Высшее образование для официанта

Почему в Америке официанты с высшим образованием?
После 18 лет американец начинает самостоятельную жизнь - и многие не знают, что делать. Тогда им предлагают кредит на обучение в высшем учебном заведении. Но устроиться потом по специальности - очень сложно.
полное видео: 

Контейнер

Смотреть
Слушать
Читать

Виктория Бутенко

Высшее образование для официанта

видео: http://poznavatelnoe.tv/butenko_usa_univercity

 

Часть из "Как живёт Америка 1"

видео: http://poznavatelnoe.tv/butenko_kak_zhivet_usa

 

Собеседники:

Виктория Бутенко (писатель, rawfamily.com)

Артём Войтенков (Познавательное ТВ, poznavatelnoe.tv)

 

Виктория Бутенко: В Америке очень мало людей, которые работают на какой-то специальности – очень трудно устроиться на работу по специальности с высшим образованием. Я знаю очень много людей, которые имеют 2-3 магистрата, а работают официантами (это очень типично) или кассирами в магазине, или в "Макдональдсе" на минимальной зарплате. За примером далеко ходить не надо.

 

Подруга моего сына (среднего), она имеет два образования магистра. Она работает официанткой в магазине. Жена моего старшего сына имеет образование магистра дизайна (у неё великолепное образование), она сейчас будет работать кассиром в магазине Costco (несколько лет она не работала, она была с двумя маленькими детьми), то есть она не может найти работу по специальности.

 

Я думаю, что это какая-то система разработана, по которой американские люди вынуждены так жить. Как это получается?

 

В восемнадцать лет американского юношу или девушку родители ставят перед фактом, что всё, тебе восемнадцать лет, я тебя вырастил/вырастила, а теперь ты должен жить сам. Иди теперь, куда хочешь, живи, где хочешь, работай, как хочешь. Заранее им говорят (уже с четырнадцати лет), что восемнадцать лет тебе исполняется - всё: ты уходишь за порог. Как ты живёшь, это уже абсолютно твоё, я уже никакого не приложу к этому. Даже если они хотят, если им нужны деньги, они у родителей могут занять под проценты, с контрактом, через юриста.

 

Артём Войтенков: Вот так - деньги занимать?

 

Виктория Бутенко: Да, у родителей. Иногда они даже предпочитают занять деньги в каком-то другом месте, а не у родителей. У меня работал парень (его звали Джеймс), который у родителей занял деньги на образование и выплачивал им проценты. А, например, его сестра, не захотела занимать у родителей деньги (она с ними поссорилась). Она вместо этого пошла в армию, чтобы армия заплатила за неё деньги, и погибла там. Он потерял сестру в армии. Вот так.

 

Их ставят перед таким выбором: в восемнадцать лет вы должны покинуть родительский дом. Какой у них остаётся выбор?

 

Тут очень услужливо приходит банкир и говорит:

-      Возьмите ссуду и будете шесть лет учиться, и за это время Вы разберётесь, где Вам жить.

Ссуда включает в себя деньги – это примерно шестьдесят пять тысяч долларов. Но, конечно, выплачивать надо будет триста процентов.

 

Артём Войтенков: Триста процентов?

 

Виктория Бутенко: Триста процентов, в три раза больше, то есть платить надо будет где-то двести десять - двести пятнадцать тысяч. Но это когда-то. А сейчас шесть лет Вы будете получать деньги, Вам будет платиться за учебники, за все Ваши занятия, преподавание. Вам будет оплачиваться жильё, и даже будут даваться деньги на питание.

 

Артём Войтенков: Кабала, вообще. Страшно.

 

Виктория Бутенко: Да. Но многие, очень многие (большинство) на это идут, даже если они не хотят учиться, и им не нужно это образование, или они его не любят. Как правило, когда они идут в университеты или в колледж, они даже не знают, кем они будут, и каждые шесть месяцев они передумывают. Американская система образования это позволяет. Они приходят в институт, они начинают брать общеобразовательные предметы.

 

Чтобы получить образование, скажем, дизайнера, нужно получить столько-то часов по философии, столько-то по рисунку, столько-то по физкультуре. А выбирать их можно, опять же, из нескольких: какую физкультуру, какой дизайн.

 

Каждый семестр они ходят к так называемому Канцлер - это такой преподаватель (его назначают), который может им посоветовать, поговорить с ними, сделать собеседование и объяснить, куда им лучше пойти. Оба моих детей Серёжа и Валя кончили университет, и они тоже ходили каждый семестр и им говорили:

-      Ты пойди туда, а теперь пойди туда.

 

Артём Войтенков: Человек сам решает или ему говорят?

 

Виктория Бутенко: Он сам решает, но он иногда не знает, кем он хочет быть.

 

Артём Войтенков: Просто советует.

 

Виктория Бутенко: Да, дочь, когда поступала в университет, она думала, что она хочет просто быть художником. В конце концов, она получила образование художника по керамике, а второе, вспомогательное, образование у неё психолог. Вот такое странное сочетание. А сын у меня кончил по специальности "Психология общественных отношений", а вспомогательное у него – театральное.

 

Артём Войтенков: Всё гуманитарное.

 

Виктория Бутенко: Гуманитарное, да. Таким образом, шесть лет они учатся. Учатся они не очень активно, очень многие пропускают. Часто вечером они пьют вино, коктейль, как правило, пьют. Ходят на танцы, знакомятся, тусуются, курят марихуану или табак. Потом утром приходят на занятия с не очень свежей головой. Каким-то образом сдают эти экзамены, получают свой диплом.

 

Конкурса практически нет. В основные вузы конкурса нет. Есть только конкурсы в знаменитые вузы, такие, как Гарвард, Стэнфорд, в Лос-Анджелесский USLA.

 

Потом очень часто, когда они кончают университет, они начинают жить своей жизнью и сталкиваются со следующей действительностью:

им теперь нужно платить ссуду. Для того, чтобы платить ссуду, нужно иметь какие-то хорошие заработки. Они идут туда, куда они могут найти работу, скажем, официантом, потому что в Америке много ресторанов и кафе, и видят, что этих денег (полторы - две тысячи), которые они зарабатывают, им не хватает.

 

Артём Войтенков: Почему они не идут по специальности?

 

Виктория Бутенко: По специальности работы нет: её получить необыкновенно трудно. По специальности работу найти очень трудно, вообще, практически, невозможно. Говорят, next to nothing (невозможно).

Или нужно свой бизнес открывать, а этому их по их специальности не учили. А кто-то, кто имеет фирму, в которой бы он хотел нанять, уже имеет на кого-то виды или приглашает человека из какого-то видного университета. И таких работ очень-очень мало. На них очень большой конкурс. Тогда они становятся перед выбором: опять идти в другой университет и ещё шесть лет жить так.

 

Артём Войтенков: Так ещё на одну ссуду?

 

Виктория Бутенко: Да, ещё на одну ссуду. Или просто работать в Макдональдс или... какое-то такое заведение на какой-то такой работе, или влачить какое-то существование полунищенское, или идти на пособие по безработице и всё откладывается.

 

Многие впадают в депрессию. Очень многие идут на второй срок университета .

 

Артём Войтенков: От безысходности.

 

Виктория Бутенко: От безысходности, да, или многие идут в армию, потому что им обещают, что им оплатят за проживание. Но тоже с этим есть проблемы, потому что не до конца платят: там тоже сейчас жёсткие рамки.

Поэтому вся молодёжь, она учится. Все учатся. А потом начинается расхлёбывание: убегание от налоговой инспекции и от банков, скрывание доходов.

 

Практически все американцы находятся в кабале.

 

Артём Войтенков: Почему такая ситуация складывается, что рабочих мест по специальности нет, только какая-то низшая обслуга, там, официанты? Как же так? Вроде специалисты... Те же самые психологи, скажем, в Америке их какое-то огромное количество.

 

Виктория Бутенко: Огромное количество психологов.Я думаю, что очень плохо спланировано образование с количеством рабочих мест, которые востребованы. И образование, университеты - это тоже своего рода бизнес, который подкреплён ещё поддержкой банков. А банкам выгодно. Банки же зарабатывают на ссудах. Банкам выгодно предлагать ссуды. Они их преподносят так, что их очень легко проглотить, эти предложения. Молодые люди, неопытные, неискушённые, они на это и идут. Поэтому очень много людей с образованием, которые работают на таких работах.

 

Некоторые со временем потом открывают какие-то свои предприятия. Очень многие приобретают себе лицензию Real Estate (продавец недвижимости). Очень много их. Я бы сказала, слишком много. Очень у них сильная конкуренция. Потому что американцы постоянно с одного дома в другой переезжают. Цены всё время то падают, то поднимаются, поэтому у них есть работа.

 

Какая-то часть людей открывает свой бизнес. Поскольку у меня двое младших детей (им двадцать шесть и двадцать семь лет), я очень много общаюсь с молодежью. Я вижу, что молодёжь не умеет сама организовать бизнес. Если только они не получили образования, они не понимают, как это делается, им это очень страшно. В их понятии, что нужно идти работать.

 

Я своих детей настраивала, чтобы они только открывали свой бизнес, чтобы они никогда ни на кого не работали. Потому что я всю жизнь, пока жила в России, то в школе работала, то в институте, в детском саду ночным сторожем работала.

 

Артём Войтенков: В Советском Союзе невозможно было иметь своё дело...

 

Виктория Бутенко: Да. Потом, когда у меня был кооператив, я поняла, какая разница. И я сказала – только должны работать на себя.

 

У меня был бизнес свой (у меня было много бизнесов своих в Америке). Мне очень нравилось, что я сама себе принадлежу, сама себе хозяйка и всё зависит от меня, что я ни от кого не завишу. И я так же настраивала детей своих.

 

Им постоянно говорили их друзья, что это очень опасно, что они должны прекратить это делать (свои какие-то проекты), они должны немедленно начинать строить карьеру. А как её строить? Надо несколько лет проработать на дешёвой работе. Вот такое стереотипное мышление.

Мои дети приходили в панике и говорили:

-      Нам все говорят, что мы должны идти работать, строить карьеру. А вот, я, там, сижу, пишу книгу, что это не дело, что я трачу впустую время. Или Валя говорит, что я рисую картину, что это никому не нужно.

Потом я их спрашивала:

-      Когда Вы идёте с ними в кафе, кто платит за всех?

Они говорят:

-      Мы платим.

Я говорю:

-      Так в чём же дело? Вы так и ответьте, что нам наши проекты дают достаточно денег - столько же, сколько вам или больше, и оставьте нас в покое.

 

Несколько лет они жили, как на вулкане. Постоянно их все стыдили: как вы можете не работать? Наконец, они все успокоились и увидели, что у Серёжи с Валей хорошая, стабильная позиция. У них вышло три книги, которые стали бестселлерами, продаются, что у них куча фильмов, у них больше миллиона хитов на Ютубе. Просто перестали их трогать.

 

Но, вообще, вот это стереотипно, что молодой человек должен идти и сколько-то лет работать на такой работе низкооплачиваемой.

 

Артём Войтенков: Это подаётся, чтобы жизни пощупал. Поработал.

 

Виктория Бутенко: Наверное. Наверное, это подаётся (я так думаю) как необходимость узнать жизнь.

 

Артём Войтенков: У нас это так подаётся, что все американцы начинают с низов. Оказывается, это не потому, что они так хотят, а потому, что им просто деваться некуда.

 

Виктория Бутенко: Да. Может быть.

Я сначала думала, что, может быть, это хорошо, может быть, это их закаляет. Но я лично не вижу, чтобы это их закаляло. Очень многие из них ломаются, очень многие начинают наркотики употреблять. Очень многие впадают в депрессию.

 

Набор текста: Наталья Альшаева

Редакция: Наталья Ризаева

http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет телевидение

Скачать
Видео:
Видео MP4 1280x720 (114 мб)
Видео MP4 640x360 (44 мб)
Видео MP4 320х180 (24 мб)

Звук:
Звук 32kbps M4A (AAC) (3 мб)
Звук 32kbps MP3 (3 мб)
Звук 64kbps MP3 (5 мб)
Звук 96kbps M4A (AAC) (8 мб)

Текст:
EPUB (150.2 КБ)
FB2 (235.94 КБ)
RTF (142.3 КБ)

Как живёт заграница

портрет Рассказчик
Артём Войтенков
Понаехали!
Дмитрий Михеев
Что такое западная демократия 12
Ирина Бергсет
Как живет Норвегия
Владимир Дзреев
Как трудятся в Испании
Виктория Бутенко
Рабский trafficking