 

Дмитрий Еньков: Да. Приятно было посмотреть. Там продавались вот эти рубахи. Я себе купил, и подумал, почему бы в кадре в этой рубахе не оказаться? Русская народная рубаха, так ходили ещё наши дедушки, между прочим. 

 

Но мы вернёмся всё-таки, к нашему вопросу про банки. Люди думают, что банки где-то далеко находятся. Ходят мимо, вот банк и банк, я туда не попадусь никогда, в эти сети банковские расставленные. А при этом выясняется, что если заглянуть в собственный кошелёк, там лежит карточка, как правило.

 

Артём Войтенков: И не одна.

 

Дмитрий Еньков: К этому мы ещё тоже вернёмся, но карточка практически у всех, банковская есть. Когда успел, вроде бы и не заходил специально, а карточка есть. Да и так, когда-то там валюту активно меняли. Оказывается, общаются люди с банками. Вот давайте попробуем понять, как же так получается, что мы вроде так не особо-то с ними сталкиваемся, и вдруг выясняется, что, а банки-то нас уже и захватили. Оказывается, банки расставляют невидимые сети на людей, как пауки на мух. Муха же, она тоже не замечает сети. Однако же, раз и попалась. Вот уже паук налетает на неё, использует в своих корыстных целях. Точно так же и банки. 

 

Давайте, мы разберёмся, как же банки выставляют эти самые сети. Оказывается, что в банках есть такие структуры, которые придумывают вот эти услуги, которые мы называем услугами банковскими. Мы называем, что пришли получить какую-то банковскую услугу в банк. В банке на внутреннем сленге это называется банковский продукт. А раз продукт, то встаёт уже другая ассоциация. Не с автосервисом, а как с магазином, где зашёл, а там продукты на витринах. 

 

А банкиры придумывают, что там на витрину выложить, и как так выложить, чтобы человека привлечь. И в банке подразделения главные, это не какие-то там бухгалтера или юристы, например, которые договоры составляют, а это как раз люди, которых где-то так и называют продуктологи, где-то бизнесменами, одна структура. А другая структура, это те, кто занимаются продажами. Это очень большие структуры. Практически, крупнейшие структуры в банках, это те, кто занимаются продажами или разработкой этих продуктов. Казалось бы, что там сложного? Пришёл, либо деньги положил на счёт, либо взял кредит. Ан нет, оказывается, там целые существуют продуктовые линейки, это называется на банковском языке. 

 

Вот эти два подразделения, а иногда их сливают в одно, но чаще разделяют. Они между собой, кстати, конкурируют, борются за власть. Те, кто продают эти продукты, говорят, что мы ходим по рынку, мы видим, что надо, мы вам скажем, вы только сделайте. А те, кто разрабатывает, говорят, мы изучаем, маркетинговые исследования сложнейшие проводим, мы знаем, что людям надо. Мы вам дали продукт, вы его продайте. Не умеете продавать, так не беритесь, и так далее. Там внутренняя своя есть кухня. И слово кухня тоже здесь не зря. Получается, там некая есть банковская кухня, где готовятся вот эти банковские продуты. 

 

И вот там придумывают, как же так человеку продать продукт, чтобы он на что-то купился, на красивую обёртку, и стал клиентом этого банка, то есть, взял кредит, или положил вклад.

 

Давайте, мы разделим сначала банковский продукт на две категории, они так и делятся внутри. 

- Так называемые розничные продукты, то есть, для нас, для обычных обывателей, физических лиц. 

- И вторую категорию по аналогии с магазином или с продажами, хочется назвать оптовые, но оно называется корпоративные продукты. 

 

То есть, продукты для организаций и продукты для физических лиц, они отличаются между собой. Но мы сейчас не будем про предприятия, мы говорим только про те, чем пользуются люди в повседневной жизни. 

 

Что вы знаете из банковских услуг? Можно прийти, счёт открыть. Карточка, она привязана к счёту. Все говорят: "У меня есть банковская карточка. Я расплачусь карточкой". На самом деле, карточка, это кусок пластика, который, всего лишь, код доступа к твоему счёту, который находится в банке. С помощью карточки мы просто даём распоряжение: "Спишите с моего счёта столько-то денег и дайте мне их сейчас через вот этот вот банкомат, например. Или в кафе, вот этому ресторану перечислите за то, что я тут пообедал". Так что, сама карточка, она ключ электронный, назовём это так. Вот карточка. 

 

Есть валютообмен. Там ничего особого придумывать не надо, новые продукты, хотя там есть свои небольшие нюансы. Например, если у банка отделение ближе к метро находится, то можно курс повыше поднять. А если не такое бойкое место, где-то вдалеке, то там курс может быть и меньше. Сейчас это стало не так актуально уже, обмен валюты. И, слава Богу, сейчас все переходят в основном уже на рублёвые расчёты: и вклады открывают, и кредиты берут. 

 

А вот самые интересные для людей продукты, это конечно вклады и кредиты. Вот этим занимаются, конечно, больше всего в банках. Сначала мы поговорим о вкладах, а потом большую часть уделим кредитам. Потому что, вклады, это, скажем так, ненужные деньги, которые девать некуда, и надо пойти и положить их в банк. Поэтому, сейчас об этом недолго поговорим, но всё-таки, интересный нюанс. 

 

Наверное, все сталкивались с такими вещами. Вот едешь в метро, или смотришь на какой-нибудь плакат, там написано: "У нас вклад такой-то двенадцать с половиной процентов годовых в рублях". Интересно - двенадцать с половиной на сегодняшний день. Допустим, что это такой хороший процент, потому что, процент меняется, мы знаем, сейчас двенадцать процентов – это хорошие проценты по рублёвым вкладам. Человек видит такой баннер, плакат, рекламу, идёт в банк, и тут он с удивлением узнаёт, что да, двенадцать процентов в рублях. 

 

Да, действительно, мы вас не обманываем ни капельки. Поэтому, если вы сейчас нам положите два миллиона рублей на два года, тогда мы вам заплатим двенадцать процентов, как и было написано. Но вы там видели, что звёздочка стояла, и там было написано, что условия вклада могут отличаться и так далее. А у вас сколько денег? Пятьдесят тысяч? Да, на этот вклад тоже можно положить, но видите, тут такая табличка, тут написано, что если два миллиона на два года, то двенадцать процентов, а ваши пятьдесят тысяч, это семь с половиной процентов. На сколько, вы там хотите? Да, вот на шесть месяцев ваши пятьдесят тысяч, это семь с половиной процентов, хороший, кстати, процент. А человек уже он пришёл в банк, ну что ему сейчас ходить, искать другой? Как бы и деньги с собой, сейчас куда-то переносить? Главное, что он уже попался в эту сеть.

 

Артём Войтенков: Он пришёл.

 

Дмитрий Еньков: И бегать в другой банк уже как-то. Вот он и попал в эту сеть. 

 

Бывают другие заманухи на вклады. Они, например, заключаются в таких вещах: айпад в подарок. Я сейчас не шучу. У меня у самого айпад, полученный по такому, например, вкладу. Но там такие же условия. Айпад в подарок, действительно. Только деньги надо было положить на два года и не меньше определённой суммы. И вот айпад через полгода мы вам его выдадим. Правда, я думал мне сразу дадут, я положил деньги – дайте айпад. Нет, мы должны его закупить, мы даже не закупали, вы должны столько-то месяцев продержать вклад - начинается, мелкими шрифтами вот эти списки. Потом, эта акция была, допустим, до конца лета позапрошлого года, и если бы я, допустим, снял весь свой вклад до конца этого года, то я должен был бы вернуть сумму, эквивалентную стоимости этого айпада. То есть, вот такие интересные нюансы возникают, оказывается, по ходу.

 

И несколько рекомендаций вкладчикам хотел бы дать. Банки придумывают очень большую линейку. То есть, так же, как вы приходите в большой магазин, и там видите много полок, и там заставлено всё, допустим, хлебом: чёрный, белый, серый, зерновой, такой, сякой. Вот так же и банки готовят линейки своих продуктов, например, тех же вкладов. Они очень большие линейки выставляют. Это может быть отпускной какой-то, сезонный, новогодний, на Восьмое марта, детский, школьный - названий может быть сколько угодно. Надо смотреть на другую вещь. У вас есть какая-то сумма денег, и вы хотите её положить на какой-то срок. Смотрите из всей вот этой большой линейки, а я сталкивался в некоторых банках, у них там стоишь, и листаешь просто такую тетрадочку, где в строчки вклады записаны, просто выбираете тот срок, который вам нужен, и ищите максимальную процентную ставку. На названия не надо вестись, на акции эти. Могут дать зонтик, допустим, но там ставка на один процент ниже. А если у вас сумма довольно большая, можно найти какой-то вклад в этом же банке, где без зонтика вы заработаете на двадцать этих зонтиков из-за того, что на один на пол процентных пункта ставка будет ниже. 

 

Подарки, это там отдельная тема. Кстати, когда банки дают подарки, казалось бы, вот вы взяли, бейсболку там получили, зонтик, какие-то бывают курточки, дождевики, плащи и так далее, магнитик на холодильник. Просто, если у вас есть какая-то сумма, то не смотрите на названия, на сезоны, какой-то вклад, на призы, смотрите на оптимальную процентную ставку, причём в рублях. 

 

Тогда уж скажу два слова про рубли, доллары и евро, потому что, например, банк, в котором у меня сейчас вклад, он мне настойчиво предлагает, если я какие-то операции по вкладу совершаю, он говорит: "А вы не желаете ли перевести сумму в доллары или евро, у нас это бесплатная операция?" Почему они это делают? Потому что, по рублёвому вкладу им приходится платить большую ставку, допустим, десять, одиннадцать процентов годовых. А доллары и евро, там ставки гораздо ниже - пять-шесть процентов на ту же сумму. То есть, если мы сконвертируем сто тысяч рублей в евро, например, там получится две с чем-то тысячи евро. И положим эту сумму под пять-семь процентов годовых в евро, а то может быть даже под четыре. Что интересно, что в рублях мы заработаем больше. Нам-то говорят, что у нас инфляция - рублёвая же инфляция, вы же знаете. 

 

Предположим, что мы решили через год купить телевизор. У нас есть десять тысяч рублей, а телевизор стоит пятнадцать, например. Через год у нас появится по ставке одиннадцать процентов тысяча сто рублей дополнительно к десяти тысячам по вкладу. А если мы эти десять тысяч конвертируем в евро, и по ставке семь процентов положим, то мы заработаем в евро гораздо меньшую сумму, в два раза почти меньше, семь процентов и одиннадцать-двенадцать в рублях. Но потом нам придётся эту сумму в евро опять сконвертировать в рубли. В рублях мы заработаем реально одиннадцать процентов и купим телевизор, который мы хотели. А вот в евро или в долларах мы не сможем купить, потому что, у нас только семь процентов. А мы сконвертировали опять, кстати, курс конвертации тоже меняется, и он увеличивается, как мы видим, сейчас стал падать, на самом деле только растёт. То есть, грубо говоря, мы сконвертируем в те же самые десять тысяч, на которые нам начислили семь процентов всего лишь годовых. И банки это знают, обратите внимание, и предлагают сейчас конвертировать, потому что, им гораздо лучше платить меньшие проценты по долларам и евро. Поэтому, если уж деньги сберегать, то сберегать лучше в рублях.

 

Артём Войтенков: Подожди, а почему они делают проценты по долларам и евро меньше? Это более надёжно?

 

Дмитрий Еньков: Это пережиток, который у нас сидит ещё с девяностых годов, когда курс рубля рос действительно бешеный был. Это конечно не как в Германии было, в Веймарской республике, когда если ты зарплату получил, то надо было до обеда постараться что-то купить, потому, что вечером уже можно было не купить и батон хлеба на неё. Но росло у нас. С пачками денег я сам в магазин ходил. Приходишь с пачкой, набираешь хлеба, молока, колбасы, платишь, потому что, инфляция действительно была большая. Скачки курсов были. И вот у людей это сидит в голове, они до сих пор считают, что да ладно, вот положу спокойно в доллары или в евро, и никаких скачков не будет, всё будет нормально, а тут кризисами опять же пугают, ещё чем-то.

 

Артём Войтенков: Курс доллара и евро, он же вырос у нас за последние полгода.

 

Дмитрий Еньков: Курс доллара и евро вырос. Значит, ты, когда сконвертируешь, допустим, ты из рублей перевёл в доллары и евро, думая, что там лучше сбережёшь, но под меньший процент, под четыре-пять процентов. Проходит шесть месяцев, год, тебе начислили вот эти проценты, честно, вот на тебе пять процентов на твой вклад в евро. А курс вырос, ты уже по новому курсу сконвертировал опять в рубли, потому что за покупки мы в рублях за всё платим, и выясняется, что ты когда сконвертируешь, у тебя денег…

 

Артём Войтенков: Потерял. 

 

Дмитрий Еньков: Ты почти потерял. Может и не потерял уж совсем, но в рублях ты явно заработал и купил то, что ты хотел, а здесь у тебя, дай Бог, те же самые деньги остались. Можно мне верить или нет, но в банках это знают гораздо лучше, поэтому настойчиво вам будут предлагать именно доллары и евро, лишь бы меньше платить процентов. Потому что, эти проценты они платят своими деньгами. А что-то они там делают, деньги у них работают, как они нам рассказывают. Вот они поработали, и они нам заплатили. Соответственно, по рублям им надо заплатить одиннадцать процентов, а по евро, например, четыре. Конечно, открывайте все вклады в евро, а там же страшно, там всё будет расти, курсы будут меняться, всё очень…, ужас и прочее, вспомните девяностые лихие. 

 

Тут по опыту могу сказать, что мультивалютными счетами пользуются единицы. Никто на самом деле не отслеживает вот эти скачки. Люди любят положить, знаете, как это называется, включил и забыл. Или вот как сейчас говорят, выстрелил и забыл, самое лучшее оружие. Никто не любит следить. Есть отдельные люди, которые готовы следить, конвертировать, вовремя менять, но такие люди, как правило, они переходят в другую категорию. Они переходят в категорию инвесторов, которые любят уже на Форексе играть, и так далее. Они же за этим следят, начинают разбираться. Им не интересно, вот этот вклад, когда за тебя кто-то думает, ты лучше сам займёшь. Так что, на самом деле эти мультивалютные, это очень мало людей. Ну да, есть такие индивиды, как правило, пенсионеры, которые начинают утро с новостей: что там доллар, надо срочно перевести. Но это ещё раз говорю, какие-то десятые доли процента вкладчиков, по моему опыту, которые этим пользуются. 

 

Но мы вернёмся к нашей накатанной линии и перейдём от вкладов к более интересному продукту банковскому, это кредиты. Опять же, для всех обывателей кредиты выглядят как-то единообразно. Ну, пойду в банк за кредитом, на что-то нужное, например. А у банка, как я уже говорил, там заготовлена целая линеечка. Если нужно просто взять денег, пять тысяч, десять тысяч, давайте, счёт у нас откройте, вот вам карточка, многие её называют кредитная карточка. Ещё раз говорю, карточка, она не кредитная, никакая сама по себе. Карточка – это ключ. Её правильно называть банковская карта. А всё остальное привязано к счёту. То есть, на счёт можно просто денег положить, а можно с этого счёта брать деньги банковские, тогда это будет кредит, который тебе банк туда положил. Если нужно просто деньги, то банк, как правило, предлагает вот эту вот карточку, которую обыватели называют кредитная. На самом деле банк даёт эти деньги, а с помощью карты можно снять эти деньги, или расплатиться прямо картой.

 

Если нужно на какую-то вещь, например, на покупку автомобиля, у банка, как правило, есть такой продукт – автокредит: знаете, мы работаем вот с такими-то салонами, как правило, начинается. Где попало, уже машину не купишь. Хотя, сейчас банки стараются быть более универсальными, и можно покупать в любом месте. Но, как правило, есть договорённости с автосалонами. Почему эти договорённости есть, тоже могу объяснить. Потому что, когда банк договаривается с каким-то автосалоном, салон может банку предоставлять скидки. Скидки, которые покрывают проценты по кредиту. И есть такие акции сейчас, и можно их в автосалонах находить, что машина продаётся, допустим, без переплаты. Вот она стоила двадцать тысяч долларов, или восемьсот тысяч рублей, она так и будет стоить, но для банка дилер сделает скидку, которая компенсирует проценты клиенту банка, который возьмёт кредит в размере этих процентов. То есть, скидка будет в размере этих процентов. Если человек должен был банку заплатить пятнадцать процентов годовых, например, за два года, то дилер скажет, ну давайте, я сделаю скидку. Вы-то свои проценты получите, но оставим стоимость машины ту же самую. То есть, она не увеличится для клиента на эти пятнадцать процентов. Такие вещи есть. И, как правило, любят такие скидки делать на машины прошлого года. Вот сейчас, например, распродажа, а можно вместо распродажи сказать: "Слушайте, вот эта же машина, цена та же самая, покупайте только в кредит, а проценты платить практически не будете". Хотя в договоре будет записана процентная ставка. Но стоимость машины, действительно, сохранится, с учётом того, что вы её покупаете в кредит. 

 

А если человек хочет взять ипотечный кредит (купить квартиру), то у банка есть такой отдельный продукт. То есть, мы уже насчитали, можем просто денег у банка одолжить, купить машину, для этого отдельный автопродукт, ради которого банки договариваются с автодилерами и так далее. А есть ипотечное кредитование, так называемое. Для человека это всё кажется кредитом, а это отдельные виды кредита и каждый из них банк упаковывает в свою интересную упаковку. 

 

Что интересное у нас происходит по кредитам? Вот тут начинает активно работать отдел продаж, или какая-то структура продаж. Потому что, это крупная структура: это управление, департамент продаж может быть. Ведь, человек, когда идёт по улице, ему деньги не нужны. Он думает о чём-то своём. Вот как его заставить взять кредит? Или дождаться, пока вдруг ему деньги понадобятся? Лучше прийти туда, куда человек приходит именно за покупками. Пришёл ли он в автосалон, пришёл ли он в магазин, пришёл ли он в компанию, которая дома строит, и там, как правило, мы увидим, в углу стоит столик – там какой-нибудь банк с его фирменной эмблемой, раньше их было по нескольку. Потом конкуренция, друг дружку они вытеснили. Доходило до того, что банки становились акционерами торговых сетей, сейчас не буду их называть, чтобы там сидели только их люди, которые предлагают кредиты. 

 

Поэтому, сейчас мы видим, что сидят только по одному банку в каком-нибудь определённом сетевом магазине, или в каком-нибудь автосалоне. Хотя, конечно, например автосалону выгоднее, чтобы там было несколько, чтобы клиент точно уже купил: если в одном банке откажут, то он пойдёт в другой. Банки стараются минимизировать сейчас отказы, повышая процентную ставку продукта. Так они разбрасывают сети. Ты пришёл в магазин, а тебя уже там поджидают. В углу сидит вот этот вот паук, который говорит: "Что вы там, холодильничек вот этот маленький, хотите купить? А вот трёхкамерный, не желаете? Пожалуйста. Сколько у вас там денег? Три тысячи? Пожалуйста, это вполне. Вы хотели купить "Саратов" на три тысячи? Что там, "Саратов", а вот стоит классный "Бош", сайт бай сайт, отделение для соков там, десять тысяч. Ну да, у вас всего три тысячи, но это первый взнос у вас как раз, почти тридцать процентов, давайте, сейчас мы вам…" 

 

У человека действительно, он об этом не думал, сейчас такой здоровенный, ну, к примеру, потому что так всё измеряется. Хотел купить маленький магнитофончик, а можно купить музыкальный центр, оказывается, уже. Вот так вот людям предлагают. Можно купить дешёвенький фотоаппарат, а можно уже, оказывается, вон какой купить. Действительно, удобная штука, вроде бы как. Но к этому мы ещё вернёмся на самом деле. Действительно ли так хорошо покупать в кредит, или нет - это я в конце беседы об этом ещё скажу.

 

Итак, человек попался в эту сетку. Допустим, перед Новым годом он пришёл, и согласился купить какую-то дорогую вещь, совсем не ту, которую он планировал купить. Банк объявил ему условия, что давайте, допустим, на год берём кредит. Сейчас у нас тридцатое декабря. Вот вы тридцатого января нам заплатите первый взнос, погашение кредита тридцатого февраля следующий, так весь год разбивается на равные платежи. В общем-то, удобно, и человек весь год погашает. В принципе, он этим зарабатывает себе кредитную историю. Если человек взял уже кредит, вовремя его погашал, вернул все деньги, то в следующий раз можно дать ему в кредит и большую сумму и на более выгодных условиях, и так банкиры раньше и поступали. Но, как бы, алчность и корысть, а также конкуренция, они заставляют их шевелиться. 

 

И банки стали что делать? Они стали не дожидаться полного срока погашения кредита. Они ждут, первое погашение, второе, третье, и вот там есть в банках отдел рисков, он говорит: "Слушайте, если три месяца человек нормально погашал, мы так смотрим по статистике, он, как правило, девяносто восемь процентов из них, они так нормально погасят. Давайте уже через три месяца объявляйте ему, что он хороший клиент, и мы можем ему предложить что-то новое, более интересное". И вот, человек, он купил этот холодильник, он забыл вообще про банк, раз в месяц переводит эти деньги, погашение, главное, что холодильник стоит, работает. 

 

И вдруг, спустя три месяца он получает письмо, где ему говорят: "Знаете, уважаемый такой-то, такой-то, вы у нас такой хороший клиент, вы у нас брали кредит на покупку холодильника, а теперь мы вам хотели предложить просто карточку нашу. Вот возьмите нашу карточку банковскую, там просто мы вам установили лимит, тоже на десять тысяч рублей. Придите, заберите, она уже лежит изготовленная в банке. Десять тысяч рублей, пользуйтесь, как хотите, проценты такие-то. С точки зрения банковской кухни это выглядит очень интересно. 

 

Банк сразу, оказывается, вот этот продукт (карточка), делает в двух экземплярах. Первый, который он прислал через три месяца. Но на самом деле у него заготовлен второй продукт, который всё то же самое, только вот если тут была карточка, например, пятнадцать тысяч рублей с процентной ставкой, допустим, пятнадцать процентов годовых, то вот этот отдел, который разрабатывает банковский продукт, он уже тут же приготовил другую карточку, на которой может быть либо те же пятнадцать тысяч, а лучше, например, семнадцать тысяч рублей, и ставка четырнадцать с половиной процентов. Они уже сразу заготовлены, даже письма заготовлены. Потому что, как правило, здесь откликается на эту рассылку три-пять процентов людей, на эти карты. 

 

А вот оставшимся девяносто пяти, девяносто семи процентам, ещё примерно через два-три месяца приходит письмо номер два, в которое вложено предложение вот этой карточки, где говорится: "Слушайте, (там уже можно ставить подпись президента банка ) уважаемый Виталий Игнатьевич, я, как правило, звучит сейчас часто нерусское имя, какой-нибудь, Георг Ульрих Шмидт, лично хотел поблагодарить, что вы такой клиент. Я смотрю, как вы погашаете кредит, и думаю сделать вам самое лучшее предложение, как одному из лучших клиентов нашего банка. Мы предлагаем вам… Вот тогда предлагал начальник отдела, пятнадцать тысяч, под пятнадцать процентов, а вот я предлагаю вам семнадцать тысяч под четырнадцать с половиной" 

 

И тут ещё соглашаются один-два процента. Действительно, сам президент банка. Хотя президент в жизни, не видел никакого письма. Действительно, предложение классное, тут пятнадцать, тут четырнадцать с половиной. Как правило, ещё какая-то часть людей соглашается. Уже пять-семь процентов людей окучено.

 

Дальше у отдела продаж заготовлено предложение и на следующие сроки. Если человек не откликнулся на первое, то начинают ему предлагаться вся линейка продуктов. Если человек не откликнулся, то ему придёт спустя два-три месяца ещё письмо, где будет сказано: "Вы знаете, именно сейчас…" А это срок, если мы с нового года смотрим, когда уже пора распродавать авто прошлого года. То есть, их уже весной продавали, никак не могли продать, в начале лета опять скидки. И тут говорят: "Слушайте, вы такой классный клиент, а у нас, специально для вас есть предложение. Вот специально для вас мы разработали такой новый наш продукт, где кредит на покупку машины такой-то, или может быть нескольких, только для вас сейчас по ставке девять с половиной процентов. А если вы покупаете в салоне таком-то, то машина Х для вас без переплаты. Вот как она стоила"

 

Артём Войтенков: То есть, указывают просто конкретную машину.

 

Дмитрий Еньков: Да, вот сейчас, вот эта машина, берите, для вас. Тут какой-то ещё процент, возможно, откликается небольшой. Дальше, всё те же самые люди, которые здесь купили холодильник, ещё через месяца три-четыре, получают очередное письмо счастья, номер четыре уже. Где говорится: "Слушайте, вот сейчас мы с компанией ипотечной такой-то вот, которая сейчас построила в ближнем Подмосковье, например, какой-то небольшой посёлочек, или дом в Мытищах, или что-то ещё, вот, только для вас, классное предложение по квартирам. С помощью нашего кредита однокомнатная квартира там-то стоит столько-то. Пожалуйста, покупайте".

 

То есть, что я хотел вот этой схемой нарисовать? Что человек попадает. Он думает, что банк, это стоящее где-то в стороне учреждение, мимо которого, он, дай Бог раз в день проходит на работу, там написано Банк такой-то. На самом деле, выясняется, что у него уже лежит карточка, как минимум, в кармане. Как максимум, банк уже повсюду расставил своих агентов в тех местах, где человек вынимает деньги из кармана. Потому что, на улице, что там делать банкиру? А вот как вы только заходите куда-то, где совершаете покупку, там обязательно увидите вот этого паука в углу, который уже сидит и вас поджидает. А там не просто так всё устроено, а по вот этой программе. То есть, вы попали один раз в эту сеть, и вы будете всё время получать вот такие предложения. Наверное, многие получают СМС на телефоны, где им говорят, что только для вас, уже одобренный кредит, четыреста пятьдесят тысяч, всё, оформление один час, только принесите с собой паспорт, и вы сразу же там получите. 

 

Кстати, иногда это удивительный факт. А как они узнали? Вот хорошо, банк Х, с помощью которого человек купил холодильник. А потом начинают приходить смс из банка Y, Z.

 

Артём Войтенков: Вообще ни пойми откуда уже.

 

Дмитрий Еньков: Да. Я расскажу в двух словах. На самом деле, банки ищут всеми способами базы данных клиентов, где угодно: у мобильных операторов, у страховых компаний, у поликлиник и каких-то учреждений. Платятся за это определённые деньги. Где-то там вплоть до того, что покупают диски, как это раньше говорили, на Горбушке. Вот база данных какая-то есть, и всем начинаются рассылки там, письма на почту, сейчас вот смс, ищут базы данных телефонов, рассылают смс-предложения. То есть, когда люди думают, что банки где-то далеко, и им дела нет до вас, на самом деле, банки продолжают вот эту работу вести. 

 

И вот, возвращаясь к одной карте. Мы думаем, что одна карта есть у меня, она есть, я ей пользуюсь, мне больше не надо. Вот интересная штука. Статистика показывает, что в Европе, или в Америке, этих карт у человека три-четыре. То есть, когда человек думает, что у меня есть банковская карта, и на этом как бы мне банковские услуги больше не нужны, банкир рассуждает по-другому. Вот Иванов мой клиент, или клиент другого банка, а мне попала его база, у него карта уже есть, но статистика показывает, что в мире спокойно по три-четыре карты у людей есть. Это значит, что я спокойно ему и вторую ещё могу предложить карту, а там и третью, глядишь, вот с четвёртой будет сложнее: то ли возьмёт, то ли нет уже. Но пока одна, это значит, ещё непаханое поле. Ещё раз говорю, мы думаем, что одна карта и всё как бы. А банк думает по-другому: я ещё одну-две ему впарю запросто.

 

Артём Войтенков: Мы ещё не цивилизованные.

 

Дмитрий Еньков: Почему, действительно, впаривается? Потому что, людей подсадили на кредиты действительно, уже хорошенько, многих. Им уже частенько не хватает денег, чтобы погашать вовремя кредит. И в этот момент ему приходит смс-ка вот эта вот, или он просто обращается в другой банк и говорит: "Слушайте, а вы можете дать мне какой-то кредит?" Ему с удовольствием дают карточку своего банка с каким-то тоже лимитом, например. Он из того банка берёт деньги, погашает, влазит уже в долги ко второму банку. Потом получает зарплату, расплачивается с тем частично, пытается с этим. Он как бы в двойную сеть уже запутывается, на самом деле уже, действительно две карточки. Потом ему приходит напоминание: "У вас по этой карточке платёж" 

- Да, блин, у меня же там вторая карта, надо ещё по ней погасить. 

Начинаются вот такие спонтанные… И люди начинают метаться уже между этими банковскими продуктами, так называемыми.

 

Артём Войтенков: Если человек взял кредит в одном банке, потом взял кредит в другом банке, частично погасил первый кредит за счёт него. Но это же показывает, что он не платёжеспособен, и на самом деле, для банка это опасный клиент. То есть, он может где-то не заплатить вообще, в какой-то момент. Это как, банками оценивается как-то?

 

Дмитрий Еньков: Да, банками это оценивается. Они, конечно, пытаются как-то кредитную историю отслеживать. Есть такая структура, орган, называется БКИ, банкиры его на своём языке так называют, это Бюро кредитных историй, куда банки обязаны подавать информацию о каждом выданном кредите. 

Банки обращаются в БКИ и спрашивают: "Вот этот человек брал кредиты?" 

Ему говорят: "Да, брал, погашал так-то" 

И в принципе, если он нормально вот эти платежи совершает, у него же просрочек не было, раз он обратился в этот другой банк. Значит, до этого у него просрочек ещё не было. Просто сейчас вот денег в данный момент у него по какому-то поводу нет, и в принципе, вторую карту ему можно дать запросто. Ничего в этом страшного нет. Если он особенно работает, получает зарплату. Ну, мало ли просто потратил, купил телевизор, и действительно не осталось денег. Просто банально внести ежемесячный платёж тысячу, или полторы тысячи рублей. 

 

Люди же, как действуют? Вот модель поведения человека, она в этом смысле очень интересна. Есть такой кредит, он называется, так называемый овердрафт по счёту. С ним, как правило, сталкиваются те, кто получает зарплату в банке. Что означает овердрафт, и чем он отличается от обычного кредита? Само понятие овердрафт значит, что человек потихонечку расходует: получил зарплату сто рублей, тридцать рублей в магазине оставил, осталось семьдесят, потом ещё на что-то потратил тридцать рублей, осталось пять рублей. Как правило, зарплатным клиентам, тем, кто в банках получает зарплату, но это уже не розничный продукт, это корпоративный считается. Потому что, с этим продуктом, зарплатная карточка, отделы продаж идут на предприятия. 

 

Говорят: 

- "Ну что у вас там бухгалтер, очереди в кассах, туда-сюда, а так, вы нам кинули денег, и ведомость, кому сколько денег надо начислить на счёт. То есть, вот у вас работает десять человек, каждый получает по сто рублей, вот вы нам тысячу рублей перечислили, и сказали, что Иванову надо сто, этому сто, этому девяносто, этому сто десять. И мы раскидаем по их счетам, у вас очереди в кассу не будет, кассир уже практически не нужен, всё быстро. Не надо к нам ездить, брать деньги, везти сюда, выдавать клиентам. Очень удобная штука. А нам заплатили один процент комиссионных и всё, за то, что мы раскидали". 

 

Раньше так и было, а потом, так как все в банки наперебой стали бегать на предприятия, они стали придумывать интересные какие-то вещи для зарплатных проектов. Если вы у нас откроете зарплатный проект, то мы, например, директору и главному бухгалтеру дадим золотые карточки. Всем дадим обычные, бизнес карточки, или какие-нибудь, а вот вам дадим Голд-карту, золотую. Потом Платинум стали предлагать. У директора будет Платиновая, а у бухгалтера золотая. И вот женщина бухгалтер сидит: "Золотая карта у меня будет" 

 

Хотя они ничем не отличаются, хочу сказать, Они отличаются по большому счёту тем, что по золотой, по серебряной карте можно забронировать машину у гостиницы. На самом деле, выясняется, когда люди сами уже поездили по заграницам, что дешевле приехать в эту страну, найти там прокатную контору и там забронировать машину. Получается процентов на тридцать, а то и на пятьдесят дешевле, чем в этой фирме, которая при гостинице, зато с карточкой забронировать. Но, у тех, у кого Голд-карта, они на такие нюансы, конечно, внимание не обращают. Но разницы практически никакой нет. Так вот, зарплатникам стали предлагать такую вещь: "А вот мы вам овердрафт установим, лимит овердрафта, например, в размере зарплаты".

 

Артём Войтенков: То есть, это кредит получается?

 

Дмитрий Еньков: Да. Фактически, это кредит. Но сам овердрафт, термин, означает, что можно уйти за ноль. То есть, когда вы выберете последние пять рублей, вы помните, что у вас есть всегда в запасе ещё сто рублей, но только если у вас пять рублей было, и вы совершили покупку ещё на пять рублей. На десять рублей он купил: пять рублей своих было, и на пять рублей ушёл в овердрафт. Вот на эти пять рублей ему начинают начисляться проценты. И, казалось бы, обычная карточка, просто туда зарплата падает, но она тоже вот такими интересными вещами превращается в кредитную, а была обычная зарплатная. Ты уже на кредите. 

 

Так вот, модель поведения людей, как правило, такая, что очень большая часть, я сейчас не буду называть точные проценты, они находятся в основном, процентов на восемьдесят, на девяносто в зоне овердрафта. Это значит, что он раз залез на пять рублей, как-то попробовал, быстренько погасил со следующей зарплаты: "Не, не буду, там проценты какие-то платить надо".

 

- А потом как-то с друзьями зашли в ресторан, или куда-то ещё и не хватало уже какой-то суммы двадцать пять рублей. Ну, у меня-то сто всегда в запасе, ну ладно. А двадцать пять рублей-то и негде взять уже было до зарплаты, двадцать пять тысяч, например. 

 

Вот он висел, висел в этих двадцати пяти тысячах, в овердрафте, получил зарплату, сто рублей, но из них двадцать пять рублей ушло вот сюда, в погашение овердрафта, автоматически. Все деньги, которые на счёт падают, если ты уже ушёл в минус, они идут в погашение вот этого минуса. То есть, если ты получил свою зарплату, сто рублей, это значит, что двадцать пять идут в овердрафт, остаётся семьдесят пять. Проценты там действительно копеечные, но я ещё, что хочу сказать, он-то привык жить на сто рублей в месяц, ну так планировать расходы, а в этом месяце оказалось, что семьдесят пять. Но он как-то там поужимался, постарался, может даже выбрался в сто рублей, но на самом деле, чаще люди не выбираются. Они по-прежнему эти сто рублей расходуют. Мало того, у них уже остаётся вот эта память, что у меня же в запасе есть, если что. В следующий раз он уйдёт на минус тридцать пять рублей. Что-нибудь тоже купит. 

 

Фактически, он уже начинает вдруг с какого-то месяца осознавать, что у него зарплата не сто рублей, а он себе представляет, что она как будто бы уже двести рублей, хотя их у него нет. И он начинает жить на двести рублей, пытаться. А с зарплаты у него погашается сто, всего лишь. И он, как бы ничего банку не должен, но и денег ни копейки нет. Он с каждой зарплаты, фактически уходит до конца, до ста рублей. Получает зарплату, он банку ничего не должен, но и денег ноль. На что-то жить надо, и он начинает, раз в магазин сходил заплатил, ещё, и фактически, эти люди начинают жить вот в этой части, в отрицательной - они всё время банку должны. То есть, может быть, какая-то сумма небольшая может быть, и проценты небольшие, потому что с каждой зарплаты новая модель овердрафта, она полностью его погашает. И больше, чем сто рублей ты не займёшь, потому что, тебе установили в размере зарплаты. Но ты всегда должен какую-то сумму банку. Пусть это проценты небольшие, и они погашаются постоянно, но…

 

Артём Войтенков: Но зато они постоянно капают.

 

Дмитрий Еньков: Они постоянные, да.

 

Артём Войтенков: А когда это целое предприятие, то это вообще замечательно.

 

Дмитрий Еньков: Вот я что и хотел сказать. Если это умножить на сто человек, то это какой доход уже получатся. Мало того, у банков существует в кредитной линейке такая схема прибыльности. Вот ипотечные кредиты, у них ставка самая низкая, допустим.

 

Артём Войтенков: Потому что, они длинные.

 

Дмитрий Еньков: Допустим, девять процентов годовых. Автокредиты, они чуть подороже, допустим, десять процентов годовых. Кредиты, которые человек берёт в магазине, вещи покупает, бытовую технику, они ещё подороже, они уже двенадцать процентов годовых.

 

Артём Войтенков: То есть, чем меньше сумма, чем меньше срок, тем больше проценты.

 

Дмитрий Еньков: А вот овердрафты, почему я именно сейчас об этом вспомнил, это самый дорогой кредитный продукт. Допустим, пятнадцать процентов. Просто человек не замечает этих процентов, потому что, он очень маленький срок пользуется. Пятнадцать процентов годовых надо же делить на двенадцать месяцев, там очень низкая ставка получается. Там один процент в месяц, ну и залез я на десять рублей, что там на десять рублей один процент, копейки, ничего страшного. Но годовые-то, это пятнадцать, и он, ещё раз говорю, он примерно будет сидеть всё время в какой-то сумме. 

 

Вот ко мне мой коллега, банковский сотрудник приходил и говорил: "Дмитрий, закрой мне овердрафт, я всё время там сижу, и мне надоело, просто вот закрой, чтобы я вот какую-то часть там погасил, пусть у меня будет пятьдесят рублей в этом месяце, я напрягусь, но не залезу в овердрафт". То есть, сами сотрудники банков они понимают, что жить всё время вот здесь вот, это плохо. Ты всё время банку должен платить. А клиенты, они пользуются: было сто рублей, а на самом деле могу купить на двести, фактически. Удобно, здорово. 

А сидят они вот здесь, на очень дорогом проценте. 

 

Так вот, возвращаемся к тому, что это тоже технология банковской сети. Если удаётся человека не на холодильник подсадить, а сразу на дешёвый, но длинный ипотечный кредит, который, мы говорили, самый длинный может быть по времени, может быть десять лет, например. В Европе, там тридцать лет, например, двадцать пять, двадцать лет. У нас вот сроки небольшие. Люди стараются за пять-семь лет в среднем расплатиться, действительно, за ипотечный кредит. Если человека сажают на такой длинный кредит на десять лет, это просто замечательно. Почему? Потому что, у человека есть ежемесячный платёж по этому кредиту. Он соответствует его доходу. То есть, если человек получает сто рублей, ему не более, допустим, тридцати, максимум, пятидесяти процентов ежемесячный взнос. Тридцать, сорок рублей будет платить в месяц. Но это значит, что до того, как он брал кредит, он привык жить на сто рублей, как мы уже говорили. И вот, он взял эту ипотеку. А теперь реально на жизнь посмотрим, Человек жил на сто рублей. Тридцать рублей урезали ежемесячно, лет десять он так должен, а он уже привык, года три-пять он получал сто рублей, и вдруг ему надо жить на семьдесят, всего лишь, во-первых. Во-вторых, он купил квартиру, это что значит?

 

Артём Войтенков: Это значит, новая квартира, ремонт, мебель, холодильники…

 

Дмитрий Еньков: Да. Траты возрастают, а доход у тебя вдруг уменьшился, причём на тридцать процентов, а то может и на пятьдесят. Значит, опять нужны деньги. И тут банк, вот, по-дружески, понимая твои проблемы, говорит: "Ну, вот же, карточку возьмите нашу банковскую. А там лимит-то мы вам уже открыли, двести тысяч. Мы говорим, допустим, в других суммах, если он взял сто рублей, тут десять рублей на карте - пожалуйста, тоже пользуйтесь, расходуйте. Ну и не забывайте, что можно купить холодильник у нас в кредит".

 

Получается, что у человека из ста рублей всегда будет уходить тридцать рублей, вот эти длинные на десять, вычёркиваются. Потом, действительно, вы обставляете, давайте мебельный гарнитур, а там ещё платёжи. Они не такие большие, допустим, на год он берёт, или на полтора: холодильник, гарнитур, ещё что-то такое. Холодильник ещё десять рублей у него в наших единицах измерения. Гарнитур отнял ещё там десять рублей. Мало того, ему дали ещё банковскую карточку, понимая, что на текущие расходы тоже он и с карточки начинает снимать. То есть, у него уже уходит пятьдесят рублей в погашение вот этого всего, что нужно для квартиры. Может быть, здесь не такие большие сроки. Может быть, он купит сначала гарнитур, а потом телевизор, а потом стиральную машину, это же тоже такие вещи. А потом сломается уже первый телевизор, грубо говоря, надо второй покупать, и так далее. И так по-дружески, ему навешают всю вот эту линейку, о которой мы говорили, на один ипотечный кредит. 

 

А к чему мы теперь приходим? Помните, во времена СССР, вот, мои родители по своему опыту рассказываю, они были лимитчиками, так называемыми. Приехали в Москву по лимиту. А что такое лимит? Это значит, что как попало приехать в Москву, и тут жить и работать было нельзя. 

 

Артём Войтенков: И не только в Москву.

 

Дмитрий Еньков: Да. Москва не резиновая была. Маргинальные элементы выставлялись за сто первый километр. Особенно перед олимпиадой, например. Ну а те, кто попадал по лимиту, объявлялось, вот кирпичному заводу нужно пятьдесят человек. Значит, пятьдесят человек может приехать, и работать на этом кирпичном заводе. Вот кстати, они у меня и работали на кирпичном заводе, там познакомились, поженились, им дали жильё в общежитии, потом они поженились, дали семейное общежитие. Потом они встали в очередь на квартиру, и мне было четыре года, и им дали двухкомнатную квартиру. Вот так было в СССР. 

 

То есть, смотрите, из нынешнего времени мы вот эту нижнюю часть, самую тяжёлую плиту, можно сказать, удаляем. То есть, человек уже не сидит на вот этой вот полужизненной плите, потому что, человек в двадцать пять, тридцать лет берёт на десять лет. То есть, он от тридцати до сорока живёт с такой вот ношей сейчас. А раньше люди так не жили. Вот, мы её убрали. Значит, что там, телевизор, серванты раньше покупали. И тоже, выясняется, что мои родители не ходили в банк для этого. А что они делали? А было две вещи таких интересных. Первая называлась КВП - касса взаимопомощи, она была прямо на работе. Что это такое? Это люди получали зарплату сто двадцать рублей, и, допустим, по рублю, а то и по три, кто как, вёлся журнал, договаривались, что все с зарплаты кладём по три рубля в эту коробочку. Положили в коробочку, она у кого-то хранилась, там на ключ её закрывали в ящик на работе, и там была какая-то сумма. 

 

И когда кому-то нужно было купить телевизор, он мог подойти и сказать: "Слушай, пятьдесят рублей я возьму из КВП" 

Запись так - Иванов пятьдесят рублей взял. 

И со следующей зарплаты он клал не только три рубля, которые надо было в КВП, но и, допустим, три рубля вот за эти пятьдесят, пять рублей он клал. И это всё записывалось, пока он эти пятьдесят рублей не возвращал, которые он брал на телевизор, или четырнадцать рублей на гардероб. Никаких процентов нет. Никакого банка для этого, как мы видим, тоже не надо. Просто сидит Васька в углу, или какая-нибудь женщина-бухгалтер, сидит Марья Ивановна, она мне записала, что я пятнадцать рублей на сервант взял. Я за три месяца по пятёрке ей всё вернул. Значит, мы ещё вычёркиваем одну тяжеленную плиту, которая сейчас висит там.

 

Мало того, пришли вот раньше в магазин, в СССР, и видят диван. 

- Слушай, давай диван раскладной купим, ну что мы на кровати на полуторной мучаемся, а тут гости придут, родственники приедут в гости, хоть разложим диван, можем двоих человек положить спать.

 

А там говорят: "Ну да, вот оно стоит двадцать пять, раскладушка, в рассрочку можете купить, будете платить по три рубля". 

В рассрочку - что это значит? Это значит, что вы с магазином подписываете договор о покупке в рассрочку. Никакого банка для этого не надо. Двадцать пять рублей стоит диван, и вы двадцать пять рублей должны, например, за год принести, магазину заплатить. 

 

Мало того, я изучал документы специально, оказывается, вот эта рассрочка у нас несколько лет назад, во всяком случае, когда я этот вопрос изучал, она тоже работала. То есть, она предусмотрена законодательством. Есть даже формы документов для магазина, которые можно брать и использовать. Я предлагал нашему одному автосалону, давайте рассрочку сделаем, и не будем банк привлекать. Они говорят: "Да ну, зачем нам мучиться. Это надо самим оценивать клиента". 

 

А сейчас, я смотрю, на той неделе мне попалось – рассрочка. Уже начинают сами продавцы пытаться в эту рассрочку переходить от банка. Потому что, рассрочка, это ты сам. Люди у нас живут, как правило, если он где-то живёт в этой местности, ты посмотрел паспорт, у него там прописка есть, работать он работает, можно справку с места работы попросить. 

 

Особенно я хочу, раз уж мы на широкую публику об этом говорим, порекомендовать её производителям типа, например, Автоваза. Вот дилер, он вряд ли пойдёт на рассрочку, а например, Автоваз, он сможет сказать дилеру: "Слушай, ну если у тебя там человек живёт в твоём городе, давай, там служба безопасности у нас есть, в конце концов, проверить человека, чтобы он не был мошенником во всяком случае. Законодательство нам позволяет, давай мы будем машины наши в рассрочку продавать сами". 

 

Вот эта такая штука, она позволяет вообще убрать, в принципе, банки из жизни. Единственное, остаётся, конечно, бухгалтера, которых посадили уже на зарплатные проекты, которым действительно удобно сформировать один раз в месяц ведомость, и там только менять. Хотя зарплаты каждый месяц не меняются, и в основном ты в банк отправляешь одну и ту же ведомость каждый раз, что Иванов сто рублей, Петров триста, и сумма на счёте, она, как правило, уже есть. Там деньги специально не надо. Просто, с нашего счёта перечислите им вот такую зарплату. Ну и потом такой вот овердрафт, там удобная штука. То есть, вот это вот из жизни вычеркнуть, из нынешней, трудно. А вот такие вот тяжёлые вещи в принципе можно. А мы в эту сторону уже разворачиваемся: военным у нас квартиры уже дают, обеспечивают жильём.

 

Артём Войтенков: Им всегда должны были давать.

 

Дмитрий Еньков: Да. Вот у нас был, к сожалению, провал, из-за чего потом скандалы были. Если сейчас бюджетников начать переводить на ту же самую схему, как военных. Кстати, депутатов у нас обеспечивают квартирами в Москве, по крайней мере, на срок депутатства. То есть, есть люди, оказывается, категории. То есть, у нас не всё как бы забыто, вычеркнуто начисто. Мы можем на чём-то строить вот этот вот фундамент. Вот, пожалуй, для первого раза всё.

 

Артём Войтенков: Спасибо Дима, что ты нашёл время, несмотря на занятость в партии, рассказать вот эти вот полезные вещи. Я вот, кстати, про овердрафт не знал. Оказалось познавательно. Потому что, реклама идёт, овердрафт-карта, а что это такое, не понятно.

 

Дмитрий Еньков: Это как болото. Можно с болотом, кстати, сравнить.

 

Артём Войтенков: Банковское болото, один раз вступил, и всё.

 

Дмитрий Еньков: Да. Банки надо стараться исключать. И, не потому их надо исключать, что я как-то предвзято к ним отношусь. Во-первых, у нас есть опыт такой жизни.

 

Артём Войтенков: Советский.

 

Дмитрий Еньков: Да. И он показывает, что, оказывается, можно было жить. Ещё раз говорю, вот тут очень важное звено, конечно, ипотека. Она очень сильно подкашивает. Очень сильно.

 

Артём Войтенков: Потому что, жильё, это очень важно. Очень важный момент, он влияет вообще на всё. Когда-нибудь потом ещё будем говорить, жильё можно поместить в центр. Ещё, когда Воланд говорил, что москвичи люди-то хорошие, но квартирный вопрос их испортил. Если человеку, особенно семье давать жильё, то сразу решаются многие вопросы, и демографические, и даже разводы. Потому что, молодая семья ютится в коммуналке с пьяным соседом, сколько я знаю таких случаев, который к молодой жене начинает приставать, муж психует, жена - да ты не можешь обеспечить… Люди разводятся из-за ерунды на самом деле. Откуда у парня действительно, сразу…

 

Артём Войтенков: Тем более молодой, и опыта нет.

 

Дмитрий Еньков: Да. И опыта нет, и он ещё даже не успел первоначальный взнос накопить, ему банки не дают денег. 

Они говорят: "Ну ты сам хотя бы тысяч двести принеси, тогда мы тебе дадим ещё восемьсот, например".

А он говорит: "Ну откуда у меня двести тысяч, я вот получаю тридцать, да жене надо было это купить, да на еду, да сейчас ребёнок родился".

 

Артём Войтенков: Да квартиру снимаю.

 

Дмитрий Еньков: Да снимаю квартиру, да. И опять же, мы же уже говорили о том, что купил ты квартиру, это ещё только начало, надо ремонт делать и прочее. Так что, вот жильё я бы поставил вообще в центр. Нашему государству нужно думать в первую очередь об этом. А на Западе, там все давно живут в кредит именно поэтому. Потому что, тебя сразу посадили на жильё, дали тебе на машину, на холодильник на телевизор - овердрафт, и всё. И ты фактически на эти сроки, а тридцать лет, это вся сознательная жизнь. С тридцати, двадцать пять, у них сейчас это ещё дети считаются, а вот тридцать, это уже наконец-то мальчик оторвался от мамы и может как-то самостоятельно жить. И вот он до шестидесяти будет.

 

Артём Войтенков: Кредитный раб.

 

Дмитрий Еньков: Да, как минимум. А потом он уже привыкает к этому. Вот и всё.

 

Артём Войтенков: Ну что ж, хорошо, благодарю за рассказ.

 

Дмитрий Еньков: Спасибо.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (577 мб)
Видео MP4 640x360 (222 мб)
Видео MP4 320х180 (123 мб)

Звук:
(13 мб)
Звук 32kbps MP3 (13 мб)
Звук 64kbps MP3 (26 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (168.23 КБ)
FB2 (286.61 КБ)
RTF (303.67 КБ)

Кому подчиняются российские банки?

Оказывается, банки России будут предоставлять налоговые документы в Вашингтон.
К тому же российские банки выкупают облигации военного займа украинской хунты для подавления сопротивления на юго-востоке Украины.

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Валентин Катасонов

Кому подчиняются российские банки 

видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_komu_podchinyaytsa_rus_banki

 

Собеседники: 

Валентин Катасонов - доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

Дмитрий Еньков - Партия Великое Отечество

 

Валентин Катасонов: Меня особенно задело такое информационное событие, как деятельность наших банковских дочек на Украине, а именно деятельность, связанная с размещением так называемых военных облигаций. Достаточно давно, ещё с апреля месяца, Киев говорил о том, что денег в казне нет, необходимо расширять внутренние займы, облигационные займы. Конкретно сейчас речь идёт о войсковом займе, о войсковых облигациях для финансирования операций на Юго-Востоке Украины. 

 

Информация такова, что украинская дочка Сбербанка и ВТБ будет участвовать в андеррайтинге по этим облигациям. 

 

Артём Войтенков: Что это такое?

 

Валентин Катасонов: Андеррайтинг, это фактически участие в размещении. Поскольку условия этих облигаций не очень привлекательные, 7% годовых, срок погашения 2 года, то скорее всего, что желающих не очень много найдётся. Как правило, в этих случаях, андеррайтер покупает эти облигации. Грубо говоря, дочки наших российских банков могут профинансировать операцию на Юго-Востоке Украины. Это очень серьёзный момент. Хотя ничего удивительного нет, потому что многие умные люди говорили ещё давно, что у банковского капитала нет Родины, где деньги, там и Родина банковского капитала.

Вот мы сейчас воочию видим, как действует этот принцип применительно к российским банкам.

 

Параллельно, это тема долгоиграющая, но у меня были контакты с конкретными банкирами российскими, которые очень переживают по поводу FATCA. 

 

FATCA (Foreign Account Tax Compliance Act) – это американский закон о налогообложении иностранных счетов. Этот закон стал домокловым мечом над банками всего мира. Некоторые страны, особенно в Западной Европе подписали межгосударственное соглашение с Соединенными Штатами, с налоговой службой США. То есть напрямую банки этих стран не будут контактировать с налоговой службой США. Такого соглашения у России с Америкой нет, поэтому напрямую наши российские банки обязаны будут отчитываться перед налоговой службой США. 

 

Выражаясь казённым языком, они становятся налоговыми агентами Соединённых Штатов. Фактически банки наши становятся агентами Соединённых Штатов на территории Российской Федерации. Достаточно интересный сюжет. Безусловно, что мы, как граждане России, переживаем по поводу того, что они агенты, а они переживают по поводу того как они будут выстраивать эти отношения агентские. 

 

Я не буду подробно расписывать те санкции, которые могут быть применены в отношении банков, которые не будут предоставлять необходимую информацию в Вашингтон, или они прозевают какого-нибудь налогового уклониста среди своих клиентов.

 

Вот очень интересный сюжет, который опять на ту же самую тему – кому подконтрольны, кому подчиняются российские банки?

- Первый сюжет показывает, что российские банки подчинились Киеву.

- Второй сюжет говорит, что российские банки видимо, склоняются к тому, чтобы подчиниться Вашингтону.

 

Есть ещё некоторые сюжеты.

Такая постоянно действующая сюжетная линия – связана с Крымом. Я по наивности думал, что сейчас будет создаваться банковская система в Республике Крым и Севастополе. Что сейчас туда рванутся все российские банки, поскольку национальный банк Украины дал команду украинским банкам оттуда уходить. Но получилась своеобразная ситуация – там образовался вакуум, российские банки туда не рвутся. А не рвутся по одной простой причине, что Вашингтон сказал: "Если банки будут работать на территории Республики Крым, то они автоматически подпадают под санкции Вашингтона". В данном случае мы видим, что Вашингтон оказывается главнее Москвы.

 

Понятно, что какие-то банки не боятся этих санкций, потому что они не работают на внешних рынках – это мелкие банки, плюс к этому банк Ковальчука "Банк Россия".

 

Дмитрий Еньков: Ему видимо нечего бояться.

 

Валентин Катасонов: Да, он и так под санкциями. В данном случае я даже не о санкциях, а о том – кому подчиняются российские банки. 

- Фактически они в последнюю очередь подчиняются Москве. 

- В первую очередь они подчиняются Вашингтону.

- Также они подчиняются властям тех стран, где находятся их дочки. В данном случае речь идёт об Украине.

 

Дмитрий Еньков: Там же дочерний банк Сбербанка.

 

Валентин Катасонов: Совершенно верно. Самое интересное, что дочка Сбербанка была хорошо представлена в Крыму. Я боюсь соврать, но 200-300 точек Сбербанка в Крыму было.

 

Дмитрий Еньков: Мы их там видели. Мы были в Крыму во время референдума и заходили в Сбербанк, я там менял валюту.

 

Валентин Катасонов: Сейчас украинская дочка Сбербанка вынуждена уходить оттуда, и видимо продавать эти самые точки. Эта ситуация высвечивает, что что-то не в порядке в нашем королевстве банковском.

 

Дмитрий Еньков: Получается, как ни крути, у нас даже экономика, финансы и банки упираются в Украину. Сейчас без Украины ни одна неделя не проходит.

 

Валентин Катасонов: Просто Украина высвечивает системные дефекты в нашей социально-экономической, политической системе. Очень хорошо мы видим эти дефекты. 

 

Артём Войтенков: Почему дочки наших банков ВТБ и Сбербанка покупают военные акции армии Украины?

 

Валентин Катасонов: видимо они решили так, что не хотят портить отношения с властями Украины. Потому что в противном случае найдётся сто один способ для того, чтобы отозвать лицензию дочек российских банков. Они, видимо, имеют там неплохой бизнес, и они этого бизнеса лишаться не хотят.

 

В одном из интервью руководитель украинской дочки Альфа-Банка сказал: "Зачем мне иметь энное количество точек в Крыму, когда я имею на порядок больше точек на территории Украины".

Очень такой логичный и циничный подход. То есть, он не рвётся туда. Более того, в Альфа-Банке были там точки – видимо они их закроют.

 

Артём Войтенков: А почему эта FATCA стала влиять на российские банки? Неужели нельзя было обойти как-то? Почему так – раз и все банки должны отчитываться в США?

 

Валентин Катасонов: Это новый этап продвижения, или попыток продвижения Соединённых Штатов к установлению своей глобальной мировой власти. Потому что всегда была такая ситуация, что многие банки и финансовые организации других стран были подконтрольны Соединённым Штатам, но косвенно: через финансовый контроль, финансовое участие. Здесь фактически был принят закон экстратерриториального действия. То есть банки всех стран мира подпадают под административный контроль, под административную вертикаль власти со стороны Вашингтона. Это уже новое качество.

 

Артём Войтенков: Как так получилось, что Вашингтон у себя издаёт закон, а вы, все банки всех стран, будете отчитываться мне. А банки говорят: "Так точно!" А почему правительство этих стран не может сказать, что вот ваша юрисдикция, а вот – наша, не лезьте.

 

Валентин Катасонов: Знаете, первая реакция была именно такой: Министерство иностранных дел Российской Федерации сказало, что это попрание национального суверенитета Российской Федерации. После этого наступила пауза, длительная пауза. Стали думать. После этого молча стали вносить поправки в российское законодательство – адаптировать его к требованиям FATCA. А после этого, в конце 2013 года, активизировали разработку соглашения с Соединёнными Штатами. 

 

Я следил за этой разработкой. На одном из совещаний Медведевым обсуждался этот вопрос, и представитель Минфина сказал, что вот мы разрабатываем такой вариант симметричный. Как бы наши банки будут давать информацию о налогах, уклонистах Соединённых Штатов, а банки Соединённых Штатов будут представлять информацию о налогах, уклонистах Российской Федерации.

 

Там была интересная фраза (боюсь точно процитировать) со стороны нашего премьер-министра. Он сказал: "Делайте то, что от вас просят". То есть, делайте соглашение по выполнению условий FATCA. В переводе на русский язык – нам не надо симметричного соглашения, а нам достаточно ассиметричного. Понятно почему, думаю, что у нас зрители и слушатели достаточно понятливые.

 

А в связи с событиями на Украине Соединённые Штаты сказали, что они вообще прекращают переговоры по поводу этого соглашения. Грубо говоря – поставили наши банки перед фактом.

 

Дмитрий Еньков: С другой стороны – в этом ничего странного нет. Потому что первоначально мы работали по "общепринятым мировым стандартам": это и расчёты по SWIFT, карточки, которые через Visa и Mastercard обслуживаются. Это и требования Базель-1, потом Базель-2, а сейчас уже и Базель-3 ускоренными темпами ввели.

 

Валентин Катасонов: Мы впереди Европы всей с Базель-3.

 

Дмитрий Еньков: Это получается следующий логический ход: раз вы проглотили всё вот это вот, то вот вам ещё одно. Если это рассматривать отдельно от всего остального, то да – как это так, платить налоги. А получается – вы уже и так работаете фактически по всем нашим стандартам. А теперь давайте обмениваться какой-то информацией: вы нам сообщайте, а мы будем отвечать.

 

Это интересно на фоне того, что промышленность у нас тоже… Эти транснациональные корпорации уже давно к нам пришли. И мы пока говорим о том, что ГМО там, и развивать отечественную промышленность. На деле: заходишь в магазин – там всё импортное.

 

Так что банки – это какой-то заключительный этап.

 

Валентин Катасонов: Нельзя недооценивать банки. Банки в глобальной стратегии мирового финансового интернационала это – институт власти. Об этом давно уже говорили такие люди, как Гильфердинг. Гильфердинг проговорился ещё сто лет назад. Он сказал, что капитализм движется в таком направлении, что будет финансовый капитализм. А финансовый капитализм это такой капитализм, где всё контролируют и всем управляют банки. Это будут другие институты, а не просто какие-то коммерческие организации, которые там зарабатывают какие-то проценты. Но это – особая тема.

 

Набор, редакция (обработка) текста: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (176 мб)
Видео MP4 640x360 (65 мб)
Видео MP4 320х180 (35 мб)

Звук:
(3 мб)
Звук 32kbps MP3 (3 мб)
Звук 64kbps MP3 (64 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (8.77 КБ)
FB2 (20.9 КБ)
RTF (91 КБ)

Путин. Нефть. Ложь.

Нам говорят: России повезло, что растут цены на нефть. Но это обман, нефть на самом деле дешевеет.
Стоимость нефти с 2000 по 2014 не сильно изменилась относительно стоимости золота. Нефть даже подешевела. Однако "эксперты" продолжают нагло врать, считая, что русские люди настолько глупы, что даже не будут проверять эту ложь, а просто поверят на слово.


Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Артём Войтенков

Путин. Нефть. Ложь

Видео http://poznavatelnoe.tv/voitenkov_putin_neft_lozh

 

Артём Войтенков - http://poznavatelnoe.tv образовательное интернет-телевидение

 

Артём Войтенков: "Владимиру Путину повезло, что поднялись цены на нефть" - я думаю, что это утверждение в той или иной форме слышали многие. Это пишут в интернете, это пишут в газетах и журналах, об этом рассказывают по радио, и об этом говорят, так называемые, эксперты в программах телевидения, причём, даже на центральных каналах. 

 

В той или иной форме подаётся мысль, что нынешняя Россия живёт относительно успешно только благодаря тому, что на мировом рынке существуют высокие цены на нефть, и благодаря продаже своих полезных ископаемых за рубеж, существующий режим Путина получает достаточно денег, чтобы как-то удерживать власть и контроль в стране. А иначе, если бы нефть не дорожала, то всё бы уже давно развалилось. 

 

Как мы знаем, верить нельзя никому, всё надо всегда проверять. 

Давайте проведём очень простое исследование, а насколько же подорожала нефть?

Для начала давайте разберёмся, каким образом измеряются цены на нефть. Эталоном, образцом стоимости нефти на мировом рынке является стоимость нефти марки Брент. Это нефть, добываемая из месторождения рядом со Скандинавским полуостровом, разрабатываемым кампанией Royal Dutch Shell. А уже от стоимости нефти марки Брент (существует специальная таблица коэффициентов) высчитывается стоимость других марок нефти, добываемых в месторождениях в разных странах. Вот, кстати, вам маленькая подсказочка: а кто хозяин нефтяной отрасли в мире? Чья нефть берётся за эталон? Не персидская, не русская, а именно европейская. 

 

Объёмы нефти на мировом рынке измеряются в баррелях. По английски barrel — бочка, и равно почти сто пятьдесят девять литров (1 баррель = 158,988 литров). Таким образом, стоимость нефти на мировом рынке считается в долларах США за баррель. 

 

Теперь давайте проведём очень простое и очень быстрое исследование. Нужно всего лишь несколько раз щёлкнуть мышкой. Заходим на Яндекс, выбираем яндекс-котировки, выбираем сырьё, и выбираем нефть. По горизонтали, отложенной года, то есть, время. По вертикали отложена стоимость барреля нефти в долларах. Как мы видим, действительно, с 2000-го года, когда Владимир Путин стал президентом Российской Федерации, цена нефти действительно увеличивается. Но, мы с вами знаем, что другие цены тоже растут. Если вы вспомните расходы и цены, которые были в 2000-м году, и сопоставите их с нынешними, то вы обнаружите, что сейчас всё стоит гораздо дороже. То есть, мировая резервная валюта доллар тоже изменяет свою стоимость. А как мы померяем, на сколько изменилась стоимость доллара? А это тоже достаточно просто, так как основным мерилом стоимости в современном мире является золото. 

 

Стоимость золота определяется следующим образом. Берётся одна тройская унция, это примерно тридцать один грамм (Тро́йская у́нция — единица измерения массы, равная 31,1034768 грамма), и её стоимость в долларах США на мировом рынке.

 

Теперь посмотрим, как изменялись цены на золото. Там же, в Яндексе выбираем вместо нефти золото, и смотрим вот такой график. Мы видим достаточно интересную картинку. То есть, с 2000-го года по нынешнее время стоимость золота тоже увеличивается. 

 

А теперь давайте произведём простейшее математическое действие. Средняя стоимость нефти марки Брэнт за первый квартал 2000-го года равна 27 долларов за баррель. Средняя стоимость тройской унции золота за первый квартал 2000-го года равна примерно 294 доллара за унцию. Считаем, сколько нефти мы можем купить на одну унцию золота. В первом квартале 2000-го года мы можем купить на одну унцию золота 10,88 барреля, то есть, почти одиннадцать баррелей, то есть, одиннадцать бочек нефти. Запомните эту цифру. 

 

Дальше. Давайте посчитаем, сколько мы можем купить нефти в 2014-м году за одну унцию золота. Средняя стоимость нефти Брент за первый квартал 2014-го года – 108 долларов за баррель. А вот средняя стоимость тройской унции золота за первый квартал 2014-го года порядка 1290 долларов за унцию. Итого, считаем. В первом квартале 2014-го года, за одну тройскую унцию золота мы можем купить 11,944 барреля нефти, то есть, почти двенадцать баррелей. Итого, что же мы с вами получаем в остатке? В начале 2000-го года на одну тройскую унцию золота мы могли купить 11 баррелей нефти, а в начале 2014-го года на ту же тройскую унцию золота можем купить почти 12 баррелей нефти. То есть, для того, что бы России в 2000-ом году купить 1 унцию золота, надо продать почти 11 баррелей нефти. А что бы купить ту же унцию золота в 2014 году, надо продать почти 12 баррелей нефти. Получается, что нефть на самом деле подешевела. 

 

Давайте ещё добавим некоторые цифры. Интересно, как меняется стоимость недвижимости, потому что, дом и жильё, это очень важная составная жизни человека и семьи. Возьмём индекс стоимости жилья с сайта "Индикатор рынка недвижимости". Средняя стоимость квадратного метра по Москве, то есть, берутся и дорогие квартиры и самые дешёвые квартиры, и высчитывается средняя цена.

 

Итого. В 2000-м году средняя стоимость квадратного метра жилья в Москве составляла порядка семисот долларов. Если мы с вами торгуем нефтью, то для того, чтобы наторговать семьсот долларов в 2000-м году, нам нужно было бы продать почти 26 баррелей нефти (25,92 барреля).

 

В 2014-м году средняя стоимость квадратного метра жилья в Москве равна порядка 5000 долларов. А вот, чтобы заработать 5000 долларов, надо продать на мировом рынке 46,3 барреля нефти. Итого, чтобы купить квартиру в Москве в начале 2000-го года, квартира средняя, 50 квадратных метров, это получается 35000 долларов. Нам нужно было бы затратить 119 унций золота, или 1296 баррелей нефти мы должны были продать на мировом рынке, и на эти деньги мы могли бы купить квартиру площадью 50 квадратных метров, в 2000-м году. 

 

А в 2014-м году, эта же квартира, та же самая, 50 квадратных метров уже стоит 250 тысяч долларов и на её покупку нам нужно затратить 193,79 унции золота, или, если мы считаем в нефтяных баррелях, то нам нужно продать 2314 баррелей нефти. 

 

Получается, что для того, чтобы купить среднюю квартиру в Москве в 2000-м году, нам нужно было бы продать даже меньше нефти, нежели чем в 2014-м году. Интересно, и о каких таких колоссальных прибылях России от роста цен на нефть нам рассказывают, так называемые, эксперты? То есть, нас с вами, говоря по-простому, и по-народному, просто дурят, и облапошивают. А смотрите, как легко докопаться до правды? Никуда ходить не надо, не надо сидеть в архивах, достаточно залезть только на Яндекс и несколько раз щёлкнуть мышью, и сопоставить всего-то два графика. Вот и всё. Очень просто и быстро. 

 

Однако же, те люди, которые пишут статьи в интернете и в экономических журналах, которые выступают по радио, и по центральным каналам телевидения, они-то оказывается, нам просто врут, что нынешнее благополучие России зиждется только на повышении цен на нефть. Мы с вами очень быстро разобрались - на сколько же реально подорожала нефть.

 

Вот эти вот, так называемые, эксперты, помимо того, что врут, а это уже нехорошо, они ещё считают нас с вами за каких-то тупых овощей, которые вообще не способны даже зайти в интернет, посмотреть данные, и сравнить их, произвести простейшее арифметическое действие деление. То есть, они считают, что большинство людей до этого просто не додумаются. 

 

Отсюда очень простой вывод: всё, что нам говорится из средств массовой информации, всегда надо проверять. Просто брать какие-то утверждения на веру нельзя, потому что, вас, скорее всего, обманут. Ну, а как поступать с этими, так называемыми, экспертами, которые нам постоянно врут, я думаю, вы должны решать сами.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (130 мб)
Видео MP4 640x360 (48 мб)
Видео MP4 320х180 (26 мб)

Звук:
(2 мб)
Звук 32kbps MP3 (2 мб)
Звук 64kbps MP3 (4 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (6.8 КБ)
FB2 (14.99 КБ)
RTF (45.67 КБ)

Золотой магнит

Как богатеть, ничего не делая. Механизм золотого магнита.
Когда владеешь золотом, то с каждым годом на это золото можно приобрести всё больше товаров.

Контейнер

Смотреть
Читать

Валентин Катасонов

Золотой магнит

Видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_zolotoy_magnit

 

Часть из "Генерал контрразведки против мировых банкиров"

видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_nechvolodov

 

Собеседники: 

Валентин Катасонов - доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Валентин Катасонов: Весь мир экономики, с точки зрения идеологов золотого стандарта, он представляет из себя два полюса. Это естественно, они говорят себе, они это не говорят всяким непосвящённым.

 

Артём Войтенков: Студентам.

 

Валентин Катасонов: Ну не студентам, они там жёстче говорят: гоям, или быдлу. Знаете, там, в мире ростовщиков достаточно циничный жаргон используется. Мир экономический, он состоит из двух полюсов: мир товаров, мир золота. 

- Золото некая константа. Запас золота не растёт, или растёт мизерно.

- А здесь мир товаров. Товары производятся, товарный мир увеличивается. С учётом демографического роста, надо, хотя бы на три процента в год, приращивать производство товаров, чтобы поддерживать его на каком-то подушевом уровне. 

 

Я хочу сказать, что покупательная способность, а это ведь баланс, между прочим. То есть, мир золота отражает всю стоимость мира товаров. Соответственно, если мир товаров растёт, то держатели золота, они абсолютно ничего не делают, потому что, золото само, автоматически повышает покупательную способность. 

 

Артём Войтенков: То есть, товаров на него можно купить больше, больше, больше.

 

Валентин Катасонов: Конечно, да. Понимаете, это некий, такой, финансовый, или денежный перпетуум-мобиле. Причём, всё идёт по прогрессирующей. Как раз, Александр Дмитриевич Нечволодов показал эту тайну золота. О том, что золото, находясь в руках немногих, или даже какого-то отдельного ростовщика, оно позволяет действительно, скупать весь мир. 

 

Это не значит, что у ростовщиков весь багаж состоит только из золота. Нет. У них есть, и даже преобладают другие активы. Но вот золото, в структуре всех активов, я его бы назвал золотым магнитом. Потому что это - то самое золото, которое при золотом стандарте даётся товаропроизводителям, как кредит, как золотая ссуда, на время, а возвращается с процентами. Понятно, что товарные производители постоянно задыхаются от безденежья, поэтому золото всегда будет востребовано под хорошие проценты. А хозяину золота, или золотому спекулянту, ничего делать не надо. Он просто даёт в кредит, возвращают с процентами. Это механизм золотого магнита. Но, ни в одном учебнике этих простых истин вы не прочитаете. Единственная книга, где написано чётко и понятно, это книга Александра Дмитриевича Нечволодова "От разорения к достатку".

 

Артём Войтенков: Поэтому её и печатают.

 

Валентин Катасонов: Поэтому она и вызвала очень сильный фурор в Санкт-Петербурге. Прежде всего, в самом Санкт-Петербурге, но, пожалуй, и в России. 

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (33 мб)
Видео MP4 640x360 (13 мб)
Видео MP4 320х180 (7 мб)

Звук:
(1 мб)
Звук 32kbps MP3 (1 мб)
Звук 64kbps MP3 (2 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (5.12 КБ)
FB2 (7.42 КБ)
RTF (58.45 КБ)

Страна по дешёвке

Приватизация - способ разграбления страны и передачи контроля на Запад.
Деньги на скупку предприятий выдавались будущим олигархам из-за границы. Воровство и захват народной собственности шли на всех уровнях власти.
полное видео: 

Контейнер

Смотреть
Читать

Николай Стариков

Страна по дешёвке

Видео http://poznavatelnoe.tv/starikov_strana_po_deshevke

 

Часть из "Как пилили СССР"

Видео http://poznavatelnoe.tv/starikov_kak_pilili_ussr

 

Николай Стариков - писатель, http://nstarikov.ru

 

Николай Стариков: Во время приватизации каких-то ресурсов в основном участвуют не российские олигархи, а иностранные. Вот последний скандал, который был связан с приватизацией, (по-моему, этого, Ванинского порта) заключался в том, что его выкупили два непонятных Кипрских оффшора. Опять непонятно, чьи это были деньги. Хотя по условиям конкурса должны были участвовать именно российские инвесторы. 

 

Что происходит? 

Допустим, какая-то часть государственной собственности: порт, пакет акций какой-то нефтяной компании. Мы с вами понимаем, что порт, как есть - так он и есть. Он никуда не денется. Он не обесценится, он не пропадёт, его невозможно украсть, его невозможно уничтожить. Это в полном смысле народное достояние. Вот стоит этот порт. Нам предлагается его продать. Это значит, что за счёт продажи порта мы увеличим поступление в нашу казну на один год. Увеличили, да? Продали за сто рублей. Но это значит, что весь остальной период до бесконечности мы ничего не получим. То есть сейчас этот государственный порт, он приносит какую-то прибыль. Если мы его продаём, то мы ничего больше с этого не получаем. Мы получаем значительно меньше. Мы получаем налоги с прибыли. То есть мы получаем не целое, а часть. Вот в этом есть всегда лукавство. Говорят, что "продадим - будет эффективно, будут налоги". Так мы и сейчас получаем налоги, если это - государственное предприятие, то есть мы получаем все 100% прибыли этого предприятия. А так, нам отдадут, условно говоря, там, 13% или 20%, например. 

 

И самое главное: у нас этого порта больше нет. Мы уже ничего не можем. Это, как, знаете: распродавать всё, что есть. Продайте квартиру, машину: вы деньги-то получите, прогуляете, но у вас ни квартиры, ни машины не будет. В жизни мы так не поступаем. Мы уменьшаем какие-то свои траты, но какие-то фундаментальные вещи мы не продаём, потому что мы понимаем, если мы продадим квартиру, то наши дети останутся без крыши над головой. Почему-то в отношении государства приватизаторами эта логика нарушается. 

 

Дальше что происходит? Вот есть этот порт. Приходит некий инвестор (непонятный какой-то), даёт государству деньги, забирает этот порт себе. Вопрос: что происходит с этими деньгами? У нас что - дефицит бюджета жуткий? У нас небольшой дефицит бюджета, а то и был наоборот профицит бюджета. Это значит, что у нас денег было больше. Но приватизации (планы приватизации) даже при превышении дохода в бюджет над расходами всё равно были. Зачем? 

Вот у вас есть порт. Есть не просит. Зачем вам его продавать, чтоб получить деньги, которые у вас в бюджете не прописаны: вы их ни на что не тратите. 

 

Но на эти деньги вы что сделаете? Вы эти деньги, например, направите в Фонд национальной безопасности - в те фонды, которые вышли из Стабилизационного фонда, и на эти деньги будут куплены американские облигации, европейские долговые бумаги. То есть эти деньги мы обратно отдадим в Европу - ещё раз. Нам дали деньги за порт. Мы эти деньги отдали обратно на Запад за нолики в компьютере (долговые расписки). Это значит, что мы бесплатно отдали нашу государственную собственность каким-то иностранным государствам, каким-то иностранным частным лицам или компаниям. 

 

То есть приватизация, что в 90-е годы, что сейчас - это процесс бесплатной передачи государственной собственности в руки иностранных государств. Зачем нам с вами это надо? 

 

Далее. Мы ведь покупаем эти государственные бумаги (иностранные) под минимальный процент. Американские, европейские бумаги - там 1-2%, не больше. Вот украинские там сейчас побольше. Но с украинскими, понимаете, там более политически, конечно (не экономически). При этом наши банки, наши предприятия кредитуются на Западе под совсем другие проценты. 

Вопрос: если у нас есть деньги, почему мы не можем кредитовать наши предприятия и кредитовать наши банки? Почему мы наших предпринимателей, в том числе и олигархов тоже, подталкиваем к тому, чтобы они обязательно брали деньги за границей? 

 

То есть мы на наши деньги купили облигации под 2%, после чего наши же предприятия пошли на Запад и получили те же самые деньги, только уже под 5-7%. Вот за счёт этих процентов Россия ежегодно датирует западную экономику на очень большие деньги. Там ежемесячно, Евгений Алексеевич Фёдоров говорит - двадцать миллиардов долларов. Это только Россия. А они ж так собирают по всему миру. Почему это делается? Для того, чтобы увеличить зависимость России от западных государств. Потому что если вы кредитуете крупные предприятия, вы их контролируете. Если вы их выталкиваете за границу, то тогда уже начинаются другие правила игры. 

 

Условно говоря, предприятие видит (банк видит), что здесь, внутри России, можно взять кредит под 20%, под 17% - дорого. А на Западе под 5-7%. Но (!) если вы приходите в западный банк, вам банк говорит: "Мы готовы дать вам кредит, но, вы понимаете, вы зарегистрированы в Воронеже. Воронеж - не сфера нашей компетенции. Мы не можем вас контролировать. Вот если бы вы были зарегистрированы у нас - тогда, пожалуйста: 7%. Регистрируйтесь в оффшоре - и мы вам дадим дешёвый кредит". 

 

Таким образом, они наши предприятия выводят к себе и их контролируют. Это ведь видно по тем судебным процессам, которые идут между российскими предприятиями. Помните, Березовский с Абрамовичем судятся в суде Лондона. Почему? Не потому, что они считают лондонский суд каким-то замечательным, а потому что компании зарегистрированы там. Вот причина этого.

 

Таким образом, выталкивается наша промышленность в зону юрисдикции другого государства и мы её не контролируем. Так что это к вопросу о деятельности правительства. Вот это вся система построена для того, чтобы мы были зависимы, чтобы наши активы были там, там контролировались. А если они там находятся, то они ещё прибыль вывозят туда. Создается насос, выкачивающий от нас уровень жизни, перекачивающий его за рубеж. 

 

И как только мы пытаемся с этой системой что-то делать, они начинают финансировать протестное движение. Они начинают говорить о жуликах и ворах или ещё о чём-то. Их задача - убрать от власти тех политиков, которые ставят под сомнение существование тех принципов финансово ориентированной экономики, которые сегодня есть. Вот о чём идёт речь. 

А любые деньги на финансирование оппозиции - это ничто по сравнению с теми деньгами, которые из страны выкачиваются. 

 

Набор текста: Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (99 мб)
Видео MP4 640x360 (36 мб)
Видео MP4 320х180 (20 мб)

Звук:
(1 мб)
Звук 32kbps MP3 (1 мб)
Звук 64kbps MP3 (3 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (6.53 КБ)
FB2 (12.96 КБ)
RTF (38.98 КБ)

Лихорадка золотого стандарта

Введение золотого стандарта привело к экономической депрессии в Европе XIX века.
Ввод золотого стандарта уменьшает денежную массу страны и заставляет брать кредиты у международных ростовщиков.

Контейнер

Смотреть
Читать

Валентин Катасонов

Лихорадка золотого стандарта

Видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_lihoradka_zolotogo_standarta

 

Часть из "Генерал контрразведки против мировых банкиров"

видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_nechvolodov

 

Собеседники: 

Валентин Катасонов - доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО

Артём Войтенков - Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv/

 

Валентин Катасонов: Впервые золотой стандарт ввела Англия в 1821-м году. И затем, на протяжении полувека, не удавалось больше никого заставить присоединиться к золотому стандарту. И только Франко-Прусская война привела к тому, что железный, то бишь, золотой канцлер Бисмарк принял золотую марку. Это было в 1873-м году. (Otto von Bismarc)

 

А в 1873-м году, и об этом пишет Александр Дмитриевич Нечволодов в своей книге "От разорения к достатку", в Европе началась экономическая депрессия. В старых учебниках писали, что это была великая депрессия. Если мы возьмём современные учебники, я буквально вчера с одним профессором беседовал, он мне честно сказал: "Валентин Юрьевич, я, когда прочитал вашу статью о Нечволодове, я задумался. Я никогда не думал, что кроме великой депрессии 29-го и до начала Второй Мировой войны, была ещё какая-то великая депрессия". 

 

А эта депрессия девятнадцатого века, она тянулась с 1873-го года до 1896-года. Двадцать три года Европа находилась в состоянии застоя. И главная причина этого – золотой стандарт. После Германии золотые стандарты стали вводиться и в других странах. Во Франции, в Бельгии, в Голландии. Короче говоря, Европа к концу девятнадцатого века была охвачена вот этой лихорадкой золотого стандарта.

 

Артём Войтенков: То есть, получается, жили-были государства, у них были свои деньги. Деньги, как условные обменные единицы, не как средство накопления.

 

Валентин Катасонов: Вот тут вот Нечволодов тоже обращает внимание, что некоторые представляли себе переход России к золотому рублю, что это металл, как средство обращения. Он говорил, что это совершенно неправильно. И современный человек тоже думает, что золотой стандарт, это когда золотые монеты обращаются, а бумажек нет. Нет. Были те же бумажки, но на бумажках было написано, что бумажка обеспечена золотым запасом, и по первому требованию держателя этой бумажки, она может быть обменена на металл. Вот что такое золотой стандарт. 

 

Это не значит, что люди носили золотые монеты в карманах. Этого не было. Была гарантия того, что держатели бумажных денежных знаков могли их обменять на металл. Но этим правом практически никто никогда не пользовался. Главное заключалось в том, что ограниченность жёлтого металла сдерживала денежную эмиссию. И экономика не могла развиваться. Она просто задыхалась от безденежья.

 

Артём Войтенков: Я поясню для зрителей, для тех, кто может быть, не сразу понял. А вы, кстати, проверьте – правильно ли говорю. 

Когда государство живёт само по себе, само себе печатает денег, сколько надо, оно само смазывает вот этот механизм своей экономики. Как только оно вводит золотой стандарт, то есть, привязывает свои деньги к определённому количеству золота, оно уже не может просто так выпускать, или сокращать свою денежную массу.

 

Валентин Катасонов: Можно назвать это золотым тормозом. Действует золотой тормоз.

 

Артём Войтенков: Да. И поэтому, получается, ему не хватает денег. Вот сколько есть золота, на столько денег выпустил, а больше никак.

 

Валентин Катасонов: Золото, это редкий ресурс, это редкий металл. И экономика развивается, скажем, ретроспективные данные по двадцатому веку, среднегодовыми темпами, предположим, - четыре процента.

 

Артём Войтенков: Это что значит, развивается? Увеличивается в количестве производство.

 

Валентин Катасонов: Валовый продукт. Добыча золота, хорошо, если на один процент. Понятно, что это золотой тормоз. Количество денег отстаёт от динамики экономики. Соответственно, вы сами понимаете, возникает экономическая депрессия. Она тянулась до 1896-го года. 

 

А Россия ввела золотой рубль в 1897-м году. Вот перед вами наглядный пример - чего не надо делать. И это ж надо умудриться, принять золотой рубль, когда вся Европа на протяжении двадцати трёх лет загибалась от этого золотого стандарта. Но это надо было так заморочить нашей интеллигенции, нашей элите мозги, что она перестала понимать: где чёрное, а где белое.

 

Набор текста: Наталья Малыгина

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (43 мб)
Видео MP4 640x360 (18 мб)
Видео MP4 320х180 (10 мб)

Звук:
(1 мб)
Звук 32kbps MP3 (1 мб)
Звук 64kbps MP3 (2 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (5.56 КБ)
FB2 (9.32 КБ)
RTF (26.89 КБ)

Ловушка глобализаторов

Как глобальные структуры захватывают страны и уничтожают экономики.
Запад устанавливает шаблоны, под которые загоняет весь остальной мир.

Контейнер

Смотреть
Читать

Александр Дугин

Ловушка глобализаторов

Видео http://poznavatelnoe.tv/dugin_lovushka_globalizatorov 

 

Часть из "Экономика и расизм международных отношений"

Видео http://poznavatelnoe.tv/dugin_economy_rasizm 

 

Лекция:

Александр Дугин – профессор МГУ, лидер Международного Евразийского Движения, философ, политолог, социолог, http://dugin.ru 

 

Александр Дугин: В международных отношениях экономический дискурс рассматривается как одна из стратегий доминаций. Когда говорится о помощи третьим странам, о списании долга, о реструктуризации, о заимствованиях у МВФ (Международного Валютного Фонда) или обращении ко Всемирном банку, речь идёт на самом деле о создании некоторых властных идолов: богатый западный мир, который конституирует себя как глобального гегемона, который давит с помощью своей помощи или с помощью своей колонизации (по-разному) на других экономических объектов. 

 

Утверждение экономического неравенства, что существуют развитые и неразвитые страны в экономической сфере и перевод всё в экономику на самом деле есть попытка сокрытия одного: воли к власти, воли к доминации, которая к материальной-то реальности никакого отношения не имеет. 

Западные носители гегемонии в глобальном масштабе рассматривают свою собственную экономическую состоятельность, о которой они сами и заявляют, вводя свои собственные критерии, как некий пик и дальше начинают с ним сравнивать все остальные общества, и на основании этого строить иерархию, где экономическая состоятельность, или эффективность, служит важнейшим аргументом. 

 

Когда речь идёт о том, что два общества признают единство критериев, считая, например, что такой-то уровень ВВП или такой-то темп развития машиностроения является нормой, тогда можно сказать, что одно справляется с этой задачей, а другое меньше справляется или вообще не справляется. Представим себе, что одно общество, которое считает нормой такой-то уровень промышленного развития, а другое общество вообще считает, что промышленное развитие не является высшей ценностью или мерилом показателя справедливости, или, скажем, совершенства благополучия. Тогда получается, что одно из этих обществ навязывает другому критерии, которые совершенно чужды этому, и на основании этого критерия, например, находит его неэффективным, недостаточно быстро развивающимся и начинает:

  • − либо подтягивать к себе, куда это общество совершенно не хочет, 
  • − либо начинает его колонизировать, всячески третировать как несовершенное. 

 

Представим себе, что есть блондины, есть брюнеты. 

Вот, блондины говорят, там, брюнетам: 

  • − "Вы недостаточны белы, ваши волосы слишком тёмные". 

Брюнеты говорят: 

  • − "Почему они должны быть белыми?"

Они говорят: 

  • − "Посмотрите, как хорошо быть блондином. Вот блондин - это и есть человек, а брюнет - это просто несовершенный блондин, это почерневший блондин". 

 

Как только начинается такая идея, тогда начинается торговля шампунями, краской для волос. Если блондину удаётся убедить брюнета, что нормативом является блондин, а брюнет является вырожденцем, просто плохо покрашенным блондином, в конечном итоге происходит, если он сможет на своём настоять, то за норму берётся блондин, а брюнет рассматривается в качестве какого-то "недоблондина", или какого-то вырожденца - больной блондин, несовершенный, блондин-инвалид. В этой картине ясно, насколько глупо такое составление. 

 

Когда мы переходим на уровень экономического дискурса, когда надо развивающимся странам помогать для того, чтобы, например, объяснить им, что приватизированный колодец гораздо более эффективный, например, чем бесплатный. Когда в Сомали были применены меры Валютного Фонда по насильственной реструктуризации экономики, эта страна, которая даже производила триго и маис, и экспортировала в Саудовскую Аравию часть скота, она просто впала в немедленную нищету, приняв эти нормы. Потому что с точки зрения Запада наличие бесплатной воды было непозволительной роскошью при её нехватке. Колодцы были насильственным образом приватизированы. Вместо развития слабо производительного триго и маиса, который давал очень небольшую прибыль, были насажены искусственным образом фруктовые деревья, дававшие бОльшую прибыль. Экономика этой страны была мгновенно разрушена, начался каннибализм, люди начинали гибнуть, умирать от голода. 

 

Тем не менее, принципы свободного рынка были наконец-то в этой стране утверждены за счет полного коллапса экономики. Это считается одним из ярчайших преступлений Международного Валютного Фонда, чьи предписания совершенно расистским образом: принудительно, тоталитарно уничтожили экономику целой страны, ввергнув её в бесконечную нищету, кошмар. Поскольку стоило поставить перед собой другую задачу о том, что необходимо больше извлекать выгоды из тех или иных природных условий, разрушилась многовековая модель баланса аграрных скотоводческих обществ, традиционные формы обмена, и это общество, по сути, было уничтожено. Вот приблизительно так действует эта модель в международных отношениях. 

 

Приезжают экономические эксперты и говорят: "У вас здесь всё очень неэффективно. Вам надо сделать то-то". Уезжают - страна рушится. Они говорят: "Мы же сказали вам, что ничего у вас не получится. Давайте мы сами здесь поуправляем немножко, устроим здесь ядерные отходы. Это самое вам и место". 

 

Так же приблизительно происходила перестройка в 90-годы, когда приехали американские специалисты и стали думать о том, что делать с советской системой. Они нашли её неэффективной, уровень её роста недостаточный, поэтому они её просто приватизировали. А те отрасли, которые могли составить конкуренцию западным производствам, они просто разорили, приватизировали, устроили там дискотеки и клубы. Это предписание как раз такого... 

 

Они взяли себя в качестве нормы, объявили, что блондины - это абсолютный человек, а брюнет - это просто дегенерат, и на продаже краски для окрашивания брюнета в блондина сделали колоссальное состояние. Приблизительно по такой же модели развивается теория экономического дискурса. Когда нам говорят, что какие-то общества развивающиеся, какие-то неразвивающиеся, какие-то плохо развивающиеся, это и есть не что иное, как считают специалисты в постпозитивистских моделях международных отношений, просто формы расизма. 

 

Расизма прямого, когда крупное буржуазное государства развитые захватывают другие (нападают), как в случае нападения коалиции на Кадаффи или на Ирак, в результате чего просто были поставлены под контроль нефтяные промыслы в этих странах уже прямой оккупации. Когда необходимо повысить (изменить) баланс в экономике буржуазных стран, тогда она осуществляет просто прямое вторжение - это реалистская позиция. 

 

Вторая идея. Здесь, кстати, очень важен закон Фридриха фон Листа (экономист немецкий) который, занимаясь в 19-ом веке развитием Германии, он, размышляя над тем, как действуют законы Адама Смита относительно того, что открытые общества (фритредерство) дают автоматический эффект подъема экономик, заметил следующую вещь: да, даёт, но только той стране, которая более развита. 

 

Если представить себе два государства: одно с развитой экономикой, другое с менее развитой экономикой, которые открывают между собой границы, не происходит мерного распределения потенциала между ними. То, которое вступает в это взаимодействие на более лучших позициях (более развитое), оно становится ещё более развитым, а то, которое менее, наоборот, - менее развитым. Несмотря на то, что какие-то сектора сегментно могут дать определённый эффект, по большому счету эта пропорция не сокращается, а возрастает. При этом, конечно, если неразвитая экономика не входит во взаимодействие с развитой экономикой, она тоже отстаёт и тоже происходит отставание. 

 

Мы видим, что идея либерального продвижения одних и тех же фритредерских законов на самом деле приводит не к уравновешиванию обществ, а, наоборот, к тому, что общество, которое менее развито, оказывается ещё более менее развито в сравнении с обществами более развитыми. Экономическая глобализация не приводит к уравниванию шансов и позиций тех, кто в неё вступает, а, наоборот, она создаёт всё большие противоречия. 

 

Набор текста: Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (89 мб)
Видео MP4 640x360 (34 мб)
Видео MP4 320х180 (19 мб)

Звук:
( мб)
( мб)
Звук 64kbps MP3 (4 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (7.41 КБ)
FB2 (15.97 КБ)
RTF (50.46 КБ)

Главный строитель Сталина

Более полутысячи предприятий в годы первой пятилетки спроектировала американская фирма Альберта Кана.
СССР заключил контракт с фирмой Альберта Кана на огромную сумму. На стройках пятилеток работали американские инженеры и рабочие.

Контейнер

Смотреть
Читать

Валентин Катасонов

Главный строитель Сталина

Видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_glavny_stroitel_stalina 

 

Часть из "Загадка сталинской индустриализации"

Видео http://poznavatelnoe.tv/katasonov_zagadka_stalin_industry 

 

Валентин Катасонов - доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО

 

Валентин Катасонов: Мало кто представляет, что на стройках (на социалистических стройках) были не только какие-то вчерашние жители деревни (вчерашние крестьяне), а были люди, говорящие на немецком, английском, французском, шведском - десятки тысяч иностранных специалистов. Потому что у нас практически не было кадров для того, чтобы создавать эти предприятия. Это были в основном чернорабочие. Это были строители без особой квалификации.

 

Дмитрий Еньков: У нас.

 

Валентин Катасонов: У нас. Поэтому приходилось закупать не только машины и оборудование, но и специалистов: инженеров и даже рабочих высокой квалификации. Мало кто об этом знает. У нас тут были большие общины американцев, например. У них тут была своя жизнь, своя политическая жизнь. Например, известная фирма "Альберт Кан". Сегодня мало кто знает про эту фирму, но я должен сказать, что Альберт Кан - это вообще, конечно, фигура двадцатого века очень не маленькая.

 

Альберт Кан, он практически обеспечивал проектирование самых крупных объектов - первой, по крайней мере, пятилетки. Вообще, у меня такое ощущение, что самые капиталоёмкие проекты - это были проекты первой пятилетки. Альберт Кан, между прочим, провёл проектирование пятисот тридцати предприятий в годы первой пятилетки. На каждой площадке работали американцы. 

 

Между прочим, где-то недавно (да ещё даже и раньше) выходила книга. Книга называлась... что-то такое "Сталин и тридцать седьмой год". Я как сейчас помню: один из двух авторов - Альберт Канн. Книга написана в таком духе, явно симпатизирующем Сталину, в духе антитроцкистском, антизиновьемском. Я вспоминаю и думаю: какой же этот Альберт Кан? Неужели тот же самый Альберт Кан, который проектировал нам стройки, он ещё и книги писал, причём такие книги, которые у нас (уже при Сталине) за эти книги можно было схлопотать несколько лет срока? Нет, выяснилось, что это племянник того Альберта Кана. Это целая плеяда Канов. 

 

Племянник, он, побывав в России, заразившись идеями социализма, он в дальнейшем действительно работал на Советский Союз, и даже в Америке его подозревали, что он является агентом Комитета Госбезопасности. Он достаточно так, чётко разоблачал деятельность пятой колонны в Советском Союзе. Даже одна из его книг, она так и называлась "Пятая колонна в Советском Союзе", автор - Альберт Кан. И проектировал заводы тоже Альберт Кан, но это - его дядя. Так что очень всё интересно. 

 

Альберт Кан, он не только проектировал заводы. Он ещё выступал в роли генподрядчика. Он брал на себя и сопровождение всех контрактов, и строительно-монтажные, и пусконаладочные работы. Контракт с Альбертом Канном у нас был на сумму в два миллиарда долларов - не сегодняшних, тех. 

 

Артём Войтенков (Познавательное ТВ): Это же какие-то вообще большие деньги?! 

 

Валентин Катасонов: Я даже думаю - то ли два, то ли три нолика надо приписывать для того, чтобы это соотносить с нынешними долларами. Я думаю, что где-то под триллион долларов, наверное. Реально под триллион долларов был контракт с Альбертом Канном. Пятьсот тридцать предприятий практически построил. 

 

Набор текста: Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (42 мб)
Видео MP4 640x360 (16 мб)
Видео MP4 320х180 (9 мб)

Звук:
(1 мб)
Звук 32kbps MP3 (1 мб)
Звук 64kbps MP3 (2 мб)
( мб)

Текст:
EPUB (5.51 КБ)
FB2 (8.34 КБ)
RTF (57 КБ)

Страницы